Обновлённый зельевар

Конечно, я заявил, что не знаю ничего о Лорде Принце, так как нас, меня и мою мать, выкинули из рода. Именно такую легенду я придумал для директора, которого это устроило, ведь я никогда не демонстрировал любовь к семье матушки. Только потом Дамблдор поведал о требовании главы рода Принц перераспределить его ученицу, мисс Грейнджер, на Слизерин. Я сделал вид, что очень разозлился будущему присутствию на своём факультете гриффиндорской заучки, на что Альбус лишь поулыбался, а потом сказал: — Я удовлетворю просьбу Лорда Принца, но ты, мальчик мой, сделай существование мисс Грейнджер на своём факультете невыносимым. Думаю, что одна истерика грязнокровки и её Учитель откажется от неё… Ну-ну! Не кривись, Северус, я понимаю, что у тебя плохие воспоминания с этим словом, но от правды не убежишь, подруга Гарри — грязнокровка… Я лишь кивнул на это и вылетел из кабинета. Вот козёл старый! Теперь я понимаю все психи бывшего Снейпа. Это же психологическое насилие чистой воды! Летние деньки проносились с катастрофической скоростью — не успел оглянуться, как уже середина августа и пора отправляться за Гермионой. Всё это время я практиковался в зельях и ментальной магии, знания о которых мне достались от предыдущего владельца тела. Пришлось даже привлекать гоблинов, чтобы те проверили мои способности, ведь только они и Грейнджер в курсе случившегося. Кстати, по их мнению, мои навыки достаточно хороши, пожалуй, снижу градус беспокойства. Перед тем как забирать Гермиону из Испании, я решил нанести визит Малфоям, чтобы предупредить Драко о его новой подопечной, к которой он должен относиться с уважением. Разговор протекал в гостиной под стакан огневиски у меня и Люциуса. — Драко, на Слизерин переводится мисс Грейнджер, — при упоминании девушки лица обоих Малфоев скривились, — ну-ну, господа, не надо делать такие лица, а то морщины раньше времени появятся. На то есть причины. — И какие же? — с вызовом спросил крестник. — Драко, никогда не поздно заняться твоим воспитанием, — от моей интонации подросток сразу же замолчал, — но сейчас не об этом. Ей предложил ученичество сам Лорд Принц. — Как? — спросил Люциус, а я сразу снял артефакт, чтобы показать свою настоящую внешность. — Я уже и не надеялся на это, Северус. — Поттеру должен сказать спасибо, — я не могу сказать им правду, поэтому остаётся только врать, — запустил в меня обезоруживающим так, что я приложился хорошо головой о стену… Всё время, когда я был без сознания, то увидел, что с нами станет, если Господина будет воскрешать Петтигрю… Драко получит метку после пятого курса, ты, Люциус, загремишь по приказу Повелителя в Азкабан, я убью Дамблдора по его же приказу в конце шестого курса Поттера и крестника и стану директором Хогвартса, а в конце седьмого будет война… Меня убьёт Тёмный Лорд из-за Старшей палочки, которая принадлежала старику… Ваша семья выживет, но покинет Англию, Поттер победит и вроде бы все будут счастливы… но мне не понравилось, что Грейнджер и Поттер связали свою жизнь с Уизли… Когда я очнулся, решил выкрасть из кабинета директора вещи Грейнджер и свои тоже… И я рассказал им о моих находках, от которых Малфои были в шоке, так как не ожидали от доброго дедушки такой низости. — Ну, а проверка крови, сами понимаете, что показала, — вздохнул я, — тем более гриффиндорка является моим магическим партнёром… — Фу! Теперь тебе придётся связываться с грязнокровкой! — воспитание крестника очень страдает. — Драко! — одёрнул его отец. — Аааа! — закричал Малфой-младший, когда я кинул в него невербальный и беспалочковый кнут. Крестник смотрел на меня с обидой, а Люциус был в шоке. — Что? Я же сказал, что переоценил свою жизнь, и меня не устраивает, что мой крестник — невоспитанный засранец, — спокойно ответил я. — Так вот, мисс Грейнджер является новой кровью, к вашему сведению… — Сукин ты сын, Снейп! — теперь понятно, в кого пошёл Драко. — Ты понимаешь, как тебе повезло?! — Знаю, поэтому она уже создала свой род с подачи гоблинов, а я предложил ей ученичество, чтобы выйти из-под влияния директора, — отпил я из стакана огневиски, улыбнувшись. — Крестник, я могу рассчитывать на то, что ты переговоришь со слизеринцами о том, что Гермиона под моей защитой? Оказывайте на факультете ей всевозможную помощь, но как только вы окажетесь вне подземелий, то игнорируйте, чтобы директор видел, что Грейнджер не сладко на Слизерине. И последнее, Дамблдор не должен узнать, что я принял род. — Хорошо, крестный, — опустил голову Драко, волосы на которой я потрепал, — ты извини меня за глупость. — Почитай о чистоте крови на досуге, — улыбнулся я мальчишке, а затем я обратился к другу, — сделайте тоже проверку крови на всякий случай. После я отправился в Принц-менор, чтобы отправиться за Гермионой, но видно не судьба, так как меня ждало послание от Господина. Чёрт! Написав Грейнджер, что я задержусь на день или два, поспешил навстречу своей судьбе. Переместился я по координатам, оставленным в письме, в Литтл-Хэнглтон прямо перед какой-то усадьбой. Скорее всего, это поместье Реддлов. Закончив любоваться архитектурой, я поспешил к Повелителю, который был в обществе Барти Крауча. — Ну, здравствуй, Северус, — прошипел Тёмный Лорд, — а теперь покажи мне то, о чём ты мне писал! Повелитель хоть и был в теле гомункула, но всё равно оставался силён, так как ему не составило труда просмотреть мои воспоминания якобы о будущем. Единственное, что ему не удалось узнать, — моё попадание в этот мир, видимо Смерть закрыла тенью это событие. — Значит, всё дело в крестражах, — пробормотал гомункул, — что ты знаешь, Северус? — Обратитесь к гоблинам, милорд, — ответил я, а Господин посмотрел на меня, как на больного, — они не станут сдавать вас властям или что-то в этом роде… Они, может быть, знают ритуал соединения крестражей воедино, но ваш один якорь уже уничтожен — ваша тетрадь, и как это повлияет на объединение оставшихся осколков души, никто не знает… — Свободен, Северус, — задумчиво сказал Тёмный Лорд, — ты дал мне пищу для размышлений. Прежде чем уйти, я посмотрел на Барти, который мне кивнул, давая этим понять, что внял моему совету и попытается уговорить Господина, если тот начнёт сомневаться. С облегчением я покинул Литтл-Хэнглтон и наконец-то переместился камином на виллу в Испании. Меня уже встречала Гермиона, которая была обеспокоена моей задержкой. Пришлось рассказать ей о визитах в Малфой-менор и в поместье Реддлов. При упоминании последнего девушка побледнела, но я её успокоил, сказав, что беспокоиться пока не о чем. Попрощавшись с Грейнджерами, которые всё-таки открыли здесь стоматологическую клинику, мы вернулись в Англию. Кстати, за полтора месяца, что я не видел Гермиону, она очень даже похорошела. Чёрт! Не об этом надо думать! Оказавшись в Принц-меноре, пока ещё гриффиндорка завела разговор, немного нервничая. — Северус, ты можешь сопроводить меня на Косую Аллею за покупками? — я вопросительно взглянул на неё, не понимая, зачем там моё присутствие. Она вздохнула. — Я боюсь. — Чего ты боишься, Гермиона? Иди сюда. — Я сел на диван, подзывая её к себе. — Тех перспектив, что ты описал, — тихо сказала она, а я приобнял её за плечи. — Всё позади, — попытался я успокоить девушку. — Но что им мешает меня похитить, изнасиловать, а потом стереть память? — спросила Грейнджер. Действительно, что мешает Уизли и Дамблдору сделать это, ведь последнему уже известно о переменах в жизни девушки. А наш добрый дедушка может внушить ей, что все злодеяния, произошедшие с ней, совершили слизеринцы, а гриффиндорцы — добрые и благородные рыцари, что заставит Лорда Принца разорвать ученический контракт. Именно на это рассчитывает директор. — Хорошо, я иду с тобой, Гермиона, — она улыбнулась, и я утонул в её счастливых глазах. Не знаю, кто первый начал, но через мгновение мы уже целовались. Это было волшебно, хоть я и прожил три четверти века в прошлой жизни, но такого не испытывал. Видимо, такие ощущения даёт нам наша партнёрская связь. — Милая, нам нужно остановиться, — прервал я поцелуй, а Гермиона покраснела и уткнулась лицом мне в шею, — иначе я не выполню своего обещания, данного твоим родителям. — Мы можем хотя бы иногда проводить так время? — тихо спросила Грейнджер. — Гермиона, посмотри на меня, — я приподнял пальцами её лицо и посмотрел ей в глаза, — нам никто не запрещает целоваться, просто нужно себя сдерживать в определённые моменты. Девушка согласилась. Я принял настоящий облик, в котором меня было не узнать, и мы с будущей слизеринкой отправились на Косую Аллею, предварительно проинформировав Малфоев о нашей вылазке. Когда мы появились в квартале волшебников, то многие смотрели на Гермиону с недоумением, ведь было известно, что она магглорожденная, а тут гриффиндорка идёт рядом с аристократом, что вызывало шок у окружающих. Грейнджер было не по себе, и я это чувствовал, поэтому посылал ей волны успокаивающей магии, которые были для девушки спасательным кругом. Но всё наше спокойствие разбилось о надвигающийся ураган Уизли…