Огонёк в её глазах

      К моменту, как я убедилась, что пламя удалось сбить, незваный гость, казалось, уже совершенно освоился. Поскольку обнаружился в небольшой спальне, примыкавшей к основной комнате домишки. Служило большое помещение одновременно и кухней, и рабочим уголком, и местом для встречи с редкими гостями. Хотя последних было бы вернее назвать покупателями или заказчиками.       Я осмотрела стол, украсившийся небольшим обугленным пятном, и остатки доброй трети трав, безнадежно подпаленные. Успела мельком подумать, куда подевался этот… И поняла, что в большой комнате уже не осталось никого, кроме меня. А наглец, уложив свою сумку на край моей кровати, снимал с пояса множество мешочков, пару фляжек.       — Забирай свои сокровища и иди–ка по–хорошему, откуда приехал. Лошадку тоже забирай, не знаю, куды ты ее подевал, но я тебя в гости не зазывала. Ваша братия, конечно, ребята нахальные, но ты прям совсем… — поделиться мнением о том, что именно он «совсем», я не успела, поскольку, добавив к своим богатствам, разложенным рядом с сумкой на моей кровати, пару небольших ножей и длинный кинжал, негодяй взялся за ремень, и весьма решительным образом, игнорируя мои возмущения, его расстегнул. По спине прошёл лёгкий холодок вопроса, что это он задумал.       — Продолжаете пытаться меня выставить? — не моргнув глазом, поинтересовался нахал, стянув ремень и взявшись за шнуровку у выреза туники. Да что за день–то такой?!       — Ой какой догадливый! — фыркнула я, резко шагнув в его сторону, стараясь сделать выражение лица как могла более угрожающим. — И не надо делать вид, что вы с первого раза не поняли, что я вас в дом не зазывала! Господин… Как вас там? Баэ? Или ФБаэ? — я выделила сомнительную часть имени, чтобы задеть и привлечь–таки внимание. Парень наконец обернулся, оставив в покое шнуровку, и уголки губ слегка дрогнули в усмешке.       — Милая леди, я уже намерился отдохнуть. Места у вас тут дивные, одно загляденье. Тихо, воздух свежий, травка для Чернички моей, лошадки любимой, и вон, травы ароматные, — он бросил на обугленные пучки на столе слегка насмешливый взгляд. — Благодать, птички поют, а в столице чего, один шум да пыль… Так что извините, хозяйка гостеприимная, но никуда я не уйду.       — Убирайся! — прошипела я, сжав кулак с такой силой, что ногти больно царапнули ладонь. И чуть–чуть обожгли. — Или я…       — Или вы… что? — всё с той же невозмутимостью приподнял бровь «ФБаэ». — Заговор прочтёте? Порчу наведёте? Так я от этого защищён. В дверь вытолкаете? Я даже посмотрю, как вы попытаетесь, и как оно у вас получится. Элиа, ну вы ведь умная женщина, — я на мгновение замерла, пытаясь подобрать слова и слегка растерявшись от того, насколько буднично он произнёс моё имя. Словно мы общались месяцами, а не от силы полчаса, большую часть которых я пыталась его выставить. И, как бы ни хотелось себя тешить надеждами, что это получится, он был совершенно прав.       — Адрес вы с именем откуда взяли? — наконец определилась с вопросом я, скрестив на груди руки.       — Из списков Отряда, — тут же отозвался парень, — собирался в эти края, да и решил справиться, нет ли у нас знакомцев тут. А вот, ведьмочка Элиа, три года назад в столице отметилась. Но я здесь не по службе, не переживайте, вопросов к вам нет. В отпуске я, вот и место отдыха по вкусу выбрал. Имею право, разве нет?       — В отпуске? Поэтому в форме на деревню притащился? И места лучше моей хижинки не сыскал? — недоверчиво прищурилась я.       — Почему же случайно, я искал тихое место, спокойное, от городов подальше. Карты поглядел. С друзьями поболтал. Ваше поселение прекрасно подошло, места благодатные. Аж вот бывают случаи, едут в края ваши по грибы да воздухом подышать, и с концами остаются…       Я хотела было съязвить в ответ, но тут Мэрк, до этого момента с философским видом наблюдавший за нами с кровати, вдруг спрыгнул на пол и неторопливо подошёл к незнакомцу. Обнюхал его сапог, потом поднялся на задние лапы и, цепляясь когтями за штанину, потянулся к карману.       — И даже ваш кот, — гость слегка наклонился, чтобы почесать Мэрка за ухом, — кажется, не против моего присутствия.       — Предатель, — прошипела я, глядя на кота.       — Просто он понимает, что я здесь никому не угрожаю, — спокойно ответил тот. — Просто приехал отдохнуть. Погулять, полюбоваться закатами… Может, даже научиться паре–тройке простых снадобий у местной ведьмы. Если она будет так добра, — с напускной галантностью слегка склонил голову он.       Я сжала зубы. Внутри всё кипело. Слишком речи гладкие, да под ними недоговорено много. Отпуск, видите ли. В самой глуши. И выбрал именно мой дом. Да и фраза это, будто мельком обронённая, про «с концами остаются». Врёт ведь, и не морщится. Но с Отрядом ссориться для молодой ведьмы себе дороже. Разве что заговор как уедет, начитать, чтоб чесался хорошенько. В местах поинтереснее. И икалось непрестанно.       — Чай научу заваривать, — процедила я вслух, сквозь зубы. — Но только это. И никаких «недель». Три дня, не больше. И располагайтесь где угодно, но не в моей спальне. И лучше где подальше. И никаких фокусов!       Он улыбнулся — на этот раз довольно искренне, без насмешки.       — По рукам, прекрасная хозяйка, — кивнул он. — Три дня. Но если отдых мне шибко понравится, попробую вас уговорить ещё на парочку…       

      ***

             Остаток дня, вместо ожидаемого ещё этим утром тихого и размеренного, тянулся слишком долго. Сперва этот… «ФБаэ» стянул всё же свою дорогую форменную тунику, натянул простую рубаху и такие же штаны, и выглядеть стал… Почти как нормальный человек. Только очень наглый. Что по–прежнему выдавали тёмные насмешливые глаза.       — Что ж, — уложив свои богатства и форму в сумку, кроме пары мешочков и одного из ножей, возвращенных на пояс, он огляделся и довольно хмыкнул, — раз уж я тут на отдыхе, надо и дела поделать. Лошадку устроить, да и осмотреться малость.       Я лишь равнодушно пожала плечами и вернулась к своим травам. Пусть что хочет делает, желательно подальше.       Баэ (или как там его звали на самом деле) подхватил уздечку и вышел во двор. Я краем глаза наблюдала за ним в окно, как он деловито похлопал красивую, грациозную лошадку, вороную, по шее, устроил под навесом, оставшимся от прежних хозяев домика, приволок откуда–то соломы, сделал подстилку, натаскал свежей воды из колодца. Движения уверенные, привычные. Лошадка в свою очередь ласково прищипнула губами собранные в длинный хвост волосы и подставила голову под хозяйскую ласку. Я, поймав себя на предательской лёгкой улыбке, поспешно отвернулась от окна к своим делам.       Через какое–то время снова глянув, чем занят гость, я заметила, как тот неспешно обошёл подворье, заглянул в сарай, даже к ограде подошёл, будто оценивал чтото. Пару раз бросил взгляд на лес за домом — задумчиво, будто прикидывал маршрут. А потом и вовсе скрылся за углом, махнув мне рукой на прощание. И славно, поменьше вокруг вертится — поменьше и мешает.       До самого вечера он не появлялся. Я успела и травы перебрать, и полы помыть, и настои поставить, и сообразить ужин — картошку с морковкой да горсть сушёных грибов. Просто, без изысков. Столичных яств у нас не водится, пусть не рассчитывает. А мужика взрослого я вообще кормить не подписывалась.       Солнце уже коснулось верхушек деревьев, когда дверь скрипнула, и на пороге снова возник Баэ. Волосы слегка влажные, словно в реке, что на другой окраине деревушки протекала, купался, в рубахе, заправленной в штаны. С таким безмятежным и бодрым видом, словно не шатался невесть где в лесу полдня, а в саду прохлаждался и ягоды ел.       — О, а хозяюшка уж и ужин стряпает, вот это уже радушнее, — протянул он, усаживаясь за стол. — И пахнет неплохо, вроде. Хотя и не как дома…       —Так и ты не дома у себя, что дала, то и ешь, — отрезала я, ставя перед ним миску.       — Да-да, понимаю, — парень зачерпнул ложку и принюхался. — Просто ведьмачьи блюда… На травах же небось сплошных, как и всё у вас. Колдунствуете, местные ж небось магичкой величают, но это ж не магия, так, хитрости бытовые да наговоры красивые да витиеватые, — я закипела ещё сильнее, чем когда он только заявился на мой порог. Сыскался тут великий чародей на мою голову, и выставить нельзя, так и насмехаться будет?!       — Что же тогда «настоящее волшебство»? — прищурилась я.       — О, ну как же, — он отложил ложку и поднял палец, словно поучая. — Настоящее волшебство — это когда ты одним движением ладони поднимаешь камень в воздух. Или бурю вызываешь. Или иллюзию какую наведёшь, а кто и рану мыслью и силою одними исцелит. А у ведьм… травы, амулеты, ритуалы, — протянул он, с лёгкой усмешкой. — Всё через подручные средства. Ремесленники.       Я сжала ложку так, что пальцы слегка побелели от напряжения.       — То есть вы, волшебники, — это аристократия, а мы, ведьмы, так, чернь?       — Ну почему же чернь, — он улыбнулся, явно наслаждаясь моей реакцией. — Просто… другой… Вид. Более приземлённый. Волшебников обычно ценят за мощь и скорость реакции, а ведьм — за умение разбираться в корешках или сглаз снять. Его может и вовсе не было, но люд–то деревенский поверит, яиц десяточек принесёт, али курочку к похлебке. Разные задачи, разные подходы.       «Курочку к похлёбке? Вид приземлённый?» — со злостью подумала я. — «Ну сейчас ты у меня узнаешь про приземлённость».       — Ешьте, господин великий маг, — процедила я. — И не отвлекайтесь на поучения приземлённой ведьмы.       Он только рассмеялся в ответ, и продолжил ужинать. А я, неспешно управляясь с содержимым своей тарелки, смотрела на него и придумывала, что–то не слишком опасное, но достаточное, чтобы проучить наглеца. Парень доел, заметил, что проведает лошадку и прогуляется перед сном ещё немного, раз уж на природу выбрался. И скользнул к двери.       — Только не заблудитесь, — бросила я ему вслед. — В лесу легко потеряться. Особенно городским.       — О, не волнуйтесь, — он обернулся уже на пороге. — Волшебники отлично ориентируются. Даже в глуши, — это, возможно, и была шутка, хотя больше выглядела как новое поддевание. Но стала последней каплей в чаше моей решимости. — К тому же, навыки выживания — часть подготовки в Отряде.       Дверь хлопнула. Я осталась одна. Подошла к полке с травами, выбрала несколько пучков. Улыбнулась.       — Прогуляйся, прогуляйся, — под нос себе заметила я. — Заодно посмотрим на «бытовые хитрости».       Я быстро смешала нужные средства, прошептала короткий заговор — не сложный, но действенный, и осторожно, постаравшись, чтобы занявшийся кормлением своей лошадки сноб не заметил, ненадолго отлучилась… Вернулась уже с пустой плошкой, спустя десяток минут, моего отсутствия гость не заметил, угощая любимицу морковкой. У меня что ли стащил?! Вот же… Свалился на голову.       А спустя ещё десяток минут он уже шёл по тропинке к лесу, насвистывая что–то под нос, высокий, уверенный в себе. Ещё бы — волшебник из Особого Отряда.       — Ну–ну, — усмехнулась я вслед. — Посмотрим, как ты запоёшь, когда с тобой сейчас решат пообщаться…