Скорпиус остаётся сиротой.

Они вышли из дома рано утром. Солнце только начинало подниматься, воздух был холодный и влажный. Скорпиус натянул капюшон слишком большой куртки — Гарри купил её на вырост, потому что в магических магазинах не было детских вещей, а в маггловские он не успел. — Мы куда? — спросил мальчик, зевая. — В одно место, — Гарри взял его за руку. — Держись крепко. Будет немного неприятно. Трансгрессия прошла с рывком. Скорпиус зажмурился, а когда открыл глаза, они уже стояли в узком переулке. Вокруг было серо и грязно. Кирпичные стены, кривые вывески, запах сырости и чего-то кислого. — Это Лютный переулок, — сказал Гарри. — Здесь живут не очень хорошие люди. Поэтому ты будешь рядом со мной, понял? — Понял, — Скорпиус сжал его руку сильнее. Они прошли мимо нескольких лавок, пока Гарри не остановился у неприметной двери с табличкой «Редкости и древности. Вход только для своих». Он постучал три раза, потом два, потом ещё раз. Дверь открылась с противным скрипом. На пороге стоял низкий толстый человек с седой бородой и маленькими маслеными глазками. Он окинул Гарри взглядом, потом посмотрел на Скорпиуса. — Поттер, — сказал он хрипло. — Не ждал. И что, маленького взял? — Он со мной, — Гарри шагнул внутрь. — Мне нужна информация. — Информация стоит денег. Или услуг. — Деньги есть. Человек хмыкнул и провёл их в заднюю комнату. Там пахло пылью, старым деревом и ещё чем-то сладковатым — может, ладаном. На полках стояли странные предметы: черепа, засушенные руки, амулеты с красными камнями. Скорпиус смотрел на всё широко раскрытыми глазами, но молчал. — Садитесь, — торговец указал на два стула. — Что ищешь, Поттер? — Кто заказал нападение на особняк Малфоев. Торговец замер. Потом медленно сел напротив. — Ты в опасную игру играешь. Это дело не для героев. — Я не герой. Я просто хочу справедливости. — Справедливость не продаётся, — торговец усмехнулся. — Но информация — да. Я знаю, кто брал заказ. Но если я скажу, меня убьют. Поэтому я скажу тебе другое: ищи того, кто недавно купил артефакт для уничтожения следов. Дорогой, редкий. Таких покупателей мало. — Где взять список? — В Гринготтсе, — торговец понизил голос. — У гоблинов. Но они не любят авроров. А тебя — особенно. Ты у них что-то брал когда-то, они не забывают. Гарри нахмурился. Он вспомнил — меч Гриффиндора. Да, гоблины не простили. — Спасибо, — сказал он, вставая. — Сколько? — Нисколько. Скажем так, я должок закрыл. Ты когда-то помог моему племяннику в битве за Хогвартс. Он выжил. Теперь мы квиты. Гарри кивнул. Взял Скорпиуса за руку и вышел. На улице мальчик выдохнул. — Он был страшный, — сказал он. — Но полезный, — ответил Гарри. — Пойдём дальше. --- Они трансгрессировали к дому Панси Паркинсон. Она жила в небольшом особнячке на окраине Лондона, за высоким забором. Гарри постучал в калитку. — Кто там? — раздался голос. — Гарри Поттер. Мне нужно поговорить. Дверь открылась. Панси стояла на пороге — худая, с острым лицом, в чёрном платье. Она посмотрела на Гарри, потом на Скорпиуса, и её глаза расширились. — Это… это сын Драко? — Да. Мы ищем тех, кто убил его родителей. Панси помолчала. Потом отошла в сторону. — Заходите. Только быстро. Я не люблю гостей. Они прошли в гостиную. Всё было серым — стены, шторы, мебель. Панси села в кресло, закурила длинную тонкую сигарету. — Я не знаю, кто это сделал, — сказала она. — Но я знаю, что Драко боялся. За месяц до… он приходил ко мне. Сказал, что кто-то угрожает его семье. Не сказал кто. — Почему он не пошёл к аврорам? — Гордость, — Панси выдохнула дым. — Он думал, что справится сам. Глупец. — Кто мог ему угрожать? — Многие. После войны его считали предателем. Особенно те, кто сидел в Азкабане. Они вышли, они злы. Драко сотрудничал с Министерством, давал показания против своих. Прощён не был никем. — Конкретные имена? — спросил Гарри. Панси покачала головой. — Я не знаю. Но спроси у Теодора. Он ближе всех к этой грязи. Он общается с бывшими. — Спасибо. Гарри встал. Скорпиус тоже поднялся, всё это время сидевший тихо-тихо. — Вы будете о нём заботиться? — спросила Панси, кивнув на мальчика. — Да. — Тогда делайте это хорошо. Драко заслужил хотя бы это. Она не стала прощаться. Просто закрыла за ними дверь. --- На улице Скорпиус заплакал. Тихо, без звука. Гарри присел на корточки, взял его за плечи. — Что случилось? — Она сказала, что папа был глупцом, — всхлипнул мальчик. — Но он не был глупцом. Он был хорошим. — Я знаю, малыш. Она просто злая. Не слушай её. — Я хочу домой. — Ты дома, — сказал Гарри. — Со мной. Он вытер слёзы мальчика рукавом. Скорпиус обнял его за шею и долго не отпускал. Гарри стоял посреди чужой улицы, обнимая чужого ребёнка, и чувствовал, что это уже не чужое. Это его. Его семья. — Поедем домой, — сказал он. — Отдохнём. А завтра встретимся с Гермионой и Роном. — А можно Мюррея поглажу? — Можно. Он трансгрессировал обратно, держа мальчика крепко. В доме было тепло, и Мюррей спал на диване, как ни в чём не бывало. Скорпиус забрался на диван, прижался к коту и закрыл глаза. Гарри сел рядом и достал блокнот. «Панси ~ Теодор Нотт. Гоблины. Список покупателев. И те, кто вышел из Азкабана. Завтра начинаем.» Он посмотрел на Скорпиуса. Тот уже спал, уткнувшись носом в рыжий бок. «Справлюсь», — подумал Гарри. За окном снова шёл дождь. Но в доме было сухо и тепло. Конец четвёртой главы.