Теневая община

- Брат! Снежным незапланированным денем на улице был только один хозяин — пронзающий кости ветер. Он дул так, что казалось в один миг незащищённая теплой одеждой кожа замёрзнет насмерть. Пронизывал собой и нес бремя тоски и ненависти. Он пробирался сквозь его разорванную местами алую одежду. Трепал  запекшиеся кровью светлые волосы. Толкал его и неустанно шатал и так обессиленного парня. Но ему не было дела до разгневанного ветра, до снежинок, что падали неустанно на его волосы и плечи. Шаг за шагом, готовый упасть и больше не вставать парень ронял редкие, пропитанные одиночеством и чувством новой брошенности, слезы. Ему уже ни до чего не было дела.  Недалеко слышался хруст снега и крик его брата. Он нёсся к нему сквозь огромные слои сугробов. Парень не смотрел на его полное переживания и облегчения лицо. Чем ближе он подбирался, тем отчётливее видел кровавые следы на теле своего брата.  Ему оставалось гадать, он был ранен или сам кого-то убил. В руках тот сжимал маленькое колечко и даже немного улыбнулся.  - Это конец? Я больше ее не увижу?  - спросил он сам себя. Его глаза блеснули слишком сильным блеском, проронив новые капли. Он замолчал и судорожно вздохнув, уже поднял взгляд на темноволосого парнишку впереди.  - Знаешь, брат, я никогда не верил в любовь. Это казалось мне полным бредом. Так, выдумкой для идиотов, которым не во что верить.  Парень с угольно-черными волосами с болью в сердце слушал его слова и не представлял на сколько ему было тяжело в этот момент. И неожиданно за спиной еле живого он заметил фигуру, что почти ползла в их сторону. Она вздыхала от намокшего окоченевшего тела и еле разборчиво пробормотала.  - Она не умерла.  - Где она, Элейн?  - По ту сторону нашего мира, — ответила девушка с короткими блондинистыми волосами и упала без сознания. Остальные которые шли за ним бросились к дрожащей девушке.  - Почему ты бросила меня, Элизабет? - горько усмехнулся тот, кто остался стоять на месте и покручивать в руках красивое серебряное кольцо.  **** Под землёй, глубже мест, где покоились трупы, пролегала подземная железная дорога. К двум часам ночи не осталась никого из людей. Когда жители города отдыхали, предаваясь сладким снам, по путям безжалостно двигалась пустая подземная электричка. Грохот раздавался с одного конца тоннеля к другому. Множества вагонов с ужасным скрежетом разрезали тишину. Внутри было лишь два пассажира. Пожилой мужчина с газетой в руках перекидывал свои ноги друг на друга и краешком глаза поглядывал на пассажирку. Миниатюрную девушку лет шестнадцати. Серебристые волосы были спрятаны под шапкой, а тело укутано в чёрный пуховик. Сама она держалась о чехол похожий на тот что от музыкального инструмента. Она знала что старик сидящий напротив неë подсматривал за ней. От этого рука сильнее сжималась, пытаясь заставить сохранять спокойствие. Вагоны понеслись по другому тоннелю, давая одному из них полную свободу действий. Горящие накануне лампы один за другим начали отключаться. Своим зловещим миганием предвещая ужасные события. Старик отложил в сторонку газету, и даже забыв о своём деловом портфеле, помчался вперёд. Наступила полная темнота. Горел только следующий вагон. Девушка встала со своего места и медленным шагом пошла в сторону человека. Он стоял в самом конце, судорожно пытаясь открыть не поддающуюся дверь. Пока тот возился, в конвульсиях оборачиваясь назад, она уже стояла за спиной своей жертвы. Последний поворот головы, последний вздох и последнее произнесëнное слово. — Охотник… Кровь разлетелась по всей стене. Тело убитого валялось под ногами его убийцы. Она вытерла об сиденья меч и сунула обратно в чехол за спиной. Раздался щелчок. Электричка приехала к новой остановке. Двери открылись и уже единственная пассажирка вышла из вагона. — О, Элизабет! Голос, который напоминал ей скрежет металла, раздался пред ней. Махая руками, к ней шёл человек в чёрном костюме и таких же очках. Рядом с ним был его напарник. Она не видела его раньше. Должно быть он был новеньким, только что вступившим в службу. Она немного пожалела его за выбор работы. Если он и правда новоприбывший, то ему придётся увидеть столько говна, которого она навела. — ты уже справилась? Ничего себе, а ты такая быстрая. Молодец! — Давай по серьёзней, Бан. — хмуро ответила Элизабет. Она была в крайне паршивом настроении для разговоров. — Уберитесь там. Она повернулась и начала уходить. Светловолосый мужчина взглядом указал на вагон, чтобы его напарник прибрался после проделанной работы. — Элизабет? — шёл по пятам мужчина — В чëм дело? Она не хотела слушать его противный голос. Полная ненависть к своей работе не давала ей радоваться. Убийство демонов было не тем чем ей когда-либо хотелось заниматься. Элизабет могла жить обычной жизнью, радоваться как другие люди, но из-за таких, как он, из-за демонов, ей не осталось выбора. От самой мысли что она могла не лезть во всë это дерьмо, руки сами тянулись к мечу. Подавляя желание порезать на кусочки ещё одну нечисть, она обернулась, со злобным видом посмотрев на Бана. — С каждым демоном мы становимся ближе к цели. — он снял чёрные очки и протёр свои глаза. Бан посмотрел на Элизабет, которая уже устала слушать все эти байки. — Я здесь не ради этих людоедов. — Да ладно тебе, это всего лишь вопрос времени. Ха-ре дуться. Элизабет уже устала ждать. Сколько прошло времени. Ей оставалось только убивать демонов, что примкнули к дьяволице. Тех что своевольно пожирали людей. Раньше они разгуливали по улицам, днём и ночью, у всех на глазах убивали и поедали невинный народ. Но когда Элизабет стала отражением великого охотника, твари попрятались, поджимая свои хвосты. Демоны начали бояться еë, скрываться от неë, и это только усложнило всю работу. — Дерьмо, — вскрикнул напарник и вышел из электрички. Пойдя проверять работу, он увидел окровавленное тело без головы в каком-то ящике вагона. Кровь дорожкой пролегала к ней. — У нас проблемы. — шёл он обтирая салфеткой свои руки. Похоже ему не доводилось раньше глядеть на трупы — Это не демон, это человек. — Он просто не успел обратиться, — спокойно произнёс Бан. Он издавна знал принципы Элизабет. Мужчина работал с ней не первое десятилетие. Поэтому был уверен, что убитым был именно демон. — И ты веришь ей? — обвиняюще произнёс парень — Ты просто убила не того, верно?! — он указал на неë пальцем, что было крайне опрометчиво. Элизабет схватила его за руку, вывернула еë и сломала указательный палец. Напарник корчился от боли, не имея возможности вытащить руку из еë цепкого захвата. Маленький шрам на сломанном пальце подрагивал и вскоре мог оказаться ещё больше. — Элизабет, не стоит его калечить. У нас и так желающих не ахти. Она укоризненно посмотрела на Бана и с явным недовольством оттолкнула его помощника. Элизабет как интроверт, недолюбливала всё живое и движущееся. Особенно то что могло думать и указывать на неë своими уродливыми пальцами. Может быть и была пара исключений, но в них этот новенький точно никогда бы не вошёл. — Вот возьми, — Бан протянул ей завёрнутый бумажный пакет и какую-то записку. Пакет она взяла, а вот к записке отнеслась с пренебрежением. — Это письмо из королевского дворца. — Если от него, оставь себе. — Не волнуйся, от Зелдриса. Возможно приглашение на очередное заседание теневой общины. Бан держал протянутым это письмо, пока Элизабет не забрала его. Она развернулась, и даже не открывая, пошла своим путём. Бан помахал ей в ответ и посоветовал побольше улыбаться. В ответ она показала ему средний палец и скрылась в темноте тоннеля. — Эта тварь выходит из-под контроля, — рассержено выбросил его напарник, который до еë ухода даже повернуться не смел. — Она наша единственная надежда. Мы нуждаемся в ней. — Бан развёл руками и пошёл к двери электрички. **** Элизабет зашла в свою комнату в отеле, и небрежно разбросав свои сапоги и пуховик, пошла на кухню. Она не была фанатом такого поведения, но за этот день она убила больше десятка демонов и изрядно устала. К огромному сожалению демоны были бессмертными существами, которые регенерировали моментально. Только один единственный меч мог их убить. И только она могла им пользоваться. Это была еë ноша. Некому не доверять, не привязываться и постоянно убивать. Это еë судьба, с еë семнадцатилетия до самой смерти. Элизабет развернула пакет и достала из неë белую непрозрачную бутылку. Открывая еë, она начала пить содержимое. С уголка рта потекла капелька алой жидкости. Внутри бутылки была кровь, но не человеческая. Она вытерла тыльной стороной руки оставшийся след и раскрыла письмо. С первого слова в нём было очевидно что белобрысый еë обманул. Оно было далеко не от Зелдриса. Элизабет сжала бутылку и представила что на еë месте шея того вруна. Хитрый лис не отличался честностью, но врать в лицо, зная что обман в скором времени раскроется, было за пределами еë терпения. Она вздохнула, отложила бедную вещь у неë в руках и решила дочитать письмо. «Дорогая моя Элизабет, Давно не виделись, правда? Сотню, две? Даже уже не припоминаю. Но навсегда храню в сердце проведённые вместе моменты. Да, ты меня жестоко отшила, но я не отчаиваюсь. Скорее всего ты очень злая и думаешь как бы придушить Бана, но, честно говоря, я сам попросил сказать что оно от моего младшего братца. Ты только не сердись, ладно? А то на мои письма ты не отвечаешь. Пришлось у брата временно присвоить должность написания важных записок членам теневой общины. Ладно, о важном рассказал теперь всё остальное. Элизабет завтра ты должна явиться на собрание. Очень важное, и как обычно забить на это и не прийти ты не можешь. Как минимум потому что это связано с тем кого ты ищешь. И пока ты не задалась вопросом скажу, что я тоже там буду, и избегать тебе меня больше не получится. Буду ждать нашей встречи, Искренне восхищающийся и любящий тебя, Мелиодас.» Элизабет закатила глаза. Парень которого она знала совсем не менялся. С их первой встречи и до этого момента. Всё такой же красноречивый Мелиодас, который любит бубнить про свою заоблачную любовь к ней. Тысячи писем присланных ей. В каждом из них были пламенные речи которые не получили ответа. Возможно из-за не взаимности, а возможно потому что огромное количество проблем взволилось на одну девочку и она решила просто убежать. Элизабет отложила листок бумаги, и пройдя несколько шагов, подошла к террариуму. В ограниченном стеклянном пространстве посапывала черепашка. Она постучала по террариуму и положила листик салата. Медленная зверушка высунула головку и стала поедать данную ей еду. Элизабет отошла и села на диван. Она прикрыла свои веки. Впервые за столько лет ей предоставилась такая роскошь как отдых. Она не позволяла себе спать. Доверия у неë не было ни к кому. Она могла заснуть и уже никогда не проснуться. Демоны как и боялись так и хотели убить единственного охотника, который отравляет им жизнь. Элизабет лежала пытаясь сосредоточиться на следующем дне. Только мысли всегда соскакивали на старого знакомого блондина. Элизабет придавалась своим воспоминаниям о старом мире. О полях, лугах, женщинах в ужасных корсетах, о мужчинах в этих уродливых чулках. О мире где не было интернета, поездов, электричества. О мире в котором она была ещё немного свободна. Где она не узрела свою зверскую натуру. Это был прекрасный мир. Последние клочки счастья исчезли и остались там. Она убежала от туда и оказалась в ловушке, ловушке которую сама же и поставила. В самый неподходящий момент зазвонил звонок номера. Элизабет тут же распахнула глаза. Еë хмурый взгляд снова вернулся к ней вместе с испорченным за один момент настроением. Она мысленно думала демон это или нет. И что она сделает с ним если это всё же демон, направилась к входной двери. Элизабет открыла и почувствовала желание закрыть еë. Такая фортуна могла выпасть только ей. За дверью стоял Бан с тем ушлëпком. — Что надо? — Элизабет оглядела обоих и с безразличными глазами ушла обратно на диван. — Миленько тут, — сказал Бан, входя в прихожую. — Мы зайдëм? — спросил он, словно это что-то значило. Он бы всё ровно зашёл. — Заходи, — Элизабет разлеглась на диване и показала пальцем на другого — А этот пусть остаётся там. Бан развёл плечами и похлопал напарника по плечу. Он который остался стоять на пороге, сильно разозлился. — Жалкая полукровка, — шёпотом процедил тот, уперевшись об дверной косяк. — Я тебе язык вырву и замотаю вокруг глотки, — спокойно пригрозила Элизабет. Может она и не была суперслышищей, но уловить шёпот из коридора который находился от неë в нескольких метрах, могла. — Чего припёрся? — Вещь которую ты давала клиенту, она закончилась. Он просит ещё. Элизабет вздохнула, перелезла через спинку дивана и пошла на кухню. Взяв склянку из дальнего ящика и нож, она сделала огромный порез на руке и выкопала свою кровь в стекляшку. — Так вот что это такое, — он пригнулся чтобы лучше рассмотреть весь процесс. — Зачем ему твоя кровь? — Меньше знаешь — крепче спишь. — Элизабет обмотала еë тканью и воткнула в неë дюжину игл. Положив это в пакет, отдала Бану. Он с интересом вертел еë в разные стороны и хмыкал. — Ты же знаешь что я с тобой сделаю если оно не поподëт туда куда нужно? — Я не такой вор, как ты думаешь. — Ага, конечно. И это тоже захвати. — Элизабет указала на мусорный пакет. Проворчав и пробубнив что-то себе под нос, Бан всë-таки забрал мусор. Он прислонил руку ко лбу, как сам говорил что в тысяча девятьсот сороковых годах это было что вроде наивысшего уважения и ретировался из номера. Для неë мужчина был ещё совсем молоденьким как ребёнок. Он всего-то пережил вторую мировую войну, а Элизабет застала и первую. Конечно участия в этих двух полномасштабных войнах она не принимала, потому что не убивала людей. Но отыскать демонов в этой толпе было проще простого. **** По дороге одного города ехала синяя машина. Водитель вечно что-то жевал, плевался и совсем не следил за дорогой. Он был так занят своими делами, что не заметил красный цвет и чуть не сбил бабушку на переходе. Сзади неë ехала чёрная машина. Блондинистый парень подвозил своего брата. Изредка стуча по рулю и набивая ритм, он был так погружён в свои мысли что не обращал внимания на сюсюкающегося за соседним сиденьем Зелдриса. Он миловался по телефону со своей любимой Гельдой. Обычно Мелиодас фукал и закатывал глаза, но сегодня он был слишком счастлив. Он распланировал всю свою жизнь. Кроме того что бы прожить этот день, завтра встретить Элизабет и жить долго и счастливо, он ничего не придумал. Да и зачем ему это, хоть рабом для неë на оставшуюся вечность стать и то было в радость. Мелиодас заметил водителя впереди него, который почувствовал себя гонщиком из девяностых, которых водилось тогда по всей Британии. — Вот паршивец, — радостно пропел он. Внезапное желание преподать ему урок проехалось по его голове. Зелдрис отложил телефон от уха, с вопросом посмотрев на брата. — Я не тебе, братик. Черноволосый вздëрнул бровь и продолжил разговаривать со своей возлюбленной. Улыбка брата насторожила его. Не успел он приложить смартфон к уху, его резким толчком приклеило к сиденью. — Ты что делаешь?! — закричал Зелдрис. Мелиодас иногда шутил, что у его братишки была редкая непереносимость скорости. — Учу младшеньких уму — разуму. Мелиодас повернул руль налево и закрыл проход обнаглевшему водителю. Он вышел из машины и безмятежной походкой сел на бампер чужого автомобиля. Плюющий на всё водитель, наконец то обратил хоть на что-то своë внимание. Он злобно побибикал, но Мелиодас не слез. — Как дела? — спросил он. Мелиодас расположился так что лицом к лицу был с горе — гонщиком. Преподать урок очередному пупсу он был рад во все времена. — Ты кто такой?! — крикнул мужчина за рулём. Верно у него было какое никакое расстройство личности. Ведь как иначе можно передать весь спектр эмоций на его лице. Мужик злился словно его дом взорвали, а из семьи сделали рабов. Рабство давным-давно отменили, но блондин частенько об этом вспоминал. — Мама твоя, — Мелиодас улыбнулся так, будто канстонтировал факт. На его реакцию было всё интереснее смотреть. Блондин прищурил глаза, ожидая новых выпадов с его стороны. — Что ты несёшь?! Она дома! — Да? А та старушка которую ты сбил, разве не она? — он указал на пешеходный переход позади них. Глупый человек фыркнул и посмотрел на одно из зеркал заднего вида. Мелиодас с грустью помотал головой, пока мужик с расширенными глазами бежал к своей «маме». — Сын убил свою мать. Как ты мог? — Мелиодас своими словами нагонял всë больше паники на мужика. Обвинением в убийстве человека который его родил и воспитал, он заставил его пройти через все круги ада. Для Мелиодаса это была особенная забава — выводить людей на эмоции. Зелдрис не понимающе глядел через лобовое стекло на своего брата, который видимо включил свои актёрские навыки. Он давненько так не делал, Зелдрис даже чуть-чуть удивился. Он было начал забывать все удивительные таланты своего старшего брата. — Что случилось? — раздался голос из трубки. Гельда взволновалась тем что еë парень так неожиданно замолчал. — Мелиодас буянит. — Что? — Подожди, я тебе покажу, — сделав несколько кликов, Зелдрис переключил аудиозвонок на видео. Появилась ослепительная мордашка Гельды, которая сперва улыбалась, а присмотревшись, засмеялась. — Это на него похоже, — она хихикала. Зелдрис рассказывал ей на сколько сильно его брат любит подкалывать людей. — И с чего это он? — Из-за собрания, конечно же. — О чём ты? Он же недолюбливает собрания, — бедняжка совсем не понимал эти очевидные вещи. Способность ловить всё на лету должно быть полностью досталась Мелиодасу. — Бедный мой мальчик.