Когда всё идёт не по плану

      Хичоль приходит раньше.        Сам по себе факт мелкий, но Кюхёна это раздражает сильнее, чем должно — будто его автоматически ставят в позицию догоняющего, хотя именно он всё это начал. Когда он заходит в бар, взгляд почти сразу находит его у стойки.       Хичоль сидит боком, опираясь локтем о столешницу, и медленно вращает стакан в пальцах, словно у него есть всё время в мире. Никакой спешки, никакого напряжения — только это его спокойствие, которое всегда раздражает сильнее, чем любые слова.       Он поднимает взгляд сразу.       Конечно поднимает.       И в этом взгляде нет ни удивления, ни приветствия — только внимательная оценка, от которой Кюхён невольно выпрямляется, будто его только что поставили под более яркий свет.       — Быстро ты, — говорит Хичоль, скользнув по нему взглядом, словно проверяет, не передумал ли он по дороге.       — Ты тоже, — отвечает Кюхён, садясь рядом и намеренно сокращая дистанцию больше, чем нужно.       Плечо касается плеча.       Слишком близко.       Он это замечает. Хичоль — тоже.       Но никто не двигается.       — Ну давай, — произносит Хичоль, делая глоток и не отводя взгляда. — Удивляй.       Кюхён выдыхает, упирается локтями в стойку и наклоняется вперёд. Слова, которые днём казались простыми, сейчас требуют усилия — как будто в них внезапно появился вес.       — Я познакомился с девушкой, — начинает он, глядя перед собой. — Она нормальная, без заскоков, но у неё есть условие.       — Уже звучит как проблема, — хмыкает Хичоль, чуть поворачивая к нему голову.       Кюхён игнорирует комментарий, только слегка сжимает пальцы.       — Она не спит вдвоём. Вообще. Только втроём.       Хичоль поворачивается полностью.       Теперь он смотрит прямо — дольше, внимательнее, будто ищет момент, где Кюхён сдастся и скажет, что это шутка.       — И ты решил, что это отличная идея, — произносит он.       — Я решил, что это выполнимо, — отвечает Кюхён коротко, без украшений.       — И сразу подумал обо мне, — добавляет Хичоль, уже медленнее, наблюдая за реакцией.       Кюхён не отвечает сразу.       И этим уже всё говорит.       Он отводит взгляд на секунду, потом возвращает обратно.       — Не сразу, — говорит он ровно. — Я сначала попробовал другие варианты.       Хичоль чуть приподнимает бровь.       — И? — уточняет он, наклоняя голову, как будто это самое важное место.       Кюхён усмехается, но без намёка на лёгкость.       — И все отказались.       Пауза становится плотнее.       Кюхён слегка смещается ближе, упираясь локтем в стойку, будто это даёт ему больше контроля.       — Ты — последний, к кому я пришёл, — добавляет он. — Но не потому что «ну ладно, сойдёт».       Хичоль смотрит на него дольше.       — А потому что что? — спрашивает он тихо, не отводя взгляда.       Кюхён делает короткий вдох.       — Потому что ты единственный, кому я могу это предложить без ощущения, что я всё испортил ещё до начала, — говорит он, подбирая слова медленнее, чем обычно. — И потому что я тебе доверяю.       Последняя фраза выходит быстрее, чем он хотел.       Хичоль чуть приподнимает бровь, и в его взгляде появляется что-то новое — не насмешка, а интерес с примесью скепсиса.       — Доверяешь, — повторяет он, перекатывая слово на языке. — В таком контексте?       — Да.       Хичоль тихо усмехается, качнув головой.       — Странный у тебя способ проверять доверие, — говорит он.       Кюхён хмыкает.       — Ты бы предпочёл, чтобы я позвал кого-то случайного?       Хичоль делает глоток, тянет паузу.       — Я бы предпочёл, чтобы ты вообще в это не лез, — отвечает он спокойно.       Пауза падает тяжелее.       Кюхён проводит пальцами по краю стакана, затем смотрит прямо на него.       — Ты сейчас отказываешься? — спрашивает он.       Хичоль не спешит. Смотрит, оценивает, как будто решает, насколько далеко зайдёт.       — Я пытаюсь понять, зачем тебе это, — говорит он.       — Я уже сказал.       — Ты сказал, что «вписался», — спокойно поправляет Хичоль. — Это не причина.       Кюхён раздражённо выдыхает.       — Ладно, мне она нравится, — говорит он жёстче. — Я хочу с ней переспать. Но она хочет втроём.       Хичоль выдерживает паузу, затем кивает.       — Вот это уже честнее, — отмечает он. — И ради этого ты готов втянуть меня, — добавляет он, чуть тише.       — Я не втягиваю, — сразу отвечает Кю, наклоняясь ближе. — Я предлагаю.       Хичоль усмехается уголком губ.       — Очень щедро, — бросает он.       Кюхён хмыкает.       — Ты можешь отказаться.       — Могу, — спокойно отвечает Хичоль.       Они смотрят друг на друга.       Дольше, чем нужно.       Кю наклоняется ближе.       — Но ты всё ещё здесь, — говорит он тише.       Хичоль слегка поворачивает голову, не отстраняясь.       — Потому что мне интересно, — отвечает он.       — И? — Кюхён не отступает.       Хичоль чуть прищуривается.       — И потому что ты выглядишь так, будто сам не до конца понимаешь, что делаешь.       Попадание.       Кюхён замирает на секунду, затем усмехается.       — А ты, значит, понимаешь?       Хичоль выдерживает паузу, затем криво ухмыляется.       — Лучше, чем ты думаешь.       Никто не двигается.       Хичоль ставит стакан на стойку и разворачивается к нему корпусом. Теперь расстояние между ними почти отсутствует.       — Ладно, — говорит он. — Допустим, я соглашусь.       Кюхён не даёт себе расслабиться.       — Допустим?       — Да. Но у меня есть условия, — продолжает Хичоль спокойно.       — Конечно есть, — отзывается Кю, чуть выдыхая через нос.       — Во-первых, я хочу сначала её увидеть. Без сюрпризов.       — Это логично.       — Во-вторых, ты не будешь вести себя как идиот, — добавляет он, глядя прямо.       Кюхён усмехается.       — Это слишком расплывчато.       — Ты сказал, что она тебе нравится. Это значит, что если ты начнёшь устраивать сцены ревности или потеряешь голову, я просто встану и уйду, — уточняет Хичоль, не повышая голос, но делая акцент на каждом слове.       — Я не собираюсь...              — Я не закончил, — перебивает он спокойно, но жёстко.       Кюхён замолкает. — И в-третьих, — добавляет Хичоль, чуть тише, но уже без прежней расслабленности. — без лишней херни потом.       Кюхён хмурится.       — Это сейчас о чём?       Хичоль чуть поворачивает к нему голову.       — О том, что если ты решишь после этого начать вести себя странно, — говорит он спокойно, — я просто не буду в этом участвовать дальше.       Кюхён усмехается.       — Это просто секс.       Хичоль коротко хмыкает.       — Вот и веди себя соответственно.       Кюхён выпрямляется, делает глоток.       — Значит, ты в деле?       Хичоль чуть склоняет голову набок.       — Я сказал «допустим».       — Ты издеваешься?       — Немного, — спокойно отвечает он.       Кюхён фыркает.       — Я восприму это как «да».              — Делай как хочешь, — отвечает Хичоль.       И добавляет, уже отворачиваясь:       — Только потом не говори, что тебя не предупреждали.