Не скрывай

Оай смотрит нечитаемым взглядом, руки сложены на столе, а смотрит он куда-то в малость вбок, наклонив голову. Неподалёку стоит пустая чашка. Роджер устало протирает глаза — не от сонливости, сон ему не к чему, просто прихоть проживать рутиной человеческой жизни; в этом есть что-то необычное. Да и скорее, Роджер привык ложиться спать по ночам оттого, что малышу нужен сон. Всё-таки он и ребёнок Оая, в ком смешана кровь мага-человека. Оай более человечен, чем Роджер, как бы иронично это ни звучало. Мужчина больше вымотался от разговора с Оаем, неудивительно, но призрак его утомил вопросами, давлением, взглядом. Впервые Роджер просто разговаривал с ним, и это было так же утомительно, как сражаться, только уже от морального натиска. Взгляд красных глаз упал на диван неподалёку. Хоть он и был большим, но Оаю вряд ли там будет удобно спать, ведь диван не был настолько большим, как мужчина. — Давай я тебя телепортирую, — наконец произнёс Роджер. Оай удивлённо поднял на него взгляд, а потом нахмурился. — Нет. И этого ответа было достаточно, чтобы Роджер всё понял. Дальше они сидели в тишине, может обдумывая недавний разговор, может размышляя о своём, но с друг другом они больше не говорили, в ближайшее время точно. Детская комната была просторной, уютной и умеренно заполненной вещами, мебелью, игрушками. Слева стояла детская кровать с бортиком, а на ней спокойно спал малыш под тёплым одеялом. Тёмные локоны спокойно и неподвижно лежали на белой шелковистой подушке, пока ребёнок спал с чуть открытым ртом и тихо посапывал. Оай стоял рядом, чуть нависая и смотрел в темноте на детское личико. С малость приоткрытой дверью проходил свет от другой комнаты. На пухлых щёчках ребёнка красовался незаметный лёгкий румянец, который Оай аккуратно погладил большим пальцем. Только сейчас призрак заметил, как малыш под одеялом обнимает его красный бант и от этого на душе становилось теплее. Роджер уступает ему кровать в своей комнате — большую, удобную, двухместную, а сам уходит молча. Какое-то время Оай просто лежит на спине, а потом закрывает глаза и погружается в сон. Сегодня они всё обсудили и даже если какие-то темы не были сказаны, они поняли друг друга без слов. Когда утром Оай замечает Роджера спящим на диване, ему какое-то время становится неловко. Он не думал, что комната одна и вообще считал, что занял пустующую для гостей. А мысль, что он лежал на кровати, в которой все это время спал Роджер, смутила его ещё больше. Запах, который он вдыхал с простыней, вовсе не был запахом кондиционера для белья. "Мне не просто так казалось, что для кондиционера запах слишком грубый", — подумал Оай, но не стал слишком задумываться об этом. Тем временем Роджер медленно открыл глаза и боком заметил стоящего неподалеку Оая. Он повернул голову, все ещё лёжа на диване и посмотрел на призрака, но тут прозвучал щелчок открывающейся двери. Роджер жестом показал Оаю "тихо", а сам принял недавнюю позу, в которой спал. В комнату зашел все ещё сонный Тин, но встретившись взглядом с Оаем, радостно воскликнул: — Привет! Голос прозвучал с осиплостью, но быстро принял свое привычное звучание. Малыш хотел подойти к Оаю, но на половине пути увидел спящего отца и перенаправился к нему. Маленькие шаги ускорились и малыш, на удивление, перепрыгнул ручку дивана и расчетливо плюхнулся прямо на торс Роджера. Тело мужчины согнулось и он издал неприятный звук от резкого приземления, он притворно устало, после сна и шокировано открыл глаза. Тин расположился на нём и его смех уже вовсю разлетелся по комнате. — Доброе утро! Оай, наблюдающий за этой сценой, сначала удивился, но потом на его лице появилась улыбка.