Someone to hold you tight

Сентябрь, 1982.       Тяжелая рука Рабастана Лестрейнджа, перекинутая через его талию, не дала Регулусу отстраниться. Эту предрассветную тишину он не хотел ни с кем делить, потому старался не шевелиться, и ему оставалось только наблюдать, как за окнами медленно плывет туман, погружая луг в таинство, будто вот-вот появится чудище, как в старых комиксах Сириуса, которые тот прятал под грязным бельем, чтобы мать случайно не нашла, но сонное бормотание Рабастана вернуло его назад, в комнату, где он жил последние полтора года, в его "золотую клетку". Регулус перевел взгляд на руку парня, шрамов у него явно больше, чем год назад....       Уилтшир в сентябре еще был зелен, пока не тронутые золотом верхушки деревьев, шумно покачивались от ветра, что разогнала туман с окрестностей поместья семьи Розье, которое находилось недалеко от Малфой-мэнора. Глава семейства, лорд Октавиус Розье, как и в любой другой день, предпочел завтракать в своем кабинете. По наблюдениям Регулуса, тот редко покидал его пределы и не был активным участником тирании Волдеморта, скорее сторонним наблюдателем, который в нужный момент мог профинансировать те или иные потребности Пожирателей смерти, что делало его ценным в глазах Темного Лорда. Его жена, леди Кассандра Розье, вовсе решила игнорировать все то, что творилось за пределами ее усадьбы; она вела хозяйство; была жесткой, но в меру, хотя после собственной матери любая жесткость Регулусу казалась недостаточной; в крыло, где находилась его комната, она никогда не заходила, лишь отправляя домашних эльфов, которых в поместье была целая дюжина. Единственный, с кем Регулус разговаривал в эти дни, был их сын - Эван, с которым они вместе учились в Хогвартсе, и спали бок о бок в одной спальне все шесть лет, за исключением последнего года, когда Регулус не вернулся в школу. Но называть Эвана другом он тогда не мог, да и после они не стали ближе, но он всегда был тем мальчишкой, "дружба" с которым поощрялась его родителями, только потому что Эван Розье - чистокровной маг, и потому их псевдодружба была выгодна им обоим. В Хогвартсе, Эван был по настоящему близок только с одним учеником, и как теперь понимал Регулус, они стали еще ближе, но тщательно скрывали сей факт от семьи, учитывая происхождение Барти. Тот был частым гостем в покоях их единственного наследника, но лорд и леди Розье не особо интересовались тем, что происходит в жизни Эвана, и они вовсе не были против общения их сына с предателем, лишь потому что Регулус все еще оставался Блэком, в их мире по прежнему кровь определяла все.       Эван получил темную метку четыре месяца назад, по этому случаю все члены семейства собрались за одним столом, не забыли пригласить за стол и его, и это был единственный раз в памяти Регулуса, когда он видел хоть какое-то взаимодействие между отцом и сыном: Октавиус небрежно похлопал Эвана по плечу, видимо, обретение темной метки - это единственная причина для похвалы. От него не скрылось как губы Эвана искривились в усмешке, и за весь вечер он не проронил ни слова, после они напились до беспамятства, что проснулись лишь вечером следующего дня. Регулус наверное был единственным человеком, который понимал Эвана, ведь обстановка в его семье была гораздо хуже, даже до побега Сириуса, после - стала просто невыносимой. Регулус думал, что если бы Ориона и Вальбургу не убил Орден, рано или поздно он сам бы об этом позаботился.       Оставшиеся родственники, не часто давали о себе знать, но если давали, это всегда заканчивалось плохо: последний визит Беллатрисы он думал, что не переживет. После у Регулуса целых две недели дергались пальцы, по ночам перехватывало дыхание, и он переставал дышать, в один из таких приступов, он прикусил себе язык, на утро Эван нашел его на полу, в луже собственной крови. Нарциссу же, в отличие от сестры, он видел редко, и только в первые месяцы своего пребывания в поместье. Первые три месяца, время, которое он смутно помнил, потому что, тогда его сознание существовало отдельно от тела: тело претерпевало пытки, издевательства, насилие и не только от тех, кто приходил каждую ночь, иногда по двое, трое…. тогда как, сознание, выстроив себе неприступный замок, выжидал, пока все не заканчивалось, и только потом возвращалось обратно в искалеченное тело; но со временем и в стенах его неприступного замка появились трещины…. Он смутно помнил Эвана, пытающегося дотащить его до ванной комнаты, и Нарциссу, которая отмывала его и вливала ему в рот вязкую жидкость, после которого он спал без сновидений несколько дней. Регулус не знал почему она это делала, но если это было проявлением жалости, то лучше бы она держалась подальше от него.       Рабастана же назначили его надзирателем сразу, после вынесения приговора, поначалу он добросовестно выполнял свою работу и был лишь наблюдателем его морального разложения, но несколько месяцев спустя, сам оказался на месте тех, кто ночь за ночью уничтожали в Регулусе надежду - когда-нибудь стать целым опять, а не окровавленными кусками, что разбросаны у ног Пожирателей. Если с другими ему удавалось покидать на время свое тело, с Рабастаном это не сработало... он тогда расплакался, впервые с момента заточения, потому что тот напомнил ему Джеймса - был так же нежен, когда надо груб…. Они спали не часто, но с тех пор и “посетителей” стало меньше, Регулус знал, что это заслуга Рабастана, но благодарить его не спешил; он даже был уверен, что пару раз звал Джеймса, во время секса, но тот никак не отреагировал; несколько раз ему приходилось напоминать себе, что рядом не Джеймс, и единственное, что осталось теперь от него, это - кольцо на его указательном пальце, с виду такое же неброское, что и другие, тщательно скрытое под чарами Эвана. Март, 1981.       Малфой Мэнор такой же, как в его воспоминаниях - мрачный и холодный. Пока они шли по длинному коридору из живой изгороди, у Регулуса перед глазами пронеслись вечера в этом поместье, в обществе Темного Лорда и его многочисленных жертв, крики которых он до сих пор слышал, будто все это было только вчера. Теперь, он думал, пришел его час, и его крики разнесутся по стенам Мэнора, и также кому-то другому будут приходить во снах. Как только они приблизились к главному входу, Пожиратели, что сопровождали их с Барти, слегка отстали, и воспользовавшись тем, что они остались одни, Регулус попросил снять с него подвеску, так как его руки были туго связаны. -Отдай Джеймсу если представится возможность,- прошептал он, не поднимая головы.       Совсем рядом послышались шаги. Барти коротко кивнул, и развернул его лицом к двери, откуда вот-вот должны были показаться обитатели Мэнора. -Надеюсь, ты не растерял свои навыки окклюменции,- прошептал Барти, стоя позади него.             Регулус не успел ответить, как холл озарился светом, следом появились Люциус Малфой, который увидев Регулуса довольно заулыбался, и Беллатриса Лестрейндж. Она тут же оказавшись перед Регулусом, впилась острыми ногтями в его щеки, откинув его голову назад. -Смотрите-ка, мой маленький Реджи вернулся,-она не отрывая глаз от него, обратилась к Люциусу:-Вызывай Темного Лорда.       Люциус торопливо обнажив свою метку, прижал к ней палочку, пока та не потемнела и не зашевелилась. Нарцисса, только присоединившись к небольшой толпе, окинула всех взглядом, пока не встретилась глазами с Регулусом, в них проскользнула злость, но лишь на секунду. Беллатриса, по прежнему кружила вокруг него, тогда как ее муж, Родольфус Лестрейндж, с каменным лицом лишь наблюдал, стоя поодаль. Среди новоприбывших Пожирателей, которых вызвали после Волдеморта, был его брат, Рабастан Лестрейндж, как и Антонин Долохов, один из верных псов Темного Лорда, с которым Регулус меньше всего хотел вновь встречаться.       Мгновенье спустя, тишина стала осязаемой, вязкой, липкой. Пожиратели смерти как по команде опустили головы. Регулус последовал их примеру, и услышал шаги, тихие, скользящие. Стало в разы холоднее. Здесь, думал Регулус, и сейчас, я умру, ведь предателей не оставляют в живых, и он не стал бы исключением. Раньше, он думал что встретит конец, каким бы он ни был, как должное, но не теперь…. не теперь, когда он познал жизнь с Джеймсом. Он больно прикусил себе язык, возвращая себя в действительность. Нельзя думать о нем.       Нечеловеческие глаза проскользили по всем собравшимся, кроме Регулуса. -Уверен, у вас была веская причина вызывать меня,- проговорил Волдеморт не спеша, предвкушая предстоящее представление. -Мой Лорд,- голос Беллатрисы пронзил тишину,- ваши последователи нашли еще одного предателя, моего несчастного трусливого кузена, Регулуса Блэка.       Только после этих слов, Темный Лорд сделал вид, что только заметил пленника, стоящего на коленях со связанными руками, и обнажив зубы в некоем подобие улыбки, похлопал, гулкое эхо пронеслось по всему холлу. -Маленький лорд Блэк, все мы помним тот несчастный день, когда ты не вернулся с миссии, думали ты умер, а твое хрупкое тело унес ветер,- Волдеморт повернулся к нему спиной, шелестя длинной мантией, Пожиратели поддержали его слова издевательским смехом,- но как оказалось, ты вполне себе жив. Как чудесно получилось, изволь объясниться, как так вышло?- теперь он смотрел прямо на него.-Молчишь? Не страшно, круцио развяжет тебе язык. Круцио.       Боль такая понятная, такая знакомая, но в то же время совершенно дикая, неприрученная. Под палочкой Вальбурги он извивался, кричал, молил ее о пощаде, но сейчас ему хотелось сдаться, прекратить все это, сейчас он желал только одного, смерти. Все кости разом были раздроблены, раздавлены, растерты в пыль; сотни игл, снова и снова, вонзались в его тело, со всех сторон; череп был расколот, будто голыми руками - и все это в одно время; Регулус не мог понять где находился, когда все прекратилось, он лишь часто и поверхностно дышал, лежа на каменном полу, рядом с его головой расползлась лужа блевотины.       Сейчас, он сделает это сейчас, Регулус глубоко вдохнул, открывая двери тому, кто вторгся в его воспоминания, так как учила его Вальбурга, главное, не забывать дышать. И так, я покажу тебе то, что ты хочешь увидеть.       Высокая фигура в темной мантии, зайдя в дом на площади Гриммо, воздух в котором пропитан затхлостью и стариной, прошел мимо семейных портретов, мимо многочисленных дверей по обе стороны длинного узкого коридора, пока не остановился напротив одной - приоткрытой. -Я не думаю,-мальчик лет четырнадцати, стоял возле кровати, на котором были разбросаны вещи,- что, мы можем оставаться братьями. После всех этих лет, ты сделал все, чтобы я так думал, чтобы мы стали чужими...и если это твой выбор,- он указал на полусобранный чемодан,- я не буду держать тебя. Ты мне не нужен, также как и я тебе,- он отвернувшись от другого мальчика постарше, пошел к двери, тот хотел было остановить его, но на полпути передумал. -Прощай, брат,- голос оставшегося за дверью мальчика растворился…        Волдеморт открыл следующую.       Статная женщина средних лет, ударила чуть подросшего мальчика, по лицу, оставив красный след. -Заруби себе на носу, ты никто без семьи, ты никогда не перестанешь быть Блэком.       Тот низко опустив голову, проговорил: -Да, мама.       Дверь поменялась. Поменялось и воспоминание.       Мальчик, сидя в уборной Хогвартса на полу, варил зелье. Он был счастлив.       Следующая дверь.       Темная метка на левом предплечье горела. Он получил ее пару часов назад. Мальчику шестнадцать. -Ты так юн, сын мой,-мужчина держал мальчика за руку, слегка сжимая ее в своих, и сложно было сказать - в его глазах гордость или же жалость.       За следующей дверью дул холодный ветер Исландии. На пороге кухни небольшого дома появился молодой человек, сегодняшний Регулус Блэк, он пройдя пару шагов, прижался к спине мужчины, что стоял у окна, готовя завтрак. -Доброе утро.       Тот повернувшись к нему, заулыбался. Блондинистые волосы были растрепаны, голубые глаза сияли. -Доброе утро, Рег. Пойдем сегодня на причал?       Мужчина нежно обнял Регулуса и поцеловал в макушку.       Воспоминание начало таять, и вместо него появилось другое. -Обливиэйт. Прости меня, Кристиан,-Регулус тихо прошептал вслед уходящему парню. Барти Крауч наблюдал за ним, стоя неподалеку.       Волдеморт покинул и эту комнату.       Что же ты ищешь?       Силуэт шел дальше, в сторону закрытой двери в конце коридора; он потянулся к ней, та под его пальцами растрескалась и полетела в щепки.       Стояла теплая ночь. Регулус Блэк сидел над безжизненным телом, сложившись пополам и задыхаясь, и руки его были в крови. -Мне так жаль. Мне так…прости меня,- он плакал в голос.- Прости….       Волдеморт еще секунду другую смотрел на него свысока, и с лицом полным разочарования и раздражения, покинул его разум.       В холле воцарилась тишина. Регулуса трясло, он все еще оставался в сознании. -Так ты предал меня из-за маггла?- голос Волдеморта прозвучал совсем рядом. Он обошел корчащегося на полу парня еще раз. -У тебя в голове нет хаоса. Не как у остальных. Видно, ты обучен окклюменции. Но если все то, что я увидел правда, я предоставлю тебе возможность насладиться обществом… мужчин,- говоря это, он с презрением отвернулся,-Лестрейндж, он твой пленник,- Темный Лорд посмотрел на Рабастана. -Да, мой Лорд,- без колебания ответил тот, склонившись. Пожиратели, что прибыли вместе с Барти хищно заулыбались. -И пусть наши дорогие гости также насладятся обществом Лорда Блэка, раз он того только и желает,- добавил он с насмешкой. -Мой Лорд,- Барти выступил вперед,- думаю, поместье Розье хорошо подошло бы для этого, Рабастан часто в разъездах, Эван Розье может присмотреть за ним в его отсутствие.       Волдеморт обдумал его слова. -Верно говоришь, Крауч. Хвалю тебя за сегодняшний улов,- Волдеморт жестом показал что собрание окончено, но остановился на полпути,-Да, его палочку,- сказал он, указав на Регулуса.       Барти немедля вытащил изъятую палочку и протянул ему. Волдеморт проверив последнее заклинание, и убедившись в правдивости его воспоминаний, сломал ее пополам и бросил в камин. Через секунду его уже не было. И только потом Барти позволил себе выдохнуть, потому что эта была вовсе не палочка Регулуса Блэка. Сентябрь, 1982.       Регулус не помнил точную дату, скорее это было поздней осенью того года, когда отряду Пожирателей смерти понадобился антидот против сильного яда, которому те подверглись в ходе сражения с группой, которая уже некоторое время ставила палки в колеса Темного Лорда. Все говорили что Орден Феникса возродился, но лишь шепотом, боясь прослыть смутьяном, что без повода сеет панику, но Регулус не сомневался в том, что среди них были Сириус и Джеймс, и ему оставалось лишь тихо радоваться их маленьким победам. После того как ему удалось нейтрализовать яд, ему выделили уголок для зельеварения, и он наконец мог заниматься тем, что ему по душе; но он все еще был пленником, потому пользоваться палочкой в отсутствие Пожирателей ему запрещалось, Эван демонстративно отбирал ее на глазах у одного из них, но как только представлялась возможность, возвращал. Регулус был благодарен Барти за трюк с подменой палочек, так как он был привязан к своей.       За это время Эван обрел в лице Регулуса опору, также как и Регулус в его - веру, правда, совсем крохотную, еле заметную. Регулус первое время не понимал что им движет, ведь Эван был верен своей семье, верен Темному Лорду и его идеологии, и он принял метку как должную. Но со временем он узнал, что тот держался из последних сил, и в прошлом уже пытался все закончить, и не раз, и лишь Барти был тем, ради кого он продолжал делать то, что от него требовалось.       Теперь когда у Регулуса была возможность варить зелья, Эван приносил для него ингредиенты, среди которых были и курительные травы, такие как лунная мята, со свойством сильнодействующего успокоительного, которую он собирал только в ночь полнолуния, или же серебролист, для ощущения невесомости, и они затаившись от всех, курили самокрутки либо выпивали зелья и на несколько минут становились счастливыми. Они оба понимали, что эта их "временная мера" не убережет ни одного ни другого от тьмы, что поглощало их с каждым днем, но это был их способ противостоять ей немного дольше. Хоть Барти и не одобрял подобного, но все же видел что Эвану легче, и потому молчал, а кое-где и сам поставлял нужные ингредиенты.       Регулус работал на Орден из-за Джеймса, так он себе говорил, не потому что все, что делал Волдеморт казалось ему в корне неправильным, по крайней мере тогда. Сейчас же он не сомневался, что среди Пожирателей и приближенных Темному Лорду были те, которые также как и он сам вначале, сомневались, правильную ли сторону для себя они выбрали, и даже были те, которые не думая всадили бы тому нож в спину, такие как Барти и Эван, в них двоих он уже не сомневался. Регулус думал на счет третьего - Рабастана Лестрейнджа, и как его верность Волдеморту вызывала вопросы, и не раз, несмотря на то что, тот был одним из его лучших бойцов. Он несколько раз пытался внедриться в его воспоминания, но Рабастан был таким же сильным окклюментом, как и он сам, потому Регулус пока лишь наблюдал за ним.       Вечер выдался тихим, так как в последнее время Пожиратели и сам Темный Лорд были заняты конфликтами, которые все чаще вспыхивали на границе страны. Эвана привлекали к делам нечасто, Регулус полагал что это заслуга Барти. -Барти тебя и тогда подозревал,- сказал Эван поднося самокрутку ко рту, они с Регулусом уже битый час сидели в дальнем углу комнаты, где второй варил сыворотку правды, для допросов.       Комната была завалена книгами по зельеварению и не только, и в ней имелось все что требуется зельевару для работы, но Регулус часто скучал по своей тесной теплице, казалось бы уже из прошлой жизни. -Он всегда был умным засранцем,- Регулус кинул в кипящую жидкость лист вербены и размешал по часовой стрелке три раза. -Но знаешь, даже если он не верил тебе, всегда уважал,- Эван зашелся в кашле от дыма,-говорил…кхм-кхм…ты точно что-то скрываешь, и что он обязательно докопается. Но потом ты исчез, первое время думали ты мертв, потом когда оказалось что и твой брат с Поттером сбежали, все подумали что ты последовал за своим братом. Ведь никто не мог и предположить что ты с Поттером,-он усмехнулся,-да еще и со школы…охренеть.       Регулус решил рассказать Эвану о Джеймсе только сейчас, хотя думал что Барти давным-давно все ему выложил. Оказалось, нет. Он взял у парня самокрутку, и затянулся следом. -Он ночевал пару раз у нас в спальне. -Блять,- Эван хихикнул,- и как вы умудрялись?       Регулус закрыв глаза, пожал плечами. Кажется, в этот раз он переборщил с дозировкой - веки стали тяжелыми и пальцы начали неметь. -И когда все это началось?       Голос Эвана вернул его к реальности. -Почти с начала пятого курса,- в последнее время Регулус часто возвращался в воспоминаниях к тем временам…,- ему было тяжело принять это, брату моему. -Ну да, лучший друг с младшим братом, такое просто не воспримешь, тем более когда это Золотой мальчик, который только по юбкам…был.. -Он всегда был только моим,- Регулус понял что сказал это слишком резко, и что ему стоило бы заткнуться, но видимо курение трав не способствовало этому.-Но не теперь, не после всего этого…после всех них....       Эван хотел было что-то сказать, но в комнату ворвался Рабастан, в полном боевом одеянии, и выражение лица у него было не самое дружелюбное. Эван попытался привстать, но у него не получилось, и он сел обратно, заняв руки ковшиком, что валялась неподалеку. Регулус же продолжил сидеть, взяв первую попавшуюся книгу и листая, как ни в чем ни бывало, пока Рабастан не вырвал ее у него из рук. Воцарилась тишина, они переглянулись, и секунду спустя разразились смехом, хватаясь за животы. -Какого хрена?- Рабастан швырнул книгу, и оглядел их - те все еще не могли успокоиться.-Вы обкурились что-ли?       Он грубо схватил Регулуса за локоть и поставил на ноги. -Азкабан атакован, и угадай кто это сделал,-Рабастан посмотрел ему прямо в глаза.-Твой брат.