Белый ворон

Дурмстранг стоял горой в заснеженных сугробах вокруг. Белая пыль тихо и спокойно падала на острую крышу замка, добавляя тому ещё больше красоты, делая замок как будто из книжек по «дарк Фэнтези». В окнах горел теплый свет от свечей и факелов, давая понять что здание не заброшено после многолетнего стажа в учении подростков Германии. И не просто подростков, а магов, волшебников! Наше будущее. И этот день не отличался для всех студентов Дурмстранга, кроме одного; Рафаинель Лестрейндж возвращается обратно на родину, после 7 лет жизни в Маг.Германии.. В пустом коридоре послышались тяжелые шаги, отдавая гул в стены заснеженного замка. — Раф! Р-раааф!! — растягивая Р в имени друга, Вильям наконец-таки догнал однокурсника. Схватив высокого знакомого за плечо, тот наконец соизволил остановиться. —я.. Я слышал что ты уезжаешь в Британию. Это правда? Рыжий парень пытаясь отдышаться, начал быстро лепетать своему другу про его отъезд, которому Раф был не особо рад, учитывая обстоятельства переезда. — Да. И что? — брюнет резко повернулся телом к низкому но крепкому другу, заставляя того убрать руку с острого плеча. — А почему? Вам же и тут нормально жилось, разве нет? — недоуменно звучит голос собеседника. — Мой отец.. Мой отец погиб в прошлом месяце. Мы должны вернутся на родину с матушкой. — надломившийся голос 14-летнего подростка невольно дрогнул, упоминая любящего отца. — оуу… мне жаль что такое произошло. Но.. Раф, ты же будешь писать нам? — почесав затылок, рыжий поднял взгляд на янтарные глаза. — конечно. — вы когда отправляетесь? — Завтра вечером мы должны аппарировать к нашему прошлому дому.. — … ясно.. тогда.. тогда удачи. Думаю ты найдешь новых друзей в Хогвартсе! Поддержать сильно Рафаинеля не вышло. Тот еще сильнее насупился, вспоминая про совсем скорый переезд из любимой школы и страны. — да.. спасибо.— Друзья напоследок обнялись, перед уходом одного из них, возможно даже навсегда.

***

Серый особняк был крайне заброшен на вид снаружи, доказывая прохожим, что жильцы давно покинули давнее поместье Лестрейнджей. Красивая женщина-альбинос, на вид лет 40, повернулась к сыну. — Рафаинель, здесь ты родился и начал расти, до нашего с твоим отцом переезда. — голубые глаза сфокусировались на опять взъерошенных темных волосах сына. — да мама.— голос подростка только начинал надламываться, звуча то грубо, то слишком высоко. — надеюсь, ты понимаешь что в Германию мы не вернемся. — холодный ветер неприятно ударил по острым скулам ребёнка. — да мама.— рука дрогнула, чуть ли не выпуская чемодан из бледных, тонких пальцев. — также ты пойдёшь в Хогвартс. — взгляд женщины вернулся на фамильное поместье. —хорошо мама.— непрошеный вздох сорвался с губ прежде, чем подросток успел себя остановить. — что-то не так сын мой? — холодный тон ударил в уши, заставляя брюнета слегка вздрогнуть. — нет, мама. Янтарные глаза опустились в пол, рассматривая снег под ногами. — хорошо. Тогда пошли внутрь. — Белые волосы красиво развивались на ветру, ударяя по аристократическим щекам вдовы с конца апреля.

***

Внутри было получше чем снаружи. Большие потолки, панорамные окна, красивые и дорогие люстры, что украшали готические потолки с узорами ещё с 17 века уж точно.. Перед неполной семьей появилось пятеро эльфов. — Хозяйка Лестрейндж, хозяин Лестрейндж! — Запищали домовики, клонясь чуть ли не к полу. Уши существ свисали, доставая до красивых плит из темного мрамора. — Экспи, где ещё пятеро из вас? — Голубые глаза блеснули в темноте коридора. — Лизви, Арчи, Удби, Ниффи и Аффи сейчас готовят ужин, Хозяйка! — главный из домовиков поднял голову, пища своим тоненьким голоском разрывая тишину поместья. — Хорошо. Распорядись, и по убирайтесь вокруг и внутри особняка. Мы заезжаем сюда снова. — Махнув рукой, Альбинос быстро застучала каблуками, проходя вглубь пустующего дома. — конечно Хозяйка! — одновременно послышались хлопки уходящих эльфов по своим делам. Очередной вздох прозвучал слишком громко в гробовой тишине дома. Сняв пальто кофейного цвета и повесив то на вешалку, подросток прошел вглубь след за матерью.

***

После того, как мать и сын осмотрели дом с ног до головы, Рафаинель выбрал одну из многих комнату на втором этаже, возле лестницы ведущей на первый этаж. Мать позволила последнему самому разобраться с комнатой, оставив сына разбираться с его местом жительства, ушла к себе. Комната была средней. Не большой, не маленькой. В ширь она уходила метров на шесть, а в длину на семь. Прямо перед дверью было большое окно, что выходило на сад поместья Лестрейнджей, давая насладиться видами небольшого озера и старой ивой. Стены были темно-синего оттенка, как на глубине Атлантического океана, отдавая холодом беспросветной тьмы глубин, куда не проходило солнце. Пол был из темного, дорогого эбенового дерева, создавая воплощение роскоши и эксклюзивности, что когда то служил предкам Рафа. Потолок был также чёрный, без каких либо люстр. В древних поместьях и особняках волшебников, те часто использовали долговечный усовершенствованный «люмос», вместо люстр или ламп, предпочитая полностью погрузиться в магию. А так как поместье Лестрейнджей было из далекого 17-того века, а то и 16-того, было вполне ожидаемо не увидеть люстр в доме. Около окна стояла большая кровать «Кинг-сайза» в готическом стиле, как впрочем и все в этом доме. Чёрные, как ночное небо без звёзд, занавеси ниспадали с балдахина густыми складками. Они были перехвачены узлами, но казалось, стоит лишь ослабить их — и ткань поглотит свет, звуки, даже дыхание. Внутри этого полумрака скрывалось ложе — широкое, мягкое, застланное узорчатым покрывалом, которое мерцало при слабом освещении, как поверхность тихой воды. Тяжёлый резной балдахин опирался на четыре массивные колонны, каждая из которых была украшена переплетением узоров — будто застывшие тени вились по чёрному дереву. У изголовья кровати с правой стороны стояла тумбочка, из того же черного дерева, что и кровать. С левой был высокий подоконник с окном. Возле двери был массивный Высокий чёрный шкаф с богато украшенными резными деталями. Его массивные двери обрамлены сложным орнаментом и декоративными элементами, а верх венчает изящный, почти готический фронтон. Он выглядит тяжёлым, старинным и немного мрачным — словно хранит в себе тайны прошлого. Ну-с, впринципе так оно и есть. В углу была мини библиотека, которая была набита разными романами 18-того века — похоже здесь жила дама. Также был старый стол со всякими древними фолиантами, которые явно стоили бы целое состояние лет так через 20. Небольшая магическая лампа, была точно самодельная. Человеческий череп с открытым ртом и острыми — похоже заточенными зубами держал внутри светящийся амулет. Жутко. И последнее, что дополняло комнату, это дверь в ванную у шкафа, и ворсистый синий ковер по центру комнаты.

***

Май пролетел слишком медленно, учитывая что Раф был весь месяц дома, изредка выходя на улицу к озеру и старой — уже любимой одинокой иве. Под рукой были только книги, палочка и подростковое воображение мальчишки. Не имея здесь друзей, да что уж там! Он даже со старыми общаться не мог, ведь мать запретила! Все что оставалось юному Лестрейнджу — это практиковаться в магии, читать романы, что были в комнате, и гулять по территории поместья. Скукота полная. И вот, в один из таких дней, а если точнее 1 июня, в голову брюнета пришла очень забавная мысль. «А что если я покрашу свои волосы? Мне темный уже надоел.» парень оказался в маггловском Лондоне. Конечно, не обошлось без криков взбешенной матери, которая отказывалась отпускать своего отпрыска к «грязнокровкам, что засоряют этот мир своими жизнями!» сбежал из дома через камин, появляясь в Дырявом котле. И вот, через полчаса ходьбы по маггловскому Лондону, Рафаинель по случайности зашел в Аптеку, и там было много выбора красок для волос. Розовый, красный, зелёный и так далее… Выбор пал все таки на голубой. Любимый цвет, что могу сказать.. Заплатив ссиклем за краску (продавец не успел рассмотреть деньги) Рафаинель быстренько смылся подальше от магглов, обратно в Дырявый котел.