Сказание об мастере и его фее-воине

      Новый день принес путникам немало бед. По дороге им встретилась группа разбойников, которые внезапно напали на повозку, управляемую Сюэ Яном. Вэй Ин и Сюэ Ян были друзьями, и Вэй Ин как добрый и отзывчивый человек не мог пройти мимо попавших в буду. Всадники окружили А-Яна, угрожая оружием и не давая возможности продолжать путь.       — Лань Чжань, помоги ему, — с мольбой обратился Вэй Ин к фее-воину.       — Мой хозяин должен приказывать, — Лань Чжань, наклонившись и заглянув в серые глаза Вэй Ина, от чего юноше пришлось наклониться назад.       — Ты же знаешь, что я не хочу этого делать… Пожалуйста, они уже приближаются, — тревожно произнёс Вэй Ин, смотря на дорогу, по которой стремительно мчались около десяти всадников, поднимая столбцы пыли.       — Ну, пожалуйста… — с надеждой и страхом в голосе повторил он, переводя взгляд то с разбойников, то на фею.       — Прикажи. Без твоего чёткого приказа, я не двинусь с места, — спокойно сказал Лань Чжань.       Вэй Ин закрыл глаза и произнёс: — Пожалуйста, Лань Чжань.       Фея-воин спрыгнул с повозки и уверенно встал на землю. Разбойники, свистели и улюлюкали окружив его кольцом. Лань Чжань обнажил свой меч — серебристый клинок ярко блестел на солнце, рукоять была украшена синими камнями. Его глаза внезапно стали жёлтыми, а крыло, взметнувшись вверх, переливалось голубыми, белыми и синими оттенками. Внезапная атака феи застала разбойников врасплох: они были быстро повержены, а остальные поспешно убрались, не желая рисковать жизнью. Лань Чжань, стоял посреди дороги, его белоснежное одеяние было испачкано кровью, словно расцвели кипарисы — яркие и величественные словно свидетели битвы. Лань Чжань перевел взгляд на Вэй Ина, его глаза светились восхищением и благодарностью. На лице играла улыбка. Лань Чжань подошёл к повозке, держа в руках опушённый меч который тут же исчез. Его глаза снова обрели привычный янтарный оттенок, он молчал, и был спокойным и невозмутимым защитником, каким привык быть.       — Спасибо. Ты спас нас, — тихо произнёс он, не отводя взгляда от феи. По склону медленно поднимался Сюэ Ян, ведя за собой коня с повозкой.       — Сюэ Ян, что ты здесь делаешь? Возвращайся обратно, здесь опасно. Беря коня за поводья, он заставил его идти медленным шагом.       — Я твой друг и поеду, куда бы ты ни направился.       Вэй Ин перебил его:       — Ты дружишь со мной из жалости. Но мне она не нужна. Я могу за себя постоять.       — Нет, я дружу с тобой потому, что ты хороший человек. И назад я не поверну. Может, я тоже хочу участвовать в конкурсе по сахарным творениям.       Вэй Ин тяжело вздохнул, переведя взгляд на фею-воина.       — Лань Чжань, ты не против, чтобы он поехал с нами?       — Нет, но защищать я его не буду, он не мой хозяин. — фея сложила руки на груди, устремив взгляд вдаль на дорогу.       Так споря и препираясь, они добрались убежища. Сгущались сумерки, окрашивая небо в оттенки фиолетового и багряного. Воздух становился прохладнее, принося с собой запах пыли и скошенной травы. Вдали, на фоне затухающего солнца, вырисовывались очертания развалин — молчаливых свидетелей когда бывшей тут жизни. Эти камни, истертые ветрами и временем, казались единственным пристанищем в этой бескрайней пустыне. Поскольку места пустынные и не было ни души, даже развалины могли стать хорошим укрытием от волков, разбойников и непогоды.       Развалины встретили их тишиной, нарушаемой лишь шелестом ветра в трещинах камней. Они стали их временным домом, убежищем от дикой природы и незваных гостей. Костер, разведенный в центре полуразрушенного двора, отбрасывал причудливые тени на стены, создавая атмосферу уюта и безопасности. В свете костра крыло феи -воина переливалось голубизной и извилистые рисунки причудливо светились. Вэй Ин дотронулся до крыла Лань Чжань.        — Не трожь. В отличие от второго, это крыло принадлежит мне, — сказал он, резко ударив крылом по руке Вэй Ин. Его глаза горели гневом. Вэй Ин быстро отдернул руку.       — Прости, пожалуйста, — поспешно сказал он. — Я не подумал. Вэй Ин ушел готовить, запах дыма смешивался с ароматом простой, но сытной еды, приготовленной на огне. Вэй Ин чувствовал себя виноватым, за то что дотронулся, он посмотрел на фея — воина, который смотрел в даль на звёзды. Когда последние отблески заката погасли, и небо усыпалось мириадами звезд, они улеглись спать.       Утро пришло внезапно, с первыми лучами солнца, пробивающимися сквозь щели в стенах. Холодный воздух бодрил, прогоняя остатки сна. Вэй Ин поднялся первым, разминая затекшие мышцы. Сюэ Ян уже сидел у догорающего костра, задумчиво глядя на угли. В его глазах читалась какая-то новая решимость, словно он принял важное решение. Они собрали свои скудные пожитки, оставив позади лишь следы своего недолгого пребывания. Развалины снова погрузились в тишину, храня их тайны. Впереди простиралась дорога, полная неизвестности, но теперь Вэй Ин чувствовал себя немного увереннее. Он знал, что этот путь будет трудным, но он больше не был один. И, возможно, именно это и было самым важным. Он искренне верил, что сможет одержать победу в этом состязании и завоевать королевскую медаль. Для него это было не просто достижение — это была возможность доказать самому себе, а также выразить благодарность своей покойной матери за её терпение и неустанное наставничество, которое помогло ему стать тем, кем он был.       Дорога, которую предстояло пройти, была известна своей суровостью и опасностями — её прозвали «Путь смерти». Путешественники редко возвращались целыми: кто-то становился жертвой разбойников, видевших в них лёгкую добычу, кто-то погибал от нападений диких птиц и зверей. В этот раз над двумя повозками кружили вороны, почуявшие запах крови от убитых разбойников, их хищные взгляды и пронзительные крики создавали напряжённую атмосферу. Когда птицы начали нападать, стремясь поранить острыми клювами и когтями, Лань Чжань оттолкнувшись от повозки взлетел, словно белая птица, но его силы были ограничены —с одним крылом можно лишь мечты о полёте.       Вороны яростно атаковали фею-воина, но он не сдавался, отражая атаки и поражая врагов острым мечом. Черные перья и запах крови лишь разжигали ярость голодных птиц, делая их ещё более свирепыми. Вэй Ин и Сюэ Ян укрылись в повозках, стараясь не мешать и не подвергать себя опасности. Внезапно одна из ворон, самая крупная и агрессивная, бросилась прямо на Лань Чжана, раскрывая острые когти. В последний момент Лань Чжань успел поднять меч, отражая стремительный удар птицы. Лезвие срезало острые когти, и ворона с пронзительным криком отлетела в сторону, но не отступила — её глаза горели яростью, и она снова бросилась в атаку. Каждый взмах меча был точен и смертоносен, словно он сражался не только за свою жизнь, но и за память, за надежду, за мечту, которая теперь казалась ближе, чем когда-либо. Лань Чжань уже решил для себя, защищать юного мастера по серебряному сахара.       Когда стало ясно, что битва проиграна, вороны, поднялись в воздух и устремились прочь, в бескрайнюю степь, в поисках пищи — падали. Лань Чжань, опустив меч, наблюдал, как стремительно они исчезают из виду. Вокруг него теперь лежали лишь трупы птиц и перья, устилая землю. Он распахнул дверь повозки.       — Поехали, — обратился он к Вэй Ину, — Нам нужно как можно скорее покинуть это место. — Усянь пересел на переднюю скамью, взял поводья, и они продолжили путь. Двигались осторожно, но быстро, ведь запах крови мог привлечь голодных волков, которые частенько нападали в этих краях.       Вэй Усянь взглядом скользнул по опустевшему небу, где еще недавно кружила стая ворон. Теперь лишь тишина, нарушаемая лишь скрипом колес, фырканьем лошади да шелестом ветра в траве, окутывала их. Он чувствовал, как напряжение медленно отступает, но тревога оставалась. Степь, хоть и казалась спокойной, таила в себе свои опасности.       Они ехали дальше, солнце клонилось к закату, окрашивая небо в багровые тона. Тени удлинялись, превращая знакомые очертания степи в причудливые силуэты. Вэй Усянь старался не думать о том, что могло бы произойти, если бы вороны не отступили. Он знал, что Лань Чжань всегда готов к худшему, но сейчас ему хотелось верить в лучшее. Вдруг, вдали, на горизонте, показались темные очертания. Пристанище. Это была тоже развалины. Они прислали на ночлег. Ещё пол дня пути и они уже придут на ярмарку.