Глава 7.
***
Наушники тянулись прямо в карман самого огромного ярко-красного пиджака, который Лили только смогла найти в своём гардеробе. По счастливой случайности он идеально подходил под широкие чёрные штаны и облегающую белую майку. Волосы девушки были распущены и слегка кудрявились на середине пряди, совершенно случайно ложась в идеальную укладку. Быстрым и ритмичным шагом Лили направлялась к университету, её взгляд был устремлён вперёд, скользя по группкам студентов, которые разбрелись по территории, смеясь, разговаривая, обмениваясь курсовыми. Она искала рыжую макушку среди этой пёстрой толпы. Никого, похожего на её друга с дикой огненной шевелюрой, не было видно. Лили достала телефон из кармана и сверилась со временем. Лекции начинались через пять минут, и ей было бы лучше поторопиться, а не торчать во дворе. Она тяжело вздохнула и, легонько пройдясь рукой по волосам, зачесала передние пряди назад, направляясь в сторону аудитории. Тем временем Финнеас, чуть превышая скоростное ограничение, мчал к университету. Несколько лишних минут в тёплой постели привели к получасу опоздания, и он старался сделать всё, чтобы не пропустить хотя бы часть занудной первой лекции. «История музыки» — предмет, который бесил не только рыжеволосого, но и всех его сокурсников. Лекции вела причудливая женщинка с неестественно толстыми линзами в очках. Казалось, что с каждым миллиметром в её линзах добавлялось десять процентов к ненависти к абсолютно всем студентам. За даже небольшую оговорку мадам Пфам ставила неудовлетворительную оценку и отправляла весь курс на самый сложный формат сдачи экзамена. Финнеас думал о том, что его ждёт в этот раз: целая тонна рефератов и презентаций или очередной «университетский проект», который Пфам подпишет своим именем и опубликует так, будто она гений музыки и успевает не только преподавать, но и заниматься исследованиями. Единственное, что успокаивало рыжеволосого парня — музыка на фоне. Из магнитолы машины мелодично играло инди. Одна из нежных и заезженных песен расслабляла Финнеаса, но в то же время слегка напрягала его музыкальную наслышанность идеально прямым ритмом без всякого разнообразия. Ехать оставалось ещё пятнадцать минут, и юноша решил, что лучшим решением будет послушать приёмник Лили: часто там бывают треки интереснее, чем на местном радио. Как только его рука коснулась кнопки включения, по его венам разлилось удовольствие. Он сразу понял, что включил аппарат в правильный момент:«Привет! Это Оникс и моя Светлая Материя. В ближайшие два земных дня вас ждёт крайне необычный выпуск!
Потому, что Я ИДУ.
ПЕШКОМ.
Мне это вообще не очень свойственно — ходить. Зачем ходить, если я, во-первых, могу летать, а во-вторых, использую Каскад для перемещений.
Объясняю на перьях: иду пешком, потому, что я на Пинкунсе, а это место лучше всего изучать именно так! То есть… С высоты Шмакодрифского полёта эта планета выглядит прекрасно, но все самые сочные и интересные события можно увидеть только на своих двоих… троих, сорока девяти! Ну или сколько там у вас ног?
Пинкунс — первый во вселенной орбитальный город, который впоследствии приземлился на ближайшую планету, с которой поделился своим именем. Вообще, Пинкунс, как и все орбитальные города, начинался с груды астероидов, недостроенных кораблей, космических неудачников.
Когда он стал настолько огромным, что не смог держаться на орбите, он осел на ближайшую планету и стал обычным городом, правда, невероятно огромным. Пинкунс занимает примерно 80% планеты, на которой расположился. Ещё интересный факт — орбитальные города обладают собственным мозгом и нервной системой, так что управляют собой самостоятельно. Чем старше город, тем умнее и креативнее он становится… Вернее — она!
Пинкунс — женщина, зовут её… Пинкунс, что логично! И она настолько крутая, что даже придумала себе гимн, основываясь на Земной музыке. Давайте же послушаем его, пока я спущусь по милому всем моим семи сердцам лифту и начну свою прогулку по городу».
Из приёмника, словно шёпот старого друга, раздался знакомый, но в этот момент особенно чарующий трек «Kanye West — Flashing Lights». Песня играла в слегка иной, особенно приятной обработке. Музыка звучала не как типичный для Канье Веста трек… Это было нечто более тонкое, более изысканное. Мелодия не налетала на уши агрессивным семплом, а плавно, словно оркестровая импровизация, переходила в зажигательные, искристые аккорды, которые будто растворялись в горячем воздухе, наполняя пространство. Рыжеволосый парень немного снизил скорость и с наслаждением закачал головой под ритм. Лекция мадам Пфам и какое угодно наказание за отсутствие не заботили его больше. Он вспоминал, как впервые услышал эту песню на радио в дороге со всей семьёй: Патрик вёл машину, Мегги сидела рядом с ним и увлечённо читала какой-то журнал, а Финнеас ютился на заднем сидении с сестрой. Между ними было несколько сумок, которые не влезли в багажник, но тем не менее — они вполне удобно расселись. Впервые мама разрешила открыть окна на полную и насладиться ветром без типичной для неё фразы «Вам продует уши! Закройте окна!». Бородатый мужчина уже почти засыпал от двенадцатичасового беспрерывного путешествия за рулём, но всё ещё продолжал вести машину. Он планировал доехать до места их отдыха хотя бы до поздней ночи и не хотел останавливаться для длинного перерыва. Его лучшим решением было выкрутить музыку в старой магнитоле на полную громкость. По счастливой случайности там играл Канье Вест и прекраснейшая, очаровательная песня Flashing Lights. Фонари вечернего шоссе штата Калифорния идеально проносились мимо под бит. Сумерки тянули за собой тёмное одеяло ночи, что обнажало звёзды. Всё же на самом краюшке юной ночи горела красная полоса заката. Тёплый прибрежный воздух бил прямо в лицо. Вся семья ехала в сторону Лос-Анджелеса от друзей из Вашингтона. Финнеас предвкушал слепящие огни города, а Билли тонула в мечтах пересечься с Джастином Бибером в какой-нибудь забегаловке. Молодой человек улыбался воспоминаниям и только и делал, что переживал снова свой восторг от ослепительных огней Лос-Анджелеса. Он вспоминал, как после того путешествия каждые выходные он с Билли катался на велосипедах, и неизменно, съезжая с крутой горы, они слушали именно этот трек. Парень думал о том, как рисково поступил, позволяя сестре в первый же день получения машины высунуться в открытый люк под орущую песню — он вспоминал, как прекрасно было подпевать во весь голос. Парковка университета уже показалась за поворотом, и Финнеас спокойно встал на свободное место. Он легко откинул кресло назад и, насколько это было возможно, удобно распластался на сиденье, погружаясь в воспоминания. Он ощущал, как остро ему не хватает путешествия и как он снова хотел стать чуточку младше, чтобы в тайне от родителей кататься с сестрой где-то в окрестностях, слушая любимую музыку.***
— Финнеас? Финн! Где ты был? — Лили озабоченно заглядывала в приоткрытое окно машины. Рыжеволосый парень неохотно открыл глаза и бросил взгляд на подругу. Он аккуратно схватился за рычаг сиденья и поднял его вместе с собой, так резко и легко, что Лили инстинктивно отступила от машины на пару шагов. — Не поверишь, я проспал и не успел на первую лекцию. Надеюсь, что ты застала, как «сладкая парочка» моих однокурсников поцеловалась? — Финнеас явно намекал на причину, по которой Лили искала его. — К сожалению, — девушка вздохнула. — Но я не теряю надежды, что к Хэллоуину они устанут скрываться! — Ставлю сто баксов, что они подержатся за руки только к Рождеству, — юноша легко защёлкнул дверь машины и подхватил рюкзак на плечо. — Что я пропустил? — Твоя однокурсница-заучка сказала футболисту, что смешает его с грязью, если он посмеет ещё раз пошутить про неё. — ТРИША? — Финнеас едва поймал свою же челюсть. — Стой… ОНА СКАЗАЛА ЭТО ДЖЕЙСОНУ? — Это был самый первый раз, когда в коридоре воцарилась ПОЛНАЯ тишина, — Лили развела руки, пытаясь показать размер своего шока. — Все девочки аплодировали ей! — Ну вот! Теперь я жалею, что опоздал!.. Ты поэтому меня искала? — Финнеас остановился и осмотрел подругу с ног до головы, после чего рассмеялся так сильно, что слегка присел на корточки и сложился пополам. — Почему ты выглядишь как Викенд? — едва выдавил он сквозь смех. Лили цокнула языком так громко, как только могла, и кинула на друга самый неодобрительный взгляд, на который только была способна. Это лишь сильнее рассмешило его, и девушке ничего не оставалось, кроме как налететь на него.***
Кромешная темнота комнаты холодно встретила проснувшуюся Билли. Несмотря на то, что на улице ярко сияло солнце, синеволосая сделала всё, чтобы ни один фотон не проникал в её комнату: окно было плотно зашторено и заклеено. Спалось просто ужасно! Практически каждую ночь девушку преследуют кошмары. Что-то в её сне будто специально затягивает поглубже, заставляет утонуть так, чтобы проснуться было тяжело, а после с жестокостью пугает самыми извращёнными и жуткими методами. Кошмары, путаница сна и реальности, искажённые лица, пустые улицы без конца, давно забытые люди — только часть того, что снилось Билли практически ежедневно. Спать всегда хотелось, но сна она старалась избегать. Лениво потянувшись, она взялась за телефон и, едва проведя пальцем, начала перечитывать уведомления, накопившиеся за ночь: коммерческие предложения на почте, деловые переписки, чаты со знакомыми, отметки в фан-аккаунтах… Ничего необычного. Отвечать на весь этот поток не было желания и сил, так что Айлиш откинулась на мягкие подушки и тяжело вздохнула. День начинать не хотелось. Всё, что она делает, превратилось в рутину. И даже тот факт, что через пару часов её брат вернётся и она сможет записать немного материала для нового альбома, не радовал её. В голове проносилось только «Боже, вот бы время просто пролетело мимо и наступил вечер». Телефон приветливо звякнул под рукой, и, увидев на экране «Лили Вирта подруга Фина» и единицу возле иконки сообщения, Билли с интересом взяла устройство в руки.***
— И последнее, что я слышал… Название этой планеты Пинкунс. — Финнеас устало вздохнул, будто все те десять минут, что он пересказывал услышанное на радио, он не дышал вообще. — Теперь я жалею, что дала вам двоим приёмник! И ты совсем ничего не записал? — Блондинка старалась не показывать, что она расстроена, хотя опущенные уголки её губ легко давали это понять. — На самом деле нам было просто необходимо услышать то, что он сказал. Это подарило нам ещё одну песню, — Финнеас загадочно посмотрел вдаль и улыбнулся воспоминаниям. — И напомнило мне о нашем семейном путешествии. Помнишь то лето, когда мы улетели в Вашингтон? — Конечно помню! Я чуть не умерла от тоски в те три месяца! — Лили сделала паузу и слегка потёрла большим пальцем кольцо на указательном. — Ты был так счастлив, когда приехал назад. — А потом ты уехала на всю осень! Так что у нас более чем равный счёт. Я бы хотел, чтобы у нас была возможность поехать куда-то вместе. Семьями. Лили в ту же секунду увидела возможность, но превосходно сыграла задумчивость и не ответила на фразу Финнеаса. Её друг слегка напрягся, но быстро переключился на их быструю прогулку по коридорам университета. Лекторы безмятежно выходили из своих аудиторий и направлялись в зону отдыха, а студенты спешно перебегали из аудитории в аудиторию в обнимку с многочисленными конспектами и техникой. — Ты сказал Пинкус? — Лили подняла голову и посмотрела на друга. — Да. Пинкус. А что? — Это очень напоминает мне одно название… Ты не хочешь провести эксперимент? — Я всегда ЗА любые из твоих идей, ты же знаешь! — Финнеас улыбнулся подруге. — Выкладывай. — По неподтверждённой теории, возле Сириуса есть некий… спутник? Возможно, планета. Вообще, эту теорию выдвинул какой-то иммигрант из Мексики… Пинкутини! — Блондинка становилась всё увлечённее и увлечённее, рассказывая о вымышленном мексиканце. — Лиллс… Я люблю тебя, но до лекции всего пару минут. — Да, извини! Ты сказал, что он будет там… На Пинкунсе всего три дня. Сириус лучше всего видно в Техасе… Поехали в Техас? — Ни за что! — Финнеас рассмеялся и посмотрел на девушку, ожидая, что она тоже засмеётся. — Почему? Это будет небольшое путешествие. Билли, я и ты! — Стой, ты серьёзно? Ни за что, Лили! Мегги просто убьёт нас, когда узнает. А если мы ей сообщим, что собираемся самостоятельно поехать куда-то просто так — она уничтожит не только меня и Билли, но и тебя! — Фин! Мы просто проедемся туда на скоростном поезде и уедем домой! Буквально одна ночь! Разве тебе не интересно, правда ли всё это? — Лили пыталась возразить изо всех сил. — Что мы увидим в Техасе? Мужчину, который гуляет по другой планете? Лили! Мы едва ли видим Марс в телескоп, как ты себе это представляешь? И что, по-твоему, трое подростков делали осенней ночью на улице? Как мы объясним родителям, где мы были? — Парень посмотрел на Лили так, будто она говорила самую большую глупость на свете. Часы Финнеаса предательски запищали. — Слушай, мы можем поговорить на эту тему ещё, но мы ни к чему не придём. Мне пора. Он бросил на Лили не самый доброжелательный взгляд и, натянув слабую улыбку, скрылся в дверях одного из кабинетов. Лили чувствовала себя странно. Впервые за много лет её лучший друг поставил её идею под сомнение и более того — отказался. Блондинка легко потерялась в толпе опаздывающих студентов и погрузилась в мысли с головой… Да, возможно, она действительно сходила с ума и её сны — лишь отголоски её больного сознания, что помешалось на загадочном радио. Стоило ли ехать в Техас? Стоило ли довериться нечто из своего сна? Финнеас не знал многого, что знала Лили, но что бы поменялось, если бы она рассказала? «Я вижу птицу во сне! Он придумал план, как дотянуться до твоей души и в самый трогательный момент предложить тебе авантюрку. Он дал мне металлическое нечто весом с перо, и когда я держу эту вещь в руках — меня клонит в сон: я вижу и слышу странные истории», — Большей чуши Лили не слышала никогда. Сомнения Финнеаса и отрицания логичны. Но как доказать в первую очередь себе, что всё это существует? Вариант был всего один.***
Лили Вирта подруга Фина «Мне нужна твоя помощь» Это сообщение выглядело как минимум необычно, особенно от заучки-подружки брата. Билли сморщилась и зажмурила глаза, пытаясь понять, не спит ли она, и ещё раз взглянула на экран. Всё то же сообщение красовалось в самом низу диалога.Билли Айлиш
«Я не знаю физику, попробуй загуглить»
Билли сразу напечатала ответ и очень гордилась тем, как съязвила Лили. Что может быть лучше, чем лёгкий стёб над человеком, который нагло ворует драгоценное время с братом? Но ответ не заставил себя ждать: Лили Вирта подруга Фина «Очень смешно. Я хочу поехать в Техас, чтобы убедиться в реальности этого радио. Твой брат против. Поможешь?» Мысли быстро проносились в голове Билли, но неожиданно только от одной идеи убежать из этого дома и комнаты в душе синеволосой загорелся яркий огонёк. «Вдруг это то, что нужно?» — она быстро напечатала ответное сообщение.Билли Айлиш
«Что нужно сделать? Я в деле:)»
***
Машина Финнеаса стояла на безлюдной парковке «Пицца-Такос». Горящая лампа между водительским и пассажирским сиденьем — почти единственное, что давало понять, что внутри кто-то есть. Если бы кто-то решил подойти ближе, он бы сразу понял, что автомобиль полон людей, ребята, не сдерживаясь, впихивали идею за идеей. — Вы просто сумасшедшие! — Финнеас не сдержался и перевёл взгляд с Лили на Билли, приподняв бровь. — Реально, девочки, это безумие! — Финнеас! — Билли буквально вцепилась ему в плечо, её глаза сверкали. — Ты говоришь это уже час! Ты не понимаешь, как это важно? Я хочу понять, насколько реальна вся эта штука! И, кстати, я очень хочу развеяться, окей? Ты не единственный, кто может командовать. — Хорошо, хорошо, успокойтесь, — Лили, сидящая на заднем сиденье, тихо вмешалась. — Мы же хотим, чтобы всё прошло гладко? Если мы будем готовиться, то нам не придётся решать проблемы в процессе и нервничать. Всё должно было спланировано до мелочей. Финнеас вздохнул, наклоняясь к сиденью младшей сестры. Парень выудил из бардачка небольшую тетрадь, свёрнутую пополам, и ручку. Он аккуратно положил край тетради на руль и начал записывать что-то на первом попавшемся листе. Его ручка, казалось, искала нужные слова, не спеша касаясь бумаги. — Окей… Уф… Значит, ночью мы не уедем! Это слишком рискованно, — он сделал паузу, поднимая взгляд на Билли, которая уже нетерпеливо постукивала пальцами по торпеде. — Нам нужно выехать утром, когда все ещё спят. Часто, когда я еду в университет, родители ещё не проснулись, так что мы можем уехать рано с утра, но не вечером. В клетках тетради появилось краткое «- Ехать пораньше с утра». — Отлично, но со сборами не получится уехать рано, — Билли надула губы, поджимая ноги на сиденье. — Давайте соберём всё с вечера, чтобы не шуметь утром, особенно когда мама только просыпается, я не хочу, чтобы она заподозрила что-то неладное… — Да, точно. Вещи только необходимые, — Лили добавила, слегка закатывая глаза. — И ещё, забыла: без зубных щёток. — Чего? — Билли обернулась и посмотрела на неё, как на инопланетянина. — Как это без зубных щёток? Ты серьёзно? — Ну… — Лили выдержала паузу, улыбнувшись хитро. — Мэгги зайдёт в ванную с утра и не застанет там ваших зубных щёток. — Ты совсем больная? — Синеволосая насмешливо прыснула и отвернулась. — Это другой конец страны, и ты предлагаешь мне быть неухоженной? Финнеас, написав «- Только нужное в недолгую поездку», «- НЕ БРАТЬ ЗУБНЫЕ ЩЕТКИ», чуть наклонил голову, чувствуя, как планирование всё больше увлекает его. Он резко ощутил в своей груди предвкушение путешествия. — Ладно, не ругайтесь, — он поднял руки вверх. — Если уж так, то купим зубные щётки по пути. У нас будет целый час, чтобы скрыть следы. Все эти мелочи — они важны. Билли, присмотревшись к тетради, слегка усмехнулась. Девушка задумалась и неожиданно выпалила: — А что насчёт транспорта? Мы же не можем просто поехать туда на машине? Это займёт целую вечность. Лили кивнула, быстро вычисляя все возможные варианты. Её разум — как калькулятор. — Нет, это слишком рискованно… Ну и правда очень долго! Я знаю, где мы можем сесть на быстрый поезд и доехать туда всего за десять часов. По счастливой случайности — в 4 утра из Техаса едет обратный рейс, так что мы будем дома как раз ко времени, к которому приходим обычно. — А что по поводу ночлега? Мама никогда не поверит, что мы остались у тебя в общежитии, — Финнеас обернулся к подруге и вопросительно посмотрел на неё. — Эм… м… В общем-то… — Мы скажем, что остались у твоего друга Дерека, — Билли резко прервала Лили, спасая ситуацию, — Мама с папой часто видят его родителей на шоппинге и постоянно спрашивают, почему мы не проводим с ним время. Я думаю, они обрадуются, если узнают, что мы так весело проводим вечер, что захотели остаться на ночь. Финнеас заметил, как его сестра поджимает губы, и осторожно положил руку ей на плечо. — Хорошо, — сказал он, поднимая глаза. — Я согласен. Всё звучит логично. Утро. Без суматохи. Поезд. И да, без зубных щёток. Билли с улыбкой посмотрела на Лили в зеркало заднего вида, а та, не говоря ни слова, лишь кивнула в ответ, не сдерживая тёплой улыбки. — Это будет просто идеально, — произнесла она, скрещивая руки на груди, как будто подтверждая, что план не оставляет места для ошибок. — Ага, — сказала Билли. — Всё решено. Но я так и не поняла, почему ты вырядилась в косплей Викенда за практически два месяца до Хеллоуина. Машина наполнилась ярким смехом. Брат и сестра хохотали так, как только могли, и только Лили показывала всё своё недовольство на заднем сиденье.***
Туманное утро Остер-Бей встречало Лили не самым доброжелательным образом. Первым делом она вызвала такси и, ещё лежа в кровати, написала Билли короткое «Одевайтесь». Всплывающее сверху уведомление говорило о том, что машина прибудет к общежитию через двенадцать минут. Блондинка укуталась в одеяло и собралась так быстро, как только могла. Впервые за пару недель она надела огромное худи, безразмерную куртку и спортивные штаны. Телефон заботливо напомнил, что такси уже стоит у ворот общежития, и Лили быстро подхватила рюкзак, замыкая квартирку буквально на лету. Пятнадцать минут, и она наблюдала, как из двери дома выскальзывали Билли и Финнеас. Рыжеволосый парень сел вперёд, пристёгиваясь, а девушка юркнула назад, усаживаясь рядом с подругой. Ребята поздоровались и направились в сторону города. — Не хотите попробовать послушать приёмник? Вдруг узнаем что-то ещё? — Давай, — ответил Финнеас. Знакомый голос Оникса ворвался абсолютно неожиданно, так, будто друзьям удалось включить приёмник где-то к середине выпуска:«Вам, наверное, не слышно, но через пару кварталов отсюда начинается базар. На Пинкунсе располагается один из самых больших Вселенских базаров, и поверьте — тут есть чем хвалиться!
Ясно, что здешний ассортимент не может сравниться с базаром в Бдесе: ни по размерам, ни по выбору, но поверьте — это стоит того! Тут сложнее потеряться или купить какое-то ненужное барахло. А всё потому, что каждый продавец является частью личности Пинкунс. Она сама управляет каждой сделкой, а биологическим представителям торговать на базаре просто запрещено. Наказание за торговлю: бымбышмац Каскадного луча!
Зато на базаре можно развлекать посетителей, петь свою музыку, выпрашивая пару Пымцев, зазывать посетителей в небольшие лавочки, рассказывать про товары и заниматься всем, что не является непосредственной сделкой. Поэтому именно сюда стягиваются всякого рода артисты, шарлатаны, лжепророки и другие потрясающие личности.
Если бы я не занимался всякой ерундой по типу сохранения истории своего народа, то уже давно бы остановился тут. Открыл бы свой массажный салон, небольшую станцию по производству Шимпо-коктейлей или белковый инкубатор, где проводил бы целые дни, создавая Рыкогряцев или причудливых и странных земных котов на продажу… Которыми бы занималась исключительно Пинкунс, конечно!
Мммм… Объедение… Судя по запаху всей еды во Вселенной сразу — мы уже практически у ворот базара. Держитесь за свои колючие шипы или за нежную шёрстку — нас ждёт беспощадный шоппинг!»
— Вау! — восхищённо выдохнула Лили. — Мне это так сильно напомнило кое о чём… — она замолкла и уткнулась в телефон, печатая что-то в заметки. Билли улыбалась, смотря в окно машины, где фон за стеклом медленно менялся: скромные частные домики сменялись многоэтажками, вырастающими прямо перед ними. Они почти прибыли в Нью-Йорк, и синеволосая девушка невольно погрузилась в воспоминания. В голове всплыли картины тех лет, когда она катала тележку по огромному торговому залу гипермаркета, а мама аккуратно складывала в корзину продукты, которые папа тут же сортировал. Эти моменты были наполнены теплотой в её душе. Она стояла рядом с мамой, внимательно следя за её сумкой, которая всегда лежала в углу тележки, а сама Билли была не выше второй полки молочного отдела. Именно так она измеряла свой рост — не в сантиметрах или метрах, а по высоте, до которой могла дотянуться. Гипермаркет был самым огромным во Вселенной местом, где каждое полотно ярких витрин обещало что-то новое, но всегда родное и уютное. Это место было по-настоящему огромным, с той лишь разницей, что, в отличие от базара, не было назойливых и пронзительных криков торгашей. Слова Оникса напомнили ей запах, который до сих пор приносил тепло в её душу, заставляя вспоминать, как вся семья садилась за стол фуд-корта и делилась моментами усталости и радости от маленьких покупок. — Погодите… Во сколько этот поезд? — Билли оторвалась от окна, как от гипноза, и озадаченно посмотрела на Лили. — В семь сорок, — спокойно ответила та. — А сейчас семь тридцать восемь, — констатировала факт Билли, сверяя время с телефоном. Мир вокруг всех них словно замер. В предрабочий час пик таксист по какой-то неведомой причине решил заехать в самый глубокий угол Нью-Йорка, где каждая улица — это лабиринт, а каждая машина — враг времени. Колёса легонько скрежетали по асфальту, а туман скользил между небоскрёбами, как паутина, замедляя их путь. Время было против них, но никто не знал, сколько ещё минут осталось до того, как их шанс ускользнёт. Поезд мог задержаться, а мог, наоборот, уехать раньше. Финнеас нервно смотрел на часы. Его пальцы сжимали смартфон так, будто бы он мог заставить время откатиться на несколько минут назад, просто думая об этом. — Мы не успеваем! — выдохнул он, чувствуя, как воздух сжимается в груди. — Мы не успеваем на поезд! Билли, напротив, казалась абсолютно спокойной. Она выпрямилась, взгляд упрямый, как у лейтенанта на поле боя. — Нет времени паниковать! — её голос был чётким и решительным, словно пульсирующий ток, не терпящий колебаний. — Лили, ищи другой вариант. Лили, как под гипнозом Айлиш, разблокировала экран телефона. Её пальцы летели по клавишам, в её глазах сверкало что-то механическое, как у мастера, работающего с деталями сложнейшего механизма. — Уже ищу, — ответила она, не отрываясь от экрана. Финнеас стиснул зубы и, обернувшись, посмотрел на сестру. Сердце билось всё быстрее, но уверенность девушки была заразительна. Он почувствовал, как его напряжение немного отпускает. — Мы опоздаем. Это точно, — пробормотал он. Но Билли, в отличие от него, не воспринимала опоздание как фатальную ошибку. Для неё это был вызов. Она подала команду таксисту. — Остановись, — коротко и властно сказала она. Водитель замедлил движение и практически остановился. — Что? — не понял он, поворачивая голову. — Нам нужен аэропорт! Быстро, — её голос был жёстким. — У меня оплачено до вокзала! — возразил таксист и возмущённо пробормотал что-то на восточном языке. — Туда не поеду! Билли раздражённо вздохнула и достала что-то из кармана. Уже через секунду у плеча водителя торчала сотня долларов. Он выхватил купюру и без лишних вопросов повернул в сторону свободной полосы, вдавив педаль в пол. Но даже с этим ускорением они ехали, словно в замедленной съёмке. Через несколько секунд Лили вновь подняла голову. — Есть билеты, — сказала она, не скрывая удовлетворения в голосе. — Самолёт через 40 минут. — Ты серьёзно? — голос Финнеаса дрогнул, а глаза словно пытались осознать, что только что произошло. Он даже не успел выдохнуть. Они спасены, но как-то слишком внезапно. — Да, серьёзно, — сказала Билли, наклоняясь к телефону Лили. Она быстро усмехнулась, её лицо уже светилось решимостью. Дорога должна была занять не больше двадцати минут, так что им стоило поторопиться для регистрации на рейс.***
— Ми приехали, — оповестил таксист с сильным акцентом. — Спасибо, — наспех кинул Финнеас. Все трое выскочили из машины и рванули в сторону входа, к гейту аэропорта, где уже бурлили другие пассажиры. Шум, суета, запах кофе и каких-то невыносимо сладких булочек смешивался с этим новым, волнующим и захватывающим чувством: они успели. Небо за стеклом аэропорта — холодное и серое, но это не мешало всем троим ощущать себя на грани чего-то нового. Мужчины в строгих костюмах, женщины в утончённых платьях, дети, бегущие рядом с родителями, и даже те, кто, кажется, только что прилетел из другой страны, с чемоданами, которые в два раза больше их самих. Быстро проходя через коридоры, казалось, что они уже свидетели чего-то волшебного. Далеко впереди ребят, на табло, горели указатели. «Париж», «Лондон», «Токио», «Хьюстон», «Лос-Анжелес» — все самолёты, которые ждали закрытия регистрации прямо сейчас. Они подошли к стойке регистрации, и Билли, не теряя времени, показала свой билет на экране телефона. Оператор машинально пробежалась взглядом по строкам и отсканировала код. Через секунду женщина легко улыбнулась и кивнула в сторону выходов. Время летело — очередь Финнеаса была следующей. Быстро все трое прошли регистрацию и контроль безопасности, и вот они уже в рукаве, ведущем к самолету. Шум толпы, запах дезинфектора и стюардессы, встречающие их с улыбками. Не успели оглянуться — вот уже все втроём самолете. По счастливой случайности они сели вместе. Их ряд быстро заполнился разговорами об удивительном совпадении, предстоящим путешествии и шумом моторов, который становился громче с каждым моментом.***
— Зато у нас появилось шесть дополнительных часов! — Финнеас искал по картам, куда бы они могли направиться. — Отличный шанс купить зубную щётку, — съязвила Билли. — Да ладно тебе! Ты и без зубной щётки красивая! — посмеялась Лили. Билли сама не поняла почему, но смущённо улыбнулась комплименту. Вся компания спешно выходила с территории аэропорта. Стеклянные двери раздвинулись, и Техас встретил их тёплым потоком и ярким, палящим солнцем. Казалось, что лето и не кончалось. Финнеас слегка вяло тянул рюкзак Билли в правой руке, а левой пытался найти хоть что-то в своём телефоне. Синеволосая ныла о том, что очень хотела бы отдохнуть перед бессонной ночью, и делилась переживаниями, что обратная дорога будет в разы тяжелее. А Лили, стараясь прийти в себя от неожиданно настигшей жары, слушала музыку в наушниках. Она даже не предполагала, что они будут делать до вечера, поэтому пыталась переложить всё на плечи Финнеаса. — Мы можем остановиться в отеле или прогуляться по Хьюстону… — Финнеас говорил это и уже вызывал такси в центр города. — Я за прогулку! — А я просто хочу отдохнуть! — Билли стала совсем надоедливой.«Иду я, значит, себе по базару, и вдруг — что я вижу? Стенд с молочным коктейлями! Не могу же я удержаться! Возьму себе милкшейк.
Вообще — мало кто знает, но милкшейк вовсе не земное блюдо. Оно придумано здесь, его изобрела Пинкунс. Было бы просто несправедливо не рассказать вам настоящую историю этого чудесного, но противоречивого напитка!
Когда Пинкунс только строили и она получила первые нейронные связи — она сразу же наняла белковых рабочих в один из своих районов. Для того, чтобы работать в космосе, они надевали тяжёлые неуклюжие скафандры. Это была очень трудная и неблагодарная работа.
Рабочие легко впадали в депрессию, и многие из них кончали жизнь самоубийством. Причём способ, который они выбирали, был достаточно творческий: они включали ускорители своих скафандров и сходили с орбиты — сгорали в атмосфере. Неприятная смерть, конечно… Но это было их решение!
И для того, чтобы поднимать боевой дух рабочих, Пинкунс придумала не менее творческий и гениальный способ! Уж не знаю, из каких белковых синтезаторов она доставала все ингредиенты, что она придумала, но именно молочный коктейль и сотворила Пинкунс.
Этот напиток никто не называл молочным коктейлем. Это просто была… Некая смесь, которая сразу же поднимала настроение. Как выяснилось — коктейль имел и другие побочные эффекты: он прекрасно удалял жажду, зажигал искорки в глазах и был идеальным дополнением ко всем блюдам!
Со временем все белковые рабочие так полюбили вкус молока и различные допинги, что синтезировали в систему кормления младенцев молоко… По крайней мере — для большинства видов. И угадайте что? Детёныши таких видов вырастают в сотни раз счастливее! С тех пор каждая цивилизация, которая имеет доступ к молоку, считает своим долгом сообщить, что они первооткрыватели милкшейка, и как приятно видеть их шок, как только они получают доступ к Каскаду.
Так что я, ваш верный слуга, просто обязан выпить милкшейк на его родине — это уже традиция! Моя очередь почти подошла, так что здравствуй, Пинкунс, спасибо тебе за твой чудесный милкшейк!»
Уже сидя в такси, девушка задумалась о том, как прекрасно было бы выпить по милкшейку и как здорово он бы взбодрил каждого из них.***
Разобравшись с тем, где находится их номер, все трое завалились в небольшое, душное, но светлое помещение. Лили сразу же направилась к окну, открывая его настежь, а Билли упала на кровать так быстро, как только могла. Финнеас же аккуратно поставил рюкзаки сестры и свой в коридор и начал осматривать весь номер детальнее. — Я так рада, что мы тут, — наконец, заулыбалась Билли. — Круто, что мы выбрались! Да, Фин? — Ага! Главное, чтобы всё прошло гладко! — парень приоткрыл дверцу шкафа, пересчитывая количество вешалок. — Зануда. Блондинка задумчиво стояла у открытого окна, рассматривая Хьюстон. Город приветливо махал листвой многочисленных деревьев и радостно дарил жителям и приезжим жаркие лучи ещё летнего солнца. Строгий ветер порывами прогоняет жару, будто пытаясь сказать, что время лета истекло. Техас будто не хотел отпускать теплоту и радость, прося остаться высокую температуру ещё ненадолго, хотя бы до декабря. Спустя два часа Билли снова стала добрым человеком, но теперь в ней проснулось желание изучить новое место. Она легко уговорила Финнеаса и Лили пройтись перед вечерними планами, и, скоропостижно сдав номер, все трое вышли в самый центр Хьюстона. Мимо проносились машины с яркими рекламами на боках, а троица, освободившая себя от усталости, шла неспешно, стараясь рассмотреть всё на своем пути. Справа — небоскрёбы, блеск стекла, словно зеркала, что отскакивают от палящего света. Слева — маленькие заведения с низкими столиками, за которыми слышались громкие и экспрессивные разговоры. Навесы легко распыляли воду из диффузоров, давая небольшое облегчение от жары. Проходя мимо одного из этих мест, Лили невольно остановилась, приглашая себя: «Молочный коктейль — тут и сейчас!» — Учишься читать? — саркастически сказала Билли, заметив, как долго блондинка смотрит на текст на витрине. — Вишнёвый или банановый? — Что? — Билли слегка опешила. — Молочный коктейль. Вишнёвый или банановый? — она изо всех сил старалась не съязвить в ответ. — Конечно вишнёвый. Лили вошла в заведение — запах ванили и шоколада сразу обвил её, напоминая о детстве и о тех мгновениях, когда мир был проще и светлее. За стойкой — пожилой мужчина с очками и шутливым взглядом, который знает всё о вкусах и настроениях. Он кивает ей. Билли юркнула следом, оставляя Финнеаса на улице одного. — Коктейль. Доллар пять. Да? — на ломаном английском сказал мужчина, ярко улыбаясь. — Здравствуйте! Можно, пожалуйста, три штуки? Два вишнёвых на банановом молоке и один банановый. — Какой? — Два вишнёвых, — девушка показала два пальца, после чего приставила две руки к вискам, показывая «рога». — Не коровье молоко. И один банановый. — Питнаса! — Мужчина аккуратно поправил очки и протянул терминал. Лили быстро рассчиталась, прикладывая карту. Через несколько минут перед ней появилось три коктейля — кремово-нежные, с капелькой шоколада на краю каждого стакана, словно художник оставил свою подпись. Блондинка медленно подхватила стаканчики в руки и, попрощавшись, покинула заведение. — Давай помогу? — Лучше возьми свой коктейль, — Лили едва держала один из трёх стаканов между пальцами, и Билли легко подхватила его. Лёгкой рукой блондинка передала своему другу банановый коктейль, и они направились дальше в поисках приключений. — М-м-м, — Билли восторженно посмотрела на Лили, — и такая вкуснятина всего за «питнаса» на троих? Девушки рассмеялись, оставляя Финнеаса в полном непонимании причины смеха. Прогулка продолжалась, и большую часть времени, к удивлению, Билли и Лили находили причины смеяться над всем, что видели вокруг себя. Финнеас активно слушал и дополнял каждую из шуток, даря компании новую волну смеха, но уже вскоре друзья дошли до автостанции, откуда они направились в Национальный заповедник дикой природы «Аттуотер Прери Чикен».«Базар остался позади со всеми его прелестями. Милкшейк — закончился. Стаканчик — улетел обратно на стойку, где его помоют и продадут какому-то другому Ониксу.
А я тем временем уселся в Пинкус-Рикшо, чтобы, наконец, мои ноги всё-таки почувствовали хотя бы небольшое расслабление. Ехать на таком транспорте — сплошное удовольствие! Это один большой сгусток материи, который приобретает ровно ту форму, которая обеспечит максимальную скорость и безопасность моему телу. Не стоит забывать и про комфорт. Скорость контролируется через ментальный щуп, который подключается к вашей нервной системе сразу в начале поездки.
Короче, говоря простым языком: Пинкус-Рикшо — это ваш транспортный орган. Временный! Но о-о-о-чень удобный. Туда, где на самой яркой улице выступает знаменитый городской сумасшедший со своими историями теней. Для тех, кто не в курсе — городские сумасшедшие в Орбитальных городах вроде Пинкуса — это уважаемая и очень хорошо оплачиваемая профессия. Эти ребята вживляют себе в сознание или любое другое подобие мозга Кускосы, подключаются к ментальной системе города и настраивают частоту на Каскад, с помощью чего получают прямо в мозг все мысли всех биологических существ во Вселенной.
Как правило — сумасшедшие находят во всём Вселенском потоке музыку и транслируют её через свои голосовые связки через призму собственного восприятия. Получаются, я вам скажу, весьма трогательные и красивые выступления. Но нельзя забывать, что они всё равно сумасшедшие и ничего по-настоящему эмоционального в этом нет.
Шлиф, пожалуй, единственный сумасшедший, который вызывает симпатию. В отличие от своих коллег, он сумел сохранить крупицу собственного сознания и, предаваясь воспоминаниям из детства, поёт, демонстрируя своими многочисленными лапками и клешнёй первоклассный театр теней. Что-то в этом завораживает и не даёт покоя. Ну а я почти приехал, так что я планирую восхититься красотой музыки и историей теней»
***
Вечерело. Большой междугородний автобус становился всё пустее и пустее с каждой станцией. Мало кто собирался в заповедник в будний день вечером. К последней станции в автобусе остались только Финнеас, Билли, Лили и странная бабулька, которая постоянно на них косилась. Ребята негромко перешёптывались, обсуждая написанный Билли текст песни. Неохотно, но синеволосая позволяла Лили вставлять своё мнение. Рыжеволосый парень высказывался объёмно и выдвигал свои идеи касательно игры слов. Вдруг Финнеас прохлопал свои штаны, достал телефон и, поморщившись, принял вызов. — Привет, мам! — в трубке послышался певучий голос Мэгги, она говорила тепло, хотя нотки взволнованности можно было отличить. — Нет-нет! Всё хорошо! Мы с Билли в гостях у… Мы у Дерека! Пересматриваем «Человека-паука». Наелись до отвала, лень даже с дивана встать… Да, ага!.. Да, всё хорошо!.. Ты не против, если мы останемся на ночь? — Финнеас слегка напряжённо прикусил губу. — Да! Нет, нам ничего не надо. Хорошо… Хорошо… И я тебя, пока! Девушки как одна смотрели на него с самым обеспокоенным выражением лица, боясь спросить тот самый вопрос. Финнеас не смотрел на них, а сразу же уткнулся в телефон. — Финнеас! Ну что там?! — вдруг вскипела Билли. — Тебе лучше начать придумывать историю о том, как весело ты провела вечер. Ребята заликовали, а странная женщинка, перекрестившись двумя пальцами, уткнулась в окно, бормоча что-то себе под нос.***
Вечер, наполненный тёплым дыханием Техасской осени, тянулся неспешно, обещая долгие часы безмятежности. Воздух был чист, а небо — безмолвным океаном синевы, в котором ни одно облачко не осмеливалось нарушить порядок. По земле пробегали лёгкие тёплые порывы, а в воздухе витал запах свежей травы. Вся троица, рассевшись прямо в середине тёмной равнины, невольно подняла головы в ожидании чего-то важного. И вот оно пришло: небо, тот небольшой кусочек возле звезды Сириус, вдруг вспыхнув, невидимая рука опрокинула в уголок целую палитру красок. Мелькали цвета, переливаясь и плавно меняясь, то вспыхивая пурпуром, то отдава бирюзой и янтарём. Звезда горела всё ярче и ярче, будто накаляясь до определённого уровня. Свет вспыхнул сильнее и осветил всю равнину ярким, но нежным радужным светом.«Ну наконец! Вечер на Пинкунсе всегда был моим любимым временем. Конечно! Впереди уже маячит бесконечная колонна до космического лифта, протыкающая фиолетовые облака, как иголка исполинского слона. Скоро я понесусь по ней вверх, а пока я хочу показать кое-что нашим земным друзьям: слышите вы нас или нет, но на Пинкунсе проводятся лучшие вечеринки во Вселенной. Район, где я сейчас нахожусь, славит Пинкунс своими квантовыми шоу.
За каждой дверью этого узенького коридора пульсирует танец, и выпускать его законным образом запрещено: тысячи тел без остановки пляшут под самую разную музыку, и было бы глупо не присоединиться к ним хотя бы на секундочку… минуточку… годик! Это и правда очень затягивает! А потому — выпускать танец на улицы нельзя: вся планета затанцует в унисон, и угомонить этот порыв можно будет, только заставив Пинкунс ненадолго задремать, отключая всю музыку.
Этот район Пинкунса самый старый. То есть его построили одним из первых. Именно построили, а не склеили из кораблей, обломков, камней, космических любопытностей… За время существования этого города в местных дверях выступали, наверное, все когда-либо популярные артисты с Земли: некоторые попадали сюда под гипнозом, а некоторые после «смерти». Элвис, вон, до сих пор тут. Не в своём теле, конечно, но именно он зажигает половину здешних дверей, теперь он выступает на пару с Лил Питом, что стало вполне себе ожидаемым дуэтом. Ну да ладно — всё о прошлом да о прошлом. Пора найти себе подходящий уголок и невзначай оставить дверь открытой, да?
Посмотрим, что у нас тут… Хитрая еврейская музыка? Так! Стоп! Это не та вечеринка, которую мы ищем! Сюда нам совсем не надо! Был я как-то в подобной двери… Бр-р-р-р… Больше не хочу! Фу-у-ух. Ладно, поищем ещё, и что-то мне подсказывает, что вот эта парочка ЛаМейнов, едва отцепившаяся от… Хм… Губ друг друга, вышла из нужной нам двери. Секунду… да! Мне как вот этим парням! И побольше, побольше! Ой, что это, открытая дверь?»
— У-вау! — Билли восторженно откинулась на траву и наблюдала за переливающейся, пульсирующей звездой. — Я сто процентов внушил себе это, но это самое лучшее, что мог придумать мой мозг! — Финнеас так же, как и сестра, лёг в траву. — Но почему мы услышали его слова позже, чем увидели. — Скорость света быстрее радиоволн! — Лили улеглась рядом с Билли, но слегка дёрнулась: какая-то травинка уколола её. — В этот раз тебе даже не понадобился Гугл, чтобы сказать свою умную физическую фигню, — улыбнувшись, пошутила Айлиш. Плавно звезда размером с Луну начала удаляться, пока не превратилась в точку. Все трое наблюдали за тем, как маленькая звёздочка, едва заметная, но удивительно яркая, оставляла за собой след, будто кто-то невидимый разливал по небесам водяные краски. Она исчезала, но оставляла ощущение, что за горизонтом, в самом сердце Вселенной, происходит нечто несказанное, и все трое, затаив дыхание, лежали, смотря на её последние вспышки.«Фух! Ну и тусовка выдалась! Чудом — Пинкунс смогла успокоить всех без полной перегрузки города: всего лишь следовало выпустить на улицы адептов церкви рогатой крысы и всё само собой утихло.
Церквей на Пинкунсе… Я даже не знаю сколько! Что? Спасибо, Пинкнус. Пинкнус подсказывает, что религий на её территории более шести миллионов, так что церковь рогатой крысы с их ядовитыми облаками и желанием устроить мозговзрыв считается одной из безобидных религий.
Тем временем я уже возле лифта. Архаичная штуковина, будем откровенны: ведь куда проще приземлить корабль, а потом на нём же и взлететь. Но Пинкунс большая… Сюда прилетают и те, кто не способен делать корабли, которые летают и в атмосфере и в вакууме и в Каскаде. Так приходится добираться до орбиты практически «на собаках» — как говорит моя земная подруга.
Просто обожаю космический лифт за то, что в нём играет самая классная музыка. Потому, что это совершенно особенное ощущение: лететь строго вверх в небольшой капсуле с окошком, в которое открывается вид на изгиб первого в истории орбитального города, который старше многих цивилизаций, которые стремятся сюда попасть. Есть в этом что-то невероятно Земное.
Гравитационные волны, притягивающие персонажей из самых удалённых уголков галактики. Почему все так хотят сюда попасть, я до сих пор не знаю, но не могу избавиться от привычки посещать Пинкунс хотя бы раз в цикл. Не обижайся, Пинкунс, но ещё больше мне нравится тебя покидать: чувствовать, что твоё сознание больше не в моей голове. Знать, что я не запутаюсь в бесконечной паутине твоих улиц и не поведусь на соблазны, которыми они наполнены. И даже при этом — милкшейк был просто отменным. За ним я обязательно вернусь.
Итак, Оникс и Светлая материя, мы улетам к звёздам под самую лучшую музыку для космического лифта. Пока, Пинкунс, мы передаём привет Земле!»
Из приёмника приветливо заиграла ненавязчивая мелодия гитары, которая плавно превратилась в нежный и далёкий блюз. Было абсолютно очевидно, что эта песня идеальна для поездки на околопинкунсную орбиту. Троица переглянулась и уже думала вставать, но кое-что задержало их. Вот оно — величие. Огромная комета, сверкающая в ярких лучах умирающего Сириуса, пронеслась, нарушив эту поэтичную гармонию. Её хвост расплылся в воздухе, рисуя в небе космическую дорогу, ведущую в самую глубину вселенной. Она была такой яркой, что казалась бы для того, кто её увидел, возможно, не из этого мира. В её свете угадывался холодный и в то же время поразительно тёплый блеск, словно обещание чудес. Весь мир, казалось, на мгновение затих. Троица поняла, что каждый, кто увидел этот момент, стал свидетелем чуда, связанного с тайными и далёкими загадками. В воздухе повисло молчание, но оно было наполнено не страхом, а удивлением, что чудеса действительно случаются. Иногда они не являются ответом на вопросы, а становятся просто присутствием, каким-то непостижимым напоминанием о том, что мир полон красоты, и даже в обыденном краюшке лета можно найти магию. На мгновение каждый ощутил в себе связь с теми звёздами и далёкими мирами, где такие чудеса — не исключение, а повседневность — Это было невероятно… Выходит, что это правда! — Билли вскочила с травы и закричала: — Вау! МЫ — первые люди, установившие контакт с инопланетянами! Чёрт… Цивилизаций так много! К этому моменту Финнеас стоял рядом с сестрой и так же восхищался произошедшим. Билли, не задумываясь, кинулась брату на шею и крепко обняла его, слегка крутясь в его руках. Тут же она выскользнула из объятий юноши и прыгнула на Лили, которая слегка покосилась от неожиданности, но вовремя поймала равновесие. — Спасибо, что уговорила его, — шепнула Лили на ухо синеволосой. — Спасибо, что показала мне, — Билли резко отстранила девушку от себя. — Но обнимать меня было не обязательно.***
Дом О’Коннелов сиял ярче всего на умиротворённой улице. Брат и сестра облегчённо выдохнули, понимая, что всё получилось и, наконец, они дома. Часто они могли не бывать тут неделями, но именно эти сутки были самыми невыносимыми для каждого из них. Парочка быстро и громко открыла дверь, врываясь в свой же дом. Но ничто не встретило их уютом. У лестницы стояла Мэгги, буквально пожирающая своих детей взглядом. За её спиной находился Патрик, который, наоборот, смотрел на парочку крайне сочувственно, слегка покачивая головой. — Билли Айлиш Пайрет Бёрд О’Коннел, Финнеас Бёрд О’Коннел… У вас серьёзные проблемы, молодые люди, — Мэгги не отводила холодного взгляда от старшего сына. Оба нервно сглотнули и, зная, что их ждёт, прошли вглубь дома, принимая свою участь.
Пока нет отзывов.