Интерференция

      За окном давно ночь.       Милдред сидит за столом спиной к темноте. Два монитора горят холодным светом, разгоняя тени по углам маленькой комнаты. На одном — цифры и спектрограммы. На другом — карта с тепловыми метками. Пальцы скользят по тачпаду, серо-зелёные глаза бегают по строкам.       Планшет рядом светится — там университетское задание по топологии. Она решила его семь часов назад. Перепроверяет. В четвёртый раз. В комнате тихо. Холодно — настежь открытые окна впускают ночной воздух, и ветер тянет внутрь глухой, протяжный гул. Вентиляция вторит ему где-то под потолком. Койка, заправленная до звона, стол, шкаф. На тумбочке — пистолет. На стенах — ничего, что выдавало бы человека, обжившего эту дюжину метров. Из коридора иногда доносятся шаги, голоса, смех.       Милдред не оборачивается.       — Миллиган.       Голос из динамика. Ровный, без эмоций.       — На базе. Слушаю.       — Через час брифинг. Присутствие обязательно. Ты, агент Кеннеди и Ханниган на координации.       — Принято.       — Вопросы?       — Категория угрозы?       — Уточнят на месте.       — Принято.       Экраны гаснут. Комната погружается в полумрак.       Милдред встаёт, потягивается — тихо хрустят позвонки. Подходит к тумбочке, берёт пистолет. Привычным движением проверяет магазин, передёргивает затвор. Патрон в патроннике. Кладёт обратно — рядом с аптечкой и подсумком.       Снимает с вешалки в шкафу чёрный облегающий лонгслив, натягивает через голову поверх широких брюк с посадкой на бёдрах. Садится на край койки, надевает массивные берцы — шнурует быстро, снизу вверх.       На пояс крепит подсумок с запасными магазинами, армейскую аптечку, чехол с тактическим ножом. Жетон на груди тускло блестит.       Она выходит в коридор.       Лампы дневного света гудят монотонно, как старые холодильники. По обе стороны — закрытые двери. Соседи либо спят, либо делают вид. Милдред идёт, не глядя по сторонам, уткнувшись в планшет — просматривает последние данные перед брифингом.       На повороте она не успевает затормозить. Упирается лбом во что-то твёрдое и тёплое. Чья-то грудь. Пахнет кофе, табаком и ещё чем-то неуловимо знакомым.       — Осторожнее, Милли.       Голос бодрый, с лёгкой насмешкой. Она поднимает голову.       Кай Синклер — рыжая растрёпанная голова, веснушки, наглые зелёные глаза. Он в расстёгнутой тактической куртке, под которой видна футболка с нашивкой BSAA. На поясе — пистолет, на плече — лёгкий рюкзак. Рядом с ним — девушка, которую Милдред раньше не видела: светлые волосы, спортивная фигура, колючий взгляд и на сантиметров десять ниже Кая, а значит, исходя из расчетов, на пятнадцать сантиметров выше Милдред.       Кай смотрит на неё, чуть склонив голову. Улыбается — и на щеках проступают ямочки.       — Сегодня ты не такая бледная, — говорит он, а потом вдруг сбивается, трёт затылок, отводит взгляд. — В смысле… ты отлично выглядишь. Точнее… ты всегда красивая, просто сегодня… ну…       Он замолкает, понимая, что только усугубляет неловкость. Пальцы теребят лямку рюкзака.       Девушка рядом переводит взгляд с Кая на Милдред. Её глаза расширяются ровно на секунду — узнавание, смешанное с тревогой. Та самая аналитик. Носитель. Красные глаза. Она делает маленький шаг назад, почти незаметный — но Милдред замечает. Типичная реакция. Страх перед тем, чего не понимают. Или понимают слишком хорошо.       Девушка дёргает Кая за локоть.              — Пойдём, Синклер. У нас дела. Кай не обращает внимания. Всё ещё смотрит на Милдред — и в его зелёных глазах нет ни капли того, что было у его спутницы.       Он кладёт руку ей на плечо — задерживает дольше, чем нужно. Пальцы слегка сжимаются.       — Ты береги себя, ладно? Наши разговоры — единственное, что спасает меня от депрессии.       Девушка дёргает его снова, настойчивее. Кай бросает на неё короткий взгляд, потом снова на Милдред.       — Я всегда на связи, — говорит она ровно. — Протокол 7-Б.       — Протокол 7-Б, — он кивает серьёзно, но в глазах пляшут чёртики. — Не пропадай.       Он уходит следом за спутницей. Девушка что-то говорит ему вполголоса:       — Странные у тебя знакомые, Синклер. Держись от неё подальше.       — У меня отличные знакомые, — он поправляет лямку рюкзака, не глядя на неё. — Ты просто не в курсе.       Милдред провожает их взглядом ровно три секунды. Затем идёт дальше.       Её комната — в самом конце коридора. Дальше только стена и табличка «Аварийный выход».       В туалетной комнате она останавливается перед зеркалом. Смотрит на себя — одну секунду, две. Бледное лицо, чёрные волосы до плеч, чёлка почти до бровей. Серо-зелёные глаза с тонкой красной каймой вокруг зрачков. Та самая деталь, из-за которой девушка со светлыми волосами отшатнулась. Из-за которой на неё реагируют как на заразу.       Милдред привыкла.       Отворачивается. Собирает волосы в низкий хвост, оставляя чёлку. Берёт планшет с края раковины.       Операция с агентом Кеннеди. Она просчитывает автоматически, даже не включая экран. Высокий уровень сложности. Статистика его предыдущих миссий, вероятность непредвиденных факторов, её собственный статус носителя, который в любой момент может стать проблемой.       Семьдесят два процента.       — Приемлемо.       Гасит свет. Выходит.       Коридор пустеет. Лампы всё так же гудят.       Час до брифинга.