Любовь - всегда

      Последние разборки между школами были яркими, шумными и кровавыми. Взаимоотношения между лидерами этих учебных заведений можно было охарактеризовать примерно также: слишком разные, слишком шумные, слишком конфликтный. Они в целом, по все видимости, придерживать позиции быть "слишком" во всём, чтобы ни одни человек не мог подумать, что бывает время, когда парни могут спокойно сидеть рядом ну скамейки парка рядом с церковью. Когда они безмолвно обмениваются рассказами о личном и потаёном. Когда они постепенно придвигаются друг другу, чтобы колени касались, чтобы не странно было соприкасаться ладонями. Даже они не могли себе признать, что такое время бывало. Это ощущалось лицемерным предательством всех принципов и громких слов, которые говорились в их школе, в союзе, среди друзей и среди подчинённых, среди начальства тоже, хотя там имена всплывали крайне редко.       Затишье не пришло, как часто бывает, но неопределённости стало куда больше. Было ли это перемирие или пропаже интереса? Никто из них не знал, но стралася избегать друг друга, запираясь на баскетбольной площадке или в подвале боулинга. Так было проще, ведь в повседневность исчезла неоднозначно сеть, которая напоняла их мысли с каждым пересечения взгляда.       Сон Дже не устраивала эта тишина и спокойствие, он рвался в бой, хотел разобраться со всеми, кто ему не нравился. В том числе и с дружком того, кого трогать не хотелось его "хозяину". Тем не менее Бэк Джин не останавливал. Он ни поощрял, ни тормози, ни наказывал, он просто наблюдал за тем куда это заведёт, ожидая увидеть лицо, по которому всегда скучал, но никогда не признавал этого.       Тишина поселилась между ними до того самого дня. На порог «Союза» притащили побитыша. Их побитыша. Выглядел парень явно не очень и место ему было в больнице, а не в пыльном боулинге: весь в синяках, в крови, кажется помимо ушибов у него мог быть и перелом, а может и не один. Очевидно было кто с ним так постарался, от этого на лице Бэк Джина застыла странная ухмылка. В руке у побытиша была записка, что только добавляло весёлости парню:

«Приходи в район XX к дому с жёлтой крышей и табличкой с цветочком. В четыре часа дня. На Бэк Джин будь один»

      — Эти ублюдки из Ынсана совсем уже страх потеряли, — выругался Сон Дже, затушив сигарету об пол рядом с побитышем, вызвав у того испуганный стон. — Собрать побольше ребят и преподать урок этому Баку? — слишком уж весело произнёс он.       — Нет, нужды, — снова нацепил на себя равнодушную маску Бэк Джин. — С ним я и один в состоянии справиться.       — Не сомневаюсь, — подозрительно усмехнулся парень рядом и скомандывал другим отвести бедолагу в больницу, придумал убедттельную причину "упасть". А потом Сон Дже снова заскучал.       На Бэк Джин же прибывал в странном предвкушении перед предстоящей встречей. Он ожидал, что будет очередная мордобойка в отдалённом, скрытом от чужих взглядов, месте. Но самое главное в этом увидеть его раздражённо лицо, да даже просто его лицо, услышать голос, прикоснуться к горячей коже даже если кулаком. Бэк Джин скучал по этому, хоть и не признается никому, даже если это уже очевидно.

***

      Дождаться назначенного времени было удивительно сложно, но Бэк Джин справился. Теперь он бежал по пустынному району, у которого простоял около двадцати минут, чтобы показать как же ему всё равно. Он опаздывал и за несколько шагов до того самого дома собирался снова неспеша перейти на шаг. Всё так и вышло.       Жёлтая крыша уже скрылась за другими, но парень знал, что она там была. Табличка с нарисованный цветочком была прямо перед глазами. Бэк Джин до сих пор помнил, как они во времена средней школы наблюдали за созданием этого маленького произведения искусства маленькими ручками. И всё же это было слишком сентиментальный место для драки.       Парень зашёл за угол в глухой, тёмный закоулок, на который не выходило ни одно окно, а солнце, вероятно, и не знал, что это место существовало из-за навеса. Ху Мин уже был там, стоя спиной ко входу и нервно переступая с ноги на ногу и, кажется, держа что-то большое в руках.       «Столько дрались, а он что сейчас боится?» — мысль была не триумфальная, а скорее раздражённая, ведь Бэк Джин не мог вытерпеть чуду слабость, особенно если она была Ху Мина.       — Зачем звал? — нарушил тишину Бэк Джин и его голос звучал ещё грубее, чем он планировал.       Баку вздрогнул и повернулся, ошарагев своим видом ещё больше. Рубашка, школьный пиджак, который видимо еще почистили и погладили перед тем как прийти, но тому это не особо помогло. Удивительное же всего: в руках у него был внушительного размера фикус. Как реагировать на подобное Бэк Джин не знал, поэтому просто замер в замешательстве.       Пак Ху Мин ещё немного попереминался, ещё раз оглянулся на голые стены, которые явно за ним следили, а потом быстрым шагом двинулся в сторону Бэк Джина. Тот даже понять ничего не успел, когда уже держал в руках тяжелый фикус, которые лез своими листьями.       — Это тебе, — рванно уточнил парень, убирая руки в карманы.       — И ради этого ты избил одного из моих людей? — всё ещё думая, что делать с таким подарком произнёс На Бэк Джин.       — Честности ради, я просто попросил его передать записку, а это он полез в драку.       — Допустим, это так. Но от меня ты что хочешь?       Бэк Джин правда не понимал, чтт происходило, а Баку, кажется, надеялся, что не придётся объяснять. Каждая их действия по отношению друг к другу имело слишком много подтекста, слишком много неоднозначно стиль, слишком много недосказанность, которая в своё время всё разрушило. И На Бэк Джин, если быть честным, уже устал догадываться. Хотя и сам не могу дать конкретику первым, держась хотя бы за это непонятный и странно нежный образ.       — Ну, типа нравится, — смотря куда угодно, но не на парня, сказал Баку.       — Фикусы? — усмехнулся Бэк Джин, привлекая внимательный взгляд человека напротив. — Мне лично не особо.       Парень устал держать растение на весу. Для него оно не было особо тяжёлым, но крупные листья, так и хотели закрыть смущённое и прокрасневшее лицо перед ним, а за ним очень хотелось наблюдать как можно внимательнее. Возможно, он хотел сказать, что сам Бэк Джин боялся больше любой травмы, но очень хотел бы, чтобы это сорвалось с чужих губ.       — Черт, — выругался Ху Мин, — этт было первое, что попалось под руку. Так же правильнее, — бормотал он.       — Можешь оставить себе, — кивнул Бэк Джин на фикус и сложил руки на груди. — Так зачем ты меня позвал?       Ху Мин снова начал нервничать и искать поддержку в безмолвных стенах, лишь бы не смотреть на парня на против. Это начинало раздражать и Бэк Джин сделал шаг вперёд, на удивление Баку не отступил, а сделал глубокий вздох и наконец посмотрел на человека перед собой.       — Ну короче, ты мне нравишься, — выпали он громче, чем должен был, — Вот так типа. Для этого и позвал.       Это было именно то, чтобы Бэк Джин никогда не решился произнести самостоятельно, ожидая хоть вечность пока это сделает он. И Ху Мин сделал и даже если хотелось отреагировать бурнее парень сдержал улыбку, которая выглядела бы до безумия глупа, сделал ещё один шаг и нависнув над парнем, посмотрел с равнодушием.       — И что мне теперь сделать? Сброситься тебе в объятия и поцеловать?       Такая реакция порядком озадачила Баку и перед тем, как он успел отшутиться или всё-таки устроить драку между ними Бэк Джин сделал именно то, что и сказал. Он наклонился парню, обхватив его лицо длинными пальцами и поцеловал, как умел, но, вероятно, получилось даже хуже.       — Возможно мне хотелось сказать тоже самое, — прошептал На Бэк Джин, отстраняясь от чужих губ.