DO NOT CROSS

      Убедившись, что лежавший рядом парень мирно спал, я аккуратно выбралась из его объятий. Моя шея и грудь была сплошь и рядом усыпана багровыми пятнами от укусов и засов, оставленных Минхо в порыве страсти.       Черт! Что я натворила?       Я поплелась на ватных ногах на кухню, нервно кусая, итак, опухшие губы. Секс был лучше, чем когда мы были в отношениях. Тогда, видимо уставшие от обыденности или друг от друга, мы реже оставались наедине, и вся романтика заканчивалась кротким поцелуем в губы. Но даже так, пускай и испытав первый за последний год оргазм, я корила себя за слабовольность.       Налив себе ледяной кофе, я вновь поражалась педантичности следователя Ли. Несмотря на напряженную работу в бюро уголовных расследований, съедавшую всё свободное время на копошение в бумагах и трупах, на облавы клубов, незаконного распространяющих наркотики или видео сексуального характера, явно снятых недобровольно, парень успевал сохранять чистоту квартиры и даже готовить себе самостоятельно, не прибегая к услугам доставки или уже готовой еды из круглосуточных магазинов.       Готовил он вкусно, не спорю, думаю даже, не выбрав он работу в органах государственной власти, он мог бы стать мишленовским шеф-поваром. Казалось, в парне совершенно не было изъянов: красив, талантлив, успешен в карьере. Может поэтому находясь рядом с ним, я жила в постоянном сравнении себя с кем-то, совершенно не уважая свои интересы и желания? Я всегда чувствовала себя недостаточно хорошей для него, хоть и пыталась скрывать это даже от самой себя.       Сев за стол, я бегло бросила взгляд на лежавшие рядом стопки документов. Что тут у нас? Ничего интересного. Как всегда, сортированы по дате и помечены понятными только юноше знаками и символами папки. Отчеты с мест преступлений, отчеты экспертов-криминалистов о вскрытии, досье жертв и... Подозреваемых? — Так-так, — прошептала я, заинтересованная вскрывшимися обстоятельствами, — Какого скелета же ты прячешь в своем шкафу? — вопрос скорее был риторический.       Почему Минхо не упоминал об этом? Может быть его предположения были настолько несостоятельными, что делиться ими не имело смысла и это могло только запутать, итак, спутанный клубок?  Я всё равно не понимала этого. Зачем скрывать какую-либо информацию, способную помочь отыскать убийцу, терроризирующего меня не только в реальной жизни, но теперь ещё и во снах? — Извини, что разбудила, — голос мой был серьезен. — Ты в офисе?       Я впопыхах собралась, кое-как скрыла следы бурной ночи и уже стояла на автобусной остановке, пытаясь словить такси. Морозное утро ещё было окутано сумраком, редкие люди шли, пряча лица в теплые шарфы. Я вздрогнула, съежившись от холода, когда ледяной ветер лизнул мои щеки. Если бы не моя упертость и настороженность, то я бы пожалела, что вообще вылезла из кровати, где мужчина моей мечты мог бы с легкостью согреть меня, просто обняв.       Тем не менее, каким бы идеальным он не был, следователь Ли не был тем человеком, которому я могла доверять. Обманув однажды, обманет дважды, разве не так? Будь я всё той же наивной и влюбленной Чеён, то я бы с легкостью проглотила его ложь, но сейчас, уже наступив на эти грабли однажды, я не могла себе позволить слепо верить в его искренность. — Ты знал, что Юн Сонгван буквально преследовал первую жертву? — этот факт крутился в моей голове, как заводная машинка. Почему никто из нас еще не проверил то, что буквально лежало на поверхности? — О чем ты? — сонный Чан уже сидел за столом в офисе, угрюмо сдвинув брови. — Я видела материалы нераскрытого дела об убийстве Чхве Арым, — из-за нервов захотелось грызть ногти, давно забытая вредная привычка вернулась вместе с проснувшейся тревогой. Я не стала вдаваться в детали того, каким образом я получила эту информацию. Несмотря на моё недоверие, я всё же не была сумасшедшей. — Мужчина буквально бывал в каждом месте, где была первая жертва, более того, сама девушка заявляла о преследовании и попытке проникнуть к ней в квартиру, но уголовное дело не стали возбуждать из-за наличия только косвенных улик. — Хочешь сказать, что тот, кто его убил, мстил ему за убийство девушки? — спросил Бан Чан, наклоняя голову. — Но зачем тогда убивать Сон Минжди? — Я не знаю, — возможно все мои подозрения были лишь обострившейся белой горячкой, — Вам удалось выяснить кто купил цветы? — Нет. Покупка была совершена в маленьких цветочных ларьках, разумеется, отсутствуют какие-либо меры безопасности, вроде камер. Даже оплачивали покупку наличными. — Тяжело вздохнул парень, — По описанию это был ничем непримечательный молодой парень, женщины запомнили только его ямочки при улыбке.       Не густо. Я шумно выдохнула, потерев переносицу. Что мы имеем в итоге? Вполне вероятно убитый ночью в бассейне Чанвон Юн Сонгван действительно был тем, кто убил первую жертву. Следовательно, учитывая факт того, что он долгое время преследовал жертву, на камерах наблюдения, мы видели его очередную попытку совершить нападение уже на вторую девушку.         Все сходиться, за исключением того, что он не смог бы сделать этого, будучи уже убитым. Здесь появляется третье лицо: мужчина в маске. Мститель? Идейный товарищ убийцы? Подражатель? Голова заныла от потока мыслей. — Поступил анонимный вызов, — темная макушка показалась из-за двери. Чонин широко улыбнулся и на его щеках засияли ямочки, — Девушка без сознания в переулке.       Как часто вы встречаете человека с ямочками? Кажется, это весьма распространённое явление, описывающее многих законопослушных граждан. Мы ищем буквально иголку в стоге сена. Ни шрамов, ни хромоты на левую ногу, ни родимых пятен или дефектов речи. Просто чертовы ямочки. — Слушай, Чеён, — сказал Чонин, переминаясь с ноги на ногу, явно нервничая, — У тебя есть пластырь? Я порезался о бумагу.       Темные капли засохшей крови, росой, поступали сквозь его синюю офицерскую рубашку. Удивительное место пореза. Как только можно было умудриться там порезаться? Я не предала этому значения, но парень, увидев мои заинтересованный взгляд, быстро спрятал руку за спину. — Это чернила, — засмеялся парень, — Ручка протекла. — Я согласно кивнула. Кажется, я схожу уже с ума.       Дежурившая неразлучная пара, Хан и Чонин, уже закрывавшая ночную смену, получила анонимны звонок. Звонивший незнакомец утверждал, что у круглосуточного магазина в подворотне лежит девушка, не подающая признаков жизни.       Жертва, будто недвижимая кукла, сидела прислонившись к стене, словно спала. Одежда её была выстирана и одета поверх, скрывая зияющею рану в груди. Видимо поэтому труп пролежал здесь без внимания пару часов, даже кричащий неоново-желтый стикер со страшной надписью «Ты», приклеенный на лоб суперклеем, не привлек зевак. — Девушка, моложе 25 лет, личность еще не установлена. Документы отсутствуют, возможно приехала из провинции Кёнгидо, судя по мятому билету на экспресс в заднем кармане. — Сынмин снял перчатки и маску, тяжело вздохнув. — А где Минхо? — Он еще не прибыл в офис, — быстро ответила я, не желая менять тему, — Способ все тот же? — Да, асфиксия и колото-режущая рана в области груди, — кивнул криминалист, — единственное, одели ее уже после нанесения раны. Отсутствуют видимые пятная или дефекты ткани, возможно даже это не её одежда.   — Следы ДНК? Отпечатки?  — задал вопрос Чан. — Да, взяли образцы кожи под ногтями, — ответил Сынмин, — Девушка сопротивлялась. Похоже наш убийца не так неуловим, как нам казалось. — Значит, у вероятного убийцы есть ссадины, полученные в результате борьбы, — закивала я.       Бан Чан был мрачнее тучи. Оно и понятно, то, чего мы так старались избежать, случилось прямо у нас под носом, а мы ни на шаг не стали ближе к разгадке. Очередная девушка мертва, а убийца, словно насмехаясь над нами, оставляет послания. Сначала цветы, теперь записка.       Я аккуратно коснулась его плеча, привлекая внимание. Несмотря на суровый вид и серьёзность прирожденного лидера, в душе парень был раним и чувствителен. И, если для меня, Минхо или Хёнджина это был рядовой случай, исходя из опыта и отрасли работы, то для юноши, рдеющем безопасностью граждан и сотрудников, это был удар ниже пояса. — Не хочешь выпить кофе и, может, позавтракать? — вдруг резко отстранившись, парень натянул улыбку. Чан не любил показывать свою слабость. — Я так голоден. — Да, пожалуй, — я тепло ответила улыбкой. Есть, правда, совершенно не хотелось, но оставлять парня на едине с мыслями было бы плохой идеей.