Ошибка системы

Понедельник в штаб-квартире «Бонтена» ощущался иначе. Это здание было настоящим бетонным монолитом: на каждом этаже кипела своя жизнь, от легальных офисов до закрытых систем мониторинга, которыми управляла верхушка. Эмилия провела утро в своей квартире в Роппонги, тестируя новый титановый ноутбук. Железо работало идеально — Майки предоставил ей вычислительную мощность, способную обрушить системы безопасности целой корпорации. К вечеру за ней приехал Какучо. Как обычно, он был краток и собран. — Готова? — спросил он, когда она вышла к машине. Эмилия лишь кивнула, поправляя винный плащ. Под ним было черное шелковое платье и лоферы. Минимум украшений — сегодня ей хотелось выглядеть максимально собранно. — Майки устраивает ужин для руководства в одном из наших закрытых ресторанов, — пояснил Какучо, плавно выруливая со двора. Ужин проходил в элитном заведении «Бонтена» в центре Токио. Это было место исключительно «для своих». За длинным столом из темного дерева уже собрались все. Такеоми Акаши медленно выдыхал дым сигареты, погруженный в свои мысли. Рядом Коконой — Коко — потягивал дорогое вино, изредка поглядывая на часы и постукивая длинными пальцами по столу в такт какой-то своей мысли. Майки сидел во главе стола. Он выглядел спокойным, но его взгляд — тяжелый и неестественно неподвижный — контролировал каждое движение в зале. — Присаживайся, — негромко произнес он, едва заметным кивком указывая на свободное место между Санзу и Риндо. Харучиё отодвинул для неё стул с подчеркнутой вежливостью, которая всегда граничила у него с издевкой. Его ярко-голубые глаза насмешливо сверкнули под густыми ресницами. — Наша звезда киберпространства почтила нас присутствием, — прошептал он ей на ухо, когда она садилась. Его горячее дыхание коснулось её шеи. — Надеюсь, твой аппетит такой же острый, как твои зубки. — Не подавись желчью, Харучиё, — так же тихо ответила она, не глядя на него, но чувствуя, как по коже пробежали мурашки от его близости. За столом шло обсуждение дел. Ран перебрасывался короткими шутками с Моччи, его губы кривились в привычной ленивой полуулыбке. Риндо сидел рядом с Эмилией, полностью погруженный в свой телефон, лишь изредка заправляя длинную прядь фиолетового маллета за ухо. — Миля, — вдруг обратился к ней Ран, откидываясь на спинку стула и рассматривая её с нескрываемым интересом. — Как тебе новое железо? Босс сам выбирал конфигурацию. — Впечатляет, — честно ответила она, поймав на мгновение его взгляд. — Хотя я всё ещё жду подвоха. В моем мире бесплатный софт всегда идет с вирусом внутри. Коко хитро улыбнулся, и в уголках его лисьих глаз собрались мелкие морщинки. — В «Бонтене» нет ничего бесплатного. Но Майки считает, что ты — долгосрочный актив. — Актив, который умеет стрелять, — добавил Риндо, наконец оторвавшись от экрана. Его взгляд скользнул по её лицу, задержавшись на секунду дольше положенного. — В Кавасаки она показала класс, закрыв вопрос быстрее, чем мы ожидали. Майки отставил бокал, и по залу пронесся тихий звон стекла о дерево. В зале мгновенно стало тихо — даже Такеоми замер с сигаретой у губ. — Ты ведь прожила в Америке тринадцать лет, Эмилия? — голос Майки был ровным, но в нем чувствовалась стальная вибрация. — Почему ты не пошла работать в законные структуры? С твоими данными тебя бы оторвали с руками. Эмилия замерла. Это был тест. Тот самый момент, когда нужно было рискнуть. — В законе слишком много правил, Манджиро. — Она специально произнесла его имя, заметив, как Санзу рядом едва заметно дернул плечом. — Они защищают систему, которая сама по себе прогнила. Мне интереснее искать в ней дыры, чем латать их за гроши. Майки долго смотрел ей в глаза. Его взгляд был пугающе пустым и в то же время невероятно глубоким. Казалось, он ищет в ней фальшь, но Эмилия выдержала этот напор, не отведя глаз. — Любопытство в нашем мире опасно, — произнес он наконец, и тень улыбки коснулась его лица. — Но именно оно дает результат. После ужина, когда остальные начали расходиться — кто по делам, кто в свои личные комнаты в Штабе на случай аврала — Майки жестом попросил её задержаться. Они остались одни в зале, окна которого выходили на сияющий Токио. — Тебе страшно здесь? — спросил он, не оборачиваясь. Его фигура на фоне огней казалась одинокой и пугающе хрупкой. — Неопределенность пугает больше, чем страх, — ответила она, подходя чуть ближе, ловя его отражение в стекле. — Ты как будто чего-то ждешь от меня. И это не только взломы. Майки обернулся. В лунном свете его светлые волосы отливали серебром, а взгляд стал пронзительным. — Я жду, когда ты поймешь, что пути назад нет. Интерпол официально считает тебя погибшей при задержании. Теперь ты принадлежишь «Бонтену». А значит — ты под моей защитой. Он подошел вплотную, так близко, что она почувствовала слабый запах его парфюма. Майки медленно протянул руку и на мгновение, едва ощутимо, коснулся её щеки кончиками пальцев. Движение было почти нежным, но в нем чувствовалась властная собственническая нотка. Его пальцы были прохладными, но кожа в месте касания будто загорелась. — Иди отдыхай, Эмилия. Завтра Коко даст тебе новые вводные по системам Штаба. Она вышла из зала на ватных ногах, пытаясь унять бешеный стук сердца. В коридоре её ждал Санзу, прислонившись к стене и поправляя маску. Его взгляд был ледяным. — Босс умеет очаровывать, — усмехнулся он, преграждая ей путь. — Но не забывай, «Миля»: он — солнце. Подойдешь слишком близко — сгоришь дотла. И я буду тем, кто развеет твой пепел. — Тогда постарайся не обжечься сам, Харучиё, — огрызнулась она, сделав шаг в сторону и проходя мимо него. Она чувствовала его взгляд на своей спине до самого лифта. Эту ночь она провела в своей квартире в Роппонги, глядя на огни города. Лед под её ногами становился всё тоньше, но ей впервые за долгое время не хотелось бежать. Она чувствовала, что настоящая игра только начинается.