Лира Маккиннон и Узник Азкабана.

Первая неделя учёбы пролетела для Лиры очень быстро, девушка и глазом моргнуть не успела как наступил четверг. И Маккиннон успела сделать один единственный вывод. За все эти дни мысль о Джордже отказывалась покидать её голову, что означало только одно: Она влюбилась. Лире каждую ночь снились сцены её с Уизли поцелуем, каждый раз когда она видела его её сердце трепетало, а в душе разливалось тепло, каждое его касание заставляло её кожу покрываться мурашками, а на лице появлялась улыбка. - Блять... - выругалась девушка. - Вот это я влипла! - Куда это ты влипла? - спросил Фред, неожиданно оказавшийся рядом. - Эм...Я..- замялась Лира, девушка нужно было срочно придумать какую-нибудь отмазку. - Я домашку написать по трансфигурации не успела, вот и хотела найти Гермиону чтобы она либо помогла, либо вообще дала списать. - А.... Ну понятно.... - кивнул Уизли, но по взгляду парня Маккиннон поняла что он ей не поверил. - Если не ошибаюсь, то у третьекурсников сейчас закончились сдвоенные зелья, поэтому в принципе можешь поискать Гермиону в Большом зале. - Хорошо, спасибо. - поблагодарила Лира и поспешила в обеденный зал, всё равно больше ей делать было нечего. Сев за стол своего факультета девушка стала прожигать взглядом вход, ожидая когда же придут её друзья или же Джородж... Но первыми в зал вошли Малфой вместе со своей свитой: Пэнси Паркинсон, Крэббом и Гойлом. Рука Драко была полностью перебинтована, так что казалось будто у него там ни одна единственная царапина, а разгрызана вся верхняя конечность. На лице Малфоя читались наигранные страдания, и как показалось пуффендуйке, блондин даже слегка похрамывал. - Индюк надутый. - закатила глаза однокурсница Лиры, девочка по имени Пайпер. - Ты ещё не видела как он себя на уроках ведёт! Воображает из себя не пойми кого, будто мы тут его слуги, а не однокурсники. Вот что значит - настоящий чистокровный волшебник! - На ребёнка сильно влияет окружение. - пожала плечами Маккиннон, зачерпнув себе ложку супа. - А значит Драко именно так и растлили, подовая пример.Поэтому я считаю несправедливым винить только его. - Возможно ты и права. - пожала плечами собеседница. - В конце концов Люциус Малфой уж точно не лучший пример для подражания, а выбора у его сына не было. Тут в зал в прямом смысле этого слова влетела Грейнджер. По её обеспеченному лицу было понятно что буквально секунду назад она убежала от неловкого разговора, а вот с кем стало понятно мгновением позже, когда за подругой на обед пришли Гарри и Рон. - Но, Гермиона, - негодовал рыжий. - Ты шла с нами, а потом снова оказалась на лестнице! Даже для нас, волшебников это необычно. Гриффиндорка не спешила что-то говорить в ответ на это замечание, а потому в панике начала искать причину благодаря которой можно было отвязаться от подозрений Уизли. И нашла её в лице Маккиннон. - Оу, Лира! - просияв от радости прокричала Герми, и поспешила обнять подругу. - Вот ты где, а то мы тебя с самого утра искали. - Мы? Искали? - не поняли Гарри и Рон. - Ну конечно. - закивала кареглазая. - Все уши прожужжали. - Ну что ж, мальчики, мне приятно что мы так с вами подружились, что вы без меня и дня прожить не можете. - засмеялась Маккиннон, решив подыграть подруге. - Ага... - с нечего не понимающими лицами кивнули два друга. - Не можем. - Слушай, Гермиона, - резко перевела тему дочь Блэка. - Я тут Трансфигурацию не написала, ты бы не могла мне... - Дать списать? - догадалась Грейнджер. - Конечно, подожди секунду. - В смысле "Конечно, подожди секунду"? - вспыхнул от ярости Рон. - Нам с Гарри ты никогда списывать у себя не даёшь, а как Лире так пожалуйста бери на здоровье? - Женская солидарность. - хихикнул Поттер и повёл друга за стол Гриффиндора, чтобы объяснить ему что это такое. - Да где же эта тетрадь? - распсиховалась гриффиндорка, роясь в своей сумке, из огромной дыры которой то и дело выпадали тетради и учебники. - У тебя Трансфигурация когда? - Гермиона, - пуффендуйка дотронусь до руки подруги. - Давай поговорим серьёзно. Ты сильно устаёшь от использования маховика? - Я не..е понимаю о чём ты...- чуть заикаясь пролепетала Гермиона и поспешила отвести глаза. - Да нет, понимаешь. - хихикнула дочь Сириуса. - У тебя получится скрыть это от мальчиков потому что человек не имеющий дело с этим артефактом вряд ли догадается что кто-то его использует даже если знает о существовании маховика времени. - А ты значит уже имела дело? - поинтересовалась Грейнджер. - Лет шесть назад, мне дал попробовать воспользоваться маховиком мамин коллега по работе. - пояснила девушка, а когда увидела удивление на лице подруги, добавила: - Ну во-первых я очень его просила, а во-вторых он очень добрый старик который относится ко мне как к своей родной внучке. Так вот, к чему я...а ну да, дело в том что я весь день игралась с Маховиков, и к вечеру очень устала! Просто с ног валилась, потому что раз десять переживала один и тот же период времени, а это ещё учитывая что я не пряталась от кого-либо, ведь наоборот хотела чтобы один и тот же человек видел меня в двух местах одновременно! Ой, и не надо на меня так смотреть, мне семь лет было и я хотела разыграть как можно больше людей! - Понятно... - кивнула Гермиона. - Ну... если честно я и вправду очень устаю... Да и в голове у меня после стольких уроков каша... - Так может... - начала было Лира, уже заранее зная ответ Гермионы. - Нет! - твёрдо произнесла гриффиндорка. - Ещё неделька и я привыкну. После своих слов Грейнджер подняла с пола свои книги, которые выпали из порванной сумки и направилась к выходу из Большого зала. - Как скажешь, Гермиона. - вздохнула Маккиннон, с сочувствием посмотрев на удаляющуюся фигуру девушки. - О чём вы это болтали? - поинтересовался Гарри, который всё это время наблюдал за перешептованиями подруг. - Да так, о женском, - отмахнулась Лира. - давай-ка лучше вы расскажите что у вас на зельеварении было? А то судя по самодовольному виду Малфоя и вашим с Роном оскалам, урок явно прошёл не в вашу пользу. - Это мягко сказано! - прорычал Уизли. - Мы с Гарри у этого...этого...этого самодовольного слизеринца всё зельеварение на побегушках были. "Уизли, порежь-ка мне гусениц." "Поттер, почисть смокву." и всё в том же духе, представляешь?! - Если честно не представляю, потому что мне такое никогда не приказывали. - пожала плечами девушка. - А где всё это время был Снейп? - А он был с Малфоем заодно. - хмыкнул мальчик-который-выжил. - И только поддакивал ему. Но честно мы уже к такому отношению привыкли, мне больше Невилла жалко... - А что с ним произошло? - полюбопытствовала Маккиннон. - Если вкратце, то у Невилла не получилось зелье, и Снегг не только начал его гнобить, но ещё и заявил что в конце урока он даст это самое неудавшееся зелье Тревору - жабе Невилла. - объяснил Рон, жуя куриную ножку. - Боже мой! - воскликнула девушка. - И что сейчас с этой жабой? - Да Тревор сейчас здоров и счастлив, благодаря тому что Гермиона подсказала его хозяину как всё исправить, а вот свм Долгопупс очень сильно перепугался. - с явной печалью в голосе ответил Поттер. - А Невилла за что? - удивилась Маккиннон, ведь если про отношения Джеймса и Северуса девушка знала, то про то откуда взялась невинность Снегга к Долгопупсу она даже не догадалась. - А чёрт его знает! - пожал плечами Рон: - Нам ещё после первого года обучения стало понятно что Снейп всегда найдёт повод чтобы прицепиться либо к нам либо к Невиллу, а вот причины толком никто не знает. - Ну почему он ненавидит меня я знаю. - вмешался Гарри. - По словам профессора Дамблдора они с моим отцом в школьные годы были врагами, и теперь Снегг отыгрывается на мне, а Рон и Гермиона дружат со мной, поэтому он и их ненавидит. А вот насчёт Невилла понятия не имею! - Ладно, возможно когда-нибудь узнаем. - пожала плечами пуффендуйка. - Может на урок пойдём? У нас как раз совмещёнка. * * * * * * * После обеда был первый в этом году урок защиты от тёмных искусств. Ученики вошли в класс, расселись по местам, достали книги, пергамент, перья и в ожидании профессора перекидывались шутками. Он наконец вошёл, улыбнулся и бросил на стол видавший виды портфель. Одежда на нём была та же, потрёпанная и заплатанная, но выглядел он лучше, чем в поезде, как будто поздоровел после нескольких сытных обедов. — Добрый день, — приветствовал он учеников. — Учебники можете убрать. Сегодня у нас практическое занятие, оставьте только волшебные палочки. С любопытством переглянувшись, ученики спрятали книги и бумагу с перьями. Практическое занятие по защите от тёмных искусств было у них всего один раз, они его хорошо помнили: профессор Локонс принёс клетку с шалунами пикси, выпустил их, и они перевернули всё в классе вверх дном. — Ну что, готовы? — спросил Люпин. — Пойдёмте со мной. Школьники сгорали от любопытства. Вышли за профессором из класса, пошли по коридору и свернули за угол. У ближайшей двери висел в воздухе вниз головой, растопырив кривые пальцы на ногах, полтергейст Пивз и замазывал жвачкой замочную скважину. Заметив Люпина, полтергейст задёргал ногами в воздухе и заорал:   — Глупый Люпин, глупый Люпин, глупый Люпин… Пивз по словам многих ребят был известный грубиян и дразнила, но учителей вообще-то побаивался. Ученики поглядели на Люпина, как он отнесётся к выходке Пивза. Люпин улыбался. — Я бы на твоём месте отлепил жвачку с замочной скважины, Пивз, — приветливо сказал он. — Мистер Филч весьма огорчится, ведь там его щётки. Пивз, однако, пропустил слова Люпина мимо ушей, издав губами непристойный звук. Профессор Люпин вздохнул и вынул волшебную палочку. — На этот случай есть одно полезное заклинание, — сказал он ученикам через плечо. — Смотрите внимательно. Он быстро вытянул руку на уровне плеч, навёл палочку на Пивза и произнёс: — Ваддивази! Жвачка пулей выскочила из замочной скважины и прямо Пивзу в левую ноздрю, Пивз перекувырнулся и, бранясь, умчался прочь. — Здорово, д... сэр! — в восторге воскликнула Маккиннон.  — Спасибо, Лира. — Люпин спрятал волшебную палочку. — Ну что, идём дальше? Судя по сияющим взглядам остальных учеников, Люпин сразу вырос в их глазах и они с уважением начали поглядывать на него и на поношенную одежду. Пройдя следующий коридор, Люпин остановился перед учительской. — Ну вот мы и пришли. Заходите. — И он открыл дверь. В отделанной деревянными панелями просторной учительской стояло много старых разномастных кресел. В одном из них у камина сидел профессор Снегг. Он обернулся на шум и криво улыбнулся, блеснув глазами. Профессор Люпин вошёл последний и хотел было закрыть за собой дверь, но Снегг остановил его: — Постойте, Люпин, я, пожалуй, пойду. Зрелище предстоит не из приятных. Снегг поднялся и широким шагом прошествовал мимо учеников, его мантия развевалась, словно чёрный парус на ветру. В дверях он остановился, круто развернулся и с усмешкой сказал: — Хочу вас предупредить, Люпин, в этом классе учится Невилл Долгопупс. Так вот, советую ничего ответственного ему не поручать, он не справится, если только мисс Грэйнджер не нашепчет ему на ухо, что и как делать. Невилл покраснел. Дочь Блэка с непониманием посмотрела в глаза зельевара, пытаясь понять, чем именно ему не угодил Долгопупс, но В отделанной деревянными панелями просторной учительской стояло много старых разномастных кресел. В одном из них у камина сидел профессор Снегг. Он обернулся на шум и криво улыбнулся, блеснув глазами. Профессор Люпин вошёл последний и хотел было закрыть за собой дверь, но Снегг остановил его: — Постойте, Люпин, я, пожалуй, пойду. Зрелище предстоит не из приятных. Снегг поднялся и широким шагом прошествовал мимо учеников, его мантия развевалась, словно чёрный парус на ветру. В дверях он остановился, круто развернулся и с усмешкой сказал: — Хочу вас предупредить, Люпин, в этом классе учится Невилл Долгопупс. Так вот, советую ничего ответственного ему не поручать, он не справится, если только мисс Грэйнджер не нашепчет ему на ухо, что и как делать. Невилл покраснел. Дочь Блэка с непониманием уставилась на зельевара, пытаясь понять в его взгляде, чем же ему так не угодил Долгопупс, но так и не уловив ответа, поспешно отвернулась от преподавателя. Профессор Люпин удивлённо поднял брови: — А я надеялся, что именно Невилл мне сегодня поможет. Уверен, он превосходно справится с заданием. Невилл побурел, как свёкла. Снегг презрительно скривился, вышел и громко хлопнул дверью. — Поглядите на гардероб, — сказал профессор Люпин и жестом указал на дальний конец комнаты, где стоял старый гардероб для мантий. Люпин подошёл к гардеробу, внутри что-то завозилось, и гардероб покачнулся, ручка дверцы задёргалась. Ученики в переднем ряду отшатнулись. — Там всего-навсего обычный боггарт, — успокоил их учитель. — Так что бояться нечего. Большинство всё-таки полагало, что боггарта стоит бояться. Невилл с ужасом глядел на профессора Люпина. Симус Финниган не сводил опасливого взгляда с дверцы: только бы не открылась. — Боггарты любят темноту, — рассказывал Люпин. — И чаще всего прячутся в гардеробе, под кроватью, в ящике под умывальником, одного я нашёл в футляре напольных часов. Этот появился здесь только вчера. Я попросил директора оставить его для нашего сегодняшнего урока. Кто ответит, что такое боггарт? Гермиона подняла руку. — Боггарт — это привидение, которое меняет свой вид. Он превращается в то, чего человек больше всего боится. — Замечательно, даже я не ответил бы точнее, — похвалил Гермиону Люпин, и та зарделась. — Так вот, боггарт в гардеробе ещё ни на что не похож. Он не знает, кого и чем станет пугать. Как он выглядит, неизвестно, но стоит его выпустить, он тут же станет тем, чего мы боимся больше всего на свете.  Невилл дико вытаращил глаза и что-то забормотал. — А это значит, — продолжал профессор, не обращая на Невилла внимания, — что у нас перед боггартом огромное преимущество. Можешь сказать, Гарри, какое? Гермиона вскинула руку и даже на мыски приподнялась, чтобы её вызвали. Это сбивало с толку, но Гарри всё же решился ответить: — Ну-у… нас здесь много. Гермиона огорчённо опустила руку. — Правильно, — сказал Люпин. — Поэтому с боггартом лучше сражаться вдвоём, втроём, вообще, чем вас больше, тем лучше. Он сразу теряется, не может выбрать, в кого ему превратиться. В безголового мертвеца или огромного плотоядного слизняка? Однажды боггарт на моих глазах хотел напугать сразу двоих и превратился в половинку слизняка. Вот смеху-то было! Заклинание против боггарта простое, нужно только одно: хорошенько сосредоточиться. Лучшее оружие против него — смех. Превратите его во что-нибудь смешное и рассмейтесь, он тут же исчезнет. Сперва поучим заклинание без волшебных палочек. Повторяйте за мной: ридикулус! — Ридикулус! — хором воскликнули ученики. — Замечательно! Но это самая лёгкая часть. Волшебное слово само по себе вам не поможет. Тут-то как раз мне и понадобится, Невилл, твоя помощь. Подойди сюда. Гардероб снова задрожал, Невилла затрясло от ужаса. К гардеробу он шёл, как на эшафот. — Встань вот здесь. Скажи, чего ты боишься больше всего на свете? Невилл невнятно что-то пробормотал. — Что ты сказал, Невилл? Я не расслышал.  Невилл умоляюще оглянулся в сторону товарищей и шёпотом произнёс: — Профессора Снегга. Все дружно засмеялись. Невилл виновато улыбнулся. Профессор Люпин задумался. — Так-так… профессора Снегга… ты ведь, Невилл, кажется, живёшь у бабушки? — Д-да. Только я не хочу, чтобы боггарт обернулся моей бабушкой. — Нет, нет, я тоже этого не хочу, — улыбнулся профессор Люпин. — Скажи, во что обычно одета твоя бабушка? Невилл удивился, но ответил: — Ну… всегда одна и та же высокая шляпа, на ней чучело грифа. Длинное платье, зелёное… иногда лисий палантин… — И конечно, сумочка, — подсказал профессор. — Да, большая красная. — А теперь постарайся как можно ярче вообразить себе всё, что носит бабушка. Вообразил? — Да-а, — неуверенно ответил Невилл: что-то будет дальше? — Боггарт выскочит из гардероба, увидит тебя и превратится в профессора Снегга. Ты нацелишь на него волшебную палочку, представишь себе бабушкину одежду и громко скажешь: «Ридикулус!» Страшный профессор вырядится в шляпу с чучелом грифа, зелёное платье и в руке у него будет красная дамская сумочка. Гриффиндорцы и пуффендуйцы дружно захохотали. Гардероб заходил ходуном.  — Если у Невилла получится, боггарт станет пугать всех по очереди, — сказал Люпин. — Вспомните теперь, чего вы больше всего боитесь, и придумайте, как страшилище превратить в посмешище. Все притихли. «Чего я больше всего на свете боюсь? - задумалась Лира. - Наверное...в данный момент мне страшно что все узнают правду о моём отце раньше времени! Но на самом деле, как и любой человек на этой планете я боюсь смерти самого близкого и родного мне человека, мамы....Но что смешного можно придумать на эту тему?! Наверное в борьбе с богартом самое сложное - это посмеяться над своим же главным страхом.» Весь класс, зажмурившись, воображал самое-самое ужасное. Сьюзен начала шептать: «Пчёлы...что с ними можно придумать смешного?» Рон буркнул: «Оторвать ему ноги…» Рон, конечно, думает о пауках: он их боится до смерти. Гарри же наоборот выглядел очень растерянно, было видно что сам вопрос о главном страхе заставил его бояться и теперь юноша гадал что же реально заставляет его вопить от ужаса. Пуффендуйка хотела было подойти к другу и напрямую спросить у него, но ей не дал это сделать Люпин. — Ну что, придумали? — спросил он. Все закивали и закатили рукава, поэтому Маккиннон хоть и неуверенно, но всё же повторила действия однокурсников.  — Невилл, мы немного отойдём, чтобы тебе было свободней действовать. Потом я вызову следующего, — сказал Люпин. — Все назад, не мешайте Невиллу.  Ученики попятились и прижались к стене. Невилл остался у гардероба один-одинёшенек. Он побледнел от страха, но закатал рукава и крепко сжал палочку. — Начнёшь, Невилл, на счёт «три». — Профессор Люпин нацелил палочку на дверь гардероба. — Раз, два, три! Из волшебной палочки вырвалась струя искр и ударила в ручку двери. Гардероб распахнулся, из него прямо на Невилла, сверкая глазами, нос крючком, шагнул как живой профессор Снегг. Невилл отшатнулся, но волшебной палочки не опустил, шепча заклинание одними губами. А Снегг всё надвигался, тянул к Невиллу руки, вот-вот схватит. — Ри-ри-ридикулус! — взвизгнул Невилл. Раздался щелчок, и Снегг покачнулся. На нём красовалось длинное, отделанное кружевами платье, на голове огромная шляпа, увенчанная грифом, основательно побитым молью, на руке вместительная дамская сумка. Все так и покатились со смеху. Боггарт растерялся и замер как вкопанный. — Парвати, теперь вы! — крикнул профессор Люпин. Вперёд уверенно вышла молодая ведьма индийского происхождения. Снегг двинулся на неё. Щелчок — и вместо него появилась обвитая пеленами в кровавых пятнах мумия. Она слепо уставилась на Парвати, вытянула руки и, медленно волоча ноги, поплелась к девочке… — Ридикулус! Путы на ногах мумии развились, заплели ноги, и мумия ничком грохнулась на пол, голова оторвалась и покатилась по полу. — Симус, — вызвал Люпин. Невысокий юноша с каштановыми волосами и серыми глазами  стрелой выскочил к привидению. Щелчок — и вместо мумии появилась банши, костлявая ведьма — привидение с длинными, до пола, волосами и зелёным лицом — вестница смерти. Она широко раскрыла рот, и комната огласилась пронзительным воплем, от которого кожа Лиры покрылась мурашками. — Ридикулус! — крикнул Симус. Банши захрипела, схватилась за горло: совсем пропал голос. Щелчок — вместо неё крыса гонится за своим хвостом. Ещё щелчок — и мышь обернулась гремучей змеёй, извивалась, извивалась и вдруг превратилась в окровавленный глаз. — Смотрите, он растерялся! — крикнул профессор Люпин. — Скоро совсем сгинет. Мисс Маккиннон, прошу. Лира выбежала к богарту. Секунда, и он превратился в... - Серьёзно? - усмехнулась пуффендуйка увидев перед собой самый обычный письменный стол на котором лежали горы бумаг. - Я тут уже к трупам готовлюсь, а ты взял мой страх скучной работы в будущем? Ну как хочешь, Ридикулус! Стол зашевелился и с истинным лаем собаки разбросал стопки бумаги, а затем начал подбегать к каждому ученику, давая ему свою ножку словно настоящую лапу. – Очень умно, мисс Маккиннон! - рассмеялся профессор. – Дин, ваша очередь! Темнокожий парень выбежал к боггарту. Щелчок — на полу запрыгала оторванная рука и по-крабьи поползла к Дину. — Ридикулус! — заорал Дин. Хлоп — руку захлопнула мышеловка. — Браво, Дин! Теперь Рон. Рон выскочил на середину комнаты. Щёлк! Огромный, ростом выше взрослого человека, косматый паук, угрожающе клацая жвалами, пошёл на Рона. Кто-то взвизгнул, Рон на мгновение оцепенел и вдруг как взревёт: — Ридикулус! И ног у паука как не бывало, он покатился к Лаванде Браун,  Та, пискнув, отскочила. Паук покатился к Гарри. Гарри поднял палочку… — Позвольте мне! — крикнул вдруг профессор Люпин и встал между Гарри и пауком. Щелчок — и безногий паук исчез. В воздухе перед учителем повис серебристый хрустальный шар. Люпин сказал спокойно: «Ридикулус!» — и шар, обернувшись тараканом, шлёпнулся оземь. — Идите сюда, Невилл, докончите его, — позвал Люпин. Щелчок превратил таракана в Снегга. Невилл — на этот раз уверенно — ринулся на боггарта.  — Ридикулус! — закричал он, на мгновение Снегг опять предстал перед классом в длинном платье, Невилл рассмеялся, боггарт лопнул, и с минуту в воздухе висели только крошечные клочки дыма. Привидение исчезло.  — Превосходно! — похвалил Невилла профессор Люпин под аплодисменты учеников. — Превосходно, Невилл! Все молодцы. Оценки: по пяти баллов каждому, кто сражался с боггартом. Невиллу — десять за два раза. И по пять баллов Гермионе и Гарри. — Но ведь я ничего не сделал, — смутился Гарри. — Вы с Гермионой правильно ответили на вопросы, — пояснил Люпин. — Молодцы, замечательный урок. Домашнее задание: прочитать в учебнике о боггартах, законспектировать и сдать в понедельник. Всё. Ученики загалдели и повалили вон из учительской. Вот это да! Вот это урок! — Видели, как ловко я сладил с этой ведьмой — банши! — кричал Симус. — А я с рукой! — старался перекричать Симуса Дин. — А Снегг-то! Снегг в шляпе с грифом! Вот потеха!  — А моя мумия! — Интересно, почему профессор Люпин боится хрустального шара? — задумчиво произнесла Лаванда. — Вот это урок! Лучше у нас ещё не было, — сказал Рон по пути в класс, где они оставили сумки с учебниками. Только Гарри приуныл. - Неужели из-за того обморока в поезде? Неужели профессор думает, что я просто слабак? И при виде дементора снова грохнусь в обморок? - прошипел Поттер. - Гарри, что за чушь! - закатила глаза Лира. - Гермионе вон тоже не дали возможность сразиться с её страхом. Просто урок уже к концу подходил. Но если это для тебя так важно, то подойди к нему чуть позже и попроси о шансе. — Очень хороший учитель, — одобрила Грейнджер. — Только мне бы тоже хотелось сразиться с боггартом, поэтому если что, Гарри, я пожалуй пойду с тобой к Люпину пойду, но чуть позже. — Вот бы поглядеть! — хихикнул Рон. — Он наверняка обернулся бы домашней работой, за которую тебе поставили не пять, а четыре.