Часто

Чувство дежавю Петю приследовало долго, начиная с юнкоровского чемпионата в Талине. Он просыпался обнимая одеяло, обнимая подушку, игрушку, порой даже какую-то девушку. Но что то всегда было не так, смог он это понять только спустя 15 лет. Он наконец смог найти переменную, которой не хватало в уравнение. Восемь лет из которых, они встречались перебежками и три, что они жили вместе. Просыпаясь с Ильёй под боком каждое утро, брюнет наконец догадался, что должно было быть на месте одеяла. Там должен был оказаться блондин с «нереально» красивыми голубыми глазами.  Родители приняли решение Пети о отношениях, странно. Вроде бы быстро, без скандалов, но слова о том что к 30 пройдёт иногда проскакивали. Не прошло. Вот уже как восемь лет он счастлив просыпаться с мыслью о ком то. Счастлив, по тому что знает, что о нём тоже думают первым делом как сон «канет к Лету». С течением времени, они выросли, романтики по уменьшалось, интриги и сокрытие тайны уже не кому не интересно. У них пару прекрасных кошек,  они задумываются о усыновлении ребёнка, как год они счастливы в браке.  Петя знает о слежках Ильи в самом начале. Признаётся себе, что эта информация его ни чуть не смутила, тогда они были глупыми подростками. И если бы не заинтересованность Ильи им тогда, добиваться блондина пришлось дольше. Сейчас он сам больше похож на сталкера. Когда со статным, взрослым Малининым снова флиртуют дамочки в магазинах, мамочки воспитанников.  Для Ильи же ситуации ревности почти отсутствуют полностью, Петя просто не понимает интонации флирта других людей. Он отвечает чётко по делу, иногда даже, оставляет вопрос без ответа, если это затратит слишком много его ресурсов. Оба имеют прекрасную работу, хороший дом и дачу в России. Их совместная молодость проходит проходит отлично. Ребята проживают её в заслуженной, честной любви.  В первый раз Петя задумался, о чувстве того , что так было и должно было быть в их первую ночь вместе. В месяц когда гормоны бушевали из-за волнения и ответственности. В неделю когда он сморозил детскую, чушь об улыбках. В минут когда определения чувств ещё не прозвучало…. До произвольных программ ещё целая суббота и воскресенье. Ещё два дня Илья не может улыбаться своим друзьям и знакомым. Ещё два дня до того как Петя наконец-то скажет о своих чувствах.  Ещё есть время не думать о будущем и это успокаивает Илью. Малинина который спит закинув руку и ногу на Петю. Солнечные лучи пробиваются сквозь тюль озаряя комнату рассветом. Гуменник, у которого режим, делает фото непривычно алых стен, нежно розовых волос Ильи. Перебирает его волосы и думает, что счастье нашло его само, в самом не спокойном казалось бы для спортсмена месте. Блондин издаёт смешные звуки во сне, будто мурлычет. Спокойный брюнет на это лишь шире улыбается и понимает, что готов на всё лишь бы этот момент длился вечно. Сегодня он обязательно об этом скажет, ведь какой смысл скрывать, когда полностью уверен, это не рационально и не логично по меркам Гуменника. Он и так на долго ограничил Илье его «супер способность», сдерживать что то на столько красивое, определённо грех.  Гуменник придвинулся ближе на сколько это было ещё возможным, тормашил волосы Ильи, перебирал локон за локоном. Пока сонное мурчание не сменилось глубоким вдохом и тяжело открывающимися глазами.  -Илья, ты мне нравишься- Петя улыбнулся.  -Ты мне тоже- Малинин зевнул и положил голову на грудь Гуменника, снова закрыв глаза. - Стоп, подожди, что ты сейчас сказал?  -Ты мне нравишься Илья, нравится твоя улыбка, твоя эмоциональность, Ты мне нравишься.  -Так. Ещё раз - Блондин наконец проснулся осознавая происходящие.  -Ты Мне Нра- без злости и сомнений начал было заново брюнет.  -Всё я понял, остановись.- Илья держал голову уже выше заглядывая в глаза собеседнику. Улыбка наконец-то пролилась на его лицо, озаряясь морозным рассветом Милана. Глаза заискрились розовым. Он начал нервно смеяться, утыкаясь лицом в грудь Гуменника.  Когда эмоции чуть отпустили он вновь понял голову и заглянул в чужое, но изученное до мелочей лицо.  -Ты тоже мне нравишься Петя- всё той же яркой улыбкой, которая при желании могла осветить планету, произнёс Илья. …Им нравилось вспоминать то юношеское признание, их первые встречи на чемпионатах. Самое главное, это то, что они нравились друг другу.  Пете нравится  то какие с Ильёй разные. Блондин: шумный, яркий, громкий и эмоциональный человек. Иногда эта эмоциональность превращалась в истерию, Илья мог плакать или кричать если ему, что то не нравилось. С пережитым временем, Гуменник уже знал как справляться с эмоциями мужа, да и сам Илья с годами стал лояльнее и менее тревожным.  Пете нравилось всё в его жизни в данный период. То как на выходных они посещают какие то места, не стесняясь окружающих людей. То что по дому расставлены их общие фото в белых рамках. Их коты, похожие на своих хозяев и то как один из них будит их с утра по раньше. Гуменник ни когда не страдал излишними переживаниями, но с нахождением его Ильи, они и вовсе пропали. С того самого поцелуя во дворике Милана, с того самого пожатия рук на ледовой арене , Петя обрёл своё счастье.  Илье же нравится то как, они дополняют друг друга. Что Сам он готовит завтрак, а Петя ужин. То что, Гуменник всегда знает как утихомирить , знает как разжечь эго эмоции. Нравится, что рядом с мужем ему можно не думать совсем, ни о чём, он подумает за двоих, «что, куда, зачем?». Рядом с ним можно побыть и ребёнком и ворчливым дедом. Нравится их дача, для которой они вместе выбирали дизайн, и куда они ездят отдохнуть во время отпусков.  Илье нравилось, как Петя иногда, по привычке, начинал напевать свои сложные математические формулы, тихо и монотонно, когда был глубоко задумался. А потом, словно очнувшись, оборачивался к Илье, который уже давно улыбался, слушая его "песни", и смущенно кашлял. Это было так по-петьински. Нравилось, что, несмотря на свою внешнюю строгость и рациональность, Гуменник мог часами слушать его восторженные рассказы о новом элементе костюма или о неожиданной реакции зала. Илье нравилось, что они вместе выбирали мелочи для их дома – от цвета штор до новой миски для кота, который теперь жил у них в двух экземплярах, один для каждого, а иногда и в трёх, когда они забирали на выходные "серьёзного мальчика". А ещё обоим нравилось просто молчать. Сидеть вечером на диване, обнявшись, под мурчание котов, смотреть в окно на огни города или на звёздное небо на даче. В эти моменты не нужно было слов, потому что каждый знал, что чувствует другой. Их руки находили друг друга, пальцы переплетались, и это простое прикосновение говорило больше, чем тысячи признаний. Это было их невысказанное, но глубокое понимание, то самое равновесие, которое Петя искал в своих уравнениях, а Илья – в своих прыжках. И они оба знали, что нашли его друг в друге.  …Олимпийские игры закончились тогда поражениями, для обоих у Ильи 8 у Пети 6.  Со стороны Гуменника разочарования не было, только принятие и смирение. У Ильи же были и панические атаки ночами и истерики в Петиной комнате. Эмоций тогда было огромное количество и скорый разъезд не внушал не чего хорошего. Петя обещал пачещему в его плечо Илье , что всё будет хорошо, хотя сам не знал выдержат ли их новообразовавшиеся отношения такие испытания.  Их первый раз случился через пол года когда оба были проездом, во франции. Это было очень не умело, но очень эмоционально и страстно. Юность тогда била по гормонам. Для Ильи было большим удивлением, что настоящий Петя в отличии того, что приходил во снах, не знает всех его эрогенных зон. Но надо отдать ему должное больно и страшно не было совсем.  Когда то Петя позвонил и сказал Илье открывать дверь. Тот так разнервничался, что прокатился с лестницы. После, всё две недели  они только и делали, что лежали и смотрели телевизор. За то вместе.  Постоянные разъезды, разные часовые пояса, нехватка простых прикосновений. Илья, который по своей натуре требовал постоянного подтверждения чувств, иногда впадал в отчаяние. Однажды, после особенно долгой разлуки, он набрал Петю глубокой ночью, почти шепотом, и, едва сдерживая всхлипы, признался, что ему чертовски одиноко, что он устал от постоянных ожиданий, и что иногда ему кажется, будто они не настоящие. Петя, проснувшись от звонка, не стал приводить рациональные доводы или успокаивать банальными фразами. Он просто попросил Илью закрыть глаза, а потом начал медленно и размеренно описывать все, что он видел из своего окна – темное небо, мерцающие огни, контур знакомого здания. Рассказывал про свои планы на следующую тренировку, про то, как собирается навестить свою бабушку. Илья слушал, как загипнотизированный, постепенно успокаиваясь под монотонный, но такой родной голос. К концу их разговора он уже не плакал, а лишь тихо вздыхал, чувствуя, как незримая нить соединяет их через тысячи километров. "Я скоро приеду, – тихо сказал Петя, – ты только держись. Мы все это выдержим." Илья тогда понял, что Петя – его якорь в этом сумасшедшем мире, человек, который умеет обнять словом. И вот спустя несколько лет, когда оба уже могли позволить себе больше стабильности, они решили сделать серьезный шаг – снять общую квартиру. Илья, с его вечным полетом фантазии, тут же принялся продумывать дизайн в стиле "бохо-шик с элементами футуризма", а Петя методично составлял список необходимого, сверяя цены и размеры. Реальность, конечно, оказалась гораздо прозаичнее и веселее. В день переезда Илья, пытаясь донести свою коллекцию винтажных грампластинок, споткнулся о Петину коробку с учебниками по высшей математике, и все они живописно рассыпались по полу. На уборку ушел целый вечер, под аккомпанемент шуток и смеха. Когда они, наконец, сидели на полу среди коробок, ели пиццу из одной коробки, Илья вдруг заметил: "Знаешь, я думал, будет как в кино – романтично, под музыку. А получилось как-то... жизненно". Петя, вытирая салфеткой уголок рта, кивнул: "Жизненно, но с тобой – весело. И, мне это нравится больше, чем кино". Это была их первая совместная рутина , который они приняли с легким сердцем, понимая, что именно в таких моментах и заключается их счастье – в способности находить радость даже в мелких неурядицах, потому что они переживают их вместе. И вот уже как три года они счастливы просыпаться рядом, чувствовать друг друга, находить мелкие записки по дому о любви, подтверждая то что любой путь стоит того, что в конце ждёт любимый человек, проделавший тот же путь.