Ложное золото

Темис усадили в кресло в первую попавшуюся комнату, оставив наедине с причитающей в ужасе Рондой, пока Эрек, быстро сориентировавшись, несмотря на то, что узнал о нападении менее получаса назад, раздавал указания. — Как же так, ваше высочество, — уже в который раз жалобно произнесла Ронда. Тем не менее, действовать она не забывала, забрав у неё дорожный плащ, внимательно осмотрев, из повреждений выявив лишь подвёрнутую во время бега по гальке ногу. Помогла умыться, сообщила, что поймали лишь одного из троих (технически, ещё один мёртв, так что его тоже можно посчитать). Что раны Хэрвен должны быть не опасны (учитывая, какой у неё был взгляд в момент, когда Темис видела её сегодня в последний раз, она опасалась, что радоваться рано). А потом в комнату зашёл Эрек и, тяжело вздохнув, указал подбородком Ронде на дверь. Она кинула испуганный взгляд на Темис и после подтверждающего кивка удалилась. — Мне сказали, ты поранила ногу, — Эрек ещё раз вздохнул. — Просто подвернула, — уточнила Темис. — Подвернула, — повторил он. Темис чуть виновато опустила взгляд. Кто же могла знать, что прогулка так обернётся! Она и впрямь была уверена, что не значит достаточно, чтобы стать мишенью для каких-либо покушений, а если и значит — что никто не подойдёт настолько близко к замку. Если бы она послушалась Хэрвен, то та бы не пострадала. Хотела сделать ей лучше, а довела до срыва. Не говоря уж о том, что, если бы серьёзно ранили саму Темис, то происшествие могло бы превратиться в дело межгосударственного масштаба. Если сестра, конечно, захотела бы, а за выдумки в её голове она отвечать не бралась. Но Эрек о тонкостях их отношений не знал. В любом случае, её действия были по большей части глупыми. — Сильно болит? — уточнил Эрек. Темис помотала головой, и он подошёл, внезапно опустившись рядом с креслом, на котором она сидела, на пол. — Давай ногу, — скомандовал он. От неожиданности Темис послушалась и только после, во-первых, поняла, что Эрек пришёл не с пустыми руками, а с баночкой какой-то мази, а во-вторых, подумала, достаточно ли плотно Ронда закрыла дверь, потому что зрелище получилось своеобразное. — Я могу подождать лекаря, — на всякий случай сообщила она. Эрек осторожно ощупывал её ступню, и Темис чуть поморщилась, но, пусть лодыжка немного припухла, боль была довольно тупая, хотя казалось, будто кожа вокруг очень горячая. По опыту, такое должно зажить за день-два. — Он один и мой, — таким невыразительным тоном ответил Эрек, что не сразу стало понятно, в чём проблема. — Он сейчас лечит раны леди Хэрвен. Но вообще-то не предполагалось, что он потребуется кому-то, кроме меня, а он мужчина и грубоват. Мне-то всё равно, но не хочу… — он помолчал. — Надо другого найти, — сделал вывод он, открывая наконец баночку. Пальцы у него оказались холодными, и мазь тоже приятно охладила кожу. Темис не сопротивлялась, лишь, не выдержав, уточнила: — Ты не будешь говорить? Её не покидало ощущение, что Эрек злится, и винить его за то не могла. Она бы и сама, наверное, злилась. Но он в очередной раз вздохнул и, не отрываясь от дела, устало оповестил: — Я бы предпочёл знать заранее, что ты вооружила свою фрейлину. — Это было наше личное дело, — вышло чуть резковато из-за того, что он как раз коснулся самого болящего места, чем из-за самой фразы. — Я на твоей стороне, так что было бы немного проще, если, в возможно компрометирующих ситуациях, мне не пришлось бы на месте импровизировать, почему вроде как нарушительнице нужно помочь, а не связать с нападавшими, — ровным тоном отозвался Эрек. Довод звучал разумно. Движения у него были очень бережные, почти ласковые, и, когда он уже завинчивал крышку баночки, Темис, озарённая внезапной догадкой, спросила: — Я тебе нравлюсь? Крышка неловко скрежетнула, не сразу поддавшись, а Эрек внезапно отвёл глаза, сосредоточившись исключительно на этом предмете, и непривычно замялся. — Если бы не нравилась, я бы лучше сейчас отоспался. — отшутился он. — Кажется, я пересёк черту. Мне лучше позвать ту девушку?.. — он запнулся на имени, и Темис поняла, что он, скорее всего, сейчас Ронду в первый раз увидел. Кажется, ей и впрямь стоило больше говорить — тем более, слышать, что кто-то на её стороне, было безумно приятно! — Нет, я серьёзно, — поспешно прервала она. — Я тебе по-настоящему нравлюсь? Эрек кивнул. Темис ощутила непривычную неловкость. Эрек всё это время держался так серьёзно, что у неё и мысли о подобном не проскальзывало, поэтому столь неожиданным вопросом она поставила в тупик саму себя, не зная, что ответить. — Ты мне тоже, — сделала вывод она. — Но я не испытываю каких-то сильных чувств… В принципе, мне кажется. Темис сложно было сказать, что она кого-то любит. То ли от многих лет жизни на острие ножа, отравивших её вечной подозрительностью, то выработавшаяся привычка рассматривать любого человека не только как личность, но и как ресурс… При том её отношение не было плохим, просто несколько расчётливым, и Темис казалось, что даже в любви матери она с чистой совестью бы не призналась. Хотя ведь переживала… — Мы, вообще-то, уже в браке, — чуть улыбнулся Эрек. — Не объясняйся. Тем более, после такого… Нет. Не так! — Нет, мне принципиально, чтобы… чтобы я могла доверять тебе, а ты мне, — наконец чётко сформулировала Темис, указав одной рукой на себя, а другой на Эрека. Сердце почему-то бешено колотилось, и в голос проникла несдерживаемая эмоциональность. — Ты правда, ну, будешь на моей стороне? — прозвучало как-то очень уязвимо, будто с головой в омут бросилась, и Темис стиснула пальцами подол платья. На лице Эрека отразилась хорошо читаемая растерянность — она и сама от себя этой эмоциональной вспышки не ожидала, неудивительно! — но он кивнул: — Да, конечно. Я и не думал об обратном… — Мне казалось, я слишком чужая, — честно призналась Темис и, запоздало поняв, что сама ничего не сказала, добавила: — И я тоже буду. В любом случае. После чего сообразила, что Эрек по-прежнему сидит у неё в ногах, и уточнила: — Тебе встать помочь? — Да мне и тут хорошо, — философски ответил он, отставив завинченную баночку с мазью на подлокотник кресла. Темис рассмеялась и протянула ему руку. На душе стало непривычно легко. *** — Что-то нашли? Как Темис и ожидала, уже на следующий день повреждение почти не ощущалось, так, немного припадала на правую ногу. Куда больше беспокоило то, что Хэрвен она с момента возвращения в замок не видела. Дать ли ей ещё немного отдохнуть, прежде чем беспокоить? Эрек поднял глаза от отчёта стражи и вздохнул: — Ну, единственному задержанному сломали челюсть, так что он при всём желании не очень-то способен поговорить… Ни его, ни убитого никто не опознал, кроме того, что их, предположительно, кто-то нанял, ничего не ясно, — он пожал плечами. — Они за мной не погнались, — заметила Темис. — Как будто не за мной охотились. — Или у них счёты с леди Эррайнт, — отозвался Эрек. — Её можно было подкараулить уже сотни раз, и не рискуя нарваться на охрану принцессы, — не поверила в эту версию Темис. — Но тогда они подготовились плохо… — Эрек осёкся и передёрнул плечами. — Ужасно звучит. Может, это их личная инициатива? Темис подошла к нему сзади, заглянув в отчёт из-за плеча и обняв за шею. Эрек чуть вздрогнул, но не стал возмущаться, так что она осталась в этом положении, читая записи. — Ну, челюсть когда-то заживёт, — проворчала она, ничего интересного из них в итоге не вычитав. Или поймают третьего, тоже неплохо. — Я думаю, здесь есть какая-то связь с прежними событиями, — избежать словосочетания «убийство Валвейна» удалось, но плечи Эрека все равно ощутимо напряглись. Да и, если бы Хэрвен не продержалась до прибытия подкрепления, неизвестно, что было бы. Добежать до замка Темис бы с подвёрнутой ногой не успела. Эрек сжал и разжал пальцы, вздохнул: — Не знаю. Стража опросит местных жителей, не видели ли они что… Я велел им быть как можно аккуратнее, но, думаю, они нам спасибо за такое вмешательство в жизнь не скажут. А это беда. Темис надеялась сохранять хорошую репутацию в этих краях. Может, позволить пустить слух, что кто-то пострадала? Не выдавая информацию о Хэрвен. Надо будет взвесить за и против. Эрек скосил на неё, вполне удобно устроившуюся на его левом, чтобы лучше видеть, плече, глаза: — Стоит сообщать Эглейн о покушении? — Почему ей? — не поняла Темис. — Потому что я с ней только и веду переписку… прерывисто, правда. Только недавно отвечать начал, — сообщил он. — Может, знает что-то подозрительное. Темис не знала, стоит ли говорить, что к Эглейн она относится с подозрением. У неё было ощущение, что Эрек никого из своих родственников в качестве подозреваемых не рассматривает, что понятно, но она размышляла над такими вариантами всерьёз, поэтому врать не хотелось. Но ни одного приличного аргумента, чтобы об этом говорить, у неё не имелось, так что ответить она постаралась максимально тактично. — Возможно, она пришлёт ещё охрану, — «или подошлёт очередных сомнительных личностей». Вот уж действительно неясно, то ли у принцессы Эглейн такая плохая интуиция на людей, то ли она намеренно это делает! Одна лишь Хэрвен честна и верна… Как там она, бедная? Эрек хмыкнул с сомнением, будто подумал о том же. — Лучше напишу, — сделал вывод он. — Как минимум, будет видно, что ты — жертва. Темис наконец отпустила его и выпрямилась, поправила выпавшую вперёд прядку волос, убрав за ухо, и добавила: — Можешь не упоминать про Хэрвен? По крайней мере, пока я не придумаю с ней, как получше это вывернуть, — для чего с ней нужно хотя бы поговорить. Эрек без вопросов кивнул. Темис немного поколебалась, прежде чем продолжить — раньше она в принципе о своём интересе к расследованию отравления не упоминала перед ним. — Я немного копалась во всём этом… С одной стороны, никто не мог об этом узнать, но с другой, может, меня хотели припугнуть? Моя смерть была бы делом политическим, а вот до краткого испуга может никому и не быть дела, — поделилась она версией. Эрек вздохнул и прикрыл глаза, надавив пальцами на веки. Наверное, ему тяжело: покушение на мать, смерть брата, а теперь и покушение на жену, и всё это с не очень большими перерывами. Темис сомневалась, что даже для королевской семьи Ясписса то было обыденностью. Будто её прибытие в королевство запустило некие часы, и она намеревалась их остановить. — Тогда тем более… Постарайся быть осторожнее, хорошо? Пока хоть что-то не прояснится. — Да, я понимаю, — хмыкнула Темис. Она забрала отчёт, выискивая подпись, чтобы знать, кто занялся делом. Имя ничего не говорило, она не помнила никого из стражи, но ей надо узнать, не предвзят ли этот человек к Хэрвен. — Я буду, — пообещала она.