Ложное золото

Снег на солнце слепит глаза, всё вокруг кажется одинаковым и совершенно нереальным, и сохранять бдительность становится труднее. «Что я тут делаю», — в который уже раз проносится в голове Хэрвен, отправившейся сегодня на разведку территории в одиночку. Она надеялась привести в порядок мысли, но горы вокруг навевали ещё более гнетущие чувства. Это уже не их территория, и в чём смысл её защищать? Ещё и продвигаться дальше, в глубь, занимать всё больше земли. Не говоря уже о том, что горы многим из них чужды. И о том, что чудиинцы им, яссам, значительно уступают, какая от них опасность… Приказы не обсуждаются, но смысл — в чём? Хэрвен ещё повезло: она младшая сестра графа, чьи территории находились почти у горного хребта, и потому ей не впервой и климат, и сами горы. Она до рыцарства была той ещё оторвой и окрестности все объездила. Но остальных вопросов привычность для неё не решает. Хэрвен прикрыла глаза рукой, чуть не упустив, как по скале выше проскользнула тень, и схватившись за меч ровно тогда, когда на неё кто-то кинулась со спины. Лезвие зазвенело, столкнувшись с чужим клинком. Противница оказалась какой-то хлипкой, словно меч впервые в руки взяла совсем недавно, невысокой и худощавой. Хэрвен, вместо того, чтобы ту хотя бы ранить, почему-то лишь оборонялась, слишком растерянная. Взгляд всё время цеплялся на стянутые в тонкий хвостик белёсые волосы девчонки — у её брата почти такой же цвет, только с лёгкой золотинкой. А ведь здесь давно уже перемешались все, причём мирно, а сейчас они всё ломают… «Нет, не что я тут делаю — что мы тут делаем». Они пришли убивать людей ради земли. Хэрвен выбила меч противницы, так её и не ранив: — Сдавайся, — сухо сообщила она. Девчонка рассмеялась и что-то проговорила — слова все незнакомые и непохожие, так что Хэрвен могла только додумать, что же можно сказать завоевательнице. Есть ли смысл брать её в плен, если языка все равно никто в отряде не знает? Отпускать её нельзя, а убивать… Не давая времени на размышления, чудиинка отчаянно кинулась на Хэрвен с голыми руками, что-то яростно крикнув. Хэрвен просто её оттолкнула, опасаясь ранить, и та отлетела на край скалы, чудом удержавшись на нём. Сердце пропустило удар. — Постой… Чудиинка вновь рассмеялась — и сама оттолкнулась от края. Хэрвен, чувствуя себя совершенно паршиво, кинулась туда, но не успела. В этот момент на неё словно обрушились небеса. Хэрвен застыла, когда её обдало жаром, подняв голову и оцепенев. Огромная змея — дракон, дракон! — промчалась мимо неё, вниз, следом за упавшей чудиинкой… подарив Хэрвен несколько спасительных секунд на осознание. Легенды не врали — у чудиинцев есть драконы. Из глубины раздался жуткий вой, а потом зверь снова метнулся наверх, к Хэрвен, сумевшей выбраться из оков оцепенения, понимая, что шанс у неё всего один, оттого дав тому подобраться совсем близко к ней. Меч пронзил шею (или тело — не то чтобы она разбиралась в строении их тел) животного, отчего Хэрвен успела ощутить ликование. А потом на неё обрушился огонь. Хэрвен, закричав, выпустила меч и упала в снег, пытаясь как-то спастись, и, кажется, её откинуло в сторону, а потом боль поглотила её целиком, жестокими когтями утянув в темноту. *** У Чудиина есть драконы, а они — проиграли. Мелкому полудикому народу, что и всерьёз-то не воспринимали. Хэрвен не сумела промолчать. Дело было не в ней самой… Всё произошедшее — чудовищная ошибка! Кто-то над ней посмеялся, кто-то решил, что она сошла с ума с горя. Ведь и дураку ясно, что они правы, что король Аруан справился бы лучше дикарей, что чудиинцам повезло. Что всё могло быть во благо. Что те, кто использует в качестве защиты чудовищ, не достойны жить. Брат уговаривал её просто забыть. Хэрвен казалось, что она и впрямь сошла с ума, раз единственная, кто считает, что сотворённое ими — чудовищно, и чудовища здесь именно они. Хэрвен говорила — но больше не сумела сделать ни-че-го. Но слов хватило, чтобы лишить её всего. Всего в двадцать два её лишили рыцарского звания, и вся жизнь впереди — а места в этой жизни для неё больше нет. Не леди и не дама. Совершенно не приспособленная к мирной жизни, она и раньше жила боем, но теперь всё стало ещё более чужеродным. Будто она застряла в тягучем сне, а всё вокруг — ненастоящее. Или ненастоящая здесь именно она. Хэрвен замирала, терялась, пугалась каких-то совершенно будничных вещей. Не знала, как и о чём разговаривать даже с родным братом. Не могла и не хотела появляться где-либо. Отобрала у жены брата часть дел, чтобы хоть чем-то себя занять, но путалась в простейшем. А потом ей всё же пришлось посетить вечер в королевском замке, впервые за три года появившись в обществе, поскольку ни брат, ни Делвин, её невестка, в тот раз не могли. И произошедшее тогда Хэрвен не могла ни чётко вспомнить, ни объяснить. Сэр Ллвайн вывел её на спор, завуалированно обвинив в дезертирстве, и ей снесло крышу. С учётом того, что Хэрвен тяжело вывести из себя, она сама себе не могла объяснить, почему её так задело, почему было сложно себя контролировать… Почему именно всё как затянуло кровавой пеленой. Но в себя пришла она уже с ещё сильнее испорченной репутацией и с принцессой Эглейн рядом, предложившей всё замять, если она согласится войти в её свиту. Что Хэрвен оставалось делать, чтобы спасти хоть брата? Зачем это нужно было принцессе, Хэрвен не понимала до сих пор. Следующие три года прошли бестолково: она таскалась следом, и… всё. Принцесса словно не замечала лишней компаньонки, разве что изредка давала ей простые поручения, но большую часть времени Хэрвен ничего не делала. До момента появления принцессы Темис. Хэрвен, когда её направили к иностранной принцессе, подумала, что её решили наконец-то сплавить для какой-то чёрной работы, и думала лишь, не опозориться бы самой случайно, поскольку она была в подобных делах совершенно бестолкова, несмотря на то, что младшая сестра графа — вполне себе подходящее положение, чтобы стать служанкой какой-то высоко стоящей аристократки. Но потом она увидела новую госпожу и поняла, что её в итоге использовали, чтобы поддеть гостью. Вполне в духе принцессы Эглейн, бывающей весьма едкой и агрессивной, но грубо по отношению к принцессе Темис. Но та все равно Хэрвен приняла, хорошо отнеслась, и, кажется, впервые за долгое время у неё получилось ощутить себя не чужой. Пусть и по-прежнему не в самой подходящей роли, но вряд ли доведётся когда-либо вернуться на своё настоящее место. Хэрвен никогда не хотела убивать, она хотела защищать, но больше не имела права взять в руки меч. Но сейчас ей дался шанс защитить чужую и в то же время быстро становившуюся родной госпожу от возможных козней. Принцесса Темис быстро схватывала. Пожалуй, куда лучше, чем сама Хэрвен, так и не вписавшаяся полноценно в общество. Последние три месяца она активно изучала местный уклад, пыталась заводить новые связи, начав чуть ли не сразу после свадьбы, приняв то приглашение от герцогини Тиамасс. После него она активно продолжила обучение. Принц Эрек предлагал найти наставницу, чтобы закрыть именно образовательные пробелы, и тут Хэрвен осмелела, предложив свою невестку. Делвин весьма хороша в таких вещах, а со скоростью усвоения новой информации госпожи Темис процесс не займёт много времени, чтобы помешать той в делах. В итоге выбрали именно Делвин. Она приезжала в замок на пару дней, занималась, потом уезжала, оставляя своеобразные домашние задания до следующего приезда. А в один раз предложила принцессе Темис посетить приём у неё, и это было второе посещение мероприятий госпожой вне замка. К слову, Делвин сама была удивлена приглашением герцогини Тиамасс — та на столь узконаправленные сборища раньше никогда её не приглашала, и принцесса Темис предположила, что её использовали для создания доверительной обстановки. Ведь о том, что Хэрвен служит принцессе, все уже знали, как и то, что она не имеет ничего против, значит, можно попробовать найти подход через связанных людей. Сложно, но вполне возможно. Хэрвен никогда не понимала подобных тонкостей. После этого принцессе пришло ещё два приглашения, от герцогини Минваэд и от графини Ровейн Файелл. Первый приём прошёл довольно безобидно, герцогиня не была, на самом деле, общительной личностью, и её интересовали лишь какие-то вопросы торговли с Карлией, которые принцесса Темис благополучно с ней обговорила в пределах своей компетенции. Герцогиня Минваэд итогом оказалась явно довольнее, чем герцогиня Тиамасс. А вот второе приглашение… Леди Ровейн — бывшая фрейлина принцессы Эглейн и подруга детства. Поэтому вторая принцесса тоже там присутствовала, да и приглашённых оказалось весьма много. С одной стороны, вечер прошёл шумно и бестолково, госпожа не была центром событий. С другой — принцесса Эглейн на сей раз сама постоянно её мелко поддевала, будто компенсируя за помощь у герцогини Тиамасс. Но притом госпоже удалось завести парочку знакомств, несмотря ни на что. Хэрвен боялась, что её кто-нибудь расстроит из-за внешности: принцесса Темис пыталась это скрыть, но на самом деле очень из-за неё переживала. Честно признаться, самой Хэрвен именно внешне недостаток казался незначительным, ограниченный обзор явно приносил больше неудобств… но неудивительно, что принцессу задевало, и она предпочла отрастить защиту, ощетиниваясь при любом намёке. Хэрвен-то собственные рубцы уже не мешали. Людей они отпугивали, особенно ту часть знати, что привыкла к мирной жизни и никогда не участвовала в каких-либо боях. Боль ушла. Иногда всё же возвращалась, но Хэрвен было сложно понять, болят ли старые раны или ей это мерещится. Больше огорчало то, что именно рабочая рука стала какой-то неуклюжей, а тайных тренировок не хватало, чтобы её хорошо разработать. Но есть ли теперь разница? Пострадать из-за этого может лишь её гордость. Во дворце за прошедшее время так же провелось несколько небольших мероприятий, и на них принцесса Темис умудрилась немыслимым образом вытащить ещё и принца Эрека. А сегодня — впервые вместе с ним напросилась на какой-то совет, и Хэрвен невольно гадала, как всё пройдёт. Повод вроде и пустяковый, но самой Хэрвен не чуждый. Разбор проблем в герцогстве Аятайр. Явился ко двору и брат, и она надеялась успеть его поймать, а с другой стороны — опасалась встречи. Как-то она умудрилась благополучно его избегать с того момента, как начала прислуживать принцессе Темис. И дело не в том, что Хивелу могло не понравиться, напротив, он надеялся, что она приживётся всё-таки при дворе или найдёт себе мужа. Со вторым вариантом предлагал помочь, но нет, спасибо. Хэрвен в семейной жизни себя всегда видела ещё меньше, да и у неё два племянника и одна племянница, так что детей в семье у них хватало. Она боялась того, что он спросит, довольна ли она, а она по-прежнему… сейчас куда лучше, чем было, но счастливой Хэрвен себя назвать не могла. А лгать не хотела. Хэрвен вздохнула и наконец-то задёрнула штору, перестав глазеть во двор. — Её высочество надолго отлучилась? — поинтересовалась Мауд. Мауд и Морвед, личные горничные госпожи, были сёстрами, очень похожими одна на другую. Но Мауд повыше и покрепче, Хэрвен по мелким привычкам отмечала, что она довольно тренированная. Вот только совершенно не помнила, из какой семьи она родом. Как-то все называли их обеих исключительно по именам, хотя в королевский замок на службу кого попало не берут. — Скорее всего, на пару часов, — с небольшой задержкой ответила Хэрвен. Подобные собрания редко заканчивались быстро. А уж проблем на их территориях — немерено. — Можно я отлучусь часа на два? — Мауд сложила ладони в молитвенном жесте и уставилась на неё в упор, отчего Хэрвен стало некомфортно. Обычно она так не делала, и Хэрвен привычно полагала, что ей неприятно, но сейчас по взгляду Мауд было сложно что-либо понять. — Эм, да? — она неловко оглядела по сторонам. Управляющая роль в подобных делах сложно ей давалась, но госпожа не сильно требовательна, так что ошибки проходили почти незамеченными. У принцессы Эглейн имелся крупный штат слуг, а у Темис лишь они трое, и искать ещё кого-то та пока отказывалась, считая излишним на фоне мужа. Впрочем, как принц Эрек обходился с одним-единственным слугой, и вовсе оставалось самой большой загадкой в мире. — Думаю, до вечера ты не понадобишься. Можешь идти, — уже увереннее повторила она. Мауд глубоко почтительно поклонилась и выскользнула из покоев. В тишине башни было слышно, как её каблучки поспешно застучали по ступеням лестницы. Хэрвен неловко кашлянула и поправила какую-то лежащую на столе бумажку, чтобы она лежала более ровно, изображая деятельность. Сейчас, задумавшись, она поняла, что в последнее время Мауд сбегала при первой же возможности. — У неё… не любовник случайно появился? — обернувшись на Морвед, осторожно поинтересовалась она. Вторая горничная, тщательно перестилавшая постель, обернулась через плечо и хмыкнула: — У Мауд? Нет, — и, снова отвернувшись, продолжила своё дело. Хэрвен ещё более бессмысленно поправила стопку книг, чувствуя себя всё более неловко с каждой секундой. Лучше бы молчала. — Она слишком уж предана семье, чтобы заводить какие-то отношения, — внезапно добавила Морвед. Мотивация осталась для Хэрвен непонятной, но, возможно, у сестёр имелись общие штуки, которые казались им очевидными, у неё с братом тоже такие когда-то были. — Вы откуда? — вежливо уточнила она. — Из Зиркоуна, — Морвед старательно взбила подушки. Они Ллин, точно. Баронская семья. — Хороший город, — отметила Хэрвен. Бывшая столица всё-таки. Хэрвен там бывала один раз, проездом. Большой и красивый. — С дурной славой, — флегматично заверила Морвед, и после этого Хэрвен решила больше никогда в жизни не пытаться поддерживать светскую беседу.