Опасный маскарад

Я прихожу к клубу раньше, чем нужно. В руках пакеты с одеждой, внутри — странное чувство, будто я уже не просто гость, а часть этого места. И от этой мысли становится не по себе. Я не задерживаюсь у входа, не смотрю по сторонам. Вчерашний опыт был достаточным, чтобы понять: чем меньше ты привлекаешь внимание, тем дольше живёшь. Я быстро прохожу внутрь, мимо охраны, мимо людей, мимо взглядов, которые будто цепляются за каждое движение. Музыка ещё не такая громкая, как ночью, но клуб уже дышит — медленно, тяжело, как живой организм. Я не останавливаюсь. Сразу направляюсь к своей комнате. Закрываю дверь за собой и только тогда позволяю себе выдохнуть. Тишина. Наконец-то. Я ставлю пакеты на стол и начинаю раскладывать вещи. Аккуратно, по полкам — одежду отдельно, обувь отдельно. Косметику выставляю перед зеркалом, будто это обычный день, будто я не в месте, где вчера на моих глазах забрали девушку. Руки работают автоматически, но мысли совсем в другом месте. «Её купили.» Слова Виктории до сих пор звучат в голове, и от них холодно. Я сажусь в кресло, откидываюсь назад и смотрю в потолок. Несколько секунд просто дышу, собираю себя заново. Потом беру телефон. Набираю номер, который знаю наизусть. Гудки. Один. Второй. — Да, — раздаётся его голос. Я сразу выпрямляюсь. — Это я. — Слушаю, Аделаида. Я на секунду закрываю глаза, а потом начинаю: — Я внутри. Устроилась. Пока всё идёт по плану. Короткая пауза. Я слышу, как он внимательно слушает. — Что узнала? Я сжимаю телефон чуть сильнее. — Клуб… хуже, чем мы думали. Здесь действительно продают девушек. Я видела это своими глазами. Молчание на том конце становится тяжелее. — Это ожидаемо, — спокойно отвечает он. Я слегка хмурюсь. — Для тебя — возможно. Для меня — нет. Он не реагирует на тон. Как всегда. — Продолжай. Я делаю вдох. — Я получила доступ. Буду работать танцовщицей — это даёт возможность находиться в зале, наблюдать, слушать. Там много людей, которые явно не просто пришли отдохнуть. — Хорошо. Это нам нужно. Я на секунду замолкаю, потом добавляю: — И ещё… — Говори. Я вспоминаю его. Высокий. Спокойный. Опасный. — Здесь есть человек… — медленно говорю я. — Его называют… Я запинаюсь на долю секунды. — Сэм. Тишина. Настоящая. — Сэмюэль Блэквуд Восс? — голос Ричарда становится чуть ниже. Я напрягаюсь. — Ты его знаешь? — Лучше, чем хотелось бы, — отвечает он. Я чувствую, как внутри что-то сжимается. — Кто он? — Человек, с которым лучше не пересекаться без необходимости, — спокойно говорит Ричард. — И если он обратил на тебя внимание — будь вдвойне осторожна. Я сжимаю губы. — Уже поздно. Пауза. — Что ты имеешь в виду? — Он проверял меня. Лично. Снова тишина. Я чувствую, как воздух в комнате становится тяжелее. — Тогда слушай внимательно, Аделаида, — его голос становится жёстче. — Не привлекай его внимание. Не спорь с ним. Не выделяйся. Такие люди не прощают ошибок. Я опускаю взгляд на пол. — Уже поздно для этого, — тихо говорю я. Он не отвечает сразу. — Тогда будь умнее, чем вчера, — наконец произносит он. Я усмехаюсь едва заметно. — Постараюсь. — Ты не должна «постараться». Ты должна выжить. Я сжимаю телефон сильнее. — Я знаю. Разговор заканчивается, но его слова остаются. Я откладываю телефон и снова откидываюсь в кресле. Не привлекать внимание. Слишком поздно. Потому что я уже чувствую: эта игра началась. И теперь назад пути нет. Я ещё несколько секунд сижу в кресле, глядя в одну точку. Не привлекать внимание. Слишком поздно. Я уже привлекла. И именно к нему. Я медленно выдыхаю и поднимаюсь на ноги. — Значит, держаться подальше, — тихо говорю сама себе. Это единственный вариант. Если Сэм Блэквуд будет постоянно рядом, он не просто помешает — он разрушит всё задание. Такие люди чувствуют ложь, видят слабости, и мне нельзя попадаться ему под руку. Я провожу рукой по волосам, собираюсь и принимаю решение. Сидеть и ждать — худшее, что я могу сделать. Мне нужны зацепки. Комнаты. Разговоры. Что угодно. Я выхожу из своей комнаты, тихо закрывая дверь за собой, и направляюсь вглубь клуба. Сегодня он ещё не заполнен людьми, и это даёт мне шанс. Я иду медленно, делая вид, что просто изучаю пространство, но на самом деле отмечаю всё: повороты, двери, камеры. И вдруг… Я останавливаюсь. Камеры. Их нет. Я хмурюсь, оглядываюсь ещё раз. Ни одной. Ни в углах, ни на потолке. Ничего. Странно. Слишком странно для такого места. Сердце начинает биться быстрее. Это либо слепая зона… либо место, где происходит то, что не должно попадать на записи. Я делаю шаг вперёд. Потом ещё один. Иду дальше. Передо мной лестница. Я на секунду замираю, прислушиваясь — тихо. Поднимаюсь. Каждый шаг отдаётся в ушах громче, чем нужно. Наверху — коридор. Длинный. Тихий. И по обе стороны двери. С табличками. Кабинеты? Похоже на то. Я медленно иду вдоль них, проводя взглядом по надписям, но не задерживаясь. Внутри всё напряжено до предела. Останавливаюсь у одной двери. Прислушиваюсь. Тишина. Ни звука. Я делаю вдох, осторожно нажимаю на ручку… Открыто. Слишком легко. Я быстро проскальзываю внутрь и тихо закрываю за собой дверь. Комната выглядит аккуратно. Слишком аккуратно. Стол, полки, шкафы. Всё на своих местах. Я подхожу к полкам, начинаю быстро просматривать. Документы, папки… открываю одну, вторую. Читаю. Ничего. Обычные записи, какие-то цифры, имена, но ничего, что цепляет. Я открываю ящики стола, перебираю бумаги, стараясь не создавать шума. Внутри всё кипит: должно быть хоть что-то… Но нет. Пусто. Я сжимаю губы и уже собираюсь уходить. Делаю шаг к двери… И замираю. Шаги. Снаружи. Прямо сюда. Сердце резко ускоряется. Чёрт. Я отхожу от двери, взгляд метается по комнате в поисках укрытия. Куда? Где? Секунда. Две. Слишком поздно. Ручка двери опускается. Дверь открывается. Я замираю на месте. Секунда. Две. И я слышу голос. Знакомый. Низкий. Холодный. — Что ты делаешь в моём кабинете? Меня будто прошивает током. Чёрт… Сэм. Я медленно поворачиваюсь, стараясь держать лицо спокойным, хотя внутри всё сжимается. Он уже делает шаг ко мне. Потом ещё один. Медленно. Уверенно. — Я… заблудилась, — говорю я, стараясь, чтобы голос звучал ровно. Он останавливается на расстоянии пары шагов, смотрит прямо на меня. — Разве тебя не предупреждали, что сюда идти нельзя… м? Этот тон. Он не спрашивает. Он проверяет. Я качаю головой, делая вид, что не понимаю, в чём проблема. — Нет. И, не дожидаясь продолжения, делаю шаг к двери, собираясь просто выйти, как будто ничего не произошло. Ошибка. Его рука резко перехватывает мою. Тёплая. Жёсткая. Сильная. Он останавливает меня и тянет назад, разворачивая к себе. Я буквально оказываюсь на том же месте, где стояла секунду назад. Слишком близко. — Я задал другой вопрос, — тихо говорит он. Его пальцы всё ещё держат мою руку. — Зачем ты открывала шкаф? Я поднимаю на него взгляд — и на секунду… забываю, что нужно говорить. Его глаза. Они не просто смотрят — они будто проходят насквозь, разбирают, анализируют, ищут ложь. Сердце сбивается. Думай. Быстро. — Я… — начинаю, и голос на секунду предаёт. Собираюсь. — Я услышала шаги… — быстро говорю я. — Испугалась. Думала, кто-то идёт сюда, и хотела спрятаться в шкафу. Короткая пауза. — Но не успела. Я замолкаю. Тишина в комнате становится давящей. Он ничего не говорит. Просто смотрит. Медленно скользит взглядом по лицу, ниже — к губам, к шее, к плечам. Ни спешки. Ни лишнего движения. Словно… изучает. Словно уже решает, что со мной делать. Этот взгляд не просто неприятный — он опасный. Он давит, заставляет чувствовать себя раскрытой, будто я стою перед ним без защиты. Я сжимаю пальцы, пытаясь не показать, насколько это выбивает из равновесия. Он не верит. И я это понимаю. Но он всё ещё молчит. И это хуже всего. Он молчит. И это молчание давит сильнее любых слов. Я чувствую, как его пальцы всё ещё держат мою руку, и почему-то именно это сбивает дыхание. Слишком близко. Слишком… неправильно. Я делаю вдох, но он выходит резким. Возьми себя в руки. Я поднимаю взгляд, снова встречаясь с его глазами, и в этот момент понимаю — он не просто смотрит. Он читает. И это бесит. Раздражает. Злит. — Отпусти, — говорю я тихо, но жёстко. Он не отпускает. Наоборот, его хватка становится чуть крепче, будто он проверяет, насколько далеко может зайти. — Ты часто заходишь туда, куда нельзя? — его голос низкий, почти спокойный, но в нём есть что-то, что заставляет внутри всё сжиматься. — А ты всегда так хватаешь людей? — парирую я, чувствуя, как раздражение вытесняет страх. На секунду его взгляд меняется. Едва заметно. Словно ему… интересно. И это злит ещё больше. Я резко выдёргиваю руку. В этот раз он отпускает. Я делаю шаг назад, увеличивая расстояние между нами, но легче не становится. Его присутствие всё равно давит, будто он заполняет собой всё пространство комнаты. — Я сказала правду, — добавляю я, скрестив руки. — Услышала шаги и испугалась. Не вижу проблемы. Он медленно наклоняет голову, продолжая смотреть. Слишком долго. Слишком внимательно. И это начинает сбивать дыхание. Я злюсь на это. На себя. На него. На то, что он так смотрит. На то, что я это чувствую. — Проблема в том, — наконец говорит он, делая шаг ко мне, — что ты оказалась не там, где должна быть. Я не отступаю. Хотя хочется. — И что? — отвечаю я, стараясь, чтобы голос не дрогнул. — Ты собираешься меня за это выгнать? Он останавливается почти вплотную. Снова. Чёрт. Слишком близко. Я чувствую его дыхание, и от этого внутри всё напрягается ещё сильнее. — Если бы я хотел, ты бы уже не работала здесь, — тихо говорит он. Моё сердце сбивается. На секунду. И я ненавижу это. Ненавижу то, как его голос действует. Ненавижу то, что он стоит так близко. Ненавижу его. — Тогда в чём проблема? — резко спрашиваю я. Он не отвечает сразу. Снова этот взгляд. Скользит по лицу, задерживается на губах, потом возвращается к глазам. И в этом взгляде есть что-то… опасное. — В тебе, — тихо говорит он. Я замираю. — Что? — Ты задаёшь слишком много вопросов, — продолжает он. — И заходишь слишком далеко для человека, который здесь первый день. Я сжимаю зубы. — Может, я просто не боюсь. Он едва заметно усмехается. — Боишься, — спокойно говорит он. И в этот момент я понимаю — он прав. Но признавать это я не собираюсь. — Ты ничего обо мне не знаешь, — резко отвечаю я. — Достаточно, — тихо. Тишина снова повисает между нами. Моё дыхание сбивается, сердце бьётся слишком быстро, и я ненавижу каждую секунду этого момента. Ненавижу его взгляд. Его спокойствие. Его контроль. Его присутствие. Но больше всего — то, что я не могу просто развернуться и уйти. Потому что что-то в нём… не отпускает. Тишина между нами натянута до предела. Я чувствую, как дыхание всё ещё сбито, как внутри всё напряжено, будто ещё секунда — и что-то произойдёт. И именно в этот момент дверь открывается. Резко. Мы оба поворачиваемся. В проёме появляется мужчина. Высокий, уверенный, взгляд цепкий — он сразу оценивает ситуацию. Его глаза задерживаются на мне, потом на Сэме… и в этом взгляде проскальзывает понимание. Он чуть приподнимает бровь. — Мне выйти? — спокойно спрашивает он. На секунду становится тихо. Я перевожу взгляд на Сэма. Его лицо остаётся таким же спокойным, но в глазах появляется что-то холоднее. Он смотрит на меня, чуть дольше, чем нужно, будто принимая решение. — Подожди снаружи, — говорит он мне. Спокойно. Будто это приказ, который не обсуждается. Я замираю на долю секунды. Смотрю на него. Серьёзно? Я смотрю на него ещё секунду. Хочется остаться. Хочется продолжить этот разговор, довести его до конца, не уступать. Но это глупо. Я выдыхаю, разворачиваюсь и молча иду к двери. Проходя мимо того мужчины, на секунду чувствую его взгляд на себе — внимательный, оценивающий. Я выхожу. Дверь за спиной закрывается. Тишина коридора обрушивается сразу. Я стою пару секунд, глядя в одну точку. Ждать. Серьёзно? Я усмехаюсь едва заметно. — Конечно, — тихо говорю сама себе. И, не раздумывая больше, разворачиваюсь и иду в противоположную сторону. Я не собираюсь стоять под дверью, как послушная девочка. Если он думает, что может просто отдать приказ и я выполню его без вопросов — он ошибается. Я ускоряю шаг, снова проходя по коридору с кабинетами. Сердце всё ещё бьётся быстрее обычного, но теперь в этом ритме уже не только страх. Раздражение. Злость. И… что-то ещё, что я не хочу признавать. Я спускаюсь по лестнице, оглядываюсь по сторонам. Камеры снова появляются. Значит, верхний этаж — действительно слепая зона. Запомнить. Я иду дальше, будто просто гуляю, но внутри уже строю план. Где входы, где выходы, где можно спрятаться, где можно услышать разговоры. Я не замечаю, как начинаю дышать быстрее. Не из-за бега. Из-за него. Его взгляд всё ещё будто на коже. Его голос — в голове. — Бесит, — шепчу я, сжимая пальцы. Бесит то, как он смотрит. Бесит то, как говорит. Бесит то, что он думает, будто всё контролирует. Я резко останавливаюсь. Сэм Блэквуд… Нет. Я не позволю ему мешать. Мне нужно держаться от него подальше. Любой ценой. Потому что если я продолжу пересекаться с ним… это закончится плохо. Я это чувствую.

***

Дверь закрывается за ней, и в кабинете становится тише. Я перевожу взгляд на мужчину у двери. — Лукаc, — говорю коротко. Он усмехается, проходя внутрь. — Интересная у тебя новенькая. Я не отвечаю сразу. Подхожу к столу, беру документы, пролистываю, но мысли уже не здесь. — Она не моя, — спокойно говорю. — Угу, — тянет он, явно не веря. Я бросаю на него короткий взгляд. — Заблудилась. — Конечно, — снова усмешка. Я сжимаю челюсть на секунду, потом отбрасываю бумаги на стол. — Проверь поставку, — говорю, переходя к делу. — И скажи людям на нижнем уровне, чтобы не лезли туда без команды. — Уже сделали, — кивает он. Пауза. — Ещё что-то? Я на секунду задумываюсь, потом киваю в сторону двери. — Да. Отвести её обратно в комнату. Лукас приподнимает бровь. — Серьёзно? — Она заблудилась, — повторяю холодно. — Ты же знаешь, что её нельзя оставлять одну. Я делаю шаг ближе, голос становится тише: — Если её заметит кто-то другой, на неё быстро положат глаз. Он смотрит на меня внимательнее. — И тебе не всё равно? Я усмехаюсь коротко, без эмоций. — У меня и так дел хватает. Не хватало ещё разбираться с последствиями. Пауза. — Просто надо вывести ее. Я не дожидаюсь ответа. Разворачиваюсь и иду к двери. Открываю. Пусто. Коридор пустой. Никого. Я замираю на секунду, потом медленно выдыхаю. И усмехаюсь. — Конечно, — тихо произношу. Злость поднимается быстро. Я знал, что она не будет стоять и ждать. Слишком упрямая. Слишком… Я выхожу в коридор, взгляд сразу сканирует пространство. Тишина. — Лиа, — зову тихо, двигаясь вперёд. Голос спокойный, но внутри уже нарастает раздражение. — Лиа. Я не повышаю тон. Не привлекаю лишнего внимания. Но шаг ускоряется. Она где-то здесь. И чем дольше она ходит одна по этой части клуба… тем хуже. Я сворачиваю за угол, взгляд цепляется за лестницу. Если её заметят не те люди… Я сжимаю челюсть. — Чёртова девчонка, — тихо выдыхаю. И продолжаю искать. Потому что теперь это уже не просто раздражение. Теперь это проблема, которую нужно решить быстро. Пока её не заметил кто-то другой. Я сворачиваю за угол — и сразу её вижу. Стоит в конце коридора, явно потерявшись. Взгляд бегает по сторонам, шаги неуверенные. Она даже не понимает, куда идти. Чёрт. Я выдыхаю сквозь зубы и направляюсь прямо к ней. — Я сказал ждать меня, — голос низкий, сдержанный, но в нём уже слышится раздражение. — А не уходить. Она резко оборачивается. Смотрит на меня снизу вверх. И вместо того, чтобы хоть немного смутиться — отвечает: — Сама знаю. Почему я должна тебе верить и слушаться? На секунду внутри что-то щёлкает. Злость поднимается резко. Без лишних слов я перехватываю её за руку и тяну на себя, разворачивая в нужную сторону. — Потому что я сказал, — коротко. Я начинаю вести её по коридору. Быстро. Без объяснений. Но она не идёт спокойно. Дёргается. Пытается вырваться. — Отпусти меня, — раздражённо. — Мне больно. Я не реагирую. — Сэм, отпусти! Она вырывается сильнее. И это уже начинает раздражать по-настоящему. Я резко останавливаюсь. Разворачиваюсь к ней. Слишком близко. Настолько, что между нами почти не остаётся расстояния. Она замирает. Я наклоняюсь чуть ниже, голос становится тише, но жёстче: — Либо ты сейчас заткнёшься и будешь идти, как послушная девочка… На секунду я замолкаю. Смотрю прямо в её глаза. Либо я что? Мысли мелькают, но ни одна не звучит так, как должна. Я сжимаю челюсть. — …либо я вышвырну тебя с этой работы. Тишина. И неожиданно — она действительно замолкает. Смотрит на меня. Не злится. Скорее… удивлена. Я скольжу взглядом по её лицу. Медленно. Глаза. Губы. Волосы. Замечаю, как быстро поднимается и опускается её грудь. Как сбито дыхание. И на секунду… слишком долго задерживаюсь. Чёрт. Я резко отстраняюсь, снова перехватываю её руку — уже чуть слабее, но всё ещё достаточно, чтобы она не вырвалась. — Идём, — коротко. И на этот раз она не сопротивляется. Но я чувствую её взгляд. На себе. И это почему-то не даёт сосредоточиться так, как должно. Я тяну её за руку вперёд, разворачивая так, чтобы она шла передо мной, а я оставался позади, контролируя каждый её шаг и не давая возможности снова свернуть не туда. Так проще — я вижу её полностью, замечаю малейшее движение, любую попытку остановиться или дернуться в сторону. — Налево, — коротко бросаю, когда мы подходим к повороту. Она молча подчиняется. Без споров, без лишних слов, и именно это настораживает сильнее всего. Мы идём дальше, и тишина между нами становится странной, натянутой, как будто ещё немного — и она снова взорвётся, но вместо этого лишь слышны шаги и приглушённый шум клуба где-то внизу. — Прямо, — добавляю я, не повышая голоса. Она снова слушается. Слишком спокойно. Я невольно сужаю взгляд, наблюдая за ней со спины, и внутри поднимается неприятное ощущение. Люди не меняются за секунду. Особенно такие, как она — упрямые, дерзкие, готовые спорить до последнего. А сейчас она идёт тихо. Но это не покорность. Я чувствую это. Это что-то другое — будто она просто… думает. — Направо, — говорю, когда мы сворачиваем к лестнице. Она делает всё, как я сказал, и мы начинаем спускаться вниз, где постепенно возвращается шум, музыка становится громче, а воздух — тяжелее от голосов и запахов алкоголя. Главный зал уже оживает. Люди собираются, пока ещё просто пьют, смеются, разговаривают, но я знаю, как быстро это изменится. Вечером сюда придут другие. Те, кто платит. Те, кто выбирает. Я снова смотрю на неё — на её силуэт, на движения, на то, как она держится, даже сейчас, когда должна была бы выглядеть растерянной. И понимаю: её выберут. Без вариантов. Слишком заметная. Слишком притягательная. Я сжимаю челюсть, чувствуя, как это раздражает больше, чем должно. Я до сих пор не понимаю, зачем она здесь. Пришла сама? Вряд ли. Но и на жертву она не похожа. В её взгляде есть что-то другое — холодный расчёт, внимательность, будто она не просто смотрит, а запоминает. Она что-то скрывает. И это уже не предположение. Это факт, который я чувствую кожей. Мы выходим к главному входу, где свет ярче, людей больше, а атмосфера кажется почти безопасной по сравнению с тем, что происходит выше. Я останавливаюсь и отпускаю её руку. Она свободна. Но я всё равно смотрю на неё, задерживая взгляд чуть дольше, чем нужно. — Дальше не заблудишься, — говорю спокойно, хотя внутри всё ещё есть раздражение. Делаю паузу, затем добавляю, уже тише: — И держись подальше от верхнего этажа. Она может не понимать, о чём я, но это не важно. — В следующий раз я не буду тратить время. Я отвожу взгляд первым и делаю шаг в сторону, собираясь уйти, но внутри уже чётко понимаю одну вещь — это не последняя наша встреча.