В поисках тебя.

В этот раз пробуждение было намного приятнее, чем то посреди ночи. Мне больше ничего не снилось и даже казалось что я выспалась. Не помню в какой именно момент я опять заснула, но помню, что Ривай был рядом и от него веяло теплом. Все еще с трудом приподнявшись на локтях я осмотрелась вокруг. Комната была не моя, но все равно знакомая. Все ясно – я до сих пор у Ривая. Тот сидел за столом, подперев голову рукой. Глаза были закрыты. Наверное, задремал пока работал. Медленно поднявшись с лежачего положения, я села на край кровати и стянула с себя плед. В глазах потемнело, стоило мне осторожно подняться на ноги. Быстро проморгавшись, я кое как подошла к двери, опираясь на все что попало под руку: кровать, стена, тумбочка. Главное было не упасть и не нашуметь, тем самым разбудив Ривая. Как можно тише открыв двери, я медленно потянула на себя, озаряя комнату громким скрипом. Нет, нет, нет. Надо быть тише. Как минимум, чтобы остаться незамеченной и ускользнуть к себе в комнату. Нечего мне тут лежать, только дел ему больше создаю. Пока я была в полусогнутом положении то заметила, что на животе открылась рана, и кровь уже успела просочится через бинт и проявится на майке. Вот черт. Может, мне все таки не к Ане надо, а в медпункт. Теперь сразу пойду туда. – Ну и куда мы собрались? – в сантиметре от меня раздался хорошо знакомый голос. Вот черт. И когда он успел так бесшумно подойти? Медленно повернувшись, я встретилась в его недовольным взглядом. Вспоминая все, что было вчера я невольно замечаю его усталый вид, и как он отчаянно пытается натянуть на себя привычный образ. Но сейчас в нем не было ничего ни холодного, ни опасного, ни даже повседневной безразличности. На нем просто не было лица. И это пугало. Ривай молча взял меня под локоть, стараясь не задеть содранную кожу, и завел обратно в комнату, закрыв за собой дверь. Он усадил меня на кровать и не говоря ни слова сложил плед, аккуратно положив его рядом с подушкой. Разведчик встал напротив меня и нервно скрестил руки на груди. Было видно, что он хотел что-то сказать, но не решался. Я отвела свой взгляд в сторону. Если только за одну вылазку погибло столько солдат, то скольких товарищей он потерял за все восемь лет? Было страшно представить то, как он переживал те моменты. Даже сейчас. Его глаза бегали из угла в угол, он нервно зачесывал волосы назад чуть ли не каждые пару секунд и переминался с ноги на ногу, хоть и старался себя контролировать. Это был не тот Ривай, которого знала разведка. Это был тот Ривай которого знала я. Живой, ранимый, заботливый, даже добрый. Это было видно, даже несмотря на то что он всеми силами старался приручить свой характер и заменить его чем-то другим. Он глубоко вздохнул, наконец заговорив: – Тебе нужен осмотр врача. Понятия не имею, куда ты собиралась уйти, но сначала я отведу тебя к Ханджи. Она осмотрит тебя и только потом будешь свободна. Ясно? – быстро сказал он, глядя прямо на меня. – Ясно – протянула я, медленно поднимаясь с кровати – Я к ней и собиралась, поэтому сама могу дойти – я прикрыла окровавленную часть живота рукой. Не нужна мне его помощь, и так работы полно. Неожиданно для меня, Ривай быстро сократил расстояние между нами и уже через секунду земля ушла из под ног. Он ловко поднял меня на руки, стараясь сделать это максимально аккуратно. В глазах снова потемнело. Какого черта он творит? – Ты ходить не можешь, идиотина – Ривай нахмурился. А вот и неправда. Все я могу. Просто надо держаться за стены и живот. Я невольно дернулась в его руках, хотела возразить, но сил не было. – Я могу ходить, Ривай, – тихо сказала я, уткнувшись головой в крепкое плечо. Он нахмурился еще сильнее и глубоко вздохнул, закрыв глаза на секунду. Я прекрасно понимаю что сейчас моя упертость ни к чему, но я не хочу быть проблемой. – Дура, ты кровью истекаешь – он заметно повысил голос. Хотелось что-то ответить ему, возразить, но сил не хватало даже на это. Усталость, боль и слабость от многочисленных травм после вылазки, тянули на дно. Возможно, мне даже хотелось спать. А его руках было тепло. Почти уютно. Я прикрыла глаза, чувствуя, как он осторожно выходит из комнаты размеренным шагом. Каким-то ловким движением ноги Ривай закрыл за нами дверь, и понес меня прямо по коридору. Я слышала его сердце. Оно билось ровно, спокойно, но где-то в глубине чувствовалась напряженность. Не та, что появлялась перед боем, а другая. Она была… тревожней. Я пыталась разобраться в собственных ощущениях, но мысли плутали в голове, сматываясь в огромный черный клубок. На секунду я закрыла глаза, но поняла что так усну еще до того как мы придем к Ханджи, поэтому резко разомкнула веки. Сейчас был идеальный момент, когда можно было его внаглую поразглядывать: черные волосы доходили примерно до начала заметно выраженной скулы, темно-синие глаза напряженно смотрели вперед. Брови сведены вместе а губы поджаты. Острая линия челюсти. Ну и друга я себе ухватила. От него поклонниц надо отгонять налево и направо. Будь бы он еще хотя бы более справный с выражением доброты к другим, то цены б ему не было. Не привыкла я видеть его таким… обеспокоенным. А ведь никто не привык. Особенно Разведкорпус. Многие видели в Ривае жесткую, бесчувственную машину для убийства титанов. Я же видела в нем человека который устал притворяться. Но даже так, он не выглядел как тот самый сильнейший воин человечества. Он был сломлен, но всем своим видом старался этого не показывать. – Выглядишь паршиво – промямлила я. Тот ничего не ответил, а просто скривился. Но я все таки смогла увидеть в нем что-то еще, кроме раздражения. В свете солнца, что пробивалось через окно, его глаза изредка падали на меня, и красную от крови одежду. Он держал меня так, будто боялся что я исчезну или вот-вот умру. Если мне придется умереть в его теплых руках, то я не буду возражать. Уткнувшись носом в его шею, я вдохнула родной запах и все таки закрыла глаза. Насколько сильно надо было удариться головой чтобы вообще пустить такие мысли в голову? Ривай прав – мне нужен доктор. Так, чтобы мозги вправить. Я не стану одной из его «фанаток». Это глупо и слишком клишированно. В самых популярных романах примерно так и описывают начало всей романтики. Бред. Открыв дверь с ноги, Ривай зашел в лабораторию. В этот раз там было идеально убрано, и вместо стопок с документами на полу стояли кушетки. Прямо как в больнице. Из небольшой кладовки я услышала голос Ханджи. Сейчас в нем не было той постоянной радости и энтузиазма, но все равно присутствовала та целеустремленность. Подозреваю, что вчера тут был сущий ад. С вылазки вернулось огромное количество раненых. И я не говорю о таких как я – с руками и ногами. Обычно таких солдат везли сразу в госпиталь, но вчера там уже все было переполнено. Подозреваю, что вчера Ханджи и Моблиту все же пришлось провести несколько операций. Страшно представить, что с ней вчера было. – Леви, мог бы постучаться хотя-бы! – донеслось из кладовки. Ученая вышла из маленького помещения и охнула, увидев меня. – У меня руки заняты, так что не ной – Ривай прошел к кушетке, и медленно опустил меня вниз. Стало холодно – Займись ею, пока тут все не испачкалось кровью. Секунда – и его как и не бывало рядом. Разведчик встал к стене, скрестил руки на груди и начал наблюдать. Ханджи подошла ко мне быстрым шагом и начала осматривать. Не теряя времени, она задрала мою одежду и разрезала старые бинты одним движением. Зоэ недовольно что-то пробормотала и ушла в кладовку. Она была очень сосредоточена и даже слова не сказала. Я нервно повернула голову в сторону, глядя на Ривая. Он смотрел куда-то сквозь меня. Издалека не особо можно было понять о чем он думал, но, кажется, его что-то беспокоило. Лежа на кушетке практически посреди комнаты стало как-то неуютно. Доброе утро, называется. Через минуту вернулась Ханджи. У нее в руке была небольшая баночка со спиртом, бинт, вата и иголка с ниткой. Стало страшно. Ученая опустилась рядом со мной, намочила вату и начала обрабатывать мне рану. На месте пореза адски запекло, но учитывая то, что меня ожидало после, это казалось еще цветочками. Я зажмурилась и старалась не думать о боли. И откуда у меня вообще так рана, если я упала на спину? За стеной творяться чудеса. В плохом смысле этого слова. Я за один день еще не теряла столько друзей и знакомых и не травмировалась до такой степени, что не теперь с трудом могу ходить. Но это пройдет. Все будет хорошо. Потом все будет хорошо. – Диан, тебе дать что-то в зубы? – спросила Ханджи, как только закончила с мокрой ватой. От ее вопроса стало страшно, но я понимаю что сейчас зашить рану это необходимость. – Потерплю – неуверенно сказала я. Хотелось чтобы рядом была Аня, и держала меня за руку в случае чего. Так, все, надо просто закрыть глаза и перетерпеть. Я не умираю. Ханджи доктор, и она знает что делает. Сейчас она зашьет мою рану и я уйду к себе в комнату с миром. Поем, возможно посплю. А через недельку уже как новенькая буду.

***

Следующие пару дней я провалялась в лазарете. Ханджи нехотя, но выписала меня и наконец-то отпустила из быстро соорудированной больницы, но к тренировкам пока-что не допускала. Ривай почти не выходил из стен своего кабинета и мы с ним почти не виделись. Аня практически все свободное проводила со мной. Остальные ребята часто меня навещали. С ними не хватало Марко, и это резало мне сердце. Целыми днями я лежала без дела. Ханджи сказала что допустит меня к тренировкам никак не раньше, чем через неделю. Но это в лучшем случае.Оставалось только прогуливаться по коридорам и столовой. Ходить мне стало намного легче, после того как головокружения и боли прошли. Еще совсем немного и я буду как новенькая. Разведкорпусу понадобилось не так много времени, как я ожидала, чтобы оправится от потерь за стеной. Уже через два дня после вылазки все пришло в норму, и о ней напоминали только раненые. В коридорах, столовой, на тренировках, за которыми я наблюдала из окна, стало заметно меньше людей. А почти у всех выживших можно было увидеть перевязки сквозь одежду. Было сложно принять факт того, что мы потеряли почти половину солдат. Я стараюсь не думать об этом, ведь тогда погрязну в этих мыслях об ужасном и они станут частью меня. О тяжести всех этих потерь никто не говорил, но ее можно было увидеть во взглядах тех, кто остался. Даже разговоры за столах в столовой стали намного тише. Будто людям было стыдно говорить. Когда ставало уж вообще нечего делать, а Аня была у Майка, то я шла к Ханджи в лабораторию. Мы либо чай пили, либо обговаривали мою теорию о новом способе убийства титанов. Мне все никак не терпиться оправиться после травм и приступить к исследованиям. А еще мне Ривая все-таки удалось уломать нам помочь, поэтому экспериментировать мы будем вчетвером. В команде еще будет Моблит, как помощник Ханджи. С ученой мы успели составить план всего за неделю, поэтому оставалось только подождать пока я окончательно встану на ноги. А вот это уже, чувствую, будет скоро: хожу я уже без всякой поддержки, рана на животе почти полностью затянулась, голова не болела и не кружилась. Ну, а содранные локти и колени не в счет. Они тоже уже медленно заживали. Осталось только чтобы Зоэ дала мне справку, и я вновь вернусь к прежней солдатской рутине. – Не вижу причин, почему нет. Завтра можешь приступать к тренировкам – ученая поставила подпись внизу листка и тепло улыбнулась. Радостная, я вышла из ее лаборатории, и поспешила на ужин. Рука еще немного побаливала, но об этом никому знать не нужно. Поболит и пройдет. А я не фарфоровая, не рассыплюсь. Растянула, наверное, что-то. Впрочем, не важно. Сейчас моей задачей было поесть и поделиться хорошей новостью с отрядом. Им сейчас не хватает причин для радости, поэтому я могу это исправить хотя-бы на пару секунд. Зайдя в столовую я сразу нашла глазами свой отряд. За столом не хватало двоих: Марко и Ани. Нет, не так. За столом не хватало только Ани. Марко был на том свете, и мне бы уже пора это принять. В столовой был один стол, который пустовал. На голой лавке сидел Ривай. Раньше тут ел его отряд, но теперь он остался один. Было грустно видеть его сидящим вот так в одиночестве. Эрен решил позвать того сесть с нами, но мой капрал отмахнулся. Усевшись так, чтобы видеть вход в столовую, я обернулась, и встретившись с холодным взглядом Ривая протянула, глядя ему прямо в глаза: – Капрал Леви, – начала я – Эрен прав, сядьте с нами в этот раз. – Господи – недовольно сказал тот, кататив глаза. Он резко поднялся и прихватив с собой тарелку все же пересел. Мой отряд восторженно наблюдал за этим действием. Вообще, это Ривай странный. Он же теперь наш капитан, а ест отдельно. Аккерман расположился на скамье напротив меня, но сел в самом конце. Как будто не хотел чтобы его присутствие было заметно. Через пару минут в дверях показалась знакомая светлая макушка. На лице командира Майка была неоднозначная улыбка, плечи широко расправлены а руки в карманах. Еще через мгновение в проеме я увидела и Аню. Она всеми силами старалась не улыбаться, но у нее это просто ужасно получалось. Встав в очередь за едой, она остановилась прямо за Майком. Кажеться, они почти опоздали и ухватили одни из последних порций. Взглядом я следила за каждым их действием, не упуская ни одной детали. Задумавшись о чем-то, моя блондинка не увидела куда идет и врезалась в спину Майка. Тот повернулся к ней лицом, улыбнулся, что-то сказал, очевидно засмущав мою подругу и отвернулся как ни в чем не бывало. Аня же в свою очередь смущенно опустила глаза вниз и усмехнулась. Они оба быстро взяли по подносу с едой и разошлись в разные стороны. Опустившись рядом со мной, светловолосая девушка молча начала есть, надеясь на то что я ничего не видела. Повернувшись к ней лицом, я хитро улыбнулась не отводя от нее глаз. Люблю заглядывать людям в душу. Особенно когда знаю, что от меня что-то скрывают. Сегодня Аня выглядела как-то по-особенному. Слишком спокойно, слишком умиротворенно, слишком лениво, слишком смущенно, слишком не как она. По крайней мере, Аня никогда так глупо не улыбается и не посмеивается чуть ли не через каждую секунду. Отряд поздоровался с ней, и кажется они даже не заметили что она какая-то слишком взволнованная. Только Жан придрался, почему она такая счастливая, но та ответила ему что в нашем мире надо уметь радоваться мелочам. Это уж точно, но сейчас она радовалась не мелочи, а человеку с именем Майк Захариус. Если верить слухам, то он был на втором, так скажем, месте у солдаток по привлекательности. Ну оно и ожидаемо: Майк высокий, сильный, блондин, добрый, всегда придет на помощь, спокойно объяснит, если что-то не понятно, так еще и старший по званию. У него, правда, есть немного странная привычка нюхать людей при встрече, но такая уж у него особенность. – Ну? – шепнула я подруге – Говори сейчас, а то до вечера не поживу. Аня вдохнула поглубже, выпрямила спину и наклонилась к моему уху и тихонько сказала: – Ди, я так сейчас счастлива! – и хихикнула в кулачок – Подробностей пока что не будет, но могу сказать одно: я теперь почти не одинока. Если ты понимаешь что я имею ввиду. – Почти? – я прищурила глаза и немного повернула голову в бок. Ее «почти» могло означать все что угодно. Как же теперь будет сложно дотерпеть до отбоя а потом не проговорить всю ночь. Улыбнувшись, я не стала расспрашивать ее дальше. Смысл? Все равно лучше рассказывать все сплетни в укромном месте. То есть в комнате. И уж точно не при нашем же капитане. Ривай вряд-ли такое одобрит. Ну и, плюсом, теперь была моя очередь делиться новостями. Я пропустила целую неделю тренировок, и это ощущалось как вечность. За все время, что я ношу армейскую форму пока-то еще ни разу такого не было. Думаю, ребята будут рады услышать что я вернусь из своеобразного отпуска. Да я и сама соскучилась по нашим с ними тренировкам. Особенно по рукопашному бою. Я с детства его оттачиваю, и последние года три наконец нашла то как мне нравиться использовать это умение. Пока все думают, что движения должны быть резкими, быстрыми и непредсказуемыми, я каким-то образом смогла вместить все эти критерии в танец. Получаеться, что я одновременно и танцевать могу, и за себя постоять. Удобно. По окончанию ужина, я постаралась избежать недовольных взглядов Ривая на меня с Ханджи и ушла вместе с Аней. Заперев двери, я зажгла несколько свечей и расставила их по комнате. Мы сели на пол, устроившись между двумя кроватями. Я терпеливо смотрела ей в глаза, ожидая услышать историю, но вместо этого Аня еще разок вздохнула и собравшись с силами, шепотом, чтобы никто точно не услышал (в разведке ужасная слышимость), неуверенно произнесла: – Знаешь, Диан, мне кажется что я и Мик что-то между парой и друзьями – она смущенно заправила волосы за уши – Но мне кажется что скоро мы все-таки будем… ну… вместе, понимаешь? – Понимаю, – я кивнула, улыбнувшись – Главное чтобы ты была счастлива. Мне было немного странно слушать ее рассказы про Майка, ведь они были знакомы всего месяц, но в наше время все происходило очень быстро. В любую секунду титаны могли опять напасть на человечество и снова было бы много жертв. И каждый мог оказаться среди них. Поэтому было плевать, сколько они были знакомы, насколько Майк ее старше и особенно было плевать на то что отношения с подчиненными были запрещены. Это правило скорей было формальностью, но мало кто этого придерживался, если уж говорить на чистоту. Мы не говорили с Аней еще долго, как это обычно бывало. Когда мы легли спать, то еще было только десять часов. Несмотря на ранее время, уснула я быстро. Не могу дождаться среды. Мы с Ханджи договорились что в среду начнем наши исследования. Это будет проходить около внешней части стены, поэтому скоро меня ждет еще одна вылазка. Надеюсь что в этот раз она не понесет за собой столько же жертв. Все точно будет в порядке. Я обещаю это себе. Следующие пару дней пролетели незаметно. Из-за тренировок тело начало привычно болеть, но это наоборот хорошо. Значит, я не просто штаны хожу протираю а реально что-то делаю. Мне еще и привод новый дали, а то прошлый сломался на вылазке. Надо быть более бдительной, ведь каждый месяц мне новое УПМ выдавать не будут. У управления нету столько денег и желания тратить ресурсы на солдат просто так. А у меня это устройство уже третье. Если и оно сломается, то надо будет платить штраф, чтобы получить новое. А штраф для солдат разведки немалый. Почти половина моей зарплаты. Кстати, о ней. Когда мы вернулись с вылазки, то в комнатах лежало по два конверта. По одному на каждого. Внутри была нехилая сумма – два злотых. Ну или мне просто кажется что это много, ведь я привыкла что в подземелье все очень дешевое. Надо будет съездить в город и что-то купить на эти деньги, как память о первых честно заработанных сбережениях. Плюс, у Ани скоро день рождения и ей нужен подарок. Утром в среду, после завтрака, Ривай созвал всех в лес и приказал взять с собой приводы. После того падения в лесу гигантских деревьев было немного страшно вновь подниматься в воздух, но сейчас я точно знаю что мои тросы никто не обрежет, и я не ударюсь головой как тогда и не буду на краю смерти. Но вот если я буду бояться использовать свой привод, то точно упаду и травмируюсь. За неделю умение маневрировать не могло никуда пропасть, поэтому просто надо было победить страх и оторвать ноги от земли. Прямо как в кадетском корпусе когда нам показывали основы маневрирования. Я много чего боюсь, но летать – нет. Поэтому перепроверив все оборудование еще раз, я сорвалась вниз. Началом каждой тренировки с приводами были гонки, но в любой момент на тебя мог выскочить макет титана. Раньше это условие было только на тренировках элитного отряда, но сейчас его добавили нам. В каком-то роде, мой отряд теперь был как прошлый отряд Ривая. Только у нас было меньше опыта, отсюда и меньшая выточенность техник. И все же, за неделю отдыха я немного убавила хватку, и летела даже не близко к Риваю. Скорее, почти наравне с Микасой. Она была второй лучшей в отряде. Ладно, свои результаты можно догнать потом, но вот подругу надо сейчас. Сжав рукоятку еще крепче, я выпустила больше газу, прибавляя ходу. Теперь надо выпустить клюк в деверо сбоку, а второй сразу в другую линию деревьев. Таким образом скорость станет выше, и будет легче маневрировать. Возможно, я так даже до Ривая долечу. Его силуэт виднелся где-то впереди. Метров пятнадцать, наверное. Как я и задумывала, Микаса осталась позади, стоило мне сделать свой финт ушами. Моей последней целью было обогнать Ривая. Это было почти невозможно, так как он был абсолютным профи в воздухе, но если у меня получилось сделать это один раз, то получиться и второй. Первый день после лазарета не переставал меня радовать. Я почти сравнялась с моим капралом, но из-за кроны дерева неожиданно выскочил тренировочный макет титана, и мне все же пришлось сбавить ходу чтобы не врезаться в него, так еще и «убить». Ну, разрезать резиновую копию холки. До конца тренировки мне все таки не удалось обогнать Ривая, но мы сравнялись, и приземлились на траву одновременно. Если бы лес не закончился, то я бы точно его обогнала. Не хватило всего каких-то метров двадцать. Ну я и так молодец. Не каждый сможет догнать сильнейшего воина человечества и лететь наравне с ним. А я вообще сразу после недельного больничного вернулась. Поэтому я умничка. Впрочем, утро закончилось на удивление быстро. Ривай показывал нам наши ошибки, и рассказывал как использовать меньше газа, но лететь быстрее. Перед обедом он приказал всем помочь дежурным в столовой и ушел к Ханджи, прихватив меня с собой. Вот и настал тот день, который я ждала целыми днями, пока просиживала штаны у Зоэ в лаборатории. Она и Моблит уже ждали нас в ее кабинете. Если все пойдет по плану, и моя теория подтвердиться, то мы вернемся в легион не раньше, чем в десять вечера. Потом будет много бумажной волокиты, которую я должна буду заполнить и подписать, как автор идеи. Ну а если же что-то пойдет не так, то будет два варианта развитий событий. Первый: пока дежурные на стенах будут отвлекать титанов около стены, то погибнет много солдат, и дальше исследования проводиться не будут. Второй: никто не умрет, но надо будет больше информации. При этом сценарии надо будет написать убедительное письмо правительству, с просьбой выделить средства на вылазку, цель которой будет опробовать новый способ убийства титанов. Если все пройдет хорошо, то уже в следующем году эта информация откроется всему человечеству. Возможно, хотя-бы так получиться заставить их ненавидеть Разведкорпус немного меньше. Усевшись в командирской карете, мы отправились в путь. Ехать было часа три, поэтому мне стоило захватить с собой книгу, или хотя-бы блокнот. Так бы что-то почитала или порисовала. Ладно, возможно, мне удастся поспать. Обычно, если я сплю днем то мне ничего не сниться. Может, и вправду сейчас меня укачает и я отключусь хотя бы на часик. Я сползла немного вниз по сидению, чтобы голове было удобно и прикрыла глаза. Голоса Ханджи и Ривая начали потихоньку отдаляться, и минут через десять я все же уснула. Как я и думала, сейчас мне и правда ничего не снилось. Значит, на обратном пути тоже можно будет спокойно поспать. А то пока я на тренировке гналась за Риваем то изрядно устала. Так а нам еще и обед пришлось пропустить. Я медленно открыла глаза из-за толчка, когда карета остановилась. Двери открылись, и выйдя из повозки мы оказались совсем около стены. Время переходить на приводы. Ханджи радостно рванула наверх, позабыв что мы тоже были с ней. Моблит погнался за ней, паралельно что-то крикнув. Ученая его уже не услышала, ведь гналась к своим любимым титанчикам на всех порах. Вздохнув, я была готова приступить к работе. Если моя теория подтвердиться, то для человечества это будет чем-то схожим на возвращение Троста в свои владения. Возможно, не настолько масштабным, но не менее важным. В наше время любое открытие о титанах равнялось с чудом из сказки. Быстро глянув на Ривая, я усмехнулась. Хотелось что-то выкинуть. Не слишком бунтарское, но и чтобы скучно не было. – Кто последний – тот больший идиот чем ты – сказала я, выпустив крюки вверх. – Я в таком не участвую, не маленький уже – послышалось снизу. Конечно он не будет участвовать просто так, нужна мотивация! – Ну и оставайся идиотом, раз такой старый для этой мелочи! – когда я это сказала, то была где-то посередине стены. И стоило мне моргнуть, как Ривай уже почти сравнялся со мной. Ну уж нет, я выиграю. Мало того, что я стартовала раньше, так еще и с моим весом подняться было намного легче. Чем меньше весит человек, тем легче ему использовать привод. Но сейчас я просто искала способ как-то расшевелить своего капрала. Он как привидение ходит с того момента как погиб его отряд. Аня права – надо уметь искать радость в мелочах. И пусть мелочь которую придумала я была уж слишком детской, она спасала от постоянно темных мыслей. Поднявшись на стену, я подошла к Ханджи. Она уже весело разговаривала с каким-то командиром из Гарнизона. Увидев меня, она взяла меня за плечи и гордо выдвинула вперед. Мужчина кивнул, и протянул мне руку. Я улыбнулась и ответила на его жест. Точно, это же сам Пиксис! И как я сразу его не узнала? Он совсем не изменился, такой же лысый и спокойный. – Здравствуйте, меня зовут Диана – представилась я. – Здравствуй, Диана, – начал тот – Ханджи мне про тебя все уши прожужжала. Должно быть, у вас с ней есть какая-то серьезная задумка, раз с вами прибыли всем известные мужчины из разведки, – он покосился на Моблита и Ривая, что стояли у нас с Зоэ за спинами, словно охранники. – Есть такое. Если мои догадки верны, то титанов будет убивать немного проще – я нервно обернулась, встретившись со взглядом Ривая, что только что забрался на стену. Ну и кто теперь тут идиот? Опустив голову вниз, я вдохнула поглубже, стараясь не засмеяться при виде его недовольного лица. – Ну вообще-то, – сказала Ханджи – идея сугубо Дианина. А я просто помогаю осуществить ее, и сопровождаю так как сама интересуюсь титанами, ты меня знаешь – ученая хохотнула в ладонь, и мы наконец-то зашагали в сторону проведения операции. На другой стороне стены столпились гиганты. Их бежевые туши то и дело тянули к нам свои ладони, как будто могли дотянуться и сожрать кого-то. Началась первая часть наших исследований. Солдаты Гарнизона спустились на внешнюю стороны стены и старались отвести большую часть титанов в разные стороны, чтобы открыть нам с Ханджи простор для сражений. Моблит с готовностью достал блокнот и карандаш. Кажется, ему уже самому не терпится узнать что будет если сделать вертикальный надрез. Ривай хмуро обвел ситуацию внизу глазами и по его виду было понятно что ему не особо нравиться эта идея. Ничего страшного, я ходила и терпела его отговорки целую неделю, поэтому пару часиков и он может потерпеть. Когда внизу осталась пара титанов, то Ханджи выстрелила в небо зеленой ракетой, что означало что операция началась. Сердце ускорилось, стоило мне опять перейти на привод. Было страшно, но интересно. И последнее пока-что выигрывало. По траве бегали два титана, в ожидании людишек, которыми можно было полакомиться. Не сегодня, дорогие. Спустившись метрах в десяти над землей и зафиксировав тросы в этом положении, мы с Ханджи начали повторять все еще раз. Сначала я атакую того, что был справа, пока она будет отвлекать другого. В это время Моблит будет все детально записывать, а Ривай летать рядом для подстраховки. И если у меня получится убить первого титана моим методом, то Зоэ сделает то же самое со вторым. Потом еще один сигнальный огонь и можно будет ехать домой. Не заставят же нас писать рапорт прямо на стене, так ведь? Сосредоточившись на своей части плана, я сорвалась со стены, и зацепившись крюком о титана, пошла в атаку. Я взлетела прямо за его спиной, и полетела вниз, держа клинки наготове. Они привычно ловко прорезали грубую кожу на шее, только в этот раз мне не нужно было искать столб о который можно было бы зацепится. Сделав рану там, где мы с Ханджи и задумывали, я опустилась на землю прямо за гигантом. На секунду он перестал двигаться и упал на колени, а затем всем телом распластался по земле. Я широко открыла глаза, и радостно начала разглядывать мертвое существо. Из гиганта исходил пар, прямо как если бы его избавили жизни всем известным, и пока что единственным знакомым способом. Он испарялся на глазах, так еще и упал туда, куда я и рассчитывала: прямо передо мной, а не в сторону, наискось или вообще на спину. Ханджи убила второго таким же методом, и когда туша упала замертво то ученая поспешила посмотреть на место разреза. Моблит поспешил за ней, чтобы нарисовать и описать увиденное, пока тело гиганта окончательно не испарилось. И так, теперь нам известно что если порезать титанам шею по вертикали, то они упадут на живот прямо перед собой, не разрушая ничего вокруг, а их тела исчезнут через пять минут. Вот это уже было открытием. Обычно они могли испаряться часами. Я радостно вздохнула и подбежала к Зоэ, оставляя шокированного Ривая позади. Увидев, что было внутри, я удивилась еще больше: из под разрезанной кожи виднелись кости позвоночника. Прямо как у человека, только более пропорциональные телу титана. Так что, значит, титан – это не просто масса на ножках, а полноценное существо с костями? Возможно, у них и мозг есть. – Ты все записал? – радостно спросила своего помощника Зоэ. – Да, командир – задумчиво ответил он. – Диана! – пролепетала Ханджи, несясь на меня с распростертыми объятиями. Она почти снесла меня, когда наконец обняла – Ты такое открытие только что сделала! Твоя теория была права, и теперь можно не разрушать все вокруг в когда ты в бою. А еще оказывается все-таки у них есть кости – ученая душила меня в своих объятиях. Я обняла ее в ответ, глядя куда-то ей за спину. И все-таки, столкнувшись взглядом с Риваем я улыбнулась. Он изо всех сил старался скрыть свое удивление, но у него плохо это получалось. В его взгляде читалось что-то еще, кроме удивления, но эту эмоцию я уже опознать не смогла. Ханджи выпустила в воздух еще одну сигнальную ракету. Зеленую. Мы поспешили убраться с зеленой и свободной от стен травы. Наверху нас уже ожидал Пиксис, и двое его помощников, что то и дело пытались отобрать у старика флягу. По нашим лицам, главнокомандующий понял все без слов. Он отозвал свои войска со стены, оставляя только ночных дежурных. Дот Пиксис – удивительный человек: пьет при исполнении, но все равно без труда может связать два слова вместе, так еще и сделать достойный и разумный вывод. Его наше исследование заинтересовало, поэтому он пригласил нас к себе в часть поужинать, а потом уже отправиться домой. Ривай был против, но Ханджи настояла, ведь была голодная как собака. Я ее понимаю. За сегодня мы ели только кашу, и то давно утром. Устроившись в телеге, мы начали активно рассказывать главнокомандующему Гарнизоном все, что увидели у подножья стены. За ужином все разговоры о титанах плавно перешли в обыденный разговор двух старых друзей. Точнее, Ханджи медленно попивала вино и о чем-то болтала с Пиксисом. А мы – я с Риваем и Моблитом – просто сидели, ели, пока каждый думал о своем. Не знаю, о чем думали они, но у меня в сердце появилась надежда на то, что если не останавливаться и продолжать делать такие маленькие шажки на пути исследований, то лет через десять-двадцать людям получится узнать о природе титанов и поколения наших внуков будет жить спокойной жизнью, без стен и гигантов. Может, в мире просто есть определенное количество этих тварей, там, не знаю, сто тысяч, например. И все что нужно – это просто перебить их всех. А из-за того что не многие хотят идти в армию просто навсего не хватает людей которые могли бы убить сто тысяч титанов. За час питья вина Ханджи знатно напилась, и ее пришлось чуть ли не на руках нести до экипажа на котором мы поедем домой. Моблит кое как помог ей забраться в карету, и поблагодарив Пиксиса за помощь и сытную трапезу, мы отправились назад в легион. В темноте карета не будет ехать так быстро, поэтому дорога займет больше, чем ожидалось. Вглядываться в окно, пытаясь найти что-то в темноте я не буду. Разговаривать тоже не будем, а то Ханджи проснется и будет буянить. Лучшее решение само пришло в голову – сон. Это было что-то, в чем я постоянно нуждалась. Обычно всякая херь мне сниться ближе к трем ночи, поэтому сейчас можно было уснуть и не бояться что во сне меня догонят демоны из моей души. От Ривая исходило тепло. Будь мы в другой обстановке, возможно я бы даже позволила себе уснуть у него на плече. Но не сегодня. Рядом с ним и так тепло, а этого и так хватает чтобы быстро уснуть. Вот такой сегодня получился день. Все-таки Эрвин был прав: все жертвы были не напрасны. Они отдали свои сердца ради того чтобы мы могли жить, и вот что из этого вышло.