В поисках тебя.

Утром нас разбудили громким стуком сапога о дверь. Было физически больно слышать такой звук – казалось что постучали не в дверь а по стене, так еще и титаном. Проснуться не составило труда. Особенно при том что я и так сплю вполглаза – вдруг что. Я встала, умылась. Конечно, если так можно назвать полоскание лица водой из тазика. Сколько сейчас вообще времени? Быстро взглянув за окно, поняла что где-то шесть-семь утра. Казалось что было позднее но, возможно, это из-за того что в Подземном городе время немного другое.  Микаса и Аня уже проснулись. Они, заметно нехотя, встали с кровати и тоже начали одеваться. Все знали, что первый день будет изнурительным и непростым. Но за то потом будет легче.  Все еще сонные и полу спящие, мы отправились в столовую. На завтрак тоже картошка с долькой помидора. Ну и какой-то кисель в стакане. Выглядит он так, будто сделан специально для быстрого и незаметного убийства. К нему почти никто не прикасается. После, признаю, вкусного завтрака (речь идет о картошке!) нам дали десять минут, чтобы появится на тренировочном поле. Начали мы с того что растягивались, таким образом разогревая мышцы.  Прозвучал оглушительно громкий свисток: «Двадцать кругов вокруг всей территории!» – и команда. Я прохолодела. Территория училища просто огромная! Неужели, в обычные солдатские будни придется настолько сильно нагружаться? Ладно, глупая мысль. Это пригодится для подготовки. Но приказ надо выполнять, а то кто знает, что за наказание потом будет. Все солдаты все же нехотя, но приступили к выполнению.  Уже на первом кругу все начали терять свои силы. Все звуки, что исходили из «бегущего стада» были запыхания и проклинания всех, кого только можно было придумать. Я была не исключением. Мало кто готов пробежать километры с утра пораньше. Раньше мне, конечно, приходилось бегать на большие дистанции, но не так долго. Завтра ноги будут адски болеть. В конце второго круга хотелось упасть замертво. И пить тоже хотелось. А еще есть, и подушку под голову. Хотя камень тоже сойдет.  Прозвучал еще один свисток. Надо возвращаться на тренировочное поле. Неужели эти десять с лишним минут и были отведены для двадцати кругов? Времени уж слишком мало! Я, сама не знаю как, успела прибежать одной из первых. И мне несказанно повезло, ведь в тот день Кис Шадис выгнал еще пятьдесят человек. Последние пятьдесят, кто прибежал назад.  – Аня, – я рухнула на землю рядом с новой знакомой – я, кажется, скоро его к черту застрелю. Пусть еще одно такое задание даст, и точно кто-то прирежу!  – Ди, не кричи ты, вдруг кто-то услышит. Тебе же потом несладко придется – девушка присела на землю рядом со мной. Она была права.  Следующий свисток не заставил себя долго ждать. Все оставшиеся солдаты построились, будто по линеечке. Ну да, никто больше не хотел вылетать из кадетов. По слухам, почти все кто собирался пойти в гвардию, просто хотели получить гражданство, и жить за стеной Синой. Даже Жан – паренек с которым вчера почти подрался Эрен.  – Сейчас будем учить вас основам рукопашного боя! – скомандовал Шадис – Здесь кто-нибудь умеет драться не по-детски?  – Я умею, сэр! – сказала я, одновременно с другим голосом из толпы. Все кадеты расступились, в нетерпении посмотреть, кто же будут эти двое «счастливчиков». Ну, или же две выскочки.  По середине поля стояла я и, кажется, Энни. Мы подошли ближе друг к другу. Девушка сурово посмотрела на меня, будто в ожидании чего-то. Ривай учил меня драться сколько его помню. И один раз, я даже смогла уложить его на лопатки. Я, лично, считаю что это довольно не плохой результат, учитывая то что он был намного опытнее и, безоговорочно, сильнее меня физически. Подозреваю, что морально тоже, но сейчас не об этом.  Я вздохнула. Неужели сейчас надо будет все-таки драться с Энни? Мы даже близко не были друзьями, и впервые увидели друг друг только вчера. Но, как не крути, мы с ней будем товарищами три года. А то и больше, если она тоже пойдет в разведку. Хотя, насколько я знаю, она собирается пойти в военную полицию. К нам подошел Кис Шадис. Он хмуро обвел нас своими глазами. Что, не ожидал что девочки тоже умеют быть сильными?  – Ну, чего стоите? – начал он – Нападайте! Покажите все что умеете. Только, дамы, останьтесь в волосами и вашими смазливыми лицами – Мужчина отошел назад, освобождая нам метров десять пространства. Все кадеты столпились вокруг нас, в ожидании «шоу».  Ждать пока Энни разчехлиться и решит что делать, я не буду, и нападаю первой. Девушка удачно увернулась от моей атаки, и попробовала повалить меня на землю, сделав подсечку. Мне, каким-то образом, получилось перевернуться у нее в руках и по инерции перевернуть саму Энни. Я грубо уронила ее на землю, выбивая весь воздух из ее легких. Я села на девушку, придавливая ее своим весом, чтобы не убежала и не брыкалась. В ожидании свистка, мы обе смотрели друг на друга, глубоко дыша.  На этом моменте, по правилам каждой уличной, и не только, драки, я бы должна была начать бить ей лицо, и не только. Но я не буду, ведь, мы не в настоящим бою. И она в каком-то роде мой товарищ. А ну, напоследок, Шадис сказал без мордобоя. Я поднялась на землю, подавая руку Энни и помогая ей подняться. Она смутилась, но мой жест приняла.  – Ты первая кто смог меня уложить, – констатировала она – Кто тебя учил? Мои глаза немного расширились в удивлении. Это все на что способны люди из верхнего мира? Я же буквально ничего не сделала! Нет, я, конечно, понимаю что здесь не нужно биться за кусок еды каждый божий день. Но если ты собираешься пойти в войско, то надо хотя-бы что-то уметь.  – Друг – медленно сказала я – друг учил.  – Друг, значит – хмыкнула Энни скрестив руки на груди – Интересный у тебя друг, Диана. Небось, служит где-нибудь, да? – с некой агрессией в голосе сказала она.  – Небось – ответила я, не зная что добавить. Почему Энни резко стала такой… злой? Девушка отошла назад в строй, как и я. Голубые глаза так и сверлили спину грозным взглядом. Неужели я пошатнула ее самолюбие? Неужели ледяные глаза дали трещину? Я ни в коем случае не желала Энни зла, нет. Я же даже не знаю ее.  Все солдаты разделились на пары, и пока-что смотрели на Шадиса и манекен. Последний был изрядно потаскан жизнью и  порван в нескольких местах. Наш командир начал показывать как правильно сгруппироваться и держать стойку. Легкотня. Я уже это умею. Все, что он показывал я уже умела. Не интересно. Скучно. Думаю, если б попросили, то я бы смогла уложить Шадиса.  Следующую часть дня нас учили рукопашному бою, показывая разные приемы, захваты и стойки чтобы закрыть лицо. Я была в паре с Аней. Может, я смогу ее чему-то научить, чтобы ей потом было проще. Мы с ней «боролись» где-то полчасика, ведь потом всех кадетов созвали на обед.  Вновь нас кормили картошкой с долькой помидора и убийственным киселем. Хотя бы водички дали, вместо этой «смеси», ну ей-богу. Поели. Попили. Отдохнули полчасика и опять на тренировку. На этот раз всех привели к тем балкам, которые я видела когда только приехала. Кадетов поделили на пять групп по десять человек. Мне повезло, и я попала в группу с Микасой. Отлично, сама по себе не буду.  – Сейчас будет последнее испытание, – громко сказал Кис Шадис – На усвоение УПМ вам будет дано три дня свободных тренировок. Кто не сможет освоить это устройство – вылетает. Тренируйтесь сами, следующие три дня вся ответственность на вас, и пендаля под зад от офицеров не ждите.  Точно! Так вот для чего нужны были эти балки и веревки – УПМ! Ривай на нем летал в Подземном городе. Понятия не имею откуда он смог его достать, но, помню, он даже меня пытался научить. Так, стоп. Почему я так часто стала про него думать? За этот день уже два раза вспомнила. Это же не дело, я так с ума сойду. Не знаю когда его увижу, и это не знание очень раздражает.  Первая из нашей группки пробовать новое устройство решилась Микаса. Она уверенно подошла к свисающим ремням, закрепляя их на себе. Ее подняли в воздух, где-то на метр в высоту. Она немного поежилась, стараясь сохранить равновесие, и уже через несколько секунд спокойно телепала ногами в воздухе, будто сидя на качеле.   За Микасой последовала какая-то девушка. Она была высокого роста, и у нее были длинные русые волосы. Она закрепила ремни на себе, и не совсем уверенно попросила поднять ее. Провисела секунд, наверное, пять, и упала лицом вниз. Поежилась, и кое как поднялась. Равновесие удержать так и не удалось, и девушка ушла в конец очереди. Следующая была я. Я медленно подошла к свивающим тросам, веревкам и ремням, закрепив их на себе. Параллельно с этим, пытаюсь вспомнить, что говорил Ривай когда учил меня летать на УПМ. Ух, давно же это было. «Главное – не напрягаться. Просто расслабь тело и отпусти землю. Не бойся, ты не упадешь, я словлю тебя» – вспыхнули его слова в голове. Интересно, а он до сих пор такой добрый и заботливый?  – Поднимайте, – спокойно, но все же немного взволнованно сказала я.  Меня подняли в воздух. Я наблюдала за тем как мои ноги оторвались от земли. Было страшно, но мне понравилось. И Ривай оказался прав, – как и всегда – все что нужно, это расслабиться и не бояться. Я провела в таком положении где-то секунд тридцать, прежде чем меня пустили назад на землю. Я сняла с себя ремни и отошла в конец очереди. Почему все так странно на меня смотрят?  – Как это понимать? – шепнула мне Микаса, когда остальные уже забыли обо мне – Вы в Подземном городе, там, вместо ног УПМ используете?  – В смысле? – я не понимаю, что такого только что произошло. Подумаешь, не упала. Микаса, вон, тоже неплохо справилась, её же не допрашивали.  – Что-то ты слишком умело управилась с тренажером, Диана – твердо и с подозрением в голосе сказала Аккерман. Хм, вдруг они с Риваем родственники? Фамилия одинаковая, да и внешне они, судя по моей памяти, похожи. Надо будет у него спросить, когда, наконец, уже его. Нет, стоп; это уже пятый раз я о нем думаю за сегодня. На пять лет вперед уже надумала, не дело это!  *** Прошёл год обучения в кадетском корпусе. Те «испытания» на УПМ провалили почти все, и на следующие три года осталась я, Аня, Микаса, Эрен, Армин, Жан, Конни, Саша, Райнер, Бертольд, Энни, Имир и Криста. Того и всего, тринадцать человек на целых, как тогда казалось, долгих три года. Мы все сдружились уже через две недели, и в каком-то роде стали семьей. Аня и Микаса стали мне как сестры за этот год, и мы всё делали вместе, несмотря на непростой характер каждой.  Про Ривая я стараюсь не вспоминать, ведь так будет сложнее сфокусироваться на тренировках. А как бы мне не хотелось, это сейчас в приоритете. И всё таки, хорошо что он меня хоть чему-то научил, ведь я всегда побеждала в спаррингах. Даже Райнера, который вдвое больше меня! Я могла легко перекинуть каждого из своего отряда через плечо, больно уронив на землю. Да и на УПМ летать было в удовольствие! Приятно когда ветер обдувает кожу, а ты на бешеной скорости несёшься вперёд.  Тренировки проходили ежедневно. Мы все никак не могли привыкнуть к интенсивности, и уже на обеде лежали на столе, вместо того чтобы есть. Вставали мы рано: в шесть утра. Нам давался час, чтобы одеться, умыться. Потом завтрак, и уже в семь тридцать начинались тренировки. Пробежка уже не казалась такой страшной. По крайней мере, я привыкла. После пробежки мы делились по парам и учили новые приемы друг на друге. Затем, часа через два-три, нам разрешали отдохнуть полчаса. Потом все шли в аудиторию, где нам рассказывали о титанах, их особенностях и уязвимых местах. На этих «уроках» иногда было скучно, и я позволяла себя поспать. После занятий и рассказов о титанах шёл обед. Мои самые любимые части дня были тренировки на УПМ. Поначалу нас учили как пользоваться приводом, а позже, добавили клинки. Летали мы по небольшому леску неподалёку. Через месяц практики, на деревья стали вешать пример кожи титанов. Эти тренажеры были одной из самых важных частей всего обучения. Если не сдашь на отлично – солдатом тебе не стать, ведь смысл иметь воина, не умеющего убивать гигантов.  *** Мужчинах хмурился. Он постучал в дверь начальника, зайдя вовнутрь. Блондин сидел за столом, в ожидании. Он запустил пальцы в волосы, поправляя причёску. Командор переложил папку на другой угол стола и, наконец, перевёл свой взгляд на капрала. Тот стоял в дверном проеме, скрестив руки на груди, недовольно хмурясь. Капрал всегда был мрачным, в разведке его все остерегались, и даже боялись.  – Эрвин, – недовольно начал вышеупомянутый – Ты же не забыл что мы сегодня едем в кадетский корпус?  – Нет, Леви, не забыл – командор встал с кресла, накидывая плащ.  Сегодня был тот самый день, когда двое из каждого типа военных сил приезжали в кадетский корпус в секрете от самих кадетов, и наблюдали за их тренировками, выбирая тех, кого хотят в свои ряды. Конечно, куда кто пойдет зависело от выбора самих солдат, но, например, если военная полиция кого-то приметит, то этому человек дадут дополнительные баллы, чтобы войти в десятку лучших. По прибытию в кадетский корпус, разведчиков провел вовнутрь Шадис, раздавая им папки с небольшим досье на каждого из будущих военных. Перед началом тренировки, всех командиров и офицеров попросили ознакомиться с каждым кадетом, базируясь на информации из папки. Леви и Эрвин поделили стопку почти поровну, но первому досталось на одного человека больше.  Предпоследняя: «Армин Арлерт. Родом из Шиганшины. Способный и старательный, но слабый ученик. Все силы парнишки таятся в голове. Для него, сделать план по захвату группки титанов – как два пальца об асфальт! Армин прирожденный стратег, и быстро мыслит. Этот парень никогда не предаст своих друзей, и всегда придет на помощь». Вот он бы в разведке пригодился бы. Особенно на обсуждении вылазки за стену, но не за самой стеной. Так считал Аккерман. Последняя. Руки капрала Леви похолодели, как только он увидел фото девушки. «Диана-Одри Аккер. Родом из Подземного города. Идеальный боец, несмотря на свое происхождение. Отлично управляется в работе с УПМ, рукопашном бою, быстро соображает и довольно выносливая. Она веселая, добрая и не оборачивается к своему прошлому». Леви проморгался несколько раз. Черт возьми. Эти, до боли знакомые, голубые глаза с фотографии так и сверлили его. Да, фото было черно-белое, но мужчина прекрасно помнил цвет ее глаз. И эта неугасаемая детская надежда, и наивность, переполняющая их. Он потер переносицу. Нельзя. Нельзя брать ее в разведку. Слишком опасно для Дианы. – Вот эту точно в военную полицию или гарнизон – промолвил он – Только посмотрите на этот детский взгляд. Ей за стены категорически нельзя, а у нас она погибнет еще до первой вылазки.   – Леви, – начал Дот Пиксис – не будь так категоричен.  – Вспомни себя, когда только заступал в наши ряды – фыркнул Эрвин – всего шесть лет назад ты еще был таким зеленым, а сейчас сильнейший воин человечества.  Внутри Леви все сжалось, хоть снаружи по его лицу это было не понятно. Он чувствовал вину, за то что не смог взять Диану с собой в тот день. Он бросил ребенка на произвол судьбы. Поступил прямо как Кенни. Аккерману запретили соваться в Подземный город, ради того чтобы сохранить мирную обстановку, насколько это возможно. Он не мог ее забрать, и пришлось похоронить девушку у себя в голове навсегда. А сейчас, вот она, живая, здоровая. Учиться в кадетском корпусе. Хотелось подбежать к ней, и начать извиняться, аж пока не останется сил издать и звук. Но это не подходит его имиджу.  Он подошел к окну. Все солдаты уже собрались на тренировочном поле, в ожидании команды бежать, в виде свистка. Тёмно-синие глаза быстро нашли до боли знакомую макушку. Она разговаривала с какой-то блондинкой. «Уже друзей себе нашла» – Леви ухмыльнулся про себя. И все же, он скривился, чтобы не подставлять свои ранние слова под сомнения. Она выглядела такой беззаботной. Даже счастливой.  — Леви, что с тобой? — голос Эрвина вывел его из мыслей. — Ничего, — буркнул Аккерман, отводя взгляд от окна и вновь глядя на Смита – Не ищи подвоха там, где его нету. Но внутри всё кипело. Теперь, когда он знал, что Диана здесь, всё стало сложнее. Он не мог позволить ей пойти в разведку, нет. Слишком не безопасно. Но он понимал, что, если она до сих пор та, кого он помнит, — упрямая, дерзкая и свободолюбивая — удержать её желание будет почти невозможно. Его дыхание участилось, когда она обернулась. Диана почувствовала как её сверлят тёмные глаза, приносящие необъяснимое волнение. Аккерман отошел от окна, чтобы остаться незамеченным ею, но взгляду не оторвал. Леви налил себе кружку чая, усаживаясь в кресле около окна, наблюдая за людьми внизу, будто за добычей.  Еще утром, этот день обещал быть долгим и скучным, но сейчас, когда он её увидел, хотелось остаться у Шадиса в кабинете и наблюдать за ней. «Прошло шесть лет, а помнит ли она меня?» – подумал разведчик – «Волосы обрезала…».  Пробежка закончилась, и кадеты собрались на тренировочном поле, вновь ожидая свисток. Все уже автоматически, по привычке, по поделились на пары, только какой-то брюнет был с Кисом. Диана встала в пару к Райнеру. Это выглядело так, будто она шла на самоубийство. Всё равно, что пытаться убить титана камушком. Командиры подошли к окну ближе, чтобы было видно. Почти все смотрели на Шадиса и парнишку рядом. Но не Леви. Он наблюдал за брюнеткой. Она о чем-то разговаривала со своим партнёром по спаррингу, весело смеясь. Казалось, даже, что ее звонкий смех донесся до командиров внутри корпуса. Ривай недовольно фыркнул, стараясь не пробить стену кулаком. Он был зол на себя. И на судьбу. Нельзя было ее так оставлять, но все случилось слишком быстро. Он не смог ее забрать.  Через приоткрытое окно послышался звук падения кого-то или чего-то тяжелого на землю. Эрвин кинул свой взгляд на улицу, в потом на всех, кто был в комнате. В его голубых, как небо, глазах читалась непонятная гордость. Ну да, маленькая, хрупкая девушка только что грубо кинула на землю громоздкого парня, вдвое больше ее самой. Из окна послышался свисток, и вышеупомянутая подошла к их тренеру, чтобы показать всем, что за прием она использовала.  «Ладно, все-таки пять лет, которые я учил ее как выжить не прошли зря» – подумал Ривай и уже заметно ухмыльнулся. Был горд собой. И ею, но он бы никогда не признал бы этого. У них с Дианой были странные отношения. Вроде бы друзья, а вроде бы он просто учил ее как выжить в Подземном городе. Вроде бы они по-своему заботились друг о друге, а вроде бы ее скинули на его плечи и жестко поставили перед фактом, что теперь Диана – обязанность Ривая. И все же, они оба больше склонялись к тому что они друзья.  *** Двое мужчин ехали через лес. Верхом на конях, разведчики преодолели не первый километр, в гнетущей тишине. На языке командора так и вертелся вопрос, но он выжидал того самого момента, когда можно было бы правильно подать это блюдо. Эрвин привык говорить прямо, и никогда не хранил ничего от своих подчиненных. Особенно от Леви, ведь тот и так видел его почти насквозь, и смысла таить что-то, просто не было. Блондин догнал своего коллегу.  – Это была она, не так ли, Леви? – все же спросил его Смит. Даже не называя имени девушки, можно было наблюдать за тем, как напрягся Аккерман. Он не любил обсуждать это с Эрвином, ведь винил его в том, что в тот день не смог забрать Диану с собой. Винил, но никогда бы не признал, и не предъявил бы другу ничего за это.  – Была – кратко ответил капрал, глядя вперед. Он слегка ускорился, не желая продолжать разговор. Эрвин и настаивать не будет, ведь ему было лишь нужно подтверждение его теории, да и всего. Теперь командор имел представление о той, кто был единственным человеком, за которого Леви был готов рвать и метать. Теперь Смит знал, кого просил взять с собой Ривай в их первую встречу.