Никому ни слова, понял?

—...да влёгкую мы хоть кого угодно прихлопнем, тебе стоит смотреть на вещи позитивнее, Крис. Всё-таки мы с тобой в одной лодке находимся и я не потерплю, чтобы кто-то мешал мне своим угрюмым настроем. — Закончила свой довольно долгий монолог Сьюзи, закинув руки за голову, приняв точно ту же позу, в которой она уходила от Криса и Ральзея, разбив витраж с пророчеством. — Ну и чего молчишь, нечего теперь-то возразить? Крис не сводил взгляда с водной глади реки и лишь кивнул, поправляя рукой волосы так, чтобы они закрывали его глаза от нещадно слепящего его солнца. —Ну вот, Крис! И нечего со мной более спорить. — Горделиво произнесла Сьюзи, показав свои клыки на несколько секунд и расплываясь в широкой улыбке. Крис лишь подпёр рукой свою голову, продолжаю смотреть на мирно текущую воду. Он ничего не хотел говорить своей боевой подруге. Да и что было ему говорить? Она в любом случае в таком состоянии, что пусть и по приколу, но подколет Крису, а ему этого за весь долгий день в тёмном мире хватило по уши, как и, наверное, Ральзею. —Ну и чего в молчанку играем? — Фиолетовая девчонка уселась рядом с Крисом и попыталась посмотреть ему в глаза, наклонив голову. — Обиделся? Пффть, о Ангел, твой характер временами даже не идёт ни в какое сравнение с характером Бёрдли, и не думай что я вот прям щас говорю что в положительном ключе. —Я просто... думаю, — наконец ответил Крис, — как мне вернуться домой. Я не хочу больше её видеть, не хочу, чёрт возьми! Сьюзи перевела взгляд на воду, не зная, что ответить. Она понимала, насколько большая и насколько чёрная кошка пробежала между Ториэль и Крисом. Она понимала и хотела помочь, но не могла. У неё не было опыта, не было достаточной эмоциональной зрелости. В схожей ситуации она бы заперлась в своей комнате или ушла бы слоняться по улицам, но что посоветовать Крису? Он совсем другой. —Знаешь, лучше просто заигнорируй её. Просто пойди в свою спальню и... — Сьюзи замолчала, увидев слёзы на глазах парня. — Крис? Эм... Динозавриха положила свою могучую руку на плечи друга и постаралась прижать к себе так, как могла. Конечно, успокаивать она никогда не умела, да и не приходилось ей так делать никогда. —Если так не хочешь идти домой — сходи к Ноэлль, — утирая слёзы Криса, тихим голосом сказала Сьюзи, — а я тебя провожу... Но только до ворот, а то сам знаешь... Она имела ввиду Кэрол и тот небольшой инцидент, что произошёл в доме Холидеев не так уж и давно, чтобы стереться из памяти. Хотя, такое не стирается. Сьюзи протянула Крису руку и помогла ему подняться с земли, после чего отряхнула его брюки и улыбнулась, как смогла, во все свои множественные динозавровые зубы, после чего она медленно пошла рядом с ним, а не за ним, как обычно. Хоумтаун был пустым. Быть может, кто-то смотрел телевизор, готовился ко сну, а, быть может, уже и вовсе спал, но на улице не было ни души. Путь до особняка Холидеев казался длинным, слишком длинным и долгим, чтобы его можно было пройти до наступления кромешной тьмы. Сьюзи молчала, уперев свой взгляд в асфальт, не зная, что в принципе сказать и как нарушить эту напряжённую атмосферу. Также молча оставила она и Криса перед воротами, лишь коротко попрощавшись с ним и улыбнувшись вслед. Она тоже не хотела идти домой. Она хотела, чтобы тот миг на берегу реки был вечным. Человек взглянул на ворота и аккуратно толкнул их своей рукой — они оказались не запертыми. Он прошёл на участок и поглядел на окнах — на них не горел свет, что говорило либо о том, что Холидеи уже спят, либо о том, что дома никого нет. Ноэлль что-то говорила про какую-то поездку на фестивале, но что именно — Крис уже и не помнил, да и не особо хотел рыться в памяти прямо сейчас. Он подошёл к двери и толкнул уже её, только вот уже она оказалась запертой. Дриимурр помялся на пороге, огляделся, посмотрел в окна, и, собрав все свои силы в кулак, нажал на дверной звонок. В ответ — тишина, неужели все спя... Дверь распахнулась. На пороге стоял изрядно уставший, всё ещё не отошедший от тяжёлой болезни Рудольф, одетый в свой типичный свитер и красные брюки, которые, как казалось в тусклом освещении, уже были изрядно выцветшими. —К-Крис? — Удивлённо спросил Руди, смотря на неожиданного гостя, и нагнулся вперёд. — Что ты здесь забыл таааак поздно? Однако Крис замер, словно олень перед фурой. Рудольф был пьян, и из его рта виски несло за несколько метров. Невольно в голове Криса всплывали воспоминания о тех вечерах, когда они с Азгором распивали спиртное на кухне дома Дриимурров, громко разговаривая и смеясь, не давая Крису и Азриэлю спать. Затем они обычно докапывались до них, задавая какие-то совершенно дурацкие вопросы и смеясь над каждым их ответом... Ужасное время, ужасные воспоминания, благо это было не так регулярно. —Ну чегоо ты топчешься, Крис? — Всё также запинаясь, произнёс Руди. — Зах-ходи в дом, ты же знаешь, что тебе тут всегда рады. Крис, постояв на пороге ещё секунд с 5, вошёл в дом вслед за качающимся от количества алкоголя в крови оленем, закрывая за собой дверь на два оборота ключа. Так как в коридоре не было никакого желания оставаться, человек пошёл вглубь дома, желая незаметно прошмыгнуть мимо пьяного друга семьи, который устроился на диване перед телевизором. —Эй, Крис! Иди-к сюды! — Окликнул подростка Руди, похлопывая по дивану рядом с собой. — Поговорим хоть, ну, как умеем, как любим! У Криса совершенно не было желания даже на расстояние пушечного.. да что там, бластерного выстрела подходить к пьяному оленю, но, понимая, что гневать монстра с настолько большим количеством алкоголя в крови лучше не стоит, он подошёл к дивану, но садиться не стал, ограничившись лишь парой метров дистанции от хозяина дома. —Вот как дела у тебя, Рождество Кристово? — Отхлёбывая виски из гранёного стакана и чуть не захлёбываясь от дебильного смеха с собственной же шутки, спросил Рудольф. — Одни F-ки, даа? Ха-ха, тебе бы не помешало позаниматься с Ноэлль, она такая умница у меня... —Где Ноэлль? — Тихонько промямлил Крис. —Ааа.. Что? —Я спрашиваю, где Ноэлль? Я был бы не прочь воспользоваться предложе... —Она уехала вместе с Кэрол во Флориду и вряд-ли вернётся в ближайшие дни, так что облом, Дриимурр! Эх, Кэрол... Ты бы знал какой она была в молодости! Вот как ты на Десембер смотришь, так и я вот на неё смотрел, она прям ну вот прям дааа была! Эх, как молоды мы были, и как молодого хочется! Крис отошёл на пару шагов от оленя, с некоторым испугом смотря на него. Он казался куда более расшатанным, куда более пьяным, чем Крис мог вспомнить. Однако больше он не мог двигаться. Он снова замер в страхе, что переполнял его. Он не боялся Спамтона НЕО, не боялся сражаться с Рыцарем, Эрамом, Джевилом и многими другими, но вот теперь его сковал самый настоящий страх. —Крииис... Ты ведь молодой такой, не помооожешь ли ты дяде Рудольфу немножечко... Вспомнить своё прошлое? Крис отрицательно замотал головой, он хотел сдвинуться, но не мог пошевелиться. Похоже, это передалось ему от Ноэлль. Правду говорят, с кем поведёшься... Однако это не остановило Руди, он взял человека за запястье и потащил куда-то наверх, стараясь не заплестись в собственных же ногах, хоть те и с трудом его слушались. Крис пытался вырваться, но хватка оленя оказалась неожиданно крепкой, чтобы можно было вырваться, тем более такому слабому, а к тому же и практически мертвецки уставшему. Минул второй этаж, минул дверной проём и Крис оказался на кровати Холидеев-старших. Где-то в глубине души он надеялся, что Рудольф привёл его сюда, чтобы человек смог отоспаться и на утро пойти домой, однако же тот лишь закрыл дверь и снял свой свитер. —Знаешь ли, с тех пор, как Кэрол стала мэром, у меня... — Руди замолчал на секунду, пытаясь сглотнуть и вдохнуть. — У меня воообще не было перепихона. Знаешь, прям такого знааатного, чтобы прямо наслаждение было. И я надеюсь, ты не будешь против, если я... Рудольф снял свои штаны, обнажив свой уже несколько начавший наливаться кровью член, аккуратно, как мог в нетрезвом виде, сложил их, повесил на кресло, толкнул Криса на кровать так, чтобы парень перевернулся на живот, и улёгся на него, заключая в свои не очень то и заботливые объятия. —Если я использую тебя, чтобы разрядиться... — Закончил олень свои пьяные оправдания. Сердце Криса забилось быстрее, он попытался вырваться, но в наказание за такую наглость Рудольф ударил его по спине кулаком несколько раз, заставив парня скулить от боли. Он не хотел этого. Он не хотел быть использованным. Он не хотел даже думать о соитии... —Посуди сам, Крис, — стягивая со своего невольного партнёра одежду, продолжил оправдываться Руди, — не насиловать же мне собственную дочь... Ты делаешь большооое дело перед Холидеями, и, поверь мне, я твой должник... —Отъебись! Рудольф отвесил пощёчину Крису, отчего тот снова начал скулить. —Ты как со взрослыми разговариваешь, человеческое дитя?! Ладно, если не хочешь по-хорошему... Олень шлёпнул парня по его довольно плотной и упругой жопке и, подключив вторую руку, раздвинул её, открыв себе вид на его анус. Рудольф попробовал пристыковать свой практически полностью вставший член к аналу Криса. Раз — осечка, два — выскользнул, три — не попал вовсе. Разозлившись, Холидей ещё несколько раз ударил пытающегося слинять Криса, после чего сунул в его попку палец, а за ним и второй, измеряя вместимость. —Пхех, какой чистый и какой узкий... Я определённо тут надолго, ты мне нравишься, человек дляяяя ебли! От проникновения Крис невольно застонал от пронзившей его боли. Ему никогда не приходилось принимать что-то в себя, да и желания особо не было. Он не хотел всего этого. Ему было больно. Он просто хотел домой, хотел вернуться к Ториэль, зарыться носом в её пушистый мех и извиниться. сотню... нет, тысячу раз, чтобы она его простила, накормила ирисковым пирогом и уложила спать, как в детстве... От мыслей парня оторвал очередной шлепок по его жопке и проскользнувший внутрь третий палец, который, помимо своего там нахождения, принялся ещё и ходить туда-сюда... Да, нотки чего-то приятного проскальзывали этого, но они тонули в океане боли, как физической, так и начавшей нарастать душевной. Это была особая боль, боль от унижения, от того, что Криса имеют, как последнюю сучку. —Р-Руди, п-прекрати, пожа-алуйста!.. — чуть ли не захлёбываясь собственными слезами, начал умолять Крис. — Мне больно, не... не надо! —Умоляй. Крис получил удар в бок, довольно сильный и хлёсткий, чтобы на пару секунд заглушить боль в кишке. —Умоляй, но помни, что это бесполезно. Рудольф высунул пальцы и, немного поводив рукой по своему члену, всё-таки вставил кончик оного при помощи рук в анальное отверстие Криса, сразу же начав углубляться в глубины парня. Дриимурр впился пальцами в кровать и начал кричать от боли, что доставляло это проникновение. С каждым сантиметром вглубь то, насколько ужасно чувствовала себя его прямая кишка, росло в геометрической прогрессии, и уже только на середине члена это стало попросту невыносимым. Крис бормотал что-то нечленораздельное сквозь слёзы, крики и стоны, когда Руди одним рывком вставил свой член до конца, после чего улёгся на человека, немного потираясь своим членом об стенки кишечника Криса. От столь глубинной процедуры Крис буквально взвыл, без слов моля прекратить это, однако же оленю было наплевать. Он принялся трахать человека, словно последнюю сучку, сразу агрессивно продалбывая себе путь в глубины. —Ахх... Ты такой... Узззкий... Ты так приятно сжимааешь мой член, даа, бери его полностью... С каждым толчком Рудольф, казалось, всё больше разгонялся, в то время как Крис стонал в подушку, в которую олень и уткнул его лицом, положив руку на голову. С каждым толчком Крису казалось, что из него выпихивают душу, что он теряет её по маленьким кусочкам, и как на смену ей приходит пустота. Слёзы текли сами по себе, однако же сам Крис уже и не пытался ни выбраться, ни позвать на помощь. Он понимал, что никто не придёт и никто не поможет ему. Понимал, что никто не стащит с него сошедшего с ума от алкоголя соседа, который разрабатывает его анал так грубо, как не разрабатывают шахту. Он словно разрывалсяя изнутри, однако же это было ничем перед осознанием вышеуказанной беспомощности. Оставалось лишь принять свою судьбу. Рудольф снова вставил как можно глубже и перестал тыркаться, лишь наслаждаясь от узости своего невольного партнёра. Его член пульсировал, и Крис чувствовал эти пульсации едва ли не всем своим телом, и тело его не хотело отзываться на это, понимая полную неестественность такого союза как природным, так и сознательным. Ещё пара контрольных тычков — и сперма полилась в нутро парня характерными толчками, а сам Руди, судя по сладостному стону сверху, испытал нехилый оргазм, изливаясь в узкую дырочку Криса. —Крисси, тебе понравилось? Однако Крис не ответил. Он чувствовал лишь пустоту, как то, что некогда было внутри него красным сердцем, словно исчезло, оставив его пустым. Хотелось плакать, хотелось кричать, но не было сил даже нормально набрать в грудь воздуха, не говоря уже обо всём этом. Наконец, слив всё, Рудольф высунул свой член из Криса и перевернул его на спину, глядя в глаза. На секунду олень засомневался в правильности своих действий и даже, быть может, глядя на то, как из жопки сына его лучшего друга вытекает его же, Рудольфа, спермы, он задумался о том, что творит, но похоть оказалась сильнее. Он приоткрыл рот Криса и, прислонив к нему кончик своего члена, принялся ожесточённо стимулировать себя, используя рот парня, чтобы стимулировать кончик. —Эй, работай язычком! — Приказал Руди Крису, в качестве мотивации ударив его по плечу. Крис, поглядев на олений пенис, а затем и на его обладателя, зажмурил глаза и принялся нализывать кончик оного. От первого же лизька его затошнило и он хотел отдёрнуть голову, но сзади подушка была слишком жёсткой для этого, поэтому ему пришлось продолжать. Вкус был абсолютно ужасен и Крис едва мог сдерживать рвоту, дабы его "партнёр" не перешёл в режим берсеркера, который не оставит в нём ни одной целой косточки, как он обещал сделать с Бёрдли. Не было выхода, оттого Крис и продолжал, совершенно без какого-либо энтузиазма. Продолжал ровно до той поры, пока Руди не решился насадить глотку парня на свой член и дёрнулся, заняв им весь рот человека, которого оттого затошнило ещё сильнее. Однако же Рудольф даже и не думал о том, как может быть его "куску мяса для спаривания", он вошёл во вкус и начал трахать Криса уже в рот, всё также грубо и бесцеремонно. Из глаз парня вновь полились слёзы, а количество вырабатываемой слюны превысило критический лимит, начав вытекать через рот, а при тычках так и вовсе некоторые капли вылетали через нос, оставляя Крису характерную "бородку" из мокрых следов на его лице. Человек практически не мог дышать, он начал бить кулаком по животу Рудольфа, однако это вовсе не помогало, а, наоборот, обернулось лишь сильным подзатыльником, волна от которого дошла до глаз и вовсе насадила горло Криса на член оленя. В ту же секунду парень высунул член из своей глотки, сделав это рефлекторно, в то время как Руди при таком раскладе излился ему на лицо, попадая и в глаза, и в рот, и на грудь. От вкуса спермы Криса затошнило пуще прежнего и он выплюнул её, добавив к той, что попала на подбородок и грудь. —Так тоже пойдёт... — ухмыляясь и укладываясь на кровать, сказал Рудольф. — Знаешь, а ты многим лучше Кэрол... Не хочешь стать моим любовником, Крисссс?... От такого предложения Крис задрожал. Он больше не мог сдерживать гадкое ощущение на месте, где раньше была его душа. Он встал, прошёл пару шагов и его вырвало прямо на досчатый паркет. Парень так больше не мог. Второй позыв рвоты окончательно прочистил его желудок, после чего Крис в бессилии просто лёг на кровать Холидеев, свернувшись в позу эмбриона, не сдерживая и вновь начавшие течь слёзы. Слишком. Больно. —Не бойся, Крис. — неожиданно заботливым, будто на секунду потерявшим всё пьяное сумасшествие голосом произнёс Рудольф. — Я уберу. Однако же затем он вновь раскрыл жопку Криса и вставил кончик своего члена. — Не расслабляйся. У нас впереди ещё вся ночь... *** Прошло несколько часов. Действительно, уже наступал рассвет. Однако, Крис потерял счёт времени ещё до того, как Солнце полностью скрылось за горизонтом. Он и не считал, сколько раз Рудольф использовал его тело для собственного удовлетворения. Ему уже было неважно, что Рудольф напоил вискарём и его. Неважно, что начало мучать похмелье. Крис уже не чувствовал ничего, кроме раздирающей его сердце боли. Он лишь лежал лицом к окну, встречая очередное утро, очередной рассвет, что играл своими ранними лучиками с кончиками волос его чёлки. Лежал, ибо ни на что более сил уже не было.