Персональный менеджер

      Вредный менеджер предложил модели какую-то странную игру: он разрешил принимать ванну вместе, но запретил прикасаться к себе, пока они не дойдут до постели. Это было похоже на тест на выносливость.              Кант уже сидел с нахмуренными бровями и стиснутыми зубами. Ему до безумия хотелось обнять, поцеловать и буквально “впитать” в себя этого парня.       – Дойдем до кровати, тебе несдобровать, – сорвалось с губ обещание наказания.              Кант решил, во что бы то ни стало, дотерпеть до этого момента.       – Потише, не горячись так, – подразнил Гил.       Высокий парень хищно улыбнулся. Уж точно не он один здесь терял самообладание.              Как только мозг обработал план действий, Кант приступил к операции. Он стремительно стянул футболку, а затем и брюки.              Раз Гил забронировал место в самой ванне, Кант решил “застолбить” территорию рядом.       Глаза Гила округлились, когда он увидел, что на Канте остались только боксеры.              Массивные руки открыли душ, и когда струи воды начали омывать это мускулистое тело, тонкая ткань белья, скрывавшая самое сокровенное, намокла и стала полупрозрачной.              Гил не мог заставить себя даже моргнуть.              – Иди ко мне, помоемся вместе, – низким голосом проговорил Кант с лукавой улыбкой, заметив, как чистые щеки менеджера начали наливаться румянцем.              – Мы договорились – без прикосновений. Что, уже не терпится? – улыбнулся в ответ Гил.              Еще неизвестно, кто из них мучился сильнее и кто на самом деле хотел первым броситься в объятия.       – Я даю тебе всего пять минут на то, чтобы отмокнуть в воде.       – С ума сошел? Я в обычном душе дольше стою! – тут же возразил Гил.       – Тогда поторопись. Если будешь так на меня пялиться, когда мы вообще перейдем к сексу?       – Я просто хочу, чтобы от меня вкусно пахло. Дай мне немного времени в пене. Я хочу, чтобы кое-кто обнимал и целовал меня всю ночь.       – От тебя и так всегда пахнет потрясающе. Тебе даже стараться не надо, я и так схожу с ума по твоему запаху. Иногда мне кажется, не сделал ли ты на меня приворот? *(прим. пер.: Tham-sa-ne (ทำเสน่ห์) – дословно «сотворить обаяние/шарм». В тайской культуре это понятие означает использование любовной магии, приворота или магических масел, чтобы привязать к себе человека. Кант в шутку (но с долей правды) спрашивает, не приворожил ли его Гил, раз он так сильно к нему тянется).       – Да, я тебя приворожил, – широко улыбнулся симпатичный менеджер.       Тонкие пальцы медленно начали расстегивать верхнюю пуговицу рубашки. Дойдя до второй, Гил поднял свои влажные, подернутые томной дымкой глаза на стоящего под душем Канта и прикусил нижнюю губу. Это была откровенная провокация. Ткань рубашки медленно сползла с красивых плеч, обнажая нежную кожу. Гил не торопился, снимая кремовые брюки-дудочки.              Каждое его движение было настолько томительно-медленным, что Канту хотелось самому подойти и сорвать с него одежду.       “Терпи!” – приказал он себе.              Нужно дождаться кровати, как того хотел этот чертенок.       Сегодня на Гиле было черное белье, которое резко контрастировало с его очень белой кожей.              Кант громко сглотнул, в очередной раз задаваясь вопросом: сможет ли он действительно сдержаться и не наброситься на своего менеджера прямо сейчас?              – Как же хорошо... – сладко пробормотал Гил, погружаясь в ванну.              Запах выбранной им бомбочки для ванны был невероятно нежным.              Кант сосредоточился на мытье, стараясь ускорить время.              Если они будут и дальше так переглядываться, когда же он, наконец, доберется до этого парня?              Последняя преграда в виде белья была сброшена, обнажая его мужское достоинство, и, конечно же, при каждом движении Кант ловил на себе пристальный взгляд Гила.       Ого! – вскрикнул Гил про себя.              Вид полностью обнаженного Канта заставил его ерзать в воде.              – Я очень спешу, и тебе бы тоже стоило поторопиться.              Кант начал активно намыливаться.       – М-м...              Гил, который изначально планировал мучить Канта долгим приемом ванны, сам начал сдаваться. Теперь он сам хотел, чтобы это сильное тело поскорее прижало его к себе.       Он приподнял бедра над водой, стянул плавки и перекинул их через край ванны, принимаясь ласкать свое тело мочалкой.       – М-м... – низкий стон донесся со стороны, заставив Гила обернуться.       – Пи... – он потерял дар речи.       Кант стоял совсем рядом и, не таясь, ласкал себя рукой. Он еще не закончил душ, но его рука уже ритмично двигалась, и Гил видел, как то, что этой ночью должен войти в него, становится всё больше.              От одной мысли об этом по телу пробежала волна возбуждения.       – Вылезай скорее.              Кант намеренно довел себя до пика, чтобы не терять времени.       – Почему ты сейчас не закончишь? – спросил Гил.       – Хочу это сделать вместе с тобой.       Кант обмотал бедра полотенцем и вышел из ванной.              Он не собирался достигать разрядки в одиночку.       Теперь уже Гил был тем, кто не мог больше терпеть. Он пулей выскочил из ванны и начал смывать пену, чувствуя, как внутри всё горит.              Кант оказался тем еще хитрецом – раззадорил его и бросил.       Щелк!              Гил вышел из ванной, но не увидел манекенщика в комнате. Он тихо позвал его.              Кант вернулся в спальню со стаканом воды в руке. Полотенце на его бедрах уже едва справлялось со своей задачей, желание Канта было настолько явным и мощным, что не составляло труда представить, насколько он сейчас “готов”.       – Э-э...              Гил запнулся, голос стал тихим и нерешительным.       Кант вскинул бровь, ожидая продолжения.       – Я... уже хочу, – признался Гил, закусив губу от смущения после своих слов.       – Тогда иди ко мне.       Стакан с водой был отставлен на стол, а полотенце одним движением отброшено в сторону.       Тело маленького менеджера загорелось еще сильнее, стоило “жезлу любви” Канта предстать перед ним во всей красе. В своих фантазиях Гил и представить не мог, что он настолько внушительный.              Он чувствовал, что сейчас Кант возбужден гораздо сильнее обычного; всё стало таким крупным, что Гил невольно засомневался: а сможет ли эта мощь вообще войти в его «туннель любви»?       – Ну что?              Кант ухмыльнулся, заметив, как Гил судорожно сглотнул.              – Почему он сегодня такой огромный? – пробормотал Гил, неосознанно облизывая губы.              – Наверное, из-за тебя. Снимай уже, – приказал Кант, и Гил послушно подчинился.              Белоснежный банный халат опал на пол, и Гил, сверкая стройными ногами, сделал шаг навстречу.              – Мне так нравится твое тело... Теперь-то мне можно тебя коснуться? – спросил Кант, пожирая взглядом каждый изгиб партнера.              – На самом деле, тебе стоило нарушить правила еще в ванной. Не нужно было ждать моего разрешения.              Гил мысленно добавил: если бы Кант шлепнул его по заднице и вынес из ванной на руках, он бы только обрадовался.       – Значит, ты больше не можешь терпеть?              Кант не смог сдержать победной усмешки.              – Угу... Хочешь, я воспользуюсь ртом?              Гил провел языком по губам и посмотрел на него снизу вверх.       Кант на мгновение оцепенел.       – Хочешь сделать минет? – переспросил он, глядя в затуманенные желанием глаза Гила.       – Но я уже готов к делу, – добавил Кант, массируя свой член рукой, чтобы показать степень готовности.       – Пожалуйста, позволь мне это сделать.              С этими словами Гил опустился на колени прямо между ног модели. Мужское достоинство Канта замерло прямо перед его лицом.       – Ты хоть умеешь? Или делал это кому-то раньше?              Если бы Гил ответил “да”, Кант бы точно взбесился от ревности.       – Спокойно. Я никогда этого не делал. Просто хочу попробовать.       – Насмотрелся порно и решил применить знания на практике?              Гил признался в этом, глядя Канту прямо в глаза.       – А с бывшим..., даже с ним не пробовал?              Кант сам не знал, почему его так тянет за язык спросить о прошлом.              Гил покачал головой.              – Никогда. Только руками помогал.              Канта тут же кольнул укол ревности, но он постарался напомнить себе, что это дела давно минувших дней.              – А как же то, что ты говорил про пальцы?              – Это я сам себе помогал.              – Ох...              Черт возьми! Кант не мог не представить эту картину.       – А что такого? Если посмотришь кино и возбудишься, приходится помогать себе самому. Или ты так не делал?       – Не странно. Просто я бы очень хотел посмотреть, как ты это делаешь, – честно признался Кант.              Картина того, как Гил вводит пальцы в свою “мягкую пещерку”, наверняка лишила бы его рассудка.       – Зачем мне это делать, если у меня перед глазами вот это?              Гил ткнул пальцем в головку его возбужденного органа. Кант едва не застонал от этого внезапного касания.              – Проказник*. *(Прим. пер.: Tua-saeb (ตัวแสบ) – дословно «жгучая штучка». В тайском это ласковое, но с перчинкой прозвище для кого-то вредного, озорного или того, кто любит поддразнивать).              – Ну, так выбирай: либо ты берешь меня прямо сейчас, либо я буду ласкать себя пальцами у тебя на глазах.       – Я же не говорил, что ты должен довести себя до конца. Просто это выглядело бы чертовски сексуально.       Гил хмыкнул.              Получается, Канту нужны оба варианта сразу.              Он снова опустил взгляд на то, что так жаждало ласки, и осторожно обхватил Канта обеими ладонями.       – А-ах... – не сдержал стон Кант.              Всего лишь касание рук, а эффект уже такой мощный.              – Можно лизнуть?              Этот взгляд широко открытых глаз снизу вверх был лучшим афродизиаком.              Кант не ответил, но вместо слов он качнул бедрами вперед, так что его плоть коснулась нежной щеки Гила.       – Ох...              Гил глубоко выдохнул и закрыл глаза, начиная ластиться лицом к его мужскому достоинству, словно играя.       – Я больше не выдержу.              Кант был на пределе. Кто научил этого парня так искусно сводить с ума?       Гил открыл глаза, тонко улыбнулся и, прицелившись, коснулся кончиком языка самой верхушки. Тело Канта содрогнулось. Хорошо, что он не кончил прямо сейчас – это было бы позором. Гил отстранился на секунду, любуясь тем, как головка блестит от его слюны.       – А-ах...              Кант снова застонал, когда Гил широко открыл рот и заглотил его.       От непривычной полноты во рту у Гила выступили слезы. Было трудно и тесно, но он старался двигаться так, как видел в тех самых видео. Всё было новым, пугающим и возбуждающим одновременно.       – Почему ты так хорош в этом? – выдохнул Кант.              Для первого раза Гил справлялся удивительно аккуратно, совсем не задевая его зубами.       Раздался характерный звук “чпок”, когда Гил выпустил его изо рта.              Слюна стекала по его подбородку, и он быстро вытер её тыльной стороной руки.              Оказалось, что статьи об оральном сексе – это одно, а довести партнера до пика на практике – задача не из легких.       – Не так уж и хорош... Аж слезы потекли.              Гил и правда, расплакался от напряжения.              Кант тут же потянул его вверх, заставляя подняться.              Они оказались лицом к лицу.              Кант ласково обхватил лицо Гила ладонями, коснулся своим носом его носа, а затем нежно стер слезы большими пальцами.              – Ты молодец. Канту очень понравилось, – прошептал он.              То, что Кант назвал себя по имени, заставило сердце Гила пропустить удар, а лицо – вспыхнуть от смущения.              Кант поцеловал его, как только Гил приоткрыл рот в ожидании.              Менеджер снова закрыл глаза, отдаваясь этому нежному и глубокому поцелую.              Их языки сплелись, а обнаженные тела прижались друг к другу так плотно, что они чувствовали, как их органы – один большой, другой поменьше – трутся друг о друга в такт движениям.       – Будь моим снова, – попросил он, прервав поцелуй.       Гил вместо ответа кивнул, и Кант осторожно развернул его спиной к себе. Он медленно сжал обе половинки упругих ягодиц, разводя их в стороны. Тесный проход, поначалу плотно сомкнутый, начал откликаться на ласку.              Кант дразняще водил кончиком пальца у самого входа.              – Ну же... покажи, как ты это делал сам? – прошептал он в самое ухо, вдыхая аромат его шеи.              – Угу...              Раз он так хочет зрелищ, Гил их устроит. Тонкая рука закинулась назад, вводя средний палец внутрь. Для удобства ему пришлось немного наклониться вперед, и он снова почувствовал, как их плоть соприкоснулась.              – Вот так..., ах...              Гил обернулся, его лицо пылало.       Кант застыл, завороженный этим невероятно эротичным зрелищем.              Не удержавшись, он с силой поцеловал Гила в щеку, после чего отвел его руку и заменил пальцы менеджера своими. Другой рукой он крепко обхватил тонкую талию. Гил бессвязно застонал, когда Кант вошел в него на всю длину пальцев.              – Потерпи немного.              Кант понимал по звукам, что Гилу, скорее всего, больно.       – Н-нонг... там есть лубрикант.       – Что ты сказал?              Кант нахмурился, в голове мгновенно возник ворох вопросов.       – И презервативы тоже есть?       – Нонг!              Черт возьми, и как Кант должен был это понимать?       Маленький менеджер высвободился из его объятий и подошел к тумбочке у кровати. Там лежал еще не распечатанный тюбик смазки и презервативы, которые он подготовил заранее.              Раз модель спал здесь почти каждую ночь, Гил решил, что такие вещи должны быть под рукой.       – И кого же ты с ними ждал?       – Здесь бывает только один человек, – нежно ответил Гил, выдавливая на ладонь щедрую порцию геля.       Он тут же вернулся на кровать и, встав на четвереньки, начал наносить прохладный гель, подготавливая себя к приему Канта.              Кант стоял и смотрел на это, борясь с желанием немедленно войти в него.              Почему всё, что делает Гил, выглядит так чертовски мило?              Гил не врал – он действительно мог быть еще милее.       – Иди ко мне... – эта поза была верхом искушения.       Кант поднялся на кровать и встал на колени позади него. Покрасневший вход, только что растянутый пальцами, подергивался в ожидании.       – Сначала надень это, – напомнил Гил.       – Хорошо.              Как бы ему ни хотелось почувствовать всё напрямую, он не стал бы этого делать без согласия Гила.              Он разорвал упаковку и надел презерватив.       Твердая плоть начала медленно входить в узкий проход. Кант тут же почувствовал, как его сжимают изнутри.              Гил всхлипнул и невольно попытался дернуться вперед, спасаясь от резкой боли. Несмотря на подготовку и гель, Гил не мог отрицать – было очень больно. Но он не убегал, потому что его тело жаждало Канта слишком сильно.              – Тише, тише, – успокаивал его Кант, ласково поглаживая бедра, чтобы тот расслабился.              Его бедра начали медленно двигаться.       Вторая близость началась с позы Догги-стайл – это было по-настоящему мощно. Белые ягодицы выгнулись навстречу удовольствию, и боль постепенно сменилась жгучим экстазом.              – А-ах, Кант!              Каждый толчок Канта заставлял Гила содрогаться. Пружинный матрас скрипел и подпрыгивал под их весом.              Кант не выдержал, ему до боли хотелось видеть лицо своего менеджера. Он вышел из него и перевернул Гила на спину. Предыдущая поза была глубокой и страстной, но он не видел этих нежных глаз. Лучше сменить позу и смотреть друг другу в глаза. К тому же, он собирался доказать, что и в этой позе может войти максимально глубоко.       – У-у...              Гил протестующе промычал, Кант медленно водил головкой вокруг входа. Он уже изнывал от желания.       – Хех, – тихо усмехнулся Кант.       – А-ах!              Гил снова вскрикнул, когда Кант, наконец, нырнул внутрь него.       Белокожее тело выгибалось на простынях, Гил закусывал губу, пытаясь сдержать стоны, но в глазах Канта это выглядело еще более вызывающе.              Кант пристально смотрел в его лицо, продолжая ритмично двигать бедрами. Внезапно он снова почти полностью вышел и, не давая Гилу опомниться, вошел обратно на всю длину, заставив парня задрожать всем телом.              – А-ах!              Это был прямой удар в самую точку удовольствия.       – Ты сводишь меня с ума, – прорычал Кант сквозь зубы и прильнул к его груди, лаская соски.       Гил выгибался, принимая ласку одновременно и сверху, и снизу. Кант был невероятно хорош, он заставлял Гила буквально плавиться.       – У-у... Нонг... так сладко... я сейчас кончу...       – Я тоже...       Кант ускорился, закинув стройные ноги Гила себе на плечи. Он вбивался в него со всей страстью, одновременно лаская Гила рукой. Спина менеджера выгибалась дугой, пока они не слились в едином порыве. Стоны заполнили комнату. Тела свело судорогой, и Кант излился в презерватив.       – А-ах, Нонг... – было видно, что у Гила совсем не осталось сил.       Кант вышел из него и снял презерватив. Он тяжело дышал. Не удержавшись, он снова прижался к нему уже без защиты, ласкаясь к ягодицам. Раскрытый вход еще не успел сомкнуться, продолжая мелко подергиваться, словно прося еще.       – Можно еще раз?       – Можно... всё, что хочешь. Я хочу попробовать.              Кант довольно рассмеялся такому ответу и поцеловал его, стирая пот со лба.       Он снова вошел в тесную глубину. Тихие стоны Гила ласкали слух, Кант готов был слушать их вечно. Он накрыл губы Гила поцелуем, а затем отстранился, чтобы видеть его реакцию.       – Тебе нравится? – спросил он, пока тело под ним содрогалось от его движений.       – Очень... а-ах... так хорошо... а-ах!       – А-ах... и мне.       – Сильнее... Ты ж моя умница.       Гил просил об этом, забыв про всякий стыд.              Теперь, когда между ними не было никаких преград, удовольствие стало запредельным. Кожа к коже – в тишине комнаты был слышен только звук их тел.              Кант набрал бешеный темп и излился глубоко внутрь Гила.              – А-а...              Гил снова задрожал в экстазе, принимая его семя.       – А-ах...              Кант застонал в унисон с ним. Он оставался внутри еще какое-то время, пока дыхание Гила не выровнялось, а затем медленно вышел. Белая густая жидкость тут же начала вытекать наружу.       – Почему так много? – пробормотал обессиленный Гил.              Его поразило количество – всё бедро было испачкано.       – В том стакане была таблетка для повышения либидо, – признался Кант, хитро улыбаясь. – Выпил и сразу готов к подвигам. Хоть сейчас в соцсетях рекламируй.       Гил в шоке округлил глаза.       – Так что это на всю ночь. Он даже опускаться не думает.       – Кант!       – Я остановлюсь только тогда, когда ты уснешь.       – Сумасшедший! Кто просил тебя это пить? – возмутился Гил.              Такие таблетки нужны тем, у кого проблемы, а Кант и так был в отличной форме.       – Просто хотел попробовать. Так же, как ты хотел попробовать минет или заняться этим без презерватива.       – У-у...              Гил задумался: когда же Кант остановится? И остановится ли он вообще, если Гил действительно уснет?              – Давай еще разок.              – Ой..., полегче!              Гил даже не успел дать согласие, как горячая плоть снова нашла путь внутрь него.