Вписка

Как же много впечатлений за такой короткий промежуток времени! Сумбур, сюр, ступор, Макар тактично выпроваживает меня с самого момента своего пробуждения, а я, глотая эмоции одну за другой, веду себя немногим лучше рыбы! Господи... Хороша-то как. Мечта комика в кавычках. Этим утром с меня как будто бы три шкуры содрали - я ненавидела себя за слабохарактерность, упрямую влюблённость и зависимость от прямого взгляда Макару в глаза... Устала. Осознавая, что терять уже нечего, я могла бы лажануть по полной напоследок. Воспарить, например, над "ситуациями" и хамски заявить Илье: "Стой. А вдруг я эти чёртовы часы в трусы себе засунула?! Ты в сумке моей шарил - пошарь и в вагине! Ещё раз..." Но нет, я не сказала и этого - мы вышли из комнаты просто и молча, как будто бы не трахались ночью до мышечной боли, оргазмов и синяков... Макар сопровождал меня чуть позади, и спиной я буквально ощущала его близость: в эту минуту он был как мой секьюрити. В гостиной людей стало ещё меньше, зато с кухни и из ванной доносился характерный шум. А в одном из дверных проёмов Эмир разговаривал по телефону - кажется, о злополучных наручных часах, которые жена нашла дома. Переглянувшись с нами, он развёл руками, взгляд его стал попроще, и Макар, слегка хлопнув меня по плечу, усмехнулся: - Вот видишь. Всё норм, он сожалеет. Повернув голову, я криво улыбнулась. Дошагали, короче, до прихожей, где как раз обувалась та самая милфа, с которой сосался накануне один из женатых комиков. ***, получается, не провожал её, и мне польстило, что меня-то мой "ёбарь" провожает... Да уж, конечно. Вот только провожает, походу, навсегда... Опираясь ладонью о стену и вдевая ногу во вторую туфлю, милфа отпустила какую-то невинную хохму, Илья хмыкнул, а затем склонился к её уху и прошептал что-то, вызвав на её лице полуулыбку. Меня укололо ревностью. Вышел он с нами и на балкон этажа, где уже дымил Рептилоид. Мы трое составили ему компанию, и каково же было моё удивление, когда я почувствовала себя комфортно!.. Дело в том, что тот, кажется, обладает суперспособностью разряжать атмосферу вокруг себя: удачно подшучивал - и я не стеснялась искренне хохотать, поглядывая при этом на Макара как примагниченная (ему так идёт сигарета, боже)... Причём, словив на себе один из моих восхищённых взглядов, он стал добивать некоторые приколдесы Рустама, делая их ещё абсурднее, то есть смешабельнее, и получалось это у него абсолютно на лайте. Что ещё тут скажешь? Пиздатые они мужики! И неужели я правда переспала с одним из них сегодня? Да... Милфа, имя которой, как оказалось, Алексия (или Алекс), тоже смеялась, но манернее. В общем и целом, я психологически расслабилась, поэтому, когда Илья докурил, решилась сделать шаг к нему - потянулась правой рукой к его шее и, временно подавив ожидания и навязывания, чмокнула в бородатую мягкую щёку: - Просто спасибо. - И тебе, - подмигнул он, приобняв меня за талию. - Зла не держи там... - Угу-м... Да, прощание получилось вежливое, но суховатое, без обмена телефонами. Два такси уже ожидали. Парни пошли обратно в квартиру, а мы с Алексией - к лифту, и после нажатия кнопки мне пришла в голову печально-комичная ассоциация, что мы как героини фильма "Сердцеедки": она, мол, горячая Сигурни Уивер, а я как юная Дженнифер Лав Хьюитт...