По собственному желанию

— Э-эй! Земля вызывает Лу Рид! Голос Йонаса заставляет девушку вздрогнуть и сфокусировать взгляд на лице друга. Тот смотрит на нее почти укоризненно, многозначительно глядя на её потухшую от бездействия сигарету. — Прости, — бормочет Лу, снова подпаляя её и проклиная себя за излишнюю мечтательность. — Нет, с тобой определенно что-то не так, — Йонас хмурится и изучает подругу взглядом. — Или, наоборот, все слишком так… Merde. Не хватало еще спалиться. Уж Йонасу прекрасно известно, как Лу выглядит, когда в её жизни происходят перемены к лучшему. Девушка глубоко затягивается и прогоняет все мысли об Иво подальше. — И что же со мной не так или так? — она решает проверить, насколько далеко зашли размышления друга о её личной жизни. Так, на всякий случай. И тут же жалеет об этом. — Служебный роман. — Что, прости? — Лу давится сигаретным дымом и едва не прыгает на дорогу под промчавшийся байк. После вступления в Корпус мысли о спонтанном суициде начали посещать её с завидной частотой. — Служебный роман, — вздыхает Йонас с таким лицом, будто диагностирует смертельную болезнь у пациента. — Ты снова не вылезаешь с работы, хотя уволилась с должности телохранителя. Зарплата у тебя хорошая, значит, причина личная. Гардероб обновила. И вот уже давно не замечаю за тобой старых привычек… Парень сжимает кулак и несколько раз хлопает по нему правой ладонью. Лу ужасно неловко, но она не может не признать — спонтанных перепихонов в туалете «Утконоса» в её жизни было предостаточно. И почему-то теперь за это становится стыдно и хочется вычеркнуть всех этих парней из своего бадикаунта. А потом пополнить его одним конкретным мужчиной. После ночи в планетарии её воздержанию наступил сокрушительный конец. Оказавшись дома, Лу скинула одежду на пол и бросилась в душ. Включила воду в попытках остудить пылающее тело, но это не помогло. Мысли о том, как Иво зацеловывал её до одышки, разжигали возбуждение снова и снова. Зато помогла верная правая рука, которую Лу давненько не напрягала подобными задачами. Стиснув зубы, девушка довела себя до оргазма и едва не поскользнулась, когда ей свело ноги от ярких картинок в голове. Она думала, что на сегодня хватит, и планировала завалиться спать — выходной пришелся очень кстати, — но непрошенные мысли настигли её и в кровати. Лу прокручивала в голове каждую секунду после своего «признания», словно боялась что-то забыть. И новый виток фантазий о жилистых руках и разгоряченных губах опять сделали свое дело. Ей снова пришлось стонать в подушку, загоняя пальцы поглубже. Но она верила, что после выяснения их отношения друг к другу терпеть ей осталось не так долго. В конце концов, они стали, вроде как, тайной парой… — Ну вот, видишь, — из очередного залипания Лу выдернул сердитый голос Йонаса. — Стоило только заикнуться о сексе, как тебя опять заклинило. Еще и с таким лицом, будто… Ладно, не важно. Надеюсь, этот Кей стоит того, чтобы прогуливать наши посиделки. «Кей?! Он-то тут причем?» — вспыхивает в голове Лу, но она вовремя прикусывает язык. Раз друзьям в голову не приходит мысль о романе с инквизитором, пусть так оно и остается. Кея, конечно, жалко — особенно после всех его попыток наточить лыжи в сторону бывшей напарницы, но раскрывать свою связь с Иво Мартеном псионик не хочет. Выкрутиться из положения ей помогает кривая улыбочка и виноватые глаза, сопровождающие просьбу не обсуждать это с ребятами. — Базар, — коротко отрубает Йонас и кидает бычок на асфальт. — А ты будь добра не забивать болт на свою социальную группу, лады? — П-прости, — Лу не может признаться другу в том, что ей хочется быть совсем не в «Утконосе» и не в этой компании, поэтому извиняется. — Я просто учусь быть моногамной. Ну, знаешь, без всех вот этих интрижек на разок. Заставляет о многом задуматься… Йонас хмыкает, мол, понял, и заходит обратно в «Утконос». Лу остается в компании недокуренной сигареты и неприятного послевкусия разговора. Так дело не пойдет — если она станет темой для сплетен в компании друзей, то кто-нибудь да додумается пригласить «парочку» на групповые посиделки. И что тогда? Просить Кея сыграть роль её парня? Так очевидно же будет, что это все фальшь. И потом от самого Кея вопросов не оберешься… Нет, надо просто учиться носить такую же непробиваемую маску, как Иво. Иво… *** Иво шумно выдыхает и толкает Лу на кожаный диван, подминая под себя. Нависает сверху, изучает взглядом лицо девушки и целует в губы. Псионик поддается, обвивая руками его шею и играя кончиками пальцев с неизменно тугим хвостом. Вот незадача, замечает Лу в перерывах между беспамятством, ей всегда выпадает оказаться в положении снизу. Не то, чтобы она против — ей очень даже нравится ощущать себя маленькой и слабой. Но за все эти «сверхурочные», где выделяется по меньшей мере пять минут на остервенелые лобызания, Лу еще ни разу не оседлала инквизитора. А ведь это открыло бы заманчивую возможность потереться кое-чем о кое-что и, чем черт не шутит, соблазнить Иво на быстрое родео. Разорвав поцелуй, Лу упирается руками в грудь мужчины и не дает ему наброситься на её губы с новой силой. — Что-то не так? — тут же серьезно спрашивает Приор, стряхивая туман возбуждения. — Давай сменим позу, — просит Лу и нетерпеливо двигается бедрами ему навстречу. — Хочу побыть сверху. Лицо Иво будто мрачнеет, и по нему пробегает тень неуверенности. От Лу это не укрывается — она видела инквизитора спокойным в самых разных ситуациях достаточное количество раз, чтобы заметить в его лице мельчайшие перемены. Та-а-ак. Неприятные догадки лезут в голову, напоминая о том, что обычно у таких высоких людей находятся свои «постельные» нюансы. Неужели, думает Лу, у Приора проблемы с передачей контроля? Задачка-то это разрешимая, надо только… — Лу. — А? — я осознаю, что замерла прямо в той же позе — приложив руки к груди Иво. Мужчина поднимает бровь и подается назад. — Ты хотела сменить позу, — напоминает он, откидываясь на спинку дивана. — Командуй. Показалось, значит. Ну и слава Единому. Лу поднимается, попутно поправляя верх топа, который съехал, пока она извивалась под Иво, и по-хозяйски усаживается на чужие бедра. Девушка кладет обе руки ему на плечи и хищно улыбается, замечая порозовевшие щеки инквизитора. — А я-то уж подумала, что у тебя фиксация на контроле, — шутит Лу и наклоняется за очередным поцелуем. — Дело не в… — Иво не успевает договорить, так как ему бесстыже затыкают рот. Они целуются еще несколько минут, и тогда Лу замечает неладное. Её бедра выписывают чуть ли не восьмерки прямо по мужскому достоинству Иво, но… Она не чувствует его возбуждения. Совсем. Абсолютно. То есть там, где в подобной ситуации уже должен быть каменный стояк, не происходит ничего примечательного. Ну ничего, думает девушка, над кем-то приходится стараться получше. Она решает не обращать на это внимания и опускается к шее Иво, целуя набухшую артерию. Лу проходится языком снизу вверх и прикусывает мочку уха, слегка оттягивает её. Слышит вздох на грани со стоном. Продолжает тереться бедрами. Ответа нет. Отчаиваться рано — в арсенале Лу еще остались неиспользованные козыри. Она продолжает хулиганить с шеей и ухом Приора и находит руками резинку для волос. Пара ловких движений, и черные волосы рассыпаются по плечам. Не теряя ни секунды, Лу запускает руку в копну и сжимает у корней. Иво тихо стонет ей в лоб. Она проезжается по его бедрам снова… — Лу, бесполезно, — Иво вдруг отстраняет ее от себя и выглядит при этом полностью разбитым. — Сколько ни старайся, не встанет. Putain. Приплыли. Замерев в той же позе, Лу не знает, как реагировать на эти слова. Она была готова к чему угодно, но только не к этому. Ей кажется, что все это — одна большая шутка. И ей хочется, чтобы это было шуткой, после которой Иво сгребет её в охапку и отжарит прямо на этом диване до потери пульса. Но не похоже, что он шутит. Да и не умеют мужчины настолько контролировать стояк в объятиях женщин, которых хотят. — Эй, Лу… — мужчина кладет ладони ей на щеки и заставляет посмотреть на себя. — Перед тем, как ты надумаешь себе невесть что: дело не в том, что я не хочу. Будь моя — и твоя, конечно — воля, планетарий еще тогда на денек пришлось бы закрыть для посещения. Но дело в том, что лекарство, которое я принимаю… Лу тут же вспоминает список побочных эффектов с коробки обезболивающего, где отдельным пунктом значится «импотенция». Merde. Значит, все дело в этом. И, в отличие от психологических проблем, решить это разговорами и маленькими шажочками вперед не выйдет. Медикаментозная импотенция часто обратима, но для её преодоления нужно отказываться от приема препарата, а это… Невозможно. По крайней мере пока. Лу смотрит в лицо Иво и видит в нем сожаление вперемешку с остатками возбуждения румянцем на щеках, но также она замечает в глазах стыд. И это ранит её как ничто другое. — Послушай, — псионик смахивает с лица мужчины длинную прядь и со всей нежностью целует в лоб. — Не загоняйся, слышишь? Я все понимаю. — Если ты хочешь секса, то я не имею пра-.. — А вот эту шарманку даже не заводи, — ворчит девушка и позволяет себе закатить глаза. — Мне не нужен рабочий член, если он не твой. Ясно? С ним мы еще разберемся, а доставить удовольствие девушке можно разными-.. ах! Пока Лу признавалась в своей верности, глаза Иво наполнялись прежним голодом. И стоило девушке намекнуть на продолжение вечера в том же ключе, как он тут же взялся за дело. Нужен был только зеленый свет. Приор опускает одну руку и резко дергает вверх топ, который и без того держался на святом духе и честном слове. Грудь Лу обнажается и предстает перед мужчиной во всей красе. — Не остановишь? — в последний раз для верности спрашивает инквизитор и проводит большим пальцем по груди перед собой. Как будто после такого Лу может ему что-то ответить. Она ругается вслух так грязно, что одной фразой можно положить в обморок шеренгу духовников, и без лишних интерлюдий давит на затылок Иво, бескомпромиссно призывая его поменьше болтать. Дважды намекать не приходится. Иво поддается и втягивает носом запах оголенной кожи. Нежно, но настойчиво сминает в руках небольшую грудь и гладит пальцами затвердевшие соски. Лу протяжно и практически умоляюще стонет, ощущая жар внизу живота и ерзая на месте — некомфортно в мокром белье. А уж когда неприлично умелый рот подключается к рукам на груди, Лу благодарит систему звукоизоляции приемной. Возбуждение накатывает волнами, и девушка мечется, но Иво придерживает её за талию, заставляя принимать свою долю ласок смирно. То ли Лу стала гиперчувствительной, то ли Иво оказался слишком искусным любовником. — Прошу прощения, — низким полушепотом говорит мужчина и возвращает их в прежнюю позицию. — Так будет удобнее. Слава Единому, и да простит он за упоминание всуе, Лу решила надеть на работу штаны посвободнее. Сейчас ей приходится с ними расстаться — так же быстро, как и с топом. И как же хорошо, что она успела принять душ перед тем, как идти «отрабатывать сверхурочные». Наконец-то перестраховка пригодилась. Свежее белье уже насквозь, и Лу всем своим видом умоляет Иво прикоснуться к себе. Еще немного, и жалобные мольбы полезут на язык, а этого, между прочим, она себе ни разу не позволяла. Иво не стремится избавляться от черного кружева — последнего оплота приличия в этом котле разврата. Вместо этого он спускается поцелуями к резинке белья Лу и тянет носом запах её возбуждения. Baise-moi déjà, putain de merde! Лу не осознает, что в данный момент думает очень громко. Зато это прекрасно слышит инквизитор. — Как скажешь, mon cœur. И прежде, чем Лу успевает взвыть от этого обращения, Иво отодвигает мокрую ткань и припадает губами к разгоряченной коже. Лу перестает себя контролировать. Воздух в кабинете взрывается от её стонов вперемешку с ругательствами. Нескольких движений чужого языка хватает, чтобы довести её до исступления. Слишком долго копилось это напряжение и слишком мало было толку от полуночного рукоблудия. С протяжным стоном посвященная Лу Рид кончает в рот Приору инквизиции. Merde. Интересно, дают ли за такое «слугу веры»? Хотя, кто здесь в роли слуги, еще можно поспорить. От оргазма Лу отходит дольше, чем обычно. Она глубоко дышит и не замечает, что сжимает волосы Иво, не позволяя ему отстраниться. В ушах гулко отзывается шум бегущей крови, а перед глазами танцуют вспышки. Первая разумная мысль: как хорошо, что не зашло дальше. Иначе девушка не уверена, что ей удалось бы пережить этот секс после стольких дней недотраха. — М-м? — доносится откуда-то снизу, и Лу в ужасе расслабляет руку, освобождая Иво из междуножного плена. — Спасибо. — Не за… То есть… Это тебе спасибо, — бормочет она и садится, шаря руками по дивану в поисках одежды. Инквизитор помогает девушке привести себя в порядок и только после этого отсаживается в сторону. Поправляет прическу — ему чудом удалось не испачкаться. Смотрит на Лу, улыбающийся и непривычно краснощекий. — Ты очаровательно ругаешься, — Приор проводит рукой по чужим волосам и убирает их за ухо. — Никогда не слышал, чтобы так выражали наслаждение. — А ты ожидал: «Кушать подано, месье Мартен»? — Лу, которая пока не была готова мысленно возвращаться к своей несдержанности, смущается. — Будешь дразнить? — И в мыслях не было! Девушке хочется поцеловать тонкие губы, все еще блестящие от её влаги. — Правильно, — кивает она и спешит исполнить свое маленькое желание. Оторвавшись, обнимает Иво тепло и нежно. Ей так не охота думать о предстоящей дороге домой — мотоцикл свой она готова оседлать в любое время дня и ночи, но вот одинокая постель… — Оставайся, — будто прочитав её мысли, шепчет куда-то за ухо Иво. — Здесь, со мной. — Как в «Соборе…»? Либо с тобой, либо в петлю? — хихикает в ответ Лу. Иво заранее знает, что она выберет.