Глубже, чем море

      Ночь стояла над океаном тихая и ясная. Луна уже скрылась за горизонтом, и только звёзды серебрили водную гладь, превращая её в бескрайнее поле мерцающих огней.       Ши Хао не спал.       Он сидел на выступе кораллового утёса, у самого края владений своего отца, и смотрел вверх. Туда, где вода становилась светлее, где начинался мир, в который ему было запрещено входить. В его руке была красная роза — статуэтка, подаренная Чуанем. Он сжимал её так крепко, что острые края лепестков впивались в ладонь, но он не чувствовал боли.       Он чувствовал только пустоту.       Семь дней. Семь ночей. Каждая из них тянулась дольше предыдущей. Он считал часы до завтрашнего вечера, когда Луна поможет ему бежать. Но время, казалось, издевалось над ним, растягивая минуты в вечности.       — Чуань, — прошептал он, глядя на бледный свет звезды, пробивающийся сквозь толщу воды. — Я приду. Обещаю.       Вода вокруг него дрогнула.       Сначала Ши Хао подумал, что это течение — слабое, едва уловимое движение, которое иногда проходило через утёс. Но дрожь не утихала, а нарастала, становясь всё ощутимее. Вода начала светиться — не привычным голубоватым светом медуз, а странным, серебристым сиянием, которое пульсировало в такт его сердцу.       — Что… — начал он, но слова застряли в горле.       Перед ним, прямо из пустоты, начала формироваться фигура.       Сначала это был просто силуэт — тень в толще воды, которая сгущалась, обретала форму, становилась плотнее. Ши Хао замер, не в силах пошевелиться. Его руки сжали розу так, что костяшки побелели.       Фигура обрела очертания. Это был мужчина — высокий, стройный, с пепельными волосами, которые струились вокруг его головы, как серебряные водоросли. Его лицо было бледным, почти прозрачным, а глаза — серебристыми, без зрачков, светящимися тем же странным светом, что и вода вокруг. На нём была длинная мантия, переливающаяся всеми оттенками перламутра, и на груди висел амулет из чёрного жемчуга, который пульсировал в такт его дыханию.       Он смотрел на Ши Хао. Взгляд его был тяжёлым, оценивающим, но не злым. Скорее — задумчивым.       — Юный принц, — произнёс незнакомец, и голос его звучал странно — он словно шёл со всех сторон сразу, отражаясь от воды, от кораллов, от самого неба. — Красавец, а глаза покрыты печалью.       Ши Хао отшатнулся, ударившись спиной о коралловую стену. Роза выпала из рук и медленно поплыла вниз, оседая на песчаное дно. Он не заметил этого. Он смотрел только на незнакомца, и его сердце колотилось где-то в горле.       — К-кто вы? — голос его дрожал, и он ненавидел себя за этот страх, но ничего не мог с собой поделать.       Незнакомец наклонил голову, и его пепельные волосы скользнули по плечам, открывая острые, почти эльфийские черты лица.       — Не бойся, — сказал он, и в его голосе послышалась лёгкая насмешка. — Я не кусаюсь. По крайней мере, тех, кто мне нравится.       Он сделал шаг вперёд, и вода вокруг него засияла ярче. Ши Хао прижался к стене, чувствуя, как кораллы впиваются в спину.       — Я Эликс, — представился незнакомец, слегка склоняя голову в подобии поклона. — Маг морских глубин. Хранитель древних течений. А ты, юный принц Ши Хао, сын Ши Цуньмэня и прекрасной Илань, — он сделал паузу, и его серебристые глаза сверкнули, — тот, кто осмелился полюбить человека.       Ши Хао замер. Его губы пересохли, хотя он был окружён водой.       — Откуда вы… — начал он, но Эликс поднял руку, останавливая его.       — Я знаю многое, — сказал маг, и его голос стал тише, мягче. — Я знаю, как ты каждую ночь поднимаешься на поверхность, рискуя гневом отца. Я знаю, как ты спас человека по имени Мэн Чуань, когда он тонул. Я знаю, как ты сидишь здесь, на краю мира, и смотришь вверх, надеясь увидеть звёзды… и его.       Ши Хао сглотнул. В горле пересохло, хотя он был в воде.       — Зачем вы здесь? — спросил он, стараясь, чтобы голос звучал твёрже, чем он себя чувствовал. — Чего вы хотите?       Эликс шагнул ближе. Теперь между ними было не больше вытянутой руки. Ши Хао чувствовал исходящий от него холод — не тот, что от воды, а другой, более глубокий, пронизывающий до костей.       — Я хочу помочь тебе, — произнёс маг, и его серебристые глаза впервые потеплели. Он поднял руку и коснулся щеки Ши Хао — легонько, едва ощутимо, словно прикосновение водоросли. — Ты ведь скучаешь по человеку, который пленил твоё сердце.       Ши Хао дёрнулся, но не отстранился. Прикосновение мага было странным — холодным, но не неприятным. Оно словно проникало внутрь, в самую глубину, туда, где пряталась его боль.       — Откуда вы… — только начал он, но Эликс снова прервал его, проведя пальцем по его груди, прямо над сердцем.       Ши Хао отшатнулся, на этот раз резко, ударившись плечом о коралл. Глаза его расширились от страха и изумления.       — Не бойся, — повторил Эликс, и на его бледных губах появилась лёгкая улыбка. — Я не враг тебе. Я просто… наблюдатель. Тот, кто видит то, что скрыто от других. И я вижу твою душу, Ши Хао. Она горит. Она тоскует. Она готова на всё, лишь бы быть рядом с тем, кого любит.       Ши Хао молчал. Он не знал, что сказать. В его голове смешались страх, надежда и недоверие.       Эликс наклонил голову, разглядывая его, как диковинную раковину.       — Ты ведь хочешь быть с ним, — сказал он, и это был не вопрос. — Хочешь. Я вижу это. Я чувствую это в каждой твоей клетке. Ты готов отдать всё, лишь бы оказаться рядом. Лишь бы чувствовать его тепло. Лишь бы слышать его голос.       Ши Хао сжал кулаки. Его дыхание участилось.       — Да, — выдохнул он. — Да, хочу.       Эликс кивнул, словно ожидал этого ответа.       — Я помогу тебе, — сказал он. — Я сделаю так, чтобы ты стал человеком.       Ши Хао замер. Слова мага повисли в воде, тяжёлые, как свинец.       — Человеком? — переспросил он, и в голосе его звучало такое изумление, что Эликс улыбнулся шире.       — Да, человеком, — повторил маг. — С руками, ногами, с человеческим сердцем, которое будет биться в такт его сердцу. Ты сможешь ходить по земле, дышать воздухом, видеть звёзды не сквозь толщу воды, а прямо над головой. Ты сможешь быть с ним. Рядом. Всегда.       Сердце Ши Хао забилось быстрее. Он представил это — идти по берегу рядом с Чуанем, держать его за руку, чувствовать тепло его ладони. Сидеть с ним в кафе, пить чай, смотреть, как он улыбается. Быть с ним. Настоящим. Человеком.       Но что-то внутри него — тот холодный голос разума, который всегда говорил ему быть осторожным, — заставил его замереть.       — Человеком, — повторил он, медленно, словно пробуя слово на вкус. — А что требуется взамен?       Эликс поднял бровь, и в его серебристых глазах мелькнуло уважение.       — Умный мальчик, — сказал он. — Ты прав, такие сделки бесплатными не бывают. Но, — он поднял палец, — я не прошу у тебя души. Не прошу вечной службы. Не прошу крови или жертв. Я прошу только… возможности.       — Возможности? — Ши Хао нахмурился. — Что это значит?       Эликс сделал шаг назад, сложив руки на груди. Его мантия колыхнулась, и на мгновение Ши Хао показалось, что он видит в её складках звёзды.       — Я старый маг, — сказал Эликс, и в его голосе появилась нотка грусти. — Я живу очень долго. Я видел, как рождаются и умирают океаны. Я видел, как подводные царства возвышаются и падают. Я видел столько любви и столько боли, что, наверное, мог бы написать ими все моря мира. И знаешь что? — он посмотрел на Ши Хао с неожиданной теплотой. — Больше всего на свете я ненавижу смотреть на то, как любовь гибнет из-за страха. Из-за глупости. Из-за запретов, которые люди и не-люди возводят между собой.       Он подплыл ближе и остановился прямо перед Ши Хао, глядя ему в глаза.       — Я не прошу у тебя платы, — сказал он. — Потому что твоя история — это и есть плата. Твоя любовь. Твоя борьба. Твоя победа или поражение. Я просто хочу увидеть, чем это кончится. Потому что… — он замолчал, и на его бледном лице появилось выражение, которое Ши Хао не смог прочитать. — Потому что я давно не видел настоящей любви. И мне больно смотреть на то, как ты страдаешь по тому, кого любишь.       Ши Хао смотрел на него, и страх в его душе постепенно уступал место чему-то другому. Надежде. Неверию. И снова надежде.       — Если я стану человеком, — медленно сказал он, — что будет с моей семьёй? С отцом? С сёстрами?       — Они не узнают, — ответил Эликс. — Я создам иллюзию. Они будут думать, что ты спишь в своей комнате. Будут приходить, смотреть на тебя, укрывать. А твоё тело будет лежать здесь, в глубине, в странном сне, который не имеет срока. Пока ты не вернёшься. Или пока…       Он не договорил, но Ши Хао понял.       — Или пока не умру, — закончил он за него.       Эликс кивнул.       — Если в течение месяца после того, как ты станешь человеком, ты не получишь истинного признания в любви от того, кого любишь, — сказал он, и голос его стал серьёзным, — и если вы не окажетесь в страстных объятиях друг друга, твоё человеческое тело умрёт. А твоя истинная форма… — он сделал паузу. — Твоя истинная форма тоже умрёт. Потому что сделка связывает всё твоё существо. Обратного пути не будет.       Ши Хао почувствовал, как холод пробежал по спине.       — Месяц, — повторил он. — Всего месяц.       — Месяц, — подтвердил Эликс. — Тридцать дней. Тридцать ночей. Чтобы он сказал, что любит тебя. Чтобы он доказал это не словами, а… — маг усмехнулся, — более убедительными способами.       Ши Хао покраснел. Он не знал, что может краснеть под водой, но щёки его горели, и Эликс, кажется, заметил это, потому что его усмешка стала мягче.       — Я не тороплю тебя с ответом, — сказал маг. — Ты можешь подумать. До рассвета у тебя есть время.       — А если я откажусь? — спросил Ши Хао.       — Тогда ты останешься здесь, — Эликс развёл руками. — Будешь сидеть на этом утёсе, смотреть на звёзды и ждать, когда сёстры перестанут сторожить тебя. Может быть, через год. Может быть, через десять лет. Может быть, никогда. А он будет приходить на берег, звать тебя, ждать. И в конце концов… перестанет.       Ши Хао закрыл глаза. Слова мага били прямо в цель, и он знал, что это правда.       — И ещё, — добавил Эликс, и в его голосе появилась лёгкость, — если ты согласишься, я дам тебе кое-что. Кое-что, что поможет тебе в человеческом мире. Маленький подарок, который ты сможешь использовать один раз. В самый нужный момент.       — Что это? — спросил Ши Хао, открывая глаза.       Эликс улыбнулся, и его серебристые глаза сверкнули.       — Сюрприз, — сказал он. — Но поверь, он тебе пригодится.       Ши Хао смотрел на мага долго. В его душе боролись страх и надежда, осторожность и отчаяние. Он думал о Чуане, который, наверное, сейчас стоит на берегу и смотрит на воду. Он думал о его голосе, который звал его. Он думал о том, что, может быть, это единственный шанс.       — Я согласен, — сказал он.       Эликс наклонил голову.       — Ты уверен?       — Да, — твёрже, чем чувствовал себя. — Я хочу быть с ним. Чего бы это ни стоило.       Маг кивнул, и его лицо стало серьёзным.       — Тогда слушай, Ши Хао, сын Ши Цуньмэня. Я даю тебе тридцать дней. Тридцать дней на то, чтобы завоевать сердце того, кого ты любишь. Если он скажет, что любит тебя, если вы соединитесь в страсти, сделка будет исполнена, и ты останешься человеком навсегда. Если нет… — он замолчал. — Если нет, ты умрёшь. И твоя душа уйдёт в вечные течения, откуда не возвращаются.       — Я понимаю, — сказал Ши Хао.       — И помни, — добавил Эликс, поднимая палец. — Ты не сможешь сказать ему правду о том, кто ты. Ни слова о том, что ты русалка. Ни слова о сделке. Если ты расскажешь ему, сделка будет нарушена, и ты умрёшь на месте. Он должен полюбить тебя просто как человека. Как того, кто есть. Без магии. Без правды. Только сердце.       Ши Хао сглотнул.       — Я понял, — сказал он.       Эликс посмотрел на него долгим взглядом. Потом протянул руку и коснулся его лба кончиками пальцев.       — Тогда спи, юный принц, — сказал он, и голос его стал тихим, колыбельным. — Спи и проснись тем, кем хочешь быть.       Мир вокруг Ши Хао начал темнеть. Он почувствовал, как его тело становится лёгким, как пузырёк воздуха, поднимающийся к поверхности. Где-то далеко он услышал голос Эликса:       — Удачи тебе, Ши Хао. Тебе она понадобится.       А потом была тьма.