Я никогда не...

Целую неделю после учительского ужина Гарри находился в подавленном состоянии. Он как мог избегал Снейпа и пообещал себе в присутствии коллег никогда больше не напиваться. Он каждый день проклинал себя за то, что так перебрал, что попытался флиртовать со Снейпом. А потом сказал, что тот выглядит сексуально. И напоследок вроде как даже поцеловал. Теперь он не мог не то что встретиться с директором взглядом, но даже находиться с ним в одном классе. Просто кошмар. Спасли положение летние каникулы. Гарри попрощался с учениками и на целую неделю скрылся в Норе. Шумная семья Уизли на время отвлекла его от печальных мыслей. Но стоило вернуться в жутковатую тишину дома на площади Гриммо, как воспоминания о провале нахлынули с новой силой, и Гарри хотелось спрятаться между подушками дивана, чтобы укрыться от ужаса и позора. Подушки, однако, не слишком-то помогали, поэтому вечерами Гарри приходилось топить печали в бокале огневиски. Но сколько бы он ни пил, избавиться от глупого, мазохистского влечения к Снейпу не удавалось. Гарри уже пробовал это раньше в присутствии Невилла и Рона, и вечер, к сожалению, закончился тем, что Гарри, едва не плача, обнимал унитаз, а Рон злорадно хихикал… Пока Гарри не вырвало ему прямо на ноги. Отчаянно желая забыться, он убедил Луну и ее девушку отправиться с ним в путешествие. Они аппарировали на неделю в Грецию, где Гарри сперва обгорел на солнце, а после застал подруг целующимися у бассейна. Но отчего-то это никак не отвлекло от мыслей о черных сверкающих глазах и длинных испачканных чернилами пальцах, от воспоминаний о запахе профессора, его глубоком бархатном голосе и о том, как едва заметно изогнулся уголок его губ, когда Гарри поцеловал его. Ситуация была безнадежной, и Гарри Поттер, спаситель волшебного мира, сходил с ума медленно, но уверенно. Репортеры «Пророка» были бы в настоящем восторге.

~~***~~

В свой день рождения он напился до такой степени, что Молли, удостоив его неодобрительным взглядом, забрала детей сразу же после ужина. От этого Гарри сделалось только хуже. Он терял контроль над собой, и это, к несчастью, заметил Драко. — Гляди-ка, какой замечательный гриффиндорец из тебя получился, — усмехнулся тот, демонстративно потягивая эльфийское вино из бокала. — Отвали, Малфой, — огрызнулся Гарри, тяжело вздохнул и побежал в ванную. Драко пришел к нему через пару минут и с долгим раздраженным вздохом протянул намоченную водой тряпку. — Поверить не могу, что тебе легче спиться, чем поговорить с ним, — сказал Драко, прикладывая к шее Гарри прохладную ткань. — Так и есть. По крайней мере, я переживу этот вечер, — прохрипел Гарри, превозмогая невыносимое головокружение и спазмы в желудке. — А признание Снейпу в любви не пройдет безболезненно. — Ты смешон, Поттер. Если ты не прекратишь этот цирк, за тебя это сделаю я, — объявил Драко и ударил его мокрой тряпкой. — Не заставляй меня жалеть о том, что я тебя выручил, — выдохнул Гарри и вновь попытался не подавиться выходившим из него с неправильного конца огневиски. Драко вздохнул, признавая свое поражение, и вышел из туалета. Гарри слышал, как он что-то бормочет себе под нос, направляясь в библиотеку.

~~***~~

Должно быть, в какой-то момент он отключился прямо у унитаза, потому что проснулся в своей постели на втором этаже дома на Гриммо, где его пробуждения покорно ждал Кричер. Гарри заморгал от яркого солнечного света, будто бы прожигавшего сетчатку глаз. Голова у него гудела так, словно под окнами развернулась грандиозная стройка. — Хозяину нужно выпить это, — объявил Кричер, протягивая стакан с жидкостью необычного цвета. Гарри уже хорошо знал лекарство от похмелья домовика. И как бы ни ненавистны ему были сырые яйца, смешанные с водкой и имбирем, они всегда помогали от тошноты и ужасной головной боли. — Господин Малфой оставил хозяину записку, — продолжил Кричер, указывая на лежащий на прикроватной тумбочке листочек бумаги. Что ж, теперь Гарри понял, кто левитировал его в постель прошлой ночью. Мерлин, стоило поблагодарить этого недоумка. Фу. «У Антонио», в восемь. Не опаздывай, идиот», — гласила записка. Гарри гулко сглотнул. При мысли о еде у него по коже побежали мурашки. Чувствуя подступающую тошноту, Гарри отчаянно пытался удержать в себе выпитый яичный напиток. К счастью, ему это удалось. Спазмы прошли, и через несколько минут Гарри, пошатываясь, добрался до ванной и встал под обжигающие струи воды.

~~***~~

Ровно в восемь Гарри перешагнул порог «У Антонио», любимого итальянского ресторанчика Драко. На нем была накрахмаленная белая рубашка с закатанными из-за изнуряющей жары рукавами и черные джинсы. Когда он представился, официантка улыбнулась ему и жестом пригласила следовать за собой. — Он ждет вас, — небрежно проговорила она, и Гарри удивленно подумал о том, что Драко в кои-то веки не опоздал. Но не прошло и пары секунд, как его сердце сделало кульбит и ушло в пятки. Потому что он остановился перед накрытым на двоих столиком, за которым сидел не белокурый высокомерный красавчик Драко Малфой, а угрюмый и импозантный Северус Снейп. — Поттер, — прорычал тот, заметно раздраженный и сбитый с толку. Гарри ошарашенно уставился на него, не в силах произнести ни единого слова. — Помоги мне Салазар, — пробормотал, пряча лицо в руках, Снейп. Он выпрямился и смерил Гарри своим самым угрожающим взглядом: — Сядьте! Гарри сразу же подчинился и случайно опрокинул солонку. Снейп закатил глаза. — Э-э-э, — попытался прервать молчание Гарри, но язык не желал ему подчиняться. Поэтому он замолк и поглядел на профессора. Возможно, он бредит. А может, все еще спит, и этот сон подкинуло ему не до конца отрезвевшее сознание. Потому что не мог же Драко устроить ему свидание вслепую. Со Снейпом. — Я полагаю, и вы ожидали увидеть здесь Драко, — протянул Снейп, не отводя глаз от Гарри ни на секунду, пока тот неловко теребил лежащую рядом с салфеткой вилку. — Да, — выдавил из себя Гарри, почти гордясь тем, что тяжелая штука во рту, бывшая когда-то его языком, вообще смогла шевельнуться. — В таком случае, мы оба стали жертвами превосходного розыгрыша, — заключил Снейп. Казалось, он и вполовину не был так разъярен, как изначально подумал Гарри. Напротив, Гарри мог поклясться, что Снейп выглядел несколько беспокойным, будто бы слегка нервничал. Впрочем, вряд ли Снейп вообще способен был волноваться. Кто угодно, но только не он. Ведь он буквально был воплощением уверенности в себе. Шпион, одурачивший всех. Северус Снейп, возможно, самый крутой, сексуальный и недоступный мужчина на всем белом свете. Особенно теперь, когда он сменил директорскую мантию на элегантный черный жилет. Гарри сглотнул. — Можем объединиться и убить его вместе, — с вымученной улыбкой предложил Гарри. Профессор фыркнул. В черных глазах блеснуло веселье, и глупое сердце Гарри радостно забилось быстрее. — Вы не убийца, мистер Поттер, — прорычал Снейп, а затем, как ни в чем не бывало, потянулся к меню. — А я никогда не отказывался от бесплатного ужина. — Что же, я угощаю, — затаив дыхание, предложил Гарри, но Снейп поднял руку и покачал головой. — Я прослежу, чтобы счет доставили в поместье Малфоев. Это будет справедливо, не так ли? Гарри, наконец, по-настоящему искренне улыбнулся. Напряжение покинуло его плечи, и он с тихим вздохом расправил их. — Раз так, мы должны заказать самое дорогое вино в ресторане, — заявил он. Снейп заговорщицки ухмыльнулся, протянув ему меню вин: — А вы не промах. Гарри рассеянно улыбнулся, перечитывая меню и не понимая ни единого слова. Казалось, буквы были напечатаны на картоне в случайном порядке. Все будет отлично. Снейп вел себя до странного дружелюбно. Гарри ограничится парой бокалов, в кои-то веки не напьется в дрова, и вечер пройдет хорошо. План был чудесен. Но Гарри, к сожалению, никогда не умел следовать плану. Поначалу все шло довольно неплохо. Они распили на двоих полбутылки красного вина. Гарри заказал баранину, а Снейп с мерзкой ухмылкой остановился на оленине. Они обсудили Драко и решили, что тот — настоящая задница, затем сошлись на мысли, что Макгонагалл — заноза в заднице, а после Гарри чуть не подавился брокколи, когда Снейп вспомнил, какую сцену она устроила, перебрав с алкоголем. — Тот вечер был… Эм… — снова обретя способность дышать, закашлялся он. Снейп удивленно приподнял бровь, но Гарри мог поклясться, что его скулы странно порозовели. — Да уж, — просто ответил он и отправил вилку в рот изящным движением. Гарри восхищенно проследил за ним и судорожно сглотнул. При взгляде на то, как Снейп ест, в животе у него завязывался узел желания, и Гарри вдруг усомнился, что не ошибся, оставшись на ужин. Он снова наполнил бокал, с сожалением осознав, что вина осталось не так уж и много. Но не успел он скорчить недовольную гримасу, как Снейп поднял руку, обращая на себя внимание официантки, и указал на графин. Та дружески кивнула им, и Снейп снова поглядел на Гарри, тщательно пережевывая еду. Он был великолепен. Гарри был обречен. — Как поживаете? Проводите каникулы с пользой? — неловко спросил, ковыряя в тарелке, Гарри. Снейп раздраженно фыркнул и поерзал на стуле: — Избавьте меня от светской беседы, Поттер. — Может, тогда сыграем? — неожиданно осмелев, предложил Гарри. Похоже, вино наконец-то подействовало. Пьянящее тепло разлилось по венам, слегка вскружив ему голову. Возможно, всему виной был алкоголь. А может, близость к мужчине, которого он так долго хотел. Как знать. Да и какая разница? Подошла официантка, чтобы заменить опустевший графин, и Снейп наполнил бокалы. — Я не играю в игры, — напряженно заявил он. Отчего-то Гарри показалось, будто в этой фразе был двойной смысл. — На самом деле это не игра. Скорее, веселая и непринужденная беседа. «Две правды и одна ложь». Уверен, вы, должно быть, играли в нее, когда были моложе. — Это… — пристально глядя на него, проговорил Снейп, и на секунду запнулся. — Это было давно. — Не такой уж вы и старый, — выпалил Гарри и усмехнулся, увидев уязвленное лицо Снейпа. Он сделал глоток вина и указал на директора, пытаясь изобразить обаятельную улыбку: — На втором курсе я украл ингредиенты из вашего кабинета. Мой любимый цвет — зеленый. У меня была привычка грызть ногти, пока я не поступил в Хогвартс. — Что? — усмехнулся Снейп, подозрительно посмотрев на него. — Две правды и одна ложь. Что же из этого ложь? — улыбнулся Гарри. Снейп нахмурился. Его вилка и нож застыли в воздухе над тарелкой. — Как я узнаю, что вы не выдаете правду за ложь? — спросил он, прищурив глаза. — Боюсь, вам придется довериться мне, — тихо ответил Гарри, а затем, увидев скептическое выражение на лице Снейпа, добавил: — Я гриффиндорец, а гриффиндорцы не жульничают. — Профессор Слизнорт бы с вами поспорил, расскажи я ему о причине ваших поразительных успехов в Зельеварении на шестом курсе. — Ах-х, это, — смущенно произнес, отводя глаза, Гарри. Ну конечно, разве мог Снейп не вспомнить? — Я не жульничал. Я следовал улучшенным рецептам. Вашим, — он проклинал себя за предательский румянец, заливающий его щеки и шею. Кожа стала горячей. Вряд ли Снейп мог не заметить такую реакцию. — Лесть не поможет, — сказал Снейп, а затем странно скривился, будто бы прикусил язык. На его лице появилась болезненная гримаса. — Да, в прошлый раз тоже не сработало, — пробормотал Гарри, уверенный, что его лицо приобрело цвет напоминалки. Он прочистил горло, сделал глоток вина и, помолчав секунд десять, вновь поднял глаза на Снейпа: — Так что же ложь? — Что произойдет, если я ошибусь? — Думаю, вам нужно будет выпить. Но раз уж мы и без того пьем… Ничего? — Гарри нервно улыбнулся. Снейп фыркнул, но затем, к его изумлению, согласно кивнул. Он внимательно поглядел на Гарри, словно пытаясь залезть в его голову. На короткий миг Гарри задумался, не попытается ли он воспользоваться легилименцией. — Третье, — сказал Снейп. — Вы определенно крали мои ингредиенты, и вы частенько носите зеленые джемпера. Хотя я уверен, что Молли Уизли убедила вас, что они подходят к вашим глазам. — Неужели? — усмехнулся Гарри, и Снейп удостоил его грозным взглядом. — Моя очередь, — заявил Снейп, даже не дожидаясь, пока Гарри подтвердит или опровергнет догадку. Самодовольная, уверенная в себе сволочь. Он дерзко посмотрел на Гарри: — Дамблдор обычно спал голым. Как-то раз я выпил человеческую кровь. Мой любимый цвет тоже зеленый. Гарри не смог подавить смешок, вырвавшийся от абсурдности первых двух утверждений. Это могла быть уловка, придуманная для того, чтобы отвлечь его от лжи о любимом цвете Снейпа. Но как знать, когда лучший шпион магической Англии захочет тебя провести? — Много зелий и темномагических заклинаний требуют жертвенной крови, и, зная вас, я скажу, что вы бы пошли на такое, — посмеиваясь, размышлял Гарри. — Я остановлюсь на Дамблдоре просто потому, что искренне надеюсь, что это неправда. Снейп кивнул с довольной ухмылкой. Гарри не смог не улыбнуться в ответ. В животе у него порхали бабочки. Нужно было больше вина. — Я использовал все непростительные заклинания еще до того, как мне исполнилось восемнадцать. В моих покоях нет ни одной книги, как вы и думали. И я действительно сплю голым, — заявил Гарри, нетвердым движением ставя бокал на стол. Выражение лица Снейпа было почти комичным, когда он прокручивал в уме заявления Гарри. — Либо вы не такой остолоп, каким я вас считал, либо… — он сделал паузу и хмуро поглядел на Гарри. — Вы действительно читаете. Что также значит, что вы не такой уж и остолоп. Если только вы не говорили о комиксах. — Не говорил, — проказливо промурлыкал Гарри, доедая последний кусочек мяса. — Десерт? — спросил он, осушив четвертый бокал вина. Оно и впрямь было вкусным. — Я начал курить в тринадцать. Моя любимая маггловская группа — Led Zeppelin. Когда мне было четырнадцать, я поцеловал вашу маму, — бархатным голосом произнес Снейп. На его лице отразилось чистое наслаждение. Гарри ахнул. — Так нечестно! — пожаловался он, небрежно долил вина в свой бокал, а затем наполнил и бокал Снейпа. Размышляя о его словах, Гарри жестом попросил официантку вновь принести меню. Ему отчаянно хотелось тирамису. — Вы были лучшими друзьями, — на выдохе сказал он, стараясь убедить себя, что Снейп солгал про поцелуй. Иначе это, безусловно, еще больше усложнило бы ситуацию. — Пожалуйста, скажите, что вы не целовали ее, — тихо взмолился он, не обращая внимания на смущенный взгляд подошедшей официантки. Казалось, что-то неуловимо изменилось в лице Снейпа. Но Гарри не мог сказать, что за эмоции тот испытывал. — Не волнуйтесь, Поттер. Я недостаточно натурален для этого. Этот ответ дарил надежду, словно спасательный круг, брошенный утопающему. Гарри посмотрел на своего собеседника: плечи напряжены до предела, губы подергиваются от раздражения. — Мы могли бы съесть десерт у меня, — откуда-то издалека донесся до Гарри собственный голос, и с каждым новым словом его все больше и больше охватывал ужас. Снейп изогнул бровь, оглядывая его оценивающе и неспешно. Гарри изо всех сил старался не съежиться под этим пристальным взглядом. Повисшая между ними тишина казалась невыносимо громкой, будто Гарри внезапно потерял слух. — Боюсь, у меня варится зелье, и мне нужно будет вмешаться в процесс примерно через полчаса, — наконец осторожно выговорил Снейп. Гарри попытался подавить разочарование от того, что Снейп отверг его нелепейшее предложение. Хотя стоило бы порадоваться, что его не прокляли за дерзость. И тут Гарри вдруг понял. Снейп не сказал «нет». Он сказал «не сегодня». О. — У меня нет ни одной пары одинаковых носков. На левой ягодице у меня родинка в форме кошки. А огневиски я люблю куда больше вина, — затаив дыхание, проговорил Гарри. Снейп фыркнул. Напряжение на его лице сменилось чем-то похожим на облегчение или веселье, а может, на то и другое сразу. Гарри сделал еще пару глотков вина.

~~***~~

После пяти раундов «Две правды и одна ложь» из жилетного кармана Снейпа донесся тихий звон, и профессор коротко кивнул Гарри. Он поднялся из-за стола и, пробормотав «Поттер» и в последний раз поглядев на своего собеседника, удалился. Гарри ковырял ложкой тирамису, пытаясь сдержать бушующие в его душе чувства. Ему хотелось заплакать и рассмеяться. Это было худшее и вместе с тем лучшее свидание в его жизни. Хотя вряд ли эту встречу можно было назвать настоящим свиданием. Судьба не переставала подкидывать ему неожиданные сюрпризы.