Как влюбить в себя паиньку

После всех недоразумений Чара знал: нужно извиниться перед братом. Он повёл себя как настоящий ублюдок, и тот даже не был ни в чём виноват. Он долго мялся у двери его комнаты, думал, что сказать, как правильно извиниться. Но дверь открылась раньше, чем он ожидал. Азриэль слегка удивился и даже немного напугался — не ожидал увидеть кого-то на пороге своей комнаты. А Чара подумал: «К чёрту», — и просто сказал то, что считал нужным: — Аззи, прости. Я знаю, что повёл себя как мудак. Мне очень стыдно. Я просто был зол. Но это не оправдание. Младший брат слегка улыбнулся и кивнул. — Ничего, — сказал он. — Я прощаю тебя. Просто в следующий раз не торопись с выводами. — Понял, — кивнул Чара. На душе стало легче. Спокойнее. — Так вы с Фриск теперь встречаетесь? — спросил Аззи. — Чего? — он опешил. — Ты как вообще это узнал? — Это было очевидно, — парень усмехнулся. — Просто так ты бы не извинялся. Старший хотел возразить, но понял, что брат прав. — Встречаемся, — сказал он. — Теперь да. — Поздравляю, — Азриэль улыбнулся. — Я очень рад за вас. — Спасибо, — Чара потёр шею. — Ты… ты не злишься? — На что? — младший брат удивился. — Ну, что я на тебя накричал. Что подумал… ну, про вас. — Чара, — Аззи положил руку ему на плечо. — Ты мой брат. Я на тебя злиться не умею. Обижаться — да. Но и прощать — тоже. Парень не знал, что ответить. Просто кивнул. — Ладно, — сказал он. — Спасибо. — Не за что, — Аззи убрал руку. — А сейчас, если позволишь, мне нужно на кухню. Мама просила помочь. — Не смею задерживать, — Чара усмехнулся. Он развернулся и пошёл к своей комнате. На душе было тепло. Кажется, теперь в жизни всё наладилось. Больше ему сейчас и не требовалось. Хорошие отношения с братом. Любимая девушка. Всё ещё странно называть её так. Но приятно. Очень. Проблема лишь одна, и то проблемой называть её было бы слишком. Оба ничего не смыслят в отношениях. Но готовы учиться. И обучение уже началось. Было раннее утро, до занятий ещё около двадцати минут. Он стоял рядом с её домом, ждал, когда она выйдет. И почему-то слегка нервничал. Сам попросился ходить с ней вместе до школы по утрам, а теперь нервничает. И даже не может понять почему. Просто не знает, как вести себя в этой ситуации. Из поглощающих мыслей его вырвал хлопок входной двери. А вот и она. Улыбается. И почему-то вся нервозность сходит на нет. — Привет, красотка, — сказал он, стараясь звучать уверенно. — А я уж заждался. — Красотка? — Фриск приподняла бровь. — Кто-то научился делать комплименты? Она решила припомнить ему тот инцидент на катке в их первые дни знакомства? Стыдно до сих пор. — Хэй, — парень дёрнул плечом. — Ты же знаешь, я просто хотел привлечь твоё внимание. А ты сама неприступность. Мне всё ещё стыдно за те слова, честно. — Да ладно, — она усмехнулась. — Я тебя просто подкалываю. — Ах ты, — он облегчённо выдохнул. — Пойдём, — сказала она, — а то опоздаем. Она пошагала в сторону школы, а он пошёл рядом. Старался о чём-то говорить, но кое-что не отпускало его разум. Чара хотел держать её за руку. Но как сказать — не знал. Боялся, что откажет или скажет, что слишком рано. А руки так и чесались потянуться и просто взять. В итоге парень не выдержал и слегка коснулся её руки своей — как бы невзначай, ещё и взгляд отвёл, будто не он это сделал. Но Фриск умная девчонка. Она знала, чего он хочет, даже когда тот не озвучивал это вслух. И раз он боится сделать первый шаг, его сделает она. Девушка взяла его за ладонь — непринуждённо, будто они уже сотню раз держались за руки и это просто очередной раз. Даже продолжила говорить о чём-то и поддерживать разговор. А Чара только рад. В груди всё ликует. Чувствует маленькую победу. В итоге не выдержал и спросил: — А мы теперь так всегда будем? — Что? Будем что? — Ну, за руки держаться. Всё такое. Да. — А хочешь? — Спрашиваешь ещё? Конечно хочу. — Значит, будем. Он слабо улыбнулся и кивнул, пытаясь не показывать, как сильно его обрадовала эта новость. Держаться за руки было приятно. И немного странно. Ладони потеют, и он волновался: не неприятно ли ей? Может, она просто из вежливости молчит? Или решила подыграть? Кретин, — подумал он. — Сколько можно надумывать? Просто спроси. Это твоя девушка. Вы должны разговаривать. — Фриск, — сказал он. — М-м? — А тебе не мешает, что у меня ладони потеют? — он помолчал. — Сам не знаю почему, просто… блин, случается. — Серьёзно? — она посмотрела на него. — Меня это вообще не волнует. Мои тоже потеют. Ничего необычного. Ничего необычного, — он запомнил. Они дошли до школы. У входа кто-то из одноклассников удивлённо посмотрел на их сплетённые руки. Чара не отдёрнул. Фриск тоже. — Увидимся на перемене? — спросила она. — Обязательно, — ответил он. Она отпустила его руку и пошла к своему классу. Чара смотрел ей вслед, чувствуя, как внутри разливается тепло. «Ничего необычного», — повторил он про себя. — «Обычные потеющие ладони. У неё тоже. Ничего необычного». И улыбнулся. На химии он пропустил всю тему мимо ушей. Думал о ней. О том, кем они стали. О том, кем стал он. В голове возникли воспоминания их первой встречи. Как холодно она себя вела. Как не побоялась высказать ему всё, что думает о нём. В это он и влюбился. В эту смелость, в эту дерзость. Потом он вспомнил, как хвастался Томасу буквально через пару часов после того, как они всё решили. Как спамил капсом, кидал глупые смайлики и даже отправил очень громкое голосовое сообщение. И Томас был счастлив за них. Что, конечно, было приятно знать, но слегка странно для Чары. Том же тоже был влюблён во Фриск, но она отказала ему. А теперь они друзья, и он так искренне радуется. Сделали бы так же Ник и Зак? Он уже успел забыть про их существование. Про то, что когда-то дружил с этими ублюдками. Они тянули его на дно, и он вовремя обрезал все контакты, выбрал то, что правильно. Эти двое никогда бы не порадовались за него так, как это сделал Томас. И он ценил это. Всё-таки многое изменилось в его жизни. Когда-то хулиганистый парень из плохой компании теперь обрёл настоящих друзей и любовь. А ведь девушки его раньше шугались. А эта смотрит на него своими золотыми глазами, и в них читается любовь и привязанность. — Чара, — раздался голос учителя. — Ты с нами? — А? — он поднял голову. — Я попросил всех сдать конспекты за урок. — Простите, — честно сказал он. — Я не слушал. И ничего не записал. — Это заметно, — учитель вздохнул. — Два за конспект. Перепишешь. — Хорошо, — кивнул Чара. Он не расстроился. Даже не вздохнул. Двойка. Подумаешь. У него есть Фриск. У него есть Томас. У него есть брат, который не держит зла. У него есть жизнь, о которой он раньше даже не мечтал. Чара посмотрел в окно, за которым светило солнце, и улыбнулся. Всё будет хорошо.