То о чём не скажешь вслух.

Незаметно прошла целая неделя, как они с Муми-троллем перешли черту дружбы и стали любовниками, и вот их корабль снова причалил в новом порту. Город оказался довольно крупным, и Юксаре, желая поскорее решить свои дела, в одиночку отправился на разведку. Узнав всю нужную ему информацию, вернувшись на корабль, он сразу отправился в мастерскую Фредриксона. Зайдя внутрь с лёгким стуком, мумрик обнаружил, что старший мужчина в специальных очках с сосредоточенным лицом закручивает кучу каких-то крошечных винтиков в плоскую металлическую пластину. Мумрик застыл, с интересом наблюдая за этим, и Фред, наконец вздохнув, не поднимая головы, спросил: «Что-то случилось?» Юксаре, вдруг слегка смутившись, пройдя вперёд, сел на диван и тихо ответил: «Я хотел попросить, чтобы мы задержались здесь на неделю». Фред, пару секунд внимательно посмотрев на него, снял с себя очки и сел в кресло напротив мумрика, спрашивая: «Мы, конечно, можем, нам некуда спешить, но я бы хотел знать, зачем?» Юксаре, выдохнув, положив одну ногу на другую, ковыряя шнуровку своего сапога, слегка пожав плечами, ответил: «Мне надо сдать анализы». Фред, нахмурившись, уточнил: «Анализы?» И мумрик, вздохнув, пояснил: «На ЗППП». Мужчина, выдохнув, спросил: «Оу, ты думаешь, что у тебя?» Мумрик, резко покачав головой, ответил: «Нет-нет, я думаю, всё в порядке, я всегда осторожен, но, понимаешь, я хочу знать наверняка, чтобы быть уверенным, что я, ну знаешь...» Он отвёл взгляд, смущённо закончив: «Ну, что я безопасен для Муми-тролля и наша близость не навредит ему». Фредриксон, кивнув, слегка улыбнулся, смотря на мумрика, и кивнул: «Хорошо, это действительно не проблема, мы можем задержаться здесь на столько, сколько тебе потребуется». Юксаре, облегчённо вздохнув, благодарно кивнул, и Фред, взглянув на него, всё же мягко спросил: «Как ваши с Муми-троллем дела?» Мумрик, фыркнув, пожал плечами, отвечая: «Я не уверен, всё вроде нормально, он перестал меня избегать и даже не против моей компании, но он постоянно резко смущается любых моих действий и сбегает». Фредриксон, улыбнувшись, сказал: «Юкс, дорогой друг, ты же понимаешь, что Муми-тролль совсем юный и для него всё это в новинку, вполне ожидаемо, что он волнуется из-за ваших отношений». Юксаре, вздохнув, согласно промычал и, взглянув на свои лапы, вздохнув ещё раз, всё же тихо ответил: «Я понимаю, Фред, но я просто так сильно желаю касаться его каждую секунду, когда это возможно, поэтому я хочу скорее разобраться со всем этим и наконец без страха сделать всё то, о чём я думаю». Мужчина, фыркнув над его ответ, покачав головой, тихо произнёс: «Иногда я забываю, какой же ты пылкий, Юкс». Мумрик, усмехнувшись, встал, потягиваясь, и ответил: «Ммм, ты же знаешь, это всё огонь страсти, что течёт по моим венам вместе со знаниями моих предков». И, получив смешок в ответ, добавил: «Что же, раз мы всё решили, я, пожалуй, сразу займусь этим». Фред, фыркнув, отмахнулся от него и вернулся к своей работе. Юксаре, сидя в клинике, отрешённо рассматривал плакаты на стене с информацией о методах контрацепции. В ней, как и во всех подобных центрах, было довольно пустынно и мрачно из-за резкого запаха хлора и холодного освещения. К счастью, из кабинета наконец выглянула молодая женщина неопределённой расы. Взглянув на него, она, заглядывая в свой планшет с бумагами, спросила: «Юксаре?» Мумрик кивнул, и она, открыв дверь, позвала его за собой. Указывая ему на кушетку, она уточнила: «Вы указали полный комплекс анализов при заполнении бланка?» Мужчина кивнул, и она продолжила: «Хорошо, для начала снимайте рубашку, я сначала возьму кровь из вены». Пока он это делал, она мыла руки и, сев в кресло напротив, начала подготавливать пробирки и шприцы. Закончив, она, перетягивая его лапу жгутом, увидев, как он уже сам без ее указаний разрабатывает лапу, все же спросила: «Вы уже бывали в таких местах?» Юксаре лишь согласно промычал и спокойно проследил за тем, как она находит вену и вводит иглу, а после заполняет пробирки его кровью. Поймав несколько любопытных взглядов на себе, усмехнувшись, он спросил: «Неужели я такой интересный?» Женщина, смутившись, поспешно освободила его лапу, давая ему ватный тампон, чтобы остановить кровь, и, уже запечатывая пробирки с кровью, подписывая их, ответила: «Извините, просто ещё ни разу не видела мумрика вживую». Хмыкнув, Юксаре, прижимая ватку к ранке, спокойно ответил: «Все в порядке, это довольно частая реакция. Мои собратья довольно редко появляются в людных местах и тем более в клиниках». Женщина, все ещё смущённая, кивнула и, убирая колбы в бокс, вновь беря бланк, сказала: «Если вы не против, не могли бы вы ответить на несколько вопросов? Это все, конечно, останется анонимным, мне просто нужны данные для статистики». Мумрик, фыркнув, убедившись, что кровь остановилась, выкинул ватку в урну и, махнув хвостом, кивнул: «Все в порядке, мне нечего скрывать». Женщина, кивнув, пролистала анкету и начала опрос: «Количество ваших половых партнёров за последние время?» Юксаре, улыбнувшись, озвучил: «Смотря за какое время, если за ближайшие полгода, то один, если за год, то мне надо проверить». Он достал свою записную книжку под слегка удивлённым взглядом женщины и, пролистав ее до нужной закладки, сказал: «Сорок три за этот год, если считать все сексуальные контакты». Женщина, недолго посмотрев на него, кивнула и, сделав пометку, продолжила: «Когда был последний половой акт?» Мумрик, складывая одну ногу на другую, ковыряя шнуровку на сапогах когтями, ответил: «На прошлой неделе». Записав это, женщина уточнила: «Защищённый?» Юксаре кивнул, и она, взглянув на него с интересом, снова уточнила: «Полностью, не только проникновение?» Мумрик, задумавшись, ответил: «Не совсем, оральный секс был без защиты». Вздохнув, женщина, нахмурившись, сказала: «Тогда я вынуждена сообщить вам, что по последним исследованиям заболевания также передаются через слюну, и в некоторых случаях риск заражения присутствует даже при поцелуях или случайном бытовом контакте вроде общей чашки или ложки». Юксаре, помрачнев, ответил: «Я не знал об этом». Женщина, кивнув, вставая и вновь моя руки, сказала: «Да, об этом пока что мало кто информирован, но не стоит волноваться, если вы чувствуете себя нормально, вероятность того, что у вас что-то из этих случаев, очень мала, хотя я бы рекомендовала вам использовать защиту при всех контактах. Если вы хотите, вы можете получить бесплатный набор на стойке регистрации». Вытирая руки и надевая перчатки, она, повернувшись, вздохнув, добавила: «Раздевайтесь, я возьму мазки». Вскоре закончив со всеми процедурами, она подписывала все колбы, пока мумрик одевался. Юксаре, все ещё чувствуя не очень приятные ощущения от процесса взятия анализов, застёгивая рубашку, спросил: «Когда анализы будут готовы?» Женщина, вновь заглянув в бланки, ответила: «Кровь будет готова раньше, но все они будут готовы где-то дня через три-четыре, так что приходите к концу недели, тогда они все точно будут готовы». Юксаре кивнул и, закончив одеваться, спросил: «Ещё что-нибудь нужно заполнить или я могу идти?» Она, покачав головой, ответила: «Нет, вы указали все нужные данные при регистрации, так что можете идти». Юксаре, кивнув, вышел и, ненадолго заглянув на стойку регистрации, а потом пройдясь по магазинам в городе, вернулся на корабль, сразу направляясь в свою комнату и удивлённо обнаружил там спящего Муми-тролля. Оставив пакеты на полу, тихо подкравшись ближе, он опустился на кровать, ложась рядом с троллем и заглядывая на чужую спящую мордочку. Улыбнувшись, все же протянув лапу, медленно проведя ей по щеке любовника, любуясь столь любимыми чертами мордочки тролля. Тролль вдруг вздохнул, и его белые ресницы слегка затрепетали, после чего он медленно открыл глаза, сонно смотря на мумрика перед собой, и, почувствовав ласковые касания мужчины, улыбнувшись, тихо сказал: «Я ждал тебя. Фред сказал мне, что у тебя дела». Юксаре, придвинувшись ещё ближе, уже обнимая тролля, тихо ответил: «М-да, я ходил сдавать анализы». Муми-тролль, смутившись, выдохнул: «О-у». И, оглядев мужчину, тихо спросил: «И как?» Мумрик, улыбнувшись, пряча мордочку на груди партнёра, ответил: «Ну, результат будет дня через четыре, а пока в случае чего мы будем использовать защиту», — и игриво пощекотал бока любимого. Муми-тролль, вспыхнув алым, смущённо взглянул на него, и Юксаре, улыбнувшись, обнажая клыки, продолжил поглаживать бока тролля и, получив пару хлопков хвостом тролля по своим ногам, подняв лапы, сказал: «Ш-ш, детка, всё в порядке, мы можем заняться этим позже», — и, не дав троллю вставить и слова, последний раз нежно коснувшись губами щеки партнёра, встал и заглядывая в один из пакетов, что принес собой, сказал: «Я увидел кое-что и подумал о тебе». Муми-тролль, поборов смущения, полный любопытства, сел, пытаясь рассмотреть пакет в лапах мужчины, и Юксаре, громко усмехнувшись, достал из пакета синюю кожаную записную книжку и перьевую ручку и, давая их троллю, тихо сказал: «Я знаю, что у тебя уже есть блокнот, но я увидел этот и подумал, что он выглядит так, будто создан для тебя». Муми-тролль, приняв увесистый блокнот в лапы и погладив выбитый рисунок кораблика на обложке, растроганный, открыл его и, пролистав несколько мягких кремового цвета страниц, наконец, посмотрев на мужчину, что наблюдал за ним, и откладывая их в сторону на тумбочку, притянув мумрика к себе за шлейки брюк, обнимая, ответил: «Ох, Юксаре, это чудесный подарок, мне очень нравится». И, потянув мумрика ближе к себе за плечи, робко, но со скрытым энтузиазмом поцеловал его в губы. Мумрик, довольно промычав, углубил поцелуй и через пару минут, полных ласки и нежности, отстранившись, глубоко дыша, он ответил: «Я рад, что тебе понравилось». Потом, уткнувшись лбом в плечо тролля, стал медленно вдыхать запах любовника, наслаждаясь им и слегка жалея, что ноты их близости почти выветрились, оставив лишь еле заметный шлейф поверх устойчивого личного аромата тролля. Он громко вздохнул. Муми-тролль, поглаживая его спину, тихо спросил: «Устал?» Юксаре, согласно промычал, вдруг забираясь на колени тролля, обнимая его ещё сильнее, ответил: «Это довольно неприятный процесс, и у меня взяли много крови для анализа, поэтому я чувствую сонливость». Тролль, чуть смущённый чужим весом на своих коленях, двигаясь назад дальше по кровати, спросил: «Может, тогда поспишь немного?» Мумрик, не отрывая мордочки от плеча партнёра, чуть целуя его, глухо ответил: «Пожалуй, но только если ты обнимешь меня». Муми-тролль, вздохнув, все же согласно кивнул и лег на спину, потянув мумрика на себя, укладывая его себе на грудь и накрывая и себя, и его одеялом, ответил: «Я буду тут, так что давай отдохни». Юксаре, счастливо мурлыкнув, прижался к нему сильнее, закидывая на тролля ногу и закрыв глаза, мурча всё громче, вскоре действительно заснул, окутанный теплом и заботой. Юксаре, проснувшись чувствуя жаркие объятия Муми-тролля, счастливо вздохнул. В этом моменте он чувствовал себя невероятно хорошо: лёжа в крепкой хватке больших лап тролля, прижимаясь к его твёрдой груди, чувствуя щекой мягкость его густого белоснежного меха и сжимая мягкие округлые бока любовника. Это всё было так реально, намного лучше любого сна, так приятно до сладких мурашек, бегущих по всему телу, до искр томительного желания, до целого океана нежности, что волнами поглощали мужчину, шепча ему: «Поцелуй его, приласкай его, скажи ему, как он прекрасен, скажи ему, как сильно ты любишь его». Не в силах совладать с этими желаниями, он, подняв голову и пару секунд смотря на умиротворённую сном мордочку тролля, потянувшись, легонько целуя его в щёку, медленно, не спеша стал спускаться поцелуями по щеке тролля вниз по челюсти и, ненадолго задержавшись на ямке под подбородком, перешёл на шею, уже чередуя мягкие касания губ с лёгкими покусываниями. Тролль, тихо простонав, открыл глаза и, недолго расфокусировано смотря на мумрика, осознав всё, смутившись, придержав его за плечо, хрипло от сна спросил: «Что ты делаешь?» Юксаре, улыбнувшись и мурлыча, отозвался: «Ничего, просто ты такой очаровательный, что мне так и хочется приласкать тебя». И, вновь целуя его в шею, с любовью прошептал: «Такой милый и сладкий мальчик, нежный мой, так сильно хочу тебя всего целиком, приласкать каждую твою часть полностью, от кисточки хвоста до твоих пушистых ушек». Тролль, ужасно смущаясь и чувствуя, как от этих тихих сладостных слов и горячих касаний губ мужчины что-то горячее и тугое вновь сворачивается где-то внизу живота, вызывая стаю мурашек по всему телу, взволнованный этим ощущениям, тролль, упершись лапами в грудь мумрика, тяжело дыша, сказал: «Юкс, подожди, пожалуйста». Юксаре, вздохнув и остановившись, отстранился и, глядя на любовника, чуть разочарованно спросил: «Что такое?» Муми-тролль, отведя взгляд, неуверенно ответил: «Я не знаю, просто это всё». Он абстрактно помахал лапами, не в силах выразить свои чувства. Мумрик, вздохнув и протянув лапу, медленно гладя его по щеке, спросил: «Я не знаю, что ты хочешь сказать, но тебе разве было плохо со мной до этого? Мне казалось, тебе понравилось». Тролль, прижимая уши к голове и вздохнув, кивнул, робко отвечая: «Мне было хорошо, но я всё ещё не помню большую часть этого». Вновь отведя взгляд, он очень тихо признался: «Я просто хочу, чтобы ты был медленнее, я хочу запомнить это». Юксаре, выдохнув растроганный этой тихой просьбой, кивнул и, целуя тролля в щёку, ответил: «О, детка, конечно, нам некуда торопиться, я сделаю всё, что ты захочешь». И он, вновь обнимая тролля за плечи, тихо спросил: «Можно?» Тролль смущённо кивнул. Юксаре, потираясь своим носом об нос партнёра, бережно прижался своими губами к губам тролля. Не спеша углубить поцелуй, он медленно лизнул губы тролля, будто снова знакомясь, так же медленно укладывая его на спину. Муми-тролль, выдохнув, неуверенно обнял его в ответ. Мумрик, улыбнувшись, чуть покусывая и облизывая губы партнёра, вызывая этим ещё несколько громких вздохов, решившись, стал медленно проникать языком в его рот, попутно нежно поглаживая плечи тролля, слегка царапая их коготками и вызывая этим множества приятных мурашек у партнёра. Муми-тролль, простонав, сжал мужчину в своих объятиях крепче. Юксаре, выдохнув ему в рот, спустил лапы ниже, оглаживая уже не только его плечи, но и грудь, и, зарывшись пальцами в густой мех, прочесывая его, стал с интересом ощупывать чужие мыщцы. Вскоре нащупав чужие соски, он, чуть отстранившись, пробно сжимая их и выбивая этим громкий стон, с улыбкой игриво сказал: «О, кому-то пора перестать играть в прятки» — и сжал соски тролля сильнее, медленно потирая их пальцами. Тролль, всхлипнув, смущённо взглянул на мумрика. Юксаре, поймав этот взгляд и улыбнувшись, не прекращая ласкать его соски, заглядывая ему в глаза, с нежностью сказал: «О, ты только посмотри на себя, такой очаровательный и невинный тролль попал мне в лапки». И, потянувшись снова целуя и покусывая его шею, не прекращая ласкать его грудь, мумрик зашептал: «Такой красивый» мягкий поцелуй под челюстью, «такой нежный» небольшой укус около ключицы, «такой сладкий» короткий мазок языком возле плеча, «такой мягкий» медленный поцелуй в плечо, «такой сильный». Тролль, уже вовсю всхлипывая от ласк, чуть выгнувшись на постели, затуманенным взглядом взглянул на макушку мужчины и, неуверенно сжав его плечи, легко погладил его по ним, желая ответить хоть чем-то. Юксаре, подняв голову и улыбнувшись, чуть играя с его сосками когтями и выбивая новые всхлипы, продолжил тихо говорить, уже глядя прямо в глаза любовника: «Мой драгоценный» лёгкое трение пальцев, «Il mio raggio di luce» сильное короткое сжатие, «la mia anima» медленное круговое движение когтем, «amato mio» твердое поглаживание раскрытыми ладонями, «Ah, il mio più dolce» прильнув к троллю всем телом, он обхватил его мордочку и, осыпая его поцелуями, ещё тише, хрипло зашептал: «Мой милый, la mia tentazione peccaminosa» ласковые поцелуи в веки и щеки, «самый прекрасный, il dono più prezioso del destino» поцеловав тролля в нос, ещё крепче обхватив его мордочку, пристально глядя в такие любимые карие глаза друга, что сейчас были почти черными от желания, он, полный любви, зашептал, словно печатая каждое слово прямо на теле партнёра: «Мой Муми-тролль, только мой, мой мальчик, мой малыш, il mio amato, la mia anima, il mio destino, il mio universo, così ti amo, amato, prezioso, ti amo il mio cuore». Тролль, дрожа уже весь раскрасневшийся и полный возбуждения, всхлипнув, отчаянно сжимая плечи мужчины, вопросил: «С-сделай уже что-нибудь». Юксаре, усмехнувшись и всё ещё сжимая его мордочку, притянул его для поцелуя, на этот раз страстно и глубоко целуя его, уверенно вылизывая его рот и потираясь об тролля всем телом. Отпуская его, спускаясь лапами вниз, поглаживая грудь и живот тролля, разорвав поцелуй и глубоко вздохнув, чуть сжимая мягкие складки и округлости любовника, слегка царапая его когтями и вызывая этим множество тяжёлых вздохов и отчаянных всхлипов, спускаясь поцелуями по столь желанному телу вниз, глубоким и страстным голосом продолжил: «Мой» лёгкий укус в плечо, «Мой» длинная влажная дорожка языком, «Мой» добравшись до соска, он обхватил его губами, медленно посасывая, и, получив длинный глухой стон, чуть прикусив его напоследок, выпуская, возобновил движение вниз: «Мой» дорожка нежных быстрых поцелуев по животу тролля, «Мой» наконец спустившись к бедрам любовника, он потянул его ногу в сторону. Тролль, вздрогнув, взволнованно посмотрел на него, но, получив несколько ласковых поглаживаний по бедрам, сам, полный стыда и робости, раздвинул ноги, отводя взгляд. Юксаре, улыбнувшись и устраиваясь между ног партнёра, спокойно сказал: «Хороший мальчик». Тролль, невольно взглянув на него, замер, ещё сильнее краснея, не в силах справиться с таким соблазнительным видом мужчины, что сжимал его бедра, нависая прямо над его пахом, без стыда рассматривая все сокровенные части тролля. Мумрик, мурлыкнул и глядя ему в глаза, поднял одну из лап, начав плавно поглаживать пах тролля, прекрасно видя, как мех на нем приподнялся, обнажая паховую складку и свидетельствуя о чужом возбуждении. Муми-тролль, громко выдохнув, сжал простыни под собой, всё ещё не в силах оторвать взгляд от мужчины, и громко сглотнул, когда чужая прохладная лапа приблизилась к самой нежной части его тела. Юксаре, полный довольства от реакции любимого, медленно провёл прямо по чувствительному шву и, получив новый тихий чувственный всхлип от любовника, неспеша толкнулся пальцами внутрь нежных складок, бережно обхватывая член тролля и слушая тяжёлое дыхание партнёра, медленно потянул его наружу, освобождая из оков тела. Муми-тролль облегчённо простонал, освободившись от давления, и тут же громко всхлипнул, когда мумрик, сжав его член, стал так же медленно обводить его головку большим пальцем, предварительно спрятав когти, чтобы не поранить нежную плоть. Юксаре, издав короткий смешок, тихо сказал: «Такой удивительно чувствительный» лёгкое движение лапы и новый громкий стон, «Такой отзывчивый» более твёрдое движение с лёгким поворотом запястья под громкий скулёж, «Действительно самый настоящий подарок». Тролль, уже переполненный приятными ощущениями и жаром, стал бить хвостом по кровати, слегка задевая грудь мужчины, и, выгибаясь и толкаясь ему в лапу, отчаянно воскликнул: «Х-х-хватит издеваться, сделай уже что-нибудь!» Юксаре, громко усмехнувшись, склонив голову набок и томно глядя на него, игриво спросил: «Как так, детка? Ты ведь сам просил, чтобы я был медленнее». Тролль, отчаянно простонав, вновь толкнувшись ему в лапу, повторил с рычанием: «ПРОСТО СДЕЛАЙ УЖЕ ЧТО-НИБУДЬ, ЧЕРТ ТЕБЯ ПОДЕРИ». Мумрик, вновь усмехнувшись и согласно промычав, ещё пару раз не спеша погладив член тролля, вдруг отпустив его, встал. Муми-тролль, вздрогнув и разочарованно простонав от потери чужих таких приятных прикосновений, поднял голову и чуть обиженно спросил: «Куда ты?» Юксаре, успокаивающе отозвался: «Ш-ш, детка, я сейчас вернусь» — и, подняв один из пакетов с пола, вернулся на кровать, вновь садясь между ног любовника. Тролль смущённо, но с любопытством посмотрел на пакет в лапах мумрика. Юксаре, улыбнувшись, извлёк из него пачку презервативов, смазку и ещё одну загадочную упаковку и, поймав смущённый взгляд тролля, погладив его по колену, сказал: «Я же говорила, пока нам надо быть осторожными» — и стал доставать презервативы из пачки. Вскрыв один, он аккуратно раскатал его по члену партнёра, вызывая этим громкий стон, и, поймав непонимающий взгляд тролля, спокойно пояснил: «Я хочу взять тебя в рот, но в клинике сказали, что через слюну тоже можно заразить партнёра, поэтому лучше подстраховаться». Муми-тролль, смутившись ещё больше, отвёл взгляд. Юксаре, улыбнувшись и поглаживая его по бокам, вновь опускаясь, целуя его бедра, и снова, распаляя его до предела, наконец-то добравшись до члена, придерживая его лапой, стал медленно, с любовью целовать его по всей длине, чувствуя, как тот под его губами всё больше подрагивает. Тролль, вцепившись в простыни, тяжело дышал, пытаясь сдержать стоны. Мумрик, ненадолго отстранившись, с улыбкой прошептал: «Муми, детка, не сдерживайся, я хочу слышать твой голос, я хочу знать, что тебе хорошо». Тролль, не выдержав этого горячего, завораживавшего его бархатного шёпота, громко простонал. Мумрик, улыбнувшись ещё шире, вернулся к его члену и, медленно поглаживая его пальцами, широко лизнув член, он смачивая его слюной, обхватил губами головку, начиная медленно посасывать её, чуть играя своими пирсингом, проходя им по самой чувствительной точке. Тролль, громко всхлипнув, вдруг обвил его за руку хвостом, прижимая к себе ближе. Мумрик, оторвавшись на секунду, сказал: «Тише, милый мой, я не убегу» — и, чуть опалив член тролля горячим дыханием, слегка расстроено добавил: «Как жаль, что так я не могу почувствовать твой вкус» — и, не дав партнёру и минуты на раздумья, вновь вобрал его член в рот, уже заглатывая его наполовину громко хлюпая слюной. Муми-тролль, вскрикнув от резкого ощущения давления, всё ещё сжимая лапу мужчины хвостом, чуть выгнулся назад, толкаясь бёдрами вверх. Юксаре, быстро двинувшись вместе с ним, чтобы не подавить, придержал его за бедро, фиксируя его положение, и, начав медленно двигать головой, стал свободной лапой поглаживать его ягодицы, с каждым движением всё более настойчиво и твёрдо. Тролль всё громче и беспорядочно всхлипывая, не выдержав, вцепился в кудри мужчины лапами, потянув его за волосы. Юксаре, чуть не подавившись, тяжело дыша через нос, сдержал вскрик, почувствовав волну удовольствия от этого немного грубого действия партнёра и чувствуя приятные мурашки от ощущения крепкой хватки тролля в своих волосах, задвигал головой быстрее, беря член партнёра ещё глубже, максимально расслабляя горло. Тролль, уже не в силах стонать, тихо хныкал и поскуливал при каждом новом движении. Мужчина, чувствуя, что партнёр уже близко, усилил давление, чуть прижимая его член во рту языком, помня, как троллю это понравилось в прошлый раз, и, сделав это несколько раз, довёл любовника до предела. Тролль, сжав его волосы сильнее, вновь дёрнув бёдрами, кончил с громким хриплым стоном, обильно изливаясь внутрь. Юксаре поспешно выпустив его член из-за рта, опасаясь порвать полный презерватив клыками, стал водить по нему лапой, продлевая приятные ощущения от оргазма и внимательно наблюдая за чужим удовольствием. Поцеловав любовника в живот и медленно снимая с него презерватив, он хрипло сказал: «Как же много, неужели ты за это время даже сам себя не трогал?» Муми-тролль, всё ещё очень тяжело дыша, смущённо покачал головой. Юксаре, хмыкнув, сказал: «О, как мило, а я вот, признаться честно, пару раз кончал, вспоминая твою чудесную мордочку». Тролль, простонав от этих слов, хлопнул его хвостом по груди. Мумрик, рассмеявшись и осматривая его такого мокрого и взъерошенного, всего покрытого метками от его когтей и рта, улыбнувшись, нежно погладив его бедро, глядя на мирно лежавший на животе член партнёра, и чувствуя, как его собственный член в брюках изнывает, требуя внимания, с нежностью прошептал: «Ты такой красивый». Муми-тролль, выдохнув, взглянув на него и наконец обратив внимание, насколько сам мужчина возбуждён, протянув лапу, сжимая его лапу в своей потянув его на себя, тихо робко сказал: «Иди сюда». Юксаре, улыбнувшись, послушавшись, поднялся выше, прижимаясь своей грудью к груди тролля. Муми-тролль погладил его щеку, притягивая его ближе, мягко целуя. Мумрик, выдохнув, с удовольствием принял это, прижимаясь к нему сильнее, не выдерживая, чуть потираясь об него пахом. Тролль, чувствуя это животом, медленно опустил лапы, ощупывая чужую рубашку, и неуверенно потянул её. Юксаре, разорвав поцелуй, взглянув на смущённого любовника, просто кивнул. Муми-тролль, выдохнув, уже увереннее сжав края рубашки мужчины, потянул её наверх. Мумрик поднял лапы, помогая снять её с себя, и, скинув её на пол, вновь прижался к партнёру, целуя его. Муми-тролль, выдохнув, стал робко оглаживать грудь мужчины, смутно помня, что уже делал всё это ранее, и заново знакомясь с телом мумрика, стал медленно и осторожно ласкать соски партнёра, смутно припоминая, как мужчина просил его сжимать их чуть сильнее. Юксаре, выдохнув, поощряющее огладил его по щекам, чуть покусывая его губы в поцелуе. Тролль же, получив одобрение, стал ласкать его грудь увереннее, всё чаще просто твёрдо оглаживая, постепенно робко спускаясь ниже и добравшись до пояса брюк мужчины, неуверенно замер. Юксаре вновь разорвав поцелуй, упираясь своим лбом в его, смотря ему прямо в глаза, хрипло сказал: «Не бойся и не торопись, всё нормально, я подожду». Но тролль, покачав головой и вздохнув, решительно взялся за край брюк и, не очень умело провозившись с замком, расстёгивая их, стал медленно тянуть их вниз, понимая, что резкие движения могут причинить боль возбуждённому до предела партнёру. Мумрик, хрипло простонав, привстал, помогая стягивать с себя брюки. Муми-тролль, проследив за тем, как мужчина скидывает на пол и их, и вновь не обнаружив на мумрике белья, смущённо рассматривая его член, спросил: «Ты вообще носишь трусы?» Юксаре, усмехнувшись, пожал плечами: «Иногда да, иногда нет, по настроению». И, поймав взгляд любовника, со смешком добавил: «И не тебе говорить мне об этом, ты вообще не носишь одежды». Фыркнув, Муми-тролль ответил: «Мне она и не нужна. У нас, у троллей, всё прилично и без неё». Хмыкнув, Юксаре, опустив лапу, чуть сжав мягкий член партнёра, игриво выдохнул: «Вот как?» Тролль, всхлипнув, в отместку так же схватил мумрика за член, крепко сжимая. Юксаре громко вскрикнул от неожиданного сильного прикосновения к чувствительному органу, чуть выгнувшись назад. Тролль, немного испугавшись, ослабил хватку, и с тревогой спросил: «Больно?» Мужчина, глубоко вздохнув, покачал головой: «Нет, всё в порядке, просто слишком резко и сильно. Я не против этого, но можешь быть немного понежнее, я сейчас слишком заведён». Потом, потянувшись назад, вслепую найдя презервативы, протягивая их ему, сказал: «Только надень сначала его на меня». Тролль, смущённо взяв их, неуверенно достал один. Мужчина, видя его неуверенность, спокойно сказал: «Давай, держи его за кончик так, чтобы было место внутри, и натягивай, раскатывая его вниз». Муми-тролль, вздохнув, последовав инструкции, смущённо натягивая презерватив на член мумрика, следил за выражением его мордочки, видя, как мужчина, тяжело дыша, сдерживает движения бёдер, явно желая толкнуть ему в лапу. Тролль, проделав это, неуверенно взглянул на результат. Юксаре тоже, посмотрев на свой член, хмыкнув, кивнул: «Молодец, у тебя хорошо получилось, ты быстро учишься». И, поймав смущённый взгляд любовника, со смешком добавил: «Я в первый раз порвал презик когтями, и мой тогдашний партнёр очень долго матерился на меня за это». Муми-тролль, нахмурившись, собирался что-то ответить, но мумрик, потянув его за лапу, хрипло попросил: «Муми-тролль, пожалуйста, потрогай меня, я уже на пределе». Тролль, вспыхнув, взглянув на мордочку мужчины, полную желания и мольбы, вновь обхватил его член, на этот раз медленно, с трудом проводя по нему лапой. Юксаре, вздохнув, придержав его за запястья, хрипло сказал: «Подожди». И, найдя бутылку со смазкой позади себя, открыв её, стал выливать её содержимое прямо на свой член и лапу тролля. Решив, что её достаточно, он, закрыв пузырёк, вновь откинувшись на лапы назад, объяснил: «Вот, можешь продолжать, так будет легче, и презерватив не будет скатываться». Муми-тролль, смущённо кивнув, возобновил осторожные и медленные движения, размазывая смазку с лёгким хлюпаньем. Сглотнув, тролль, вслушиваясь в дыхание друга, с робким интересом наблюдал за Юксаре, пробуя разную силу и положения прикосновений при движении лапой, и, крепко обхватив ствол, нежно погладил его у основания. Мумрик, громко простонав, хрипло выдохнул: «Вот так хорошо, давай дальше так». Тролль, кивнув, стал повторять это при каждом новом движении. Юксаре, тяжело дыша, всё сильнее прогибаясь в спине, двигая бёдрами навстречу, вцепившись в простыни когтями, хрипло оповестил его: «Я скоро кончу». Муми-тролль, смущённый его откровенностью, кивнул и, всё ещё внимательно наблюдая за его мордочкой, ускорил движения своей лапы. Через пару фрикций мумрик, рыкнув, максимально выгнувшись назад, кончил, со всей силы сжимая простыни под собой, слегка рвя их когтями, и, тяжело дыша, взглянув на любовника, что неуверенно замер, смотря на него, громко вздохнув, сказал: «Давай, иди сюда и поцелуй меня». Тролль, покраснев, кивнул и потянулся ему навстречу, обнимая мужчину за плечи и нежно целуя его в губы. Юксаре, улыбнувшись, обняв тролля за талию, мурлыча, ответил на поцелуй, наслаждаясь приятной негой после оргазма и такой желанной близостью с возлюбленным, и, недолго побыв так, лаская губы партнёра, он стал слегка давить на плечи тролля, пытаясь уложить его обратно на спину. Муми-тролль, тяжело дыша, разорвав поцелуй, все же ложась на спину, спросил: «Что ты делаешь?» Юксаре, усмехнувшись, освобождая себя от использованного презерватива, ответил: «М-м, ничего, это всё, конечно, было очень хорошо, но знаешь, в тебе мне будет ещё лучше». Тролль, вспыхнув, поспешно свёл ноги вместе и отвёл взгляд. Мумрик, вздохнув, нежно поглаживая его бедро, тихо спросил: «Ты не хочешь?» Муми-тролль повёл плечами и смущённо очень тихо ответил: «Нет, я просто не знаю, я смутно помню, что мы уже делали это и что было хорошо, но мне страшно». Юксаре, наклонившись и целуя любовника в щеку, спокойно сказал: «Если ты не хочешь, мы можем отложить это, пока анализы не будут готовы, чтобы точно знать, насколько я безопасен». Тролль покачал головой: «Дело не в этом, меня просто пугает сам процесс». Юксаре, вздохнув, наклонившись, заглядывая ему в глаза, гладя его по щекам, спокойно ответил: «Муми-тролль, всё нормально, мы уже делали это, и я обещаю, что я буду таким же бережным, как и в прошлый раз, тебе же не было больно или некомфортно после секса?» Муми-тролль очень смущённый покачал головой и, ненадолго задумавшись, всё же медленно снова разведя ноги в сторону, тихо ответил: «Хорошо, только если мне будет плохо, ты остановишься». Мумрик, улыбнувшись, кивнул: «Конечно, детка, но я обещаю, тебе будет хорошо». И, последний раз нежно поцеловав его в нос, мужчина отстранился, снова садясь между ног партнёра, притягивая к себе одну из подушек, смазку и загадочную коробку. Спокойно потянув бедра тролля вверх, молча показывая ему приподняться, он положил ему под поясницу подушку и, поправляя ее, заботливо спросил: «Удобно?» Тролль, чуть поерзав, махнул хвостом и смущённо кивнул. Юксаре, улыбнувшись, сгибая одну из его ног, лучше раскрывая его для себя, нежно поцеловал его в колено и, наконец, впервые в трезвом рассудке рассматривая нежное розовое колечко мышц между двух белоснежных округлых половинок ягодиц тролля, чуть прикрытое коротким белым мехом, улыбнувшись, погладил его по ягодицам и, сжимая их чуть больше, раскрывая их для себя, страстно выдохнул: «Ох, как же ты прекрасен, такой красивый, настоящее произведение искусства, от кончика хвоста до округлых ушек такой сильный, но такой нежный и мягкий». Муми-тролль, смутившись, отвернулся. Мумрик, усмехнувшись, снова поцеловал его колено и, беря коробочку с кровати, открыл ее, доставая ее содержимое. Тролль, привлеченный шуршанием, всё же вернул взгляд и, смотря за действиями мужчины, удивлённо спросил: «Это что, перчатки?» Юксаре, уже надевая на лапы латексные перчатки, кивнул: «Да, в прошлый раз для этого я использовал презерватив, но в них будет намного удобнее». И как можно удобнее устроившись между ног тролля, приподнимая его ягодицы ещё выше и частично укладывая его ноги себе на колени, мужчина, открыв смазку, выливая ее себе на лапы, разогревая, спросил: «Ты готов? Если нет, скажи, я могу сначала приласкать твой член или просто погладить тебя, мне нужно, чтобы ты расслабился». Тролль, задумавшись, испытывая стыд, всё же очень тихо и робко ответил: «Не знаю» и, помяв простыни под собой, тихо еле слышно спросил: «А можешь, как в прошлый раз, целовать мои ноги и живот?» Юксаре, улыбнувшись, кивнул и, наклонившись, целуя его в бедро и медленно смазывая его ягодицы смазкой, не спеша кружа вокруг входа, спросил: «Ты запомнил это?» Тролль, чувственно выдохнув, кивнул: «Я помню только жар и то, как ты постоянно целовал меня». Мужчина, улыбнувшись, нежно целуя бедра тролля, согласно промычал: «Конечно, ты такой трогательно милый, что мне хочется подарить тебе очень много нежности, ti meriti ogni dolce bacio o parola affettuosa in questo mondo» Тролль, тихо простонав, смущённо спросил: «Ты ведь знаешь, что я тебя не понимаю, так почему ты постоянно говоришь на мумринском?» Юксаре, чуть прикусив нежную плоть тролля, оставляя след и выбивая из любовника всхлип, зализывая его, ответил: «Потому что это мой родной язык, и я просто говорю то, что думаю. Разве это тебя смущает?» И, не дав троллю ответить, вновь покусывая его бедра, чередуя это с поцелуями, стал поглаживать анус партнёра, пытаясь расслабить напряженные мышцы. Тролль, тяжело дыша, закрыл мордочку лапами, прикрывая глаза, и невольно раздвинул ноги ещё шире, максимально раскрывая себя для мужчины. Юксаре, вновь взглянув на призывно блестящие от смазки колечко мышц, сглотнув, громко утробно простонал: «Черт, если с анализами всё будет хорошо, я первым делом вылижу твою задницу, она выглядит как чистое искушение». Муми-тролль, явно представив это, громко простонал, ещё сильнее пытаясь спрятать мордочку. Мумрик, усмехнувшись, вновь возвращаясь к ласкам, оставляя ещё больше меток на бедрах партнёра и начиная целовать низ его живота, чуть заходя на пах, дразня начавший снова твердеть член любовника, чувствуя, как тролль наконец расслабляется, незаметно обновив смазку, стал проталкивать первый палец внутрь тела любовника. Тролль всхлипнул и обвил его лапу хвостом, удерживая. Юксаре, выдохнув, всё ещё целуя его живот, свободной лапой погладив кисточку его хвоста, с нежностью сказал: «Ну что ты, всё хорошо, я знаю, в начале всегда неприятно, зато потом будет очень хорошо, давай можешь чуть выталкивать меня, а потом снова расслабляться, так будет легче». Тролль, взглянув на него влажными глазами и видя, что мужчина с теплом смотрит на него, спокойно ожидая, кивнув, стал следовать его словам, чуть напрягаясь, а потом снова расслабляясь, чередуя это, и вскоре палец мумрика действительно легко и свободно проник внутрь тела тролля. Юксаре, улыбнувшись, снова поцеловав возлюбленного в колено, похвалил его: «Вот так, хороший мальчик, так хорошо слушаешь мои советы». Тролль громко всхлипнул, чувствуя волну мурашек от слов мужчины. Мумрик, улыбаясь чуть сверкая своими острыми клыками, бережно массируя стенки ануса изнутри, возвращаясь к ласковым поцелуям, прокладывая новую дорожку по животу любовника, чувствуя, как чуть сжимаясь, стенки медленно ослабевают свою хватку, давая всё больше и больше пространства для движения. Мумрик, усмехнувшись, стал добавлять второй палец и, отвлекая партнёра от нового ощущения натяжения, свободной лапой стал поглаживать его вновь вставший в возбуждении член. Тролль, хрипло простонав, чуть выгнулся, толкаясь ему в лапу. Мумрик, уже полноценно поглаживая его член, наконец протолкнул внутрь тролля уже два пальца, начав постепенно растягивать нежные стенки, разводя пальцы внутри на манер ножниц, и слушая тихие всхлипы и тяжёлое дыхание любимого, уже тоже вновь чувствуя возбуждение, задумавшись, не прекращая поглаживать член любовника и целуя его бедра, стал ощупывать стенки изнутри, целенаправленна ища нужную точку, и, обнаружив искомое, уверенно надавил на небольшой бугорок внутри тролля. Муми-тролль, громко вскрикнув, резко двинул бедрами вверх и очень удивлённо взглянул на мужчину. Юксаре, улыбнувшись, потираясь носом об его колено, сказал: «А вот и мы, в прошлый раз я не нашел твою простату, потому что был слишком пьян, чтобы определить её местоположение». Начав легко толкаться внутрь тролля пальцами, каждый раз попадая по бугорку нервов, выбивая всхлип за всхлипом, мумрик с улыбкой спросил: «Приятно, правда? Я же говорил, что тебе будет хорошо». Тролль, не в силах что-то ответить, тихо плача от яркости и количества приятных ощущений, вновь обвил лапу мужчины хвостом, теряясь в ощущениях и не зная, хочет ли он, чтобы Юксаре остановился, или, наоборот, чтобы тот сделал что-то большее. Мумрик, мурлыча, полный довольства, что любимый тролль реагирует так именно на его действия, на его ласки, дарит свои сладкие громкие стоны и чувственные вздохи именно ему одному, продолжая выводить узоры из меток на бедрах любовника, так же слегка поглаживая его член, добавил третий палец, уверенно стимулируя простату тролля. Вскоре уже полный нетерпения и возбуждения мумрик добавил четвертый палец, и, держа тролля на грани, не давая его возбуждению спасть, но и не давая ему кончить, убедившись, что тот достаточно растянут и готов свободно принять его член, вновь нежно целуя его в колено, вытаскивая пальцы, вызвав этим хриплый стон, полный разочарования у партнёра, усмехнувшись, снимая перчатки, кидая их к другому мусору на полу, с усмешкой сказал: «Ш-ш, сладкий мой, не переживай, сейчас будет ещё лучше». И быстро надев презерватив как на себя, так и на партнёра, смазывая свой член смазкой, встав на колени, устраивая ноги любовника у себя на боках и пристраиваясь к его ягодицам бедрами, чуть поглаживая бедра тролля, вдруг полный нежности тихо спросил: «Муми, милый мой, ты готов? Я собираюсь войти». Муми-тролль, весь взмокший, румяный и полный вожделения, взглянув на его ласковое и любящие выражение мордочки, кивнул, обвивая хвостом его ногу, давая понять, что всё в порядке. Мумрик, вздохнув, приставив головку своего члена к раскрытому колечку мышц, плавно толкнулся бедрами, очень медленно и осторожно проникая внутрь любовника. Тролль, тяжело дыша, протянул свои лапы к нему. Юксаре, наклонившись, сжимая их в своих, толкнулся до конца и, встретившись своими бедрами с ягодицами возлюбленного, склонившись ещё ниже, давая им обоим привыкнуть к ощущениям, целуя его лапы, прижимая их к своей мордочке, трепетно прошептал: «На трезвую голову это ещё лучше, так хорошо, я всю неделю думал только об этом ощущении, это так приятно, не правда ли? Lo senti? Mi sento come se tu ed io diventassimo una cosa sola». Вскоре Юксаре, наконец решив, что прошло достаточно времени, пробно двинул бедрами, чуть выходя из тела любовника, и, получив краткий всхлип, хрипло вздохнул, чувствуя яркое удовольствие от давления нежных стенок, что так правильно и хорошо обхватывали его член, так, будто там внутри было его законное место, так, будто они всегда были неделимы, идеально подходя друг другу, и, уверенно начав двигаться медленными и длинными протяжными фрикциями, желая продлить это волшебное ощущение единения их тел, всё ещё сжимая лапы любимого в своих, зашептал: «Ах, ты так хорошо принимаешь меня, так, будто всегда ждал только меня, мой мальчик, il mio amato, il mio prezioso, nelle mie zampe così tenero, così aperto e sensuale, solo solo per me la mia anima, мой». Тролль отчаянно скулил, не в силах справиться с такой огромной волной удовольствия, что затапливала их обоих при каждом движении. Юксаре, всё же понимая, что их обоих не хватит надолго, хрипло простонав, отпуская лапы любовника, подхватил его под бедра и, поднимая их и закидывая ноги тролля себе на плечи, хрипло сказал: «Прости, детка, но мы оба уже на грани возможного, поэтому тебе придется немного потерпеть». И, почти сложив тролля пополам, стал с силой двигать бедрами в таком положении, целенаправленно тараня простату партнёра, желая, чтобы тот кончил без использования лап, лишь от его члена. Тролль теперь, громко кричал при каждом толчке, вцепился в простыни, и от такой сильной стимуляции по его щекам текли слезы. Юксаре, гортанно порыкивая при каждом движении, откинул голову назад и, впиваясь в бедра любовника когтями, стал толкаться ещё сильнее, настолько, что кровать под ними стала громко скрипеть. Тролль, дрожа всем телом, прогнулся в спине, крича ещё громче, чем до этого. Мумрик, чувствуя, что партнёр вот-вот кончит, целуя его в колено, поднимая его ноги ещё выше, и теперь при каждом толчке с громким хлопком встречаясь с ягодицами тролля бедрами, и через пару особенно сильных движений, тролль вновь крикнув особенно громко и протяжно, выгнувшись до хруста в позвонках, вытягивая ноги на чужих плечах, сжимая ими шею мужчины, кончил. Юксаре, чувствуя эту крепкую хватку на своей шее и то, как сильно сокращаются стенки ануса тролля на его члене, тоже громко вскрикнул, отчаянно произнося имя любовника: «Муми-тролль!» И, замерев так ненадолго, тяжело дыша, переживая общий для них двоих оргазм, отдышавшись, аккуратно опустив ноги партнёра со своих плеч, он бережно выйдя из его тела, взглянув на заплаканную мордочку любимого друга, поспешно освободив их обоих от презервативов и наклонившись к нему, обхватывая мордочку тролля, стирая слезы, с лёгким беспокойством спросил: «Всё хорошо?» Муми-тролль, всё ещё тяжело дыша, просто кивнул и вдруг, обняв мужчину за плечи, потянул его на себя, вынуждая лечь прямо на него. Юксаре, сделав это, устраиваясь на нем так, чтобы не тревожить их всё ещё чувствительные после секса части, так же поглаживая его щеки, нежно поцеловал его в нос и тихо сказал: «Спасибо, милый, ты был невероятно прекрасен, такой чувствительный и отзывчивый, мой сладкий мальчик». Муми-тролль смущённо выдохнул, не в силах говорить, так как связки слегка горели после всех этих громких криков, и просто хлопнул мумрика по плечу, желая выразить свое возмущение тем, насколько мужчина откровенен в своих словах. Мумрик, рассмеявшись, вновь нежно поцеловал его и, кладя голову троллю на плечо, с любовью глядя в его глубокие карие глаза, тихо произнёс: «Ti amo». Муми-тролль, вновь непонимающе взглянув на него, погладил его по спине и вдруг отвлечённо, очень хрипло сказал: «Нам надо принять душ». Юксаре, усмехнувшись, кивнув, перебирая шерсть на груди любовника, ответил: «Конечно, детка, но сначала давай ещё немного полежим». Тролль, согласно промычал, прикрыл глаза, и они оба какое-то время просто наслаждались этим. Потом Юксаре, не выдержав, с улыбкой спросил: «Ну что, как, тебе же было хорошо, не так ли?» Муми-тролль, вздохнув, устало взглянув на него, всё же с неохотой кивнул: «Да, только вот…» Мумрик, нахмурившись, спросил: «Только?» И тролль, устало выдохнув, закончил говорить: «Ноги теперь болят». Юксаре, взглянув на бёдра любовника, полностью усыпанные метками, ласково поглаживая их, спросил: «Отметины или мышцы?» Тролль, вновь хрипло вздохнув, кивнул: «Мышцы». Мумрик, вздохнув, с сочувствием поглаживая его по плечу, ответил: «Ох, прости, я переусердствовал». Тролль, отмахнувшись, вновь прикрыв глаза, вдруг тихо сонно спросил: «Разбудишь меня позже?» Юксаре согласно промычал. И тролль вдруг резко засопел, слишком вымотанный для чего-либо ещё. Юксаре, улыбнувшись, поглаживая его по щеке, тихо-тихо произнёс: «Любимый мой Муми-тролль, такой замечательный и только мой». И, зная, что тролль не услышит, поцеловав его в плечо, уже ложась на него, прикрыл глаза, тоже решив вздремнуть, погружаясь в сон под размеренное дыхание тролля. Юксаре, готовя ужин, напевал себе под нос, с улыбкой вспоминая, как, проснувшись ранее, крепко обнимая возлюбленного, чувствуя себя невероятно счастливым после их акта любви и сладкого совместного сна, вдыхая их вновь смешавшийся запах, всё же с лёгким сожалением, понимая, что они не могут оставаться в кровати вечно, разбудил Муми-тролля, как тот его и просил, но самым лучшим из возможных способов, а именно нежными поцелуями и ласковым шёпотом, полным любви. Прикрыв глаза, вспоминая, как очаровательно любовник, сонно моргая, не до конца проснувшись, потянувшись, потёрся своим носом об его мордочку, даря ответную ласку, а потом, проснувшись окончательно, смутившись, поспешно отвернулся. Он усмехнувшись, с удовольствием вспоминая красные щёки и нос тролля, помешивая рагу, не глядя нашёл нужную баночку и, принюхиваясь, сначала посолил, а потом и поперчил блюдо, сразу по запаху отмеряя нужное количество специй, после чего накрыл сковороду крышкой и, достав свою трубку, закурил, ожидая готовности блюда, выдыхая кольца дыма. Задумавшись, Юксаре, вспомнив про хлеб, наклонился вниз, заглядывая в духовку, убеждаясь, что тот достаточно поднялся. Пока он это делал, в кухню зашёл Шуссель. Мужчина сел за стол и смущённо взглянул на друга, видя лишь его копчик и пушистый хвост. Мумрик, вновь встав, вдыхая дым, облокотился об столешницу и, поймав взгляд друга, улыбнулся. Шуссель резко, смутившись, отвернулся. Юксаре, хмыкнув, зажав трубку в зубах, отвернулся, снова помешивая рагу и убедившись в его готовности, снял его с плиты, ставя на его место чайник, и, чувствуя чужой взгляд затылком, ощущая, как шерсть на загривке встаёт дыбом, выдохнув дым, всё же спросил: «Шу, в чём дело?» Шуссель, вздрогнув, неловко отвёл взгляд, краснея и смущённо косясь на мумрика, покачал головой: «Не в чём». Юксаре, развернувшись, смотря на друга, чуть покусывая мундштук своей трубки, видя его смущения, фыркнул, покачал головой и, глядя на него с прищуром, спросил: «Ну да, почему же ты тогда мне в глаза не смотришь?» Мужчина, всё ещё не глядя на него, ещё сильнее краснея, всё же тихо ответил: «Вы с Муми-троллем э-э... ну знаешь, очень громкие». Хмыкнув, Юксаре понимающе кивнул и, выдыхая дым, сказал: «М-м, прости, но сам понимаешь, в процессе не особо думаешь о других». И, видя, как друг окончательно смущённый опускает свою шляпу-кастрюлю ниже, мумрик, резко став серьёзным, затянувшись и поспешно выдыхая дым, добавил: «Не смей упоминать об этом при Муми-тролле, он и так избегает близости из-за своего постоянного чувства стыда». Шуссель, взглянув на него из-под кастрюли, сглотнув от тяжести взгляда друга, молча кивнул. Юксаре, так же резко, став как обычно, внешне беззаботным, улыбнувшись, вновь напевая себе под нос, докурил и убрав свою трубку, достал хлеб из духовки и, оставив его остывать, стал накрывать на стол. Шуссель, всё ещё чувствуя напряжение, вспоминая пристальный предупреждающий взгляд голубых глаз друга с острыми, как иголки, зрачками, нервно сглотнул и поднявшись, стал помогать ему с этим. Вскоре, когда стол был накрыт, в кухню вошёл Фредриксон. Взглянув на племянника и мумрика, он хмыкнул, сел за стол и спросил: «Что на ужин?» Юксаре, помахивая хвостом, перестав напевать, всё ещё выглядя очень довольно, с улыбкой мурлыкнул в ответ: «Рагу» — и опустил сковороду на доске на стол, начиная раскладывать еду по тарелкам. В кухню наконец зашёл Муми-тролль. Поздоровавшись со всеми, он подойдя к мумрику, принюхиваясь, с улыбкой спросил: «Рагу?» Юксаре, согласно промычав, закончил раскладывать еду, и повернувшись к троллю, легко поцеловал его в щёку и, тут же отвернувшись обратно к столешнице, начав нарезать хлеб, сказал: «Садись». Тролль, смутившись, покраснел и с беспокойством посмотрел на друзей. Фредриксон, улыбнулся ему, почесывая свою бородку, а Шуссель смотрел в стол, преувеличенно внимательно разглядывая узор древесины. Тролль, выдохнув, всё же сел и взглянул на тарелку, полную ароматных овощей и мяса. Юксаре, порезав хлеб, поставил его на стол и, тоже сев, положил несколько ломтиков хлеба рядом с тарелкой Муми-тролля, прекрасно зная, сколько именно хлеба он возьмёт. Тролль смущённо взглянул на него, но мужчина, лишь мягко улыбнувшись, легко провёл своим хвостом по ноге любовника под столом и приступил к еде. Выдохнув, Муми-тролль тоже сосредоточился на еде. Ужин прошёл в спокойной и уютной тишине. Юксаре, убрал грязную посуду в раковину, заварил чай и достал заранее испеченное печенье, уже ставя всё это на стол, отделил отдельную кучку печенья специально для возлюбленного. Тролль удивлённо взглянул на него. На что мумрик, наливая ему чаю, тихо пояснил: «С клубникой для тебя». Муми-тролль, смутившись, всё же тихо поблагодарил его и, поймав несколько весёлых взглядов друзей, спрятавшись за чашкой с чаем, стал медленно есть печенье. Юксаре, разлив всем чай, сел боком к столу и, облокотившись на один локоть, подперев голову лапой улыбался, с любовью наблюдал за тем, как любимый тролль пробует печенье. Муми-тролль смущённо взглянул на него. Но мумрик лишь шире улыбнулся, обнажая клыки, сияя довольством, мягко спросил: «Ну как?» Тролль робко кивнул: «Как и всегда, вкусно». Юксаре, довольно мурлыкнув, потянув свою ногу, обутую в сапог, вперёд, легонько погладил носом сапога ногу тролля и, наконец отведя взгляд, смотря на друзей, всё ещё улыбаясь, спросил: «Фред, что ты там опять придумал? Когда я шёл на кухню, я видел дым из твоей мастерской». Фредриксон, хмыкнув, кивнул, отвечая: «Да так, ничего особого, просто пытаюсь увеличить время работы мотора и уменьшить количество потребляемого топлива в котле». Мумрик, хмыкнув, кивнул и, вдруг достав свой блокнот, пролистав его и остановившись, недолго всматриваясь в одну из страниц, сказал: «М-м, я думаю, что из расчётов на маршрут нам понадобится где-то в два раза больше топлива, чем до этого, поскольку мы сделаем крюк». Фредриксон, хмыкнув, ответил: «Хорошо, Юкс, занесешь мне свои расчёты потом, я взгляну на них». Мужчина, кивнув, вновь взглянул на возлюбленного, что смущённо пил чай, и, довольно улыбаясь, всё ещё легонько поглаживая ногу тролля носом сапога, игриво спросил: «Не слишком сладко?» Муми-тролль удивлённо взглянул на него, покачал головой: «Нет». Мумрик, ухмыльнувшись, продолжил: «М-м, а мне кажется, что очень сладко, ты ведь и так очень сладкий, carino». Тролль, смутившись, кашлянул и, заливаясь румянцем, опустил голову, смотря в стол, не в силах ответить что-либо. Шуссель вдруг усмехнулся и открыл рот, собираясь что-то сказать, но Юксаре предупреждающе взглянул на него, а Фред под столом пнул племянника по ноге, и тот, вздрогнув, закрыл рот и спрятался за свою чашку, отпивая чай. Ещё немного обсудив дела и допив чай, они разошлись каждый к себе в комнату. Юксаре, лёжа у себя в комнате на ковре, курил трубку с кошачьей мятой, решив немного развеяться, внутренне немного переживая из-за результатов анализов. Больше всего в жизни он ненавидел три вещи: ждать чего-то, оставаться на одном месте и когда ему приходилось делать что-то, что причиняло ему дискомфорт, и эта ситуация собрала в себе всё это вместе, но он был готов к этому, ведь цель оправдывала любые трудности. Подумав о том, как приятно будет заняться любовью с Муми-троллем напрямую без защиты, он сглотнул, чувствуя небольшие искры желания от одной лишь мысли об этом. Усмехнувшись, делая затяжку, Юксаре подумал: «М-да, если так продолжится, я буду возбуждаться от любой мысли о нём». Чувствуя, как мышцы расслабляются, а мысли замедляются, становясь более чёткими и структурированными, мумрик выдохнул дым небольшими кольцами и, лениво проследив за этим, махнул хвостом, вдруг с интересом рассматривая его. Его хвост был тёмным, как горький шоколад, темнее волос, и, несмотря на то, что он был тонким и очень гибким, он был удивительно пушистым, особенно когда наступали холода, как сейчас. Зажав трубку в зубах, мужчина потрогал свой хвост, ероша шерсть, зарываясь в густой пушистый подшёрсток, и вдруг подумал про хвост возлюбленного, мысленно сравнивая их. Хвост тролля был довольно длинным и был покрыт милым коротким мехом, а его конец венчался чудесной пушистой кисточкой. Юксаре считал её невероятно очаровательной и всё время боролся с желанием схватить её, чтобы потрогать, уже зная, что мех там максимально мягкий и нежный, а сам хвост очень чувствительный и тролль отзывается на любое прикосновения к нему глубоким вздохом и лёгким румянцем. Мумрик, вновь выдыхая дым, с небольшой печалью подумал о том, что хотелось бы быть сейчас рядом с возлюбленным, но тот, уходя из кухни, очень серьёзно сказал ему, что будет писать новую рукопись и, если мужчина будет ему мешать, он больше не пустит его к себе в комнату. Грустно вздохнув, Юксаре, чуть потянувшись, перевернулся на живот, зарываясь пальцами в длинный ворс ковра, отвлекаясь и сосредотачиваясь на его текстуре, теряя любые другие мысли, проведя так неопределённое количество времени, опомнившись лишь когда трубка, прогорев, погасла. Мумрик, хмыкнув, забил ее по новой, на этот раз используя просто табак, и, вновь куря, лег обратно на ковер, но уже положив перед собой книгу. Это был простенький роман. Немного пролистав ее и открыв на месте, где лежала закладка, он погрузился в чтение. "Леди Глория возмущённо воскликнула: 'Этот демон околдовал моего супруга, не может быть такого, что мой дорогой Роберт сам возлег с ним'. Отец Клаудий согласно кивнул: 'Конечно, миледи, я понимаю, уверяю вас, я справлюсь с этим, и душа вашего мужа будет спасена'. Леди, всхлипнув, сердечно поблагодарив священника, прикладывая платок к лицу, вытирая глаза, медленно и грациозно удалилась, оставив мужчин одних в спальне. Клаудий проследил за этим и вздрогнул, когда из-за закрытого балдахина откуда-то с кровати раздался тихий, но глубокий бархатный голос: 'Вы попусту тратите время, отец, моя жена очень глупа и не вняла моим предупреждениям при нашем венчании: не будет Жака, будет Пьер, не будет Пьера, будет Марк, и так было и будет всегда, если она будет считать демонами всех моих любовников, то вам придется поселиться в нашем доме'. Клаудий, вздохнув, тихо ответил: 'Я понимаю, милорд, но ваша супруга обратилась в церковь, и я обязан провести проверку, не мог либо вы явиться мне?' Раздался тихий смешок, и из-за полога показался обнаженный мужчина. Его длинные золотистые волосы, не собранные в прическу, свободно струились по подтянутым плечам и спине, а голубые глаза будто смешливо блестели, выдавая веселье своего хозяина. Ухмыльнувшись ему, милорд Спенсер, не стыдясь своей наготы, потянулся и слегка хрипло, будто его вырвали из сна, спросил: 'Ну что скажете, отец, похож я на одержимого или того, кого соблазнил демон?' Священник, кашлянув, ответил: 'Отец Клаудий, пожалуйста, прошу прощения, милорд Спенсер, но одного этого недостаточно для доказательства вашей чистоты, мне придется окропить вас святой водой, прочитать молитву и поднести распятие'. Роберт, вновь усмехнувшись, откинул полог в сторону, окончательно открывая свои шелковые белые простыни чужому взгляду, и с лёгким интересом произнес: 'Ах, конечно, Клаудий, какое очаровательное имя'. И, оглядев закрытую на все пуговицы сутану и спокойное лицо священника, ненадолго пристально заглядывая в темные глаза, добавил: 'Вам очень подходит, хотя, признаться честно, я думал, что вы будете старше, а вы довольно молоды'. Клаудий кивнул: 'Да, милорд Спенсер, я только недавно вступил в должность и стал заведовать вашим приходом'. Роберт вдруг, сделав подзывающий жест рукой, с улыбкой сказал: 'Ну же, подойдите'. И, как только мужчина сделал это, он, схватив его за лицо, притягивая к себе ближе, рассматривая его со всех сторон, крепко держа за челюсть, будто осматривая породистую лошадь, вдруг, улыбнувшись, сказал: 'А вы хороши, я бы даже сказал, в моем вкусе, отец Клаудий'. И, усмехнувшись, видя растерянность мужчины, напоследок погладил нижнюю губу, чуть царапая её острым ногтем, и так же резко выпустил его из своей хватки. И, опустившись на спину, без капли стыда демонстрируя себя, продолжил: 'Что же, приступайте, делайте что надо, и убирайтесь, если только, конечно, вы не хотите немного развлечься'. И, поймав смущенный взгляд священника, громко рассмеялся." Дверь открылась со скрипом, и Юксаре, вздрогнув, поднял мордочку от книги, взглянув через плечо на нее, он увидел Муми-тролля, застывшего в проходе, и, улыбнувшись, с нежностью спросил: «Уже закончил?». Тролль, кивнув, все же зашёл внутрь и, закрыв за собой дверь, нерешительно помявшись, все же опустился на ковёр, садясь рядом с мумриком. Юксаре, опираясь на одну из лап щекой, выдохнув дым, отложил трубку в сторону и, протянув лапу, дотронулся до бедра возлюбленного, ласково поглаживая его, и с интересом спросил: «И о чем твоя новая книга?». Муми-тролль, смущенный лаской, сглотнул, но, видя, что мужчина максимально расслаблен и искренне интересуется этим, ответил: «Я покажу тебе, как только закончу сшивать ее». Юксаре, хмыкнув, кивнул, принимая это, и, взглянув на хвост тролля, что слегка беспокойно вздрагивал, выдавая нервозность юноши, мягко сказал, хлопая по ковру: «Иди сюда». Муми-тролль, вздохнув, осмотрел его голую спину и, все же решившись, опустился на ковёр, ложась рядом с мумриком. Юксаре, улыбнувшись, прислонился к нему, потираясь щекой об его плечо, сразу начиная тихо мурлыкать. Тролль, взглянув на книгу, лежавшую перед мужчиной, спросил: «Что читаешь?». Юксаре, хмыкнув, ответил: «Ничего особого, просто роман», — и поднял книгу, показывая любовнику обложку. Тролль, взглянув на нее и увидев изображение двух страстно целующихся мужчин, читая название «Соблазнение целомудрия», максимально смутившись, отведя взгляд, сглотнув, ворчливо сказал: «Как ты можешь читать подобное?». Мумрик, усмехнувшись, закрыл книгу, кладя ее в трубочку, и, прижавшись к нему ближе, с улыбкой ответил: «О, carino, это просто любовный роман. Я читаю их, чтобы расслабиться и не думать ни о чем серьезном». Тролль, взглянув на него, недолго всматриваясь ему в глаза, отметив, что голубую радужку мумрика почти не видно из-за расширенных зрачков, принюхиваясь, спросил: «Ты что, опять курил свою траву?». Юксаре, согласно промычал, и вдруг ласково лизнув его плечо, сказал: «Не волнуйся, я просто хотел отдохнуть, у меня было слишком много мыслей сегодня». Муми-тролль, нахмурившись, с непониманием взглянув на него, неуверенно дотронувшись до его спины, спросил: «Каких, например?». Мумрик, вздохнув, опустил голову на сложенные лапы, и смотря на ковёр, тихо ответил: «М-м, ну, я не очень люблю больницы по многим причинам, знаешь, в них я вспоминаю разные неприятные вещи из детства, если честно, я не хочу сейчас говорить об этом». Муми-тролль, вздохнув, уже более уверенно поглаживая его голую спину, чуть заходя на шею, ответил: «Конечно, прости». Юксаре, шумно выдохнув, покачал головой и, чуть прогибаясь в спине, тихо простонав, вдруг сказал: «М-м, давай немного выше». Тролль, смутившись, взглянул на него, но не видя его мордочки за волосами, все же провел лапой выше, теперь гладя шею и затылок мужчины. Юксаре, блаженно простонав, выгнулся ещё сильнее, поднимая зад выше, будто ластящийся кот, и хрипло сказал: «Знаешь, это место такое же чувствительное, как и основание хвоста, и это очень приятно». Тролль, очень смущённый, все же продолжил ласку, глубоко внутри себя желая подарить мумрику ответную ласку за все те приятные и смущающие ласки, что дарил ему мужчина ранее. Юксаре вновь простонав, высоко поднял хвост, открывая свои ягодицы, скрытые бельем, чужому взору, его мех встал дыбом, выдавая его эмоции. Тролль, взглянув на это, оглядев его полностью, вдруг, тихо сев, поменяв лапу, которой ласкал его затылок, на другую, провел этой по его спине, опускаясь вниз, и, добравшись до копчика, задержав дыхание, решившись, дотронулся до основания хвоста мумрика, легко массируя его. Юксаре, громко простонав, поднял зад ещё выше и, вдруг усмехнувшись, все ещё не поднимая головы, игриво спросил: «М-м, детка, ты решил немного поиграть? Что же, мне нравится, продолжай». Тролль, шумно выдохнув и сглотнув, ничего не ответив, все ещё поглаживая шею и затылок низкого мужчины, стал более уверенно, но все так же нежно потирать его хвост, переходя от самого основания чуть ниже. Юксаре, постанывая на каждое новое движение любовника, немного поерзав бедрами, хрипло сказал: «Мне действительно нравится все это, но ты же понимаешь, что я очень чувствительный? Если ты не хочешь снова заняться со мной сексом, тебе лучше остановиться сейчас, пока у меня окончательно не встал». Муми-тролль, ненадолго остановившись, смущаясь прямоты этих слов друга, сглотнув, тихо, на грани с шепотом, выдохнул: «Но я хочу». Юксаре, услышав это, вдруг громко простонав, впиваясь когтями в ворс ковра, глубоким голосом ответил: «Чёрт, что же, теперь тебе не удастся отказаться от этого», и, подняв ягодицы ещё выше, добавил: «Давай, сними их с меня». Тролль, ненадолго задержав дыхание, смотря на подтянутые ягодицы мумрика, обтянутые бельем, всё же решившись, поддел его под резинку и стал медленно стягивать вниз, обнажая ягодицы мужчины своему взору, с смущённым любопытством рассматривая их, до этого не особо имея возможность на это. Они хоть и были небольшими, как и весь мужчины в целом, всё равно выглядели очень привлекательно: крепкие и подтянутые, покрытые тёмной шёрсткой, они привлекали внимание. Юксаре, вздохнув, пошевелив ногами, до конца скидывая с себя нижнее бельё, всё ещё не поднимая головы, с усталым вздохом сказал: «Если ты передумал, всё нормально». Муми-тролль, вздрогнув, взглянув на него, опустив лапы, возобновляя ласки, уже максимально уверенно массируя затылок и хвост мужчины, тихо ответил: «Прости, просто я э-э-э не обращал внимания, ну знаешь, на них раньше». Юксаре, хмыкнув, кокетливо спросил: «О, неужели ни разу не думал о моей заднице? Какая жалость, а я думал, что выгляжу достаточно хорошо». Тролль, невольно вновь взглянув на его ягодицы, сглотнув, тихо ответил, смущённо признаваясь: «Ты выглядишь очень хорошо». Юксаре, удивившись, на секунду замер, перестав двигать хвостом, и тихо, будто смущённо, сказал: «Ох, вот как, мне лестно это слышать». Муми-тролль, окончательно смутившись, краснея всё сильнее, немного резко опустил лапу ниже, проходя кольцом из пальцев по длине хвоста мумрика от основания вниз по росту меха. Юксаре, всхлипнув, вновь прогнувшись, высоко поднимая зад, хрипло выругался: «Блять, это слишком хорошо». Тролль, замешкавшись, спросил: «Мне перестать?». Мумрик отрицательно покачав головой, всё так же хрипло ответил: «Не за что, просто продолжай». Муми-тролль, вздохнув, продолжил, с каждым новым движением спускаясь всё дальше по хвосту, пока не стал оглаживать его полностью от самого основания до кончика. Юксаре, тяжело дыша в свои сложные лапы, держа зад максимально высоко, уже стоя на коленях, прогнувшись в спине, громко всхлипывая при каждом движении, был максимально возбуждён, капая предэякулятом на ковёр. Тролль, стыдливо поглядывая на его член и приоткрытые ягодицы, так же шумно дышал, тоже ощущая возбуждение уже от одного вида мужчины и тех звуков, что он издавал. Юксаре вдруг рыкнув, чуть агрессивно спросил: «Муми-тролль, чёрт, ты собираешься сделать что-нибудь ещё? Или ты решил свести меня с ума?». Тролль, замерев, смущённо взглянув на затылок мумрика, тихо ответил: «Я не знаю». Юксаре, тяжело вздохнув, спросил: «Что, не знаешь? Что делать дальше?». Тролль согласно промычал, стыдясь ответить. Мумрик, шумно вздохнув, чуть поерзав, спокойно ответил: «Если хочешь, можешь просто помастурбировать вместе со мной, ну или, если хочешь, можешь трахнуть меня, смазка в ящике». Муми-тролль, всё ещё не двигаясь, смущённо сверля его затылок взглядом, тихо спросил: «Ты не против?». Юксаре, громко усмехнувшись, спокойно ответил: «Детка, я только за, мне нравится любая позиция, только, если собираешься сделать это, меня надо будет хорошо подготовить, твой член крупный, поэтому может быть немного трудно при проникновении». Тролль, шумно выдохнув, подняв лапу, вдруг робко погладил его ягодицы и, сглотнув, тихо признался: «Я бы хотел, но я эээ... не умею». Юксаре, фыркнув, чуть поведя задом из стороны в сторону, ответил: «Научишься, давай, хватит томить, открой третий ящик и достань оттуда смазку и презики с перчатками не забудь». Тролль, собравшись с мыслями, сделав всё это, опуская всё на ковёр рядом с собой, снова замер, смущённо рассматривая упаковку перчаток, презервативов и бутылку смазки. Мумрик, вздохнув, махнув хвостом, задевая его им, сказал: «Муми, давай, надевай перчатки и открывай смазку, чем быстрее ты сделаешь это, тем быстрее мы потрахаемся, давай, приступай, я хочу твой член в своей заднице». Муми-тролль, послушавшись, уже грел смазку, смущённо вспоминая действия друга в прошлый раз, и, решившись, потянул одну из ног мужчины в сторону. Юксаре без проблем, всё ещё держа зад максимально высоко, широко раздвинул ноги, раскрываясь, и, потянув свои лапы назад, сжав свои ягодицы, развел их в стороны, открывая взору любовника свой анус, и, опустив голову просто на ковёр, чуть мурлыча, сказал: «Можешь приступать, только надень на меня презерватив, не хочу испортить ковёр». Тролль молчал, сделав это, выбивая тихий стон из мужчины, шумно дыша, не в силах оторвать взгляд от ягодиц и промежности мумрика, наконец дотронулся до них и стал тщательно размазывать смазку. Юксаре, вздохнув, игриво сказал: «Давай, не бойся, я часто растягиваю себя, когда принимаю душ, так что я частично готов, можешь запускать в меня свои пальцы». Муми-тролль, сглотнув, наконец дотронулся до колечка мышц пальцами и чуть надавил на него, и, убедившись в правдивости слов друга, стал неумело, но очень осторожно проталкивать внутрь него один палец, боясь причинить боль, очень нервничая. Юксаре, будто чувствуя это, наконец взглянув на него через плечо, мягко улыбнувшись, с нежностью уверенно сказал: «Муми, mio caro, всё в порядке, я в порядке, мне не больно и даже приятно, просто продолжай». Тролль, ненадолго поймав его взгляд, смущённо кивнув, стал увереннее ощупывать стенки изнутри и, поняв, что мужчина очень податлив, стал толкаться уже двумя пальцами. Юксаре, тихо простонав, двинулся чуть сильнее, насаживаясь на пальцы партнёра, и, проделав так несколько раз, хрипло озвучил: «М-м, можешь добавить ещё палец, только добавь смазку». Тролль послушался и, смущённо наблюдая за тем, как мумрик продолжает двигать бедрами, самостоятельно насаживаясь на его пальцы, тихо постанывая при каждом движении, продолжил растягивать его. Вскоре мужчина уже с предвкушением принимал в себя четыре пальца партнёра, с удовольствием двигаясь на них, и, сделав пару особенно сильных движений, сказал: «Черт, всё, хватит, если мы так продолжим, я кончу раньше, чем твой член окажется внутри меня, давай, пакуй его и приступай к делу». Муми-тролль, осторожно вытащив свои пальцы, неловко надел на себя презерватив и, заливая себя смазкой, тихо смущённо спросил: «Прямо так?». Юксаре, хмыкнув, спросил: «Ты про позу? Да так, наоборот, легче всего при проникновении, не бойся, я не хрустальный». Тролль, выдохнув, устраиваясь сзади него, легонько погладил его бедра и приставил головку члена к колечку мышц мумрика. Юксаре, шумно выдохнув, чуть двинул бедрами, пристраиваясь к нему и чувствуя его тепло и твердость, сказал: «Сделай уже это, я больше не могу ждать». И Муми-тролль, собравшись с мыслями, толкнулся бедрами вперёд, неумело проникая в партнёра, пытаясь в полной мере осознать это новое ощущение. Юксаре, не вытерпев, резко двинулся назад, насаживаясь на его член до конца, вызывая этим громкий стон и у себя, и у тролля, и, вздохнув, сам стал медленно двигаться на члене тролля. Громко всхлипывая, он горячо зашептал: «Черт, какой же ты все-таки большой мальчик, так сильно растягиваешь меня, хватит стесняться, давай двигайся, натяни меня максимально глубоко, хочу тебя до звёзд в глазах». Тролль, всхлипывая в ответ, сжав его бедра, послушно задвигался, чувствуя невероятное и такое новое удовольствие от ощущения горячей тесноты стенок чужого ануса, что сокращались при каждом движении, крепко обхватывая его член. Юксаре, довольно вскрикнув, все равно продолжал двигать бедрами, с удовольствием подмахивая движениям любовника и крепко вцепившись в ковёр под собой, также потираясь грудью об его ворс при каждом движении, дразня этим свои соски. С новым стоном глухо сказал: «Сильнее, не бойся, давай, малыш, двигайся сильнее, я хочу почувствовать каждый сантиметр твоего члена в себе». Тролль, громко простонав от этих слов, задвигал бедрами ещё мощнее, буквально вбиваясь в чужой зад в неровном, но горячем ритме, полном страсти и первобытного желания. Юксаре, скуля, с восторгом принимая этот ритм, вторя ему, с придыханием зашептал: «Ах-х, Муми-тролль, ты такой послушный, такой хороший мальчик, так хорошо, так правильно делаешь мне приятно, ааааах, да, да, вот так, о луна, как же ты хорош». Он выгнулся до хруста в позвонках, насаживаясь на член тролля максимально глубоко, и громким вскриком продолжил: «Мхм, как же это хорошо, mio caro, sei semplicemente perfetto, ты такой молодец, так хорошо стараешься для меня, amo tutto di te, è un ragazzo così obbediente e appassionato». Муми-тролль, тяжело дыша и всхлипывая, смущённо слушая хриплый бархатный шёпот мужчины, действительно старательно двигал бёдрами, так же получая невероятное удовольствие от процесса, чувствуя и видя, как глубоко внутрь мумрика заходит его член. Вновь проследив за тем, как его член скрывается в чужом нутре, собой широко растягивая колечко мышц, он, чуть рыкнув, толкнулся внутрь ещё сильнее. Юксаре, громко вскрикнув от этого, чуть проехав по ковру вперёд от силы движения, немного прерывисто выдохнул: «Да-да, чёрт, вот так, давай сделай это снова». Муми-тролль вновь послушно выполнил это, теперь делая это при каждом новом движении вперед. Мумрик уже без стыда буквально кричал, царапая ковер под собой когтями, задрав хвост максимально высоко, чувствуя, как глубоко в него входит член любовника, заполняя его собой полностью. Всхлипнув, он осознал себя на грани разрядки, но, всё ещё не переходя ее, попросил: «Черт, прижми меня собой». Муми-тролль, чуть остановившись, удивленно хрипло спросил: «Что?». Юксаре, рыкнув, повторил: «Прижми меня к полу собой». И, чувствуя замешательство любовника, добавил: «Ляг на меня, пожалуйста, я хочу почувствовать твой вес полностью». Тролль, шумно вздохнув, все же сделал это, прижимаясь грудью к лопаткам маленького мужчины, придавливая его к ковру всем своим немалым весом. Юксаре, довольно простонав, в полной мере ощущая вес партнёра, откинул голову назад, затылком упираясь в плечо тролля, и двинул бедрами, намекая ему двигаться дальше. Тролль, вжимая его в пол, возобновил движение, продолжая вбиваться в него со всей силой. Юксаре теперь, всхлипывая и скуля при каждом движении, не в силах говорить, лишь невпопад подмахивал ему в ответ и, чувствуя, что тролль стал попадать прямо ему по простате, громко проскулил, заикаясь, сказал: «Во-возьми меня за волосы». Тролль, сделав это, не прекращая двигаться, все же сипло спросил: «Ты уверен?». Юксаре, рыкнув, яростно ответил: «Блять, да я не хрустальный, давай тяни сильнее», — и тролль, послушавшись, крепко держа его за волосы, потянул его на себя. Мумрик, громко вскрикнув, сделав ещё несколько движений навстречу, плача от этого коктейля ощущений лёгкой боли и невероятного удовольствия, кончил с громким воем, крупно вздрагивая всем телом. Муми-тролль, чувствуя всё это, рыкнув, сделал ещё несколько сильных движений и кончил следом за ним, падая прямо на мумрика, припечатывая его к полу окончательно, и тоже подрагивая, заскулил, все ещё находясь глубоко внутри него и чувствуя каждый новый спазм мышц своим членом. Юксаре, лежал распластанный под ним, тяжело дыша, он очень уставший, вслепую нашарил его мордочку, что тролль прятал на его спине, и нежно погладил его по носу, молчаливо благодаря за доставленное удовольствие. Полежав так до тех пор, пока мышцы не перестали дрожать, он, вздохнув, хрипло сказал: «Давай выходи из меня, как бы мне ни было хорошо сейчас, ты не можешь остаться так надолго, есть риск повредить презерватив». Тролль, вновь испытывая массу стыда, отходя от марева страсти, неловко вышел из мужчины и, поспешно освободившись от презерватива, сразу встав, выбросил его в урну и так же поспешно спрятал свой член обратно в паховую складку, не глядя на друга. Мумрик, проследив за всем этим, чувствуя небольшой укол обиды от того, что любовник сразу закрылся от него, так же избавившись от защиты, сел на кровать и, беря свою трубку, закурив, рассматривая свои красные под шерстью колени и грудь, чувствуя, как их жжёт ожогами от ковра, выдыхая дым, спокойно сказал: «Carino, я знал, что в тебе большой потенциал, меня очень давно так качественно не трахали». Муми-тролль, всё ещё не глядя на него, немного помявшись, всё же тоже опустился на кровать, садясь на другой её край. Мумрик, взглянув на него, непонимающе нахмурившись, с беспокойством спросил: «Тебе не понравилось?». Тролль, вздрогнув, покосился на него и отрицательно покачал головой. Юксаре, вновь затягиваясь и выдыхая дым, пытаясь скрыть волнение, спросил: «Тогда почему ты так далеко и даже не смотришь на меня?». Муми-тролль, смущённый, вздохнув, тихо ответил: «Прости, мне просто слишком стыдно». Мужчина, вздохнув, поспешно затушив трубку, развернувшись, смотря на него уже прямо, мягко спросил: «За что? За то, что мы занимались сексом, или за то, что в принципе связался со мной?». Тролль, вздрогнув, тоже развернувшись, быстро забормотал: «Нет-нет, я, черт, я не знаю, мне просто стыдно за то, что я вообще занимаюсь этим, но дело не в тебе, я не хотел тебя обижать». Мужчина, вздохнув, потирая виски, устало ответил: «Я не понимаю этого, потому что я не знаю, как можно стыдиться того, что приносит столько удовольствия, тебе разве было плохо сейчас?». Тролль отрицательно покачал головой. Мумрик, решившись, очень тихо продолжил: «Ну вот видишь, мне действительно очень хорошо с тобой, по-настоящему хорошо, я люблю секс, но знаешь, мало кто действительно заботится, чтоб партнёру было хорошо, и я, конечно, получаю свою долю удовольствия даже тогда, но ты слушаешь мои просьбы, и это очень приятно, но было бы ещё приятнее, если бы ты остался со мной после, а не закрывался в себе». Юксаре замолчал, резко заволновавшись, что был слишком откровенным и это может напугать возлюбленного, но Муми-тролль, смущённо взглянув на него, тихо ответил: «Прости, я не хотел тебя расстраивать». Он, смотря на свои лапы, еще тише, очень смущенно, борясь со стыдом, признался: «Мне правда понравилось, это... Это было очень хорошо, но я чувствую себя так, будто сделал что-то очень плохое, понимаешь? Так, будто за этим должно последовать наказание, ну знаешь, как когда нас пороли ремнем, если заставали за самоудовлетворением». Юксаре, выдохнув, взволнованно сказал: «Ох, ты поэтому не мастурбируешь? Это же ненормально. Это ведь просто часть взросления почти у всех живых существ так или иначе есть сексуальность, это все равно что запрещать есть еду». Муми-тролль, не поднимая головы, пожал плечами, не зная, что ответить. Мужчина, вздохнув, медленно подвинувшись к нему, протянув лапы и не получив препятствия этому, обняв любовника, прислонившись щекой к его плечу, ласково заговорил: «Муми-тролль, хотеть секса это нормально, конечно, у всех существ всё по-разному, есть те, кто, как и я, хотят этого почти постоянно, легко испытывая влечение и возбуждение, есть те, кому это не нужно вообще, а есть те, кому это надо лишь изредка, и это всё совершенно нормально, мы все разные, но испытывать влечение к кому-то и желать близости это нормально, это часть жизни, и чтобы тебе не говорили ранее все эти монашки, в этом нет ничего плохого, если ты не веришь мне, ты можешь поговорить с Фредом, он скажет тебе то же самое». Тролль лишь смущённо покачал головой. Юксаре продолжил: «Понимаешь, я хочу тебя постоянно, и это часть меня, мое влечение просто такая же часть меня, как и моя любовь к свободе или цвет моих глаз, в этом нет ничего плохого, это никому не вредит и может доставить проблему лишь мне, потому что меня возбуждают даже простые мысли о тебе или твой голос, что не очень удобно по большей части, но разве я становлюсь от этого плохим существом? Я могу быть плохим, потому что я вор, ветреный вандал и мумрик, но уж точно не потому, что я люблю секс». Муми-тролль, покачав головой, наконец смущённо взглянув на него, тихо ответил: «Юксаре, ты не плохой, ты очень хороший, ты добрый, заботливый, очень внимательный и умный, и я знаю, что для других это нормально, но мне тяжело осознать и принять это». Он, вновь смутившись, отвёл взгляд и, став тише, продолжил: «Понимаешь, в процессе мне становится так хорошо, что я не думаю обо всем этом и просто делаю то, что хочу, но когда все заканчивается и я начинаю снова думать, мне становится ужасно стыдно за все это, и я не могу справиться с этим ощущением, мне кажется, что я грязный и должен получить наказание». Юксаре, вздрогнув, обхватив его мордочку, поворачивая его к себе и заглядывая в драгоценные, любимые глаза партнёра, в которых сейчас плескалась грусть, уверенно заговорил, с нежностью поглаживая его щеки: «Ох, Муми-тролль, amore mio, это неправда, ты невероятно прекрасен, и ты не становишься хуже от этого, и ты не должен корить себя в чем-либо и тем более наказывать, я знаю, это сложно, перестать верить в то, что тебе говорили раньше, но я клянусь тебе, ты не грязный и не станешь таковым лишь потому, что испытываешь влечение к кому-то». Тролль неуверенно кивнул. Мумрик, прижавшись своим лбом к его, с любовью сказал: «Помни, чтобы ни случилось и кто бы что ни думал, но ты действительно замечательный тролль, красивый, умный, заботливый, весёлый и очень-очень смелый». Тролль смущённо обнял его в ответ и, смотря в уже такие родные голубые глаза мумрика, борясь со стыдом, потянувшись вперёд, легонько поцеловал его губы, просто на пару мгновений прижимаясь к ним, но тут же отстранился. Юксаре, моргнув, улыбнувшись ему, прижавшись к нему сильнее, поцеловал его в ответ более уверенно и задерживаясь в этом прикосновении намного дольше, а потом отстранившись, погладив возлюбленного по щеке, он ласково спросил: «Ну что, ляжешь со мной или пойдешь к себе?» Муми-тролль, вздохнув, кивнул: «Я останусь». Юксаре, последний раз погладив партнёра, отстранился и, встав, быстро вытерся полотенцем и, надев трусы, чтобы не смущать любовника ещё больше, вернулся в кровать, укладывая их с троллем подушки и одеяло, и похлопал по кровати. Муми-тролль лёг рядом. Мумрик, обнимая его и накрывая их одеялом, замурчал, чувствуя себя очень хорошо, полностью удовлетворённый как физически, так и морально, и, улыбнувшись, тихо прошептал: «Ti amo, Муми-тролль». Тролль с непониманием взглянул на него, но мужчина лишь стал медленно перебирать его мех, мурча громче. Тролль, уткнувшись ему в макушку, зарываясь в кудри цвета шоколада и прикрыв глаза, решил оставить все мысли и просто насладиться объятиями и тёплыми касаниями мумрика, чувствуя себя по-настоящему тепло и счастливо в этом моменте. Юксаре, проснувшись, почувствовав тепло, вздохнув, улыбнулся, чувствуя, как постель пропахла запахом любимого. Этот коктейль из аромата чернил, бумаги и моря был прекрасен, обещая безопасность и счастье, окутывая собой всю комнату густым одеялом, укрывая личный запах мумрика из табака и трав, смешиваясь с ним, напоминая о том, что он не один, что теперь он вместе с троллем. Насытившись этим, он наконец открыл глаза и вновь улыбнулся, смотря на спящего Муми-тролля, что, пряча нос в подушке, крепко обнимал его за талию, будто мумрик был плюшевой игрушкой. С любовью и нежностью погладив его по спине, Юксаре вдруг растрогался, чувствуя, как в груди разливается тепло. Моргнув, чувствуя влагу на ресницах, мужчина, вздохнув, взглянул на часы и, обнаружив, что утро лишь вступило в силу и до подъёма и завтрака было ещё несколько часов, с нежностью перебирая мех любимого, мумрик, не желая оставлять возлюбленного, но так же не желая будить его, радуясь его крепкому сну, который навещал тролля лишь изредка. Подумав, включил лапу и достал с тумбочки книгу, ту же, что читал вчера. Раскрывая ее на оставленном месте, он погрузился в чтение, мягко перебирая мех возлюбленного. Спустя какое-то время, когда мумрик прочитал уже половину книги, тролль чуть пошевелился, закидывая на мумрика свой хвост, и Юксаре, опустив книгу, взглянув на его мордочку, провел лапой вверх, поглаживая лопатки возлюбленного. Муми-тролль, медленно открыв глаза, сонно моргнул и, широко зевнув, взглянул на мужчину снизу вверх. Юксаре, улыбнувшись ему, ласково сказал: «Доброе утро, carino». Тролль, вновь моргнув, явно все ещё не проснувшись до конца, потерся носом об его голую грудь, ероша шерсть, и хрипло спросил: «Сколько время?» Юксаре, улыбнувшись, оглянувшись на часы, спокойно ответил: «Ещё только пять часов, солнце только встало». Тролль, хмыкнув, вновь зевнув, прикрыл глаза, все ещё обнимая мужчину. Тот, улыбаясь, легонько погладил его между ушей, и тролль, взглянув на него из-под ресниц, тихо сказал: «Опять ты эту дрянь читаешь». Мумрик, усмехнувшись, лукаво прищурившись, склонив голову вбок, ответил: «О, детка, но почему сразу дрянь, очень даже неплохая эротика». И, взглянув в книгу, сделав свой голос максимально глубоким и бархатным, проникновенно зачитал строки из книги вслух: «Клаудий, не в силах сопротивляться дьявольскому шёпоту Милорда Спенсера, сдавшись, отдался во власть его рук, громко простонав, когда мужчина, сжав его член у основания, обхватил его губами, беря его в рот с громким хлюпаньем». Муми-тролль, резко покраснев, хлопнул мумрика по груди, заставив его замолчать, и поспешно откатился в сторону, и теперь лёжа к нему спиной, проворчал: «Какой кошмар, кто вообще пишет такое непотребство?» Юксаре, бархатисто рассмеявшись, отложил книгу на тумбочку и, подвинувшись к троллю, чуть наклонившись, нежно поцеловал его в плечо и, поглаживая его спину, игриво ответил: «О, много кто, mon cher, это хороший заработок, люди хорошо платят за эротические романы». Сказав это, он прислонился к спине тролля грудью, стоя на коленях, обнимая его, начав поглаживать его грудь, дыша ему в ухо, зашептал: «И знаешь, это довольно интересно, это так же заводит, как и фантазии, зачастую даже сильнее, ведь легче представить уже описанное кем-то, нежели нафантазировать самому». Он, сжав его грудь сильнее, чувствуя, как тролль чуть дрожит, усмехнувшись, добавил: «Это действительно очень интригует, не так ли?» И вдруг прикусил его ухо, выбивая из любовника всхлип. Муми-тролль дёрнулся, будто собираясь вырваться из его объятий, но Юксаре, удержав его, мягко зашептал: «Ш-ш-ш, детка, не нервничай так, я просто хочу сделать тебе приятно, раз уж у нас ещё много времени». Он снова стал поглаживать его грудь, продолжая шептать, и в его голосе слышалось всё больше страсти: «Ну же, не отказывай мне, carino, мой нежный мальчик, я обещаю, что тебе будет так же хорошо, как и до этого, просто позволь мне действовать». Муми-тролль, смущённый, все же взглянул на него через плечо и, замявшись, тихо ответил: «Но я только проснулся». Мумрик, хмыкнув, кивнул, и тролль, развернувшись, продолжил: «И, наверное, мне стоит сходить в душ и всё остальное». Юксаре, фыркнув, ответил: «Муми, детка, я тоже недавно проснулся, потом сходим, если тебя смущает только это, я гарантирую, что это никак не помешает мне сделать тебе приятно». Тролль замялся, прикрываясь хвостом, и мумрик, вздохнув, смягчившись, с нежностью сказал: «Муми-тролль, если ты просто не хочешь, так и скажи, и я не буду настаивать дальше». Тролль, садясь, облокотившись об стену, вздохнув, пряча взгляд, ответил: «Я не, не хочу, мне просто неловко». Юксаре, вздохнув, подвинувшись к нему, протянул к нему лапки, молчаливо спрашивая позволения, и, получив кивок, забрался к возлюбленному на колени и, нежно гладя его грудь, сказал: «Всё в порядке, но тебе действительно нечего стесняться, здесь только мы, и тебе нечего бояться, мы здесь на равных, и ты можешь делать со мной всё то же, что я делаю с тобой, и даже больше, ты можешь сделать что угодно, что захочешь, ты же знаешь, мне нравится почти всё в постели». Тролль, смущённый, все ещё не смотрел на него, и мумрик, не вытерпев, чуть поерзав, потираясь своими ягодицами о его бедра, выдохнул: «Давай скажи хоть что-нибудь, ты либо не хочешь, и я ухожу, либо ты соглашаешься, и мы занимаемся чудесным ленивым и нежным утренним сексом». Муми-тролль, краснея еще сильнее, неуверенно обнял его, прижимая к себе, и, не глядя, легко ткнувшись ему в щеку носом, тихо ответил: «Второе». Юксаре, широко ухмыльнувшись, довольно мурлыкнув, кивнул: «Хорошо, тогда ты не против, если я возьму нужное из ящика?» Тролль кивнул, и Юксаре, встав, быстро достав презервативы и смазку из ящика, вернулся на кровать, вновь устраиваясь на коленях любовника и положив всё рядом с собой. Вновь стал медленно поглаживать грудь тролля и, наклонившись, поцеловал его в плечо и, поднимаясь поцелуями выше, так же приласкал ключицы и шею тролля, иногда чуть покусывая шкуру тролля, выбивая громкие вздохи из любимого, и, добравшись до его челюсти, нежно целуя ее линию, слушая чувственное дыхание и тихие всхлипы любовника, с улыбкой прошептал: «Ты такой отзывчивый, мне так нравится это в тебе, ты даже представить себе не можешь, как сильно меня заводят твой голос, особенно когда ты так очаровательно ломаешься, скуля и постанывая». Муми-тролль, громко выдохнув, крепче сжал лапы на его талии, не в силах ответить что-то вразумительное. Мумрик, усмехнувшись, продолжая ласкать его шею, нащупал соски любовника среди густого меха на его груди и, сжав их пальцами, стал медленно потирать их, распаляя его. Муми-тролль, громко простонав, чуть потянул его за мех на спине и вдруг, спустившись лапами вниз, стал в ответ массировать его копчик и основание хвоста. Юксаре, тоже громко простонав, усмехнувшись, сказал: «О, какой умный мальчик, мне нравится это в тебе, ты так быстро учишься». И теперь, получая ласку в ответ, стал действовать ещё более уверенно, спускаясь лапами ниже, чуть царапая грудь и живот любовника когтями. Он, зарывшись мордочкой ему в грудь, найдя один из сосков, прикусил его, выбивая всхлип удовольствия из возлюбленного, и, облизывая его, играя с ним своим пирсингом, опустив лапы совсем вниз, чувствуя ягодицами, что тролль уже возбуждён, добрался ими до паха и, покружив им возле паховой складки, дотрагиваясь до самого шва, почувствовав обильное выделение смазки, ненадолго оторвавшись, чуть хрипло сказал: «О-о-о, ты уже такой мокрый, это очень лестно, детка». И, не ожидая ответа, спрятав когти, просунул лапу в паховую складку любовника, нащупывая его член, и, довольно простонав, чувствуя, какой он горячий и мокрый, бережно вытащил его наружу и, сжав его чуть, проводя по нему лапой, вызывая ожидаемо бурную реакцию, полный восторга смотря на него, такой большой, уже крепко стоявший, ярко-розовый и налитый, обильно истекающий, сглотнув обильно выделяющуюся слюну, с придыханием сказал: «О, черт, какой же ты красивый, я так хочу вновь почувствовать твой вкус». Тролль лишь отозвался громким стоном, и мужчина, улыбнувшись, всё ещё чувствуя на себе хватку любовника, поерзав, потираясь об его бёдра, ещё немного огладил его член лапой и, достав презерватив, надел его на член тролля, потом привстав, сказал: «Милый мой, давай помоги мне снять трусы». Тролль, тяжело дыша, послушно содрав с него бельё, сжал уже его ягодицы. Юксаре, громко охнув, тихо смеясь, сказал: «О, мне нравится, раз уже решил потрогать меня, не мог бы помочь мне и раздвинуть и придержать их, чтобы я мог быстрее растянуть себя?» Тролль, томно поймав его взгляд, кивнул и сделал это, сжимая его ягодицы сильнее, широко раздвигая их. Мумрик, громко всхлипнув, поспешно надел на себя презерватив, вновь перестраховываясь, и, открыв смазку, не тратя время на ее нагрев, стал торопливо смазывать свою промежность, задевая и пачкая смазкой яички. Громко вздохнув, он помассировал свой все ещё слегка приоткрытый с прошлого раза вход и решительно проник внутрь сначала одним, а потом и двумя пальцами, быстро и умело растягивая себя. Вскоре, подумав, он просунул в себя уже четыре пальца и, громко всхлипнув, пару раз насадился на них, не желая больше возиться с этим. Решил, что этого будет достаточно, и, аккуратно смазав член любовника, держа его за основание, приставил его к своему входу и слегка поерзал, дразня и себя, и тролля. Муми-тролль, простонав, сжал его ягодицы сильнее и чуть сместил лапы, обхватывая уже бедра мужчины. Тот одобрительно похлопав его по груди. Наконец просунул внутрь себя головку члена тролля и, убедившись, что она в правильном положении, двинул бедрами, начав медленно опускаться на член любовника. Громко дыша, тролль, сдерживаясь, сжал его бедра сильнее, лишь бы не толкнуться резко в нежное нутро мужчины. Юксаре, все ещё медленно опускаясь вниз, чуть проскулил и, вобрав в себе уже половину члена любовника, остановившись, давая себе привыкнуть, хрипло сказал: «И все-таки ты действительно большой мальчик, с таким трудом помещаешься во мне, но так приятно заполняешь меня». Тролль всхлипнул вдруг, порывисто ткнулся губами и носом ему в плечо, и Юксаре, улыбнувшись, нежно погладил его по груди и продолжил медленно опускаться на его член. Наконец приняв его в себя полностью, он, громко всхлипнув, заговорил: «Черт, как же хорошо, до звездочек в глазах, в этой позе всегда проникновение ощущается так глубоко и тесно». Тролль, фыркнув, вдруг хрипло ответил: «Я бы сказал, слишком». Юксаре, усмехнувшись, игриво спросил: «Но ведь хорошо, разве нет?» Муми-тролль, глубоко дыша, погладил его бедра, вновь сжимая их чуть сильнее, кивнул: «Да». Мумрик, довольный этим, прислонился лбом к его плечу и с нежностью поцеловал его грудь и, подняв лапы, обняв его за плечи, наконец заглядывая в столь любимые карие глаза. Увидев в них страсть ответного желания, улыбнувшись, он сказал: «Мне так нравится чувствовать тебя в себе, ощущать, как мы соединяемся, что я бы остался так навсегда». Тролль, смутившись, хлопнул его хвостом по ноге, и Юксаре, усмехнувшись, пошевелив своим хвостом, оплел им хвост тролля и, поцеловав его в щеку, вздохнув, держась за его плечи, пробно двинул бедрами, поднимаясь, частично выпуская член тролля из себя, и, всхлипнув, вновь медленно опустился до конца и громко простонал, попадая им по своей простате. Чуть откинув голову назад, слыша, как Муми-тролль тоже стонет в ответ, он прошептал: «Мм, я не хочу торопиться, у нас много времени, я хочу сделать это медленно, хочу почувствовать это полностью». Тролль согласно простонав невпопад кивнул и погладил его бедра. Юксаре, вздохнув, продолжил медленно двигаться, поднимаясь почти полностью выпуская член любовника из себя и так же медленно принимая его в себя обратно, опускаясь вниз. Он тяжело дышал, иногда громко всхлипывая, когда член тролля удачно попадал прямо по его простате. Тролль же громко стонал и всхлипывал при каждом движении, поддерживая его под бедра и иногда ответно чуть толкаясь вверх. Юксаре, вновь опускаясь вниз, поймал глубокий, страстный и изучающий взгляд любимого. Нежно улыбнувшись ему, прислонившись своим носом к носу тролля и, тяжело дыша, прошептал: «Ты такой красивый сейчас, само совершенство». Он поцеловал его в нос и, продолжая смотреть ему в глаза своими полностью почерневшими от расширившихся от вожделения и любви зрачков, нежно изучая каждую черточку, каждую грань страсти и удовольствия тролля, продолжил двигаться, чувствуя, как постепенно горячая спираль возбуждения внизу живота начинает закручиваться, не спеша подводя мужчину к краю, и чуть усилил свои движения, теперь опускаясь на член любовника более резко, с громким стоном, и двигаясь в этом темпе, всё ещё глядя в глаза возлюбленного, ласково прошептал: «Мне так хорошо с тобой, ты не представляешь, насколько хорошо, je n'ai jamais été aussi bien avec qui que toi. Мой Муми-тролль». Новое движение бёдрами вниз: «Мой нежный мальчик, мой ласковый, мой драгоценный». Тролль, не отрывая своего взгляда от него, как загипнотизированный, смущенно выдохнул тоже, чувствуя, как приближается грань, двигая их к кульминации, и, сжав его бедра, стал двигаться ему навстречу, сильно толкаясь внутрь него, с громкими всхлипами, хлюпаньем смазки и глухими хлопками бедрами об ягодицы мумрика. Юксаре, шумно дыша, громко вскрикнув, вцепился ему в плечи, чуть царапая их когтями, и, не переставая с любовью и страстью смотреть ему в глаза, полный ощущений и чувств зашептал: «Такой умный тролль, такой хороший, так быстро учишься, доставляешь мне такое удовольствие, само очарование, мое личное искушение, la cosa migliore della mia vita è il mio amato, mio prezioso ragazzo, ti amo così tanto, мой малыш». Муми-тролль, рыкнув в ответ, задвигался ещё сильнее, крепко сжимая его бедра. Мумрик, вскрикивая каждый раз, когда тролль со всей силой попадал по его простате, продолжил царапать его плечи и наконец, чувствуя разливающийся волнами тепло в животе и дрожь мышц, выдохнул: «Я скоро». Тролль, громко простонав, всё ещё глядя ему в глаза, вдруг тихо ответил: «Я тоже». И, резко потянувшись, целуя его, прошептал: «Ты такой красивый сейчас, твои кудри подпрыгивают при каждом движении и всё больше рассыпаются по плечам это так красиво». Юксаре, всхлипнув, тоже поцеловал его и, обхватив его мордочку, сильнее двигая бедрами, всхлипнув ему в рот, кончил, слегка подрагивая, но не прекратил движение, а стал двигаться лишь сильнее, теперь плача при каждом движении от чувствительности. Тролль, забеспокоившись, разорвал поцелуй, но Юксаре, крепко держа его, сквозь глубокие всхлипы хрипло сказал: «Не останавливайся, пока не кончишь, мне нравится продлевать оргазм». И Муми-тролль, простонав, продолжил, вновь целуя его, приглушая этим громкие всхлипы и стоны мумрика, и наконец, крупно вздрогнув, тоже кончил с гортанным рыком сползая вниз на кровать, тяжело дыша. Юксаре, опустившись вместе с ними, хныча, ощущая, как член любовника внутри него подрагивает в ответ на его спазмы и как идеально давит на нежные стенки, всхлипывая, стал царапать и покусывать плечи и шею тролля, оставляя на нем следы, потеряно шепча: «Мой, мой, только мой, мой Муми-тролль, мой». И, впившись клыками ему в шею, получив громкий стон в ответ, двинувшись назад, давя себе на простату, вновь вскрикнув, чувствуя новую яркую волну удовольствия, добавил: «Вот так, Fai sapere a tutti che sei mio, non ti darò a nessuno, sei solo mio, il mio amato, il mio prezioso, la mia anima, il mio amore». Муми-тролль, взглянув на него, тяжело дыша, поморщившись от боли в шее, погладил его по спине и, уже отдышавшись, смотря на мужчину, что лежал на его плече и с сожалением поглаживал след от укуса, тихо, хрипло сказал: «Юксаре, может уже выпустишь меня? Сам говорил, что это рискованно». Мумрик, расстроенно вздохнув, медленно поднялся и, морщась, глубоко дыша, выпустил член любовника из себя, расстроенно всхлипнул, теперь ощущая пустоту и холод внутри себя, и, откатившись в сторону, вцепился в плечо тролля, нежно целуя его. Муми-тролль, вздохнув вновь, уже привычно прозрев от марева страсти, испытывая стыд, поспешно избавившись от следов их деяния, мягко спросил: «Юкс, ты в порядке?» Мужчина, согласно промычав, уткнулся носом ему в шею, принюхиваясь и чувствуя, как сильно от тролля пахнет им самим и их занятием любовь, довольно улыбнулся. Муми-тролль, вздохнул, взглянув на часы, и видя, что прошло больше часа, удивившись, погладив мужчину по кудрям, ероша их, сказал: «Юкс, уже полседьмого, скоро завтрак надо будет готовить, давай пойдем в душ». Мумрик, удивленно подняв голову, с улыбкой спросил: «Вместе?» Тролль, смущённо кивнув, отведя взгляд, ответил: «Да, я помою тебе голову, у тебя волосы снова спутались». Юксаре, замурчав, быстро поцеловал его в щеку и, вставая, грациозно потянувшись и избавишься от мусора, не стыдясь своей наготы, пройдя к шкафу, заглянув внутрь, достал три полотенца, два для себя и одно большое для тролля, и неожиданно достав из шкафа красный шелковый халат, завернувшись в него, сказал: «Тогда пошли, пока Шуссель не занял ванну на ближайший час». Тролль, смущённо оглядывая мужчину и шелковый халат на нем, отмечая узор каких-то иероглифов и веток с цветами на нем, видя, как при движении хвоста тонкая шелковистая ткань поднимается, открывая его бедра, отведя взгляд, кивнул и тоже поднялся, идя за ним. К счастью, не встретив никого из друзей по пути, они дошли до ванной, зайдя в нее, Юксаре, сложив полотенца на раковину, пока тролль закрывал дверь, и скинув свой халат туда же, включил воду нагреваться, а сам направился к туалету. Тролль, повернувшись, обнаружив, что тот опускается на унитаз, смутившись, отвернулся и ворчливо заметил: «Ты бы хоть предупреждал». Юксаре, фыркнув, без особого интереса рассматривая свои когти, спокойно ответил: «Муми-тролль, мы только что занимались сексом, ты не умрёшь от того, что я схожу в туалет при тебе, к тому же во мне чуть ли не литр смазки, и мне в любом случае придется чиститься, не буду же я выгонять тебя из ванны ради этого?». Тролль, вздохнув, борясь со стыдом, все же повернулся и встретился взглядом с абсолютно спокойным мужчиной и неловко поинтересовался: «А почему сидя?». Мумрик, громко вздохнув, так, будто это был максимально глупый вопрос, вставая и смывая воду, все так же спокойно ответил: «Очевидно, потому что я только что скакал на твоём члене, и у меня болят ноги и немного зад, и я не очень хочу стоять». Муми-тролль, смутившись ещё больше, отведя взгляд, с беспокойством спросил: «Сильно болит?». Юксаре, вздохнув и улыбнувшись, подходя к нему, прижимаясь к его боку, обнимая и целуя его в плечо, ответил: «Все в порядке, это нормально, просто перенапряг ноги, а зад скоро пройдет, я был небрежен, когда растягивал себя, в следующий раз не стоит так торопиться, и всё». Тролль, робко взглянув на него, погладил его по голове, ероша кудри и прижимаясь к нему в ответ. Мумрик, довольно вздохнув, еще ненадолго прижавшись губами к его плечу, мурлыча, все же отстранился и, зайдя в душ, включил воду, настраивая ее температуру, и, взглянув на тролля, что неуверенно мялся снаружи, с лёгким смешком подразнил его: «Так и будешь стоять там? Не думаю, что это поможет нам успеть закончить к завтраку». Тролль, вздрогнув, кивнул и все же зашёл внутрь. Юксаре, улыбнувшись, тут же прижался к нему, кладя подбородок троллю на грудь смотря на него снизу с широкой улыбкой, его глаза ярко блестели весельем, и в целом он выглядел как счастливый и сытый кот, медленно двигая хвостом и водя лапками по бокам любовника, просто нежно поглаживая их. Муми-тролль, смущенный, невольно широко улыбнулся в ответ, принимая его объятия, тоже обвивая его спину лапами, гладя его по уже мокрым лопаткам. Юксаре, слегка заворожено смотря ему в глаза, продолжал улыбаться и вдруг очень тихо сказал: «Ты такой красивый». Тролль, смутившись ещё больше, вновь покраснел, но взгляд не отвел и робко ответил: «Ты тоже очень красивый». Юксаре, прикрыв глаза, вновь замурчал, и тролль, чувствуя тепло и нежность от этого звука и улыбки мужчины, опустив голову, прижался своим носом к его, тоже прикрывая глаза. Мумрик, выдохнув, моргнув, вдруг тихо спросил: «Мне давно было интересно, а почему ты это делаешь?» Муми-тролль, тоже моргнув, с непониманием вопросил: «Что?». И мужчина инстинктивно чуть принюхиваясь пояснил: «Нос, почему ты иногда касаешься меня носом?». Тролль, резко отстранившись, вдруг ещё сильнее покраснев, отвёл взгляд и тихо ответил: «Ох, я думал, ты знаешь». Юксаре с интересом и лёгким беспокойством наклонил голову и спросил: «О чём?». Муми-тролль, вздохнув, глядя на воду, что стекала по стене, робко ответил: «Это поцелуи, муми-поцелуи, троллям тяжело целоваться, как мюмлам и другим существам с короткими мордочками и лицами, и подобные поцелуи предназначены лишь для спальни, поэтому мы целуемся, соприкасаясь носами». Мумрик пару секунд удивлённо смотря на партнёра вдруг ухмыльнулся, сжимая его бока чуть сильнее, вновь прижимая к нему, вспомнив все моменты, когда тролль невзначай, вскользь или намеренно касался его носом, игриво спросил: «О-о-о, так всё это время ты делал со мной это?». Муми-тролль, окончательно смутившись, молча пристально смотрел в стену, и Юксаре, вновь усмехнувшись, кокетливо продолжил: «О Луна, какая прелесть, а ты не такой холодный, каким хочешь казаться, не так ли?». И чуть зарываясь когтями в мех тролля попросил: «Ну же, carino, взгляни на меня». Тролль, выдохнув, всё же повернулся обратно, и мумрик, улыбаясь, вдруг потянувшись с небольшим трудом ткнулся своим носом в нос любимого, тролль, шумно выдохнув, полностью красный от смущения, придерживая мужчину за спину, склонился, отвечая на его движение. Прижимаясь к носу мужчины сильнее и чуть двигая головой, стал с нежностью потираться своим носом об маленький нос мужчины. Юксаре, улыбнувшись, прикрыв глаза, тихо сказал: «Мне нравится, это очень мило и действительно приятно». Тролль смущённо шёпотом ответил: «Это очень приятно, у троллей очень чувствительные носы, почти такие же чувствительные, как и хвост». Юксаре, вдруг потянувшись ещё выше, осторожно прижался губами к носу партнёра и сказал: «Буду знать». И с сожалением отстранившись добавил: «Я бы хотел остаться с тобой подольше, но, я боюсь, нам стоит поторопиться, чтобы успеть до завтрака». Тролль, кивнув, отпустил его, и мумрик, вздохнув, вставая прямо под душ, задрав одну из ног на специальную ступеньку, пряча когти, завел лапы за спину и, глубоко вздохнув, раздвинув свои ягодицы, осторожно протолкнул в себя пальцы, раскрывая себя. Тролль, шумно вздохнув, вновь покраснел, но взгляд не отвёл, с любопытством наблюдая за тем, как из мужчины вытекает небольшая дорожка смазки, сразу смываясь струями воды, что стекали по его телу. Юксаре, чувствуя этот взгляд, томно взглянув на него через плечо, кокетливо спросил: «М-м, нравится вид?». Муми-тролль тут же отвернувшись, как бы внимательно изучая плитку на стене, кашлянув, ответил: «Прости». И мумрик, фыркнув, покачал головой: «Не надо извиняться, мне нравится, когда на меня смотрят, это очень горячо, если бы мы не торопились, я бы сделал для тебя кое-что интересное». Тролль, мгновение взглянув на него, громко сглотнул и, вновь кашлянув, резко сменил тему вопросом: «Где твой шампунь?». Юксаре, вымыв себя изнутри, опустил ногу и с улыбкой взглянув на любовника, мысленно думая о том, как же мило и очаровательно тролль смущается, кивнув на полку, ответил: «Синяя бутылка». Тролль, кивнув, взяв нужную бутылку, развернулся к нему и немного взволновано сказал: «Давай, иди сюда». Мумрик, спокойно сделав это, откидываясь на грудь тролля, с улыбкой сказал: «Потом твоя очередь, я очень хочу вымыть твой мех». Муми-тролль, выдохнув, подумав, все же кивнул и, вылив немного шампуня себе в лапы, вспенив его, стал аккуратно, с нежностью разбирать спутанные кудри мумрика, разделяя их на пряди и тщательно распутывая небольшие колтуны. Юксаре, млея под его лапами, громко мурчал, наслаждаясь бережными касаниями любовника, думал лишь о том, как сильно любит его и что при первой же возможности запрется с ним в комнате, чтобы получить больше нежных касаний. Тролль, закончив разбирать и намыливая локоны мужчины, предупредив его об этом, одной лапой прикрывая глаза мумрика, другой переключил режим душа, включая тропический душ над ними, и стал так же нежно промывать волосы мужчины. Убедившись, что те теперь были чистыми, вновь переключил режим душа и с улыбкой взглянул на мумрика, тихо говоря: «Все». Юксаре, развернувшись, все ещё мурча, кивнул и, сразу взяв шампунь тролля с полки, давно зная, какой именно принадлежит возлюбленному, определив это по запаху, вылив его себе на лапы и вспенив, стал медленно покрывать им тролля, с любовью оглаживая его тело от живота до груди, от запястий до предплечий. Муми-тролль, громко дыша, взволновано дергал хвостом, получая много приятных ощущений от мягких, но уверенных касаний мужчины. Юксаре, улыбнувшись ему, видя это, привстав, с любовью погладив его по плечам, перешёл на шею, намыливая ее. Тролль вдруг тихо прошипел, и мумрик, почувствовав ранки от своих собственных клыков, скрытые под густым мехом, печально поглаживая его шею, с сожалением сказал: «Ох, прости». Муми-тролль, выдохнув, наконец снова взглянув на него, покачал головой: «Все нормально, я знаю, ты не специально, просто эээ…». Он смутившись кашлянул: «Э, ну увлекся», но Юксаре, нахмурившись, покачал головой: «Нет, я не должен был, во-первых, я знаю, что это больно, во-вторых, мои анализы все ещё не готовы, и это опасно, я должен лучше себя контролировать». Тролль промолчал, не зная, что ответить, и Юксаре, вздохнув, ещё раз погладив его плечо, тихо сказал: «Повернись, я намылю спину». Тролль послушно развернулся, и мумрик, вылив ещё немного шампуня себе на лапы, продолжил наносить его на любимого, поглаживая его лопатки и поясницу, вспенивая и добравшись до копчика тролля, мягко погладил его ягодицы и основание хвоста. Муми-тролль, шумно выдохнув, чуть хлопнул его хвостом по бедрам, и мумрик, усмехнувшись, вдруг прильнув к его спине, сказал: «Ш-ш, я просто захотел погладить тебя, я больше ничего не сделаю». Тролль хмыкнул, но, чувствуя, как мужчина упирается лбом ему в лопатку, согласно промычал, и Юксаре, отстранившись, сказал: «Все». Тролль, развернувшись, взглянув на него, вдруг притянул к себе и, переключив режим душа, скрывая их обоих потоком воды, наклонившись, прижимая низкого мужчину к себе, нежно поцеловал его. Юксаре сначала удивленно выдохнул, а потом, усмехнувшись, обвил его шею лапами, отвечая на поцелуй. Простояв так, медленно лаская губы друг друга, до тех пор, пока вся пена не ушла в водосток, они, остановившись, тяжело дыша, встретились взглядами, недолго рассматривая друг друга, и тролль, смутившись, отвёл взгляд. Юксаре, улыбнувшись, погладив его по щеке, с любовью сказал: «Муми-тролль, знаешь, ты такой милый сейчас, мне нравится, когда ты смущаешься, ты так очаровательно краснеешь, и вообще мне нравится быть с тобой, ах, если бы не дела, я бы заперся с тобой в комнате и целовал тебя полностью целую вечность». Муми-тролль, ещё больше смутившись, неловко ответил: «Хватит чушь нести». И, отпустив его, закрыл воду. Мумрик, расстроенно вздохнув, вышел из душа и, завернувшись в одно из полотенец, другим стал вытирать свои волосы, сев на одну из тумб рядом с раковиной, где хранились запасы моющих средств. Муми-тролль тоже вышел и, взяв полотенце, стал вытирать свой мех, и Юксаре, взглянув на него, вдруг сказал: «Ты такой пушистый в последнее время, мне кажется или раньше твой мех не был таким объемным?». Тролль, кивнув, ответил: «Да, просто скоро зима, и у меня вырос зимний подшёрсток, он нужен, чтобы обеспечить сохранение тепла тела в зимней спячке, так что я буду таким до весны». Мумрик вдруг поманил его к себе лапой, и когда тролль, недолго поколебавшись, все же приблизился, Юксаре взъерошил его мех, с интересом рассматривая мягкий, как пух, подшёрсток под густым мехом любовника, улыбнувшись, забрал у него полотенце и стал заботливо вытирать его, не спеша промакивая им каждый участок тела возлюбленного. Муми-тролль, немного смущаясь, все же с радостью позволил ему это, погружаясь в ощущение ласковых прикосновений друга. Вскоре мумрик закончил, скинув мокрое полотенце в корзинку для стирки, он притянул тролля к себе ещё ближе, уткнулся носом ему в шею и, глубоко вдыхая его запах, чувствуя такой восхитительный коктейль из привычного запаха тролля, состоявшего из бумаги, чернил и морской соли, своего собственного аромата из трав и табака, что смешивался с ним, покрытые лёгкими, далекими нотками остатков страсти и хвойного шампуня тролля. Муми-тролль, взглянув на него, погладил его по спине и тихо сказал: «Юкс, я не против, что ты хочешь обниматься, но я думаю, что мы уже не успеваем к завтраку». Юксаре, согласно промычав, на мгновение прижавшись губами к его плечу, целуя, отстранился и, спрыгнув на пол, взяв свой халат, стал одевать его. Тролль, вновь смущённо пронаблюдав за тем, как тело любовника скрывается лёгким красным шелком, сглотнув и поймав хитрый взгляд мужчины, смущённо отошел, кидая оставшиеся на тумбе мокрые полотенца в корзину с бельём. Юксаре, выдернув волосы из-за ворота халата, рассыпая свои кудри по спине и плечам, улыбнувшись ему, завязав пояс халата, видя, что тролль зачем-то полез в шкафчик над раковиной, спросил: «Mon amour, я пойду, придешь потом на кухню, поможешь мне?». Тролль, взглянув на него через зеркало, держа в лапах расчёску, кивнул, и мумрик, улыбнувшись, открыл дверь и вышел. Как только он это сделал, он нос к носу столкнулся с Шусселям, что стоял под дверью с полотенцем в лапах. Друг, испуганно дёрнувшись, стал падать назад, но Юксаре, быстро отреагировав, дёрнул его на себя, удерживая на месте, вцепившись когтями ему в рубашку и поймав его взгляд, облегчённо вздохнув, убедившись, что мужчина устойчиво стоит, отпуская его, сказал: «Шу, будь, пожалуйста, аккуратнее, это опасно, тебе повезло, что у меня хорошая реакция». Шуссель, кивнув, смущённо оглядев его, тихо спросил: «Муми-тролль в ванной, да?». Юксаре кивнул: «Да, но он просто расчёсывает шерсть, так что скоро выйдет». Шуссель, кивнув, вновь смущённо оглядел друга, открыв рот, словно собираясь что-то спросить, но тут же, будто передумав, закрыл его и просто кивнул. Мумрик, взглянув на него, хмыкнул, но, похлопав друга по плечу, спросил: «Ну что, будешь яичницу?». Шуссель кивнул, и мумрик, довольный этим, уже проходя мимо него, озвучил: «увидимся за завтраком» и удалился, направляясь в сторону кухни, тихо напевая себе под нос. Юксаре, зажав трубку в зубах, не спеша курил, следя за тем, как под крышкой на сковороде жарится большая яичница-глазунья. Тут дверь скрипнула, и он, легко узнавая любовника по шагам и запаху, с тихим смешком, не оборачиваясь, сказал: «Ты долго, Шуссель не ругался на тебя?» Муми-тролль, громко фыркнув, закрывая за собой дверь в кухню, ответил: «Нет, он только отпустил дико странный комментарий по поводу того, что он надеется, что мы не использовали раковину». И, услышав, как любовник смеется, наконец развернувшись, взглянул на него и, ужасно смутившись, сглотнув и нахмурившись, спросил: «Почему ты в таком виде?» Юксаре, все ещё посмеиваясь, снял сковороду с плиты и, ставя на ее место турку, повернулся к нему и, держа свою трубку, выпуская дым, склонив голову на плечо, спросил: «О, в каком таком?» Тролль, вновь фыркнув, покачал головой: «Не делай вид, будто не понимаешь, о чем я». И эмоционально махнул лапами, указывая на шелковый халат, в который был одет мужчина. Юксаре, наклонившись чуть вперёд, отчего края его халата раскрылись, слегка оголяя грудь, вдохнув дым и махнув длинным рукавом халата, с ухмылкой спросил: «О, так ты об этом?» Поймав возмущенный взгляд любовника, он махнул хвостом, этим поднимая полы халата, открывая свои бедра, привлекая внимание тролля к ним, и игриво сказал: «Красивый, не правда ли? Я давно его не надевал». Муми-тролль, весь красный, пристально взглянув на его бедра, сглотнул, а потом, взяв себя в лапы, подходя ближе к мумрику, недовольно спросил: «Почему ты не переоделся? Ты же точно ходил в спальню, ведь я помню, что трубка была на тумбочке, когда мы уходили в ванную». Юксаре, усмехнувшись, вновь затягиваясь и выдыхая дым, но уже в сторону любовника, ответил: «Я торопился, да и зачем, мне и так удобно». Тролль, устало вздохнув, нависнув над ним, ворчливо процедил: «Потому что это неприлично». Мужчина, фыркнув, резко отвернувшись, быстро снимая турку с огня, по запаху поняв, что кофе почти закипел, и ставя ее в сторону, спокойно ответил: «Муми-тролль, не тебе мне говорить о приличии, ты вообще не носишь одежду». Тролль, фыркнув, покачал головой: «Я уже говорил, это другое, у нас, троллей, все и так прилично». Юксаре, усмехнувшись, развернулся обратно к партнёру и вдруг, сжав его мех на груди, потянул его на себя, вынуждая любовника наклониться на один с ним уровень, и с ухмылкой смотря в карие глаза тролля, ответил: «О, поверь мне, разницы никакой нет, ведь твой вид возбуждает меня ничуть не меньше, чем тебя мои бедра без брюк». Муми-тролль открыл рот, собираясь ответить, но Юксаре, выдохнув дым ему прямо в мордочку, заставляя закашляться, и, отложив ее в сторону, продолжил говорить: «Ты даже не представляешь, что делаешь со мной, когда поднимаешь что-нибудь тяжёлое и твои мышцы на спине и лапах перекатываются, поднимая мех, или когда наклоняешь, твоя задница что-то божественное, при взгляде на нее в моей голове ни одной приличной мысли, а твои лапы, ты вообще видел свои лапы? Это незаконно, они такие большие, что полностью накрывают мой зад, когда ты меня держишь, знаешь, как это приятно? Я чувствовал себя таким маленьким, когда ты держал меня в своих лапах». И видя, что любовник полный смущения не находит, что ответить, обхватив его щеки теперь сжимая их, договорил: «Так что не смей говорить мне о приличиях, если я хочу ходить в халате, я буду, а если захочу, буду и голышом ходить, я имею на это право». Муми-тролль, шумно выдохнув все же кивнул и, смотря в голубые глаза мужчины, вдруг неуверенно обнял его за талию, поглаживая бока мумрика, скрытые шелковой мягкой и гладкой тканью. Юксаре, улыбнувшись, погладив его мордочку, почувствовав прилив нежности, потянувшись к нему, прижался своим носом к носу тролля в мягком муми-поцелуе. Муми-тролль, выдохнув, принимая это, наклонился ещё ниже, чтобы мужчине было удобно, и, недолго потираясь об его нос, сжав его крепче, поцеловал уже в губы. Мумрик, махая хвостом, тихо простонав, довольно мурлыча, ответил на поцелуй, с удовольствием принимая ласку. Неизвестно, сколько ещё бы они простояли так, целуясь около плиты, если бы их не прервал скрип двери. Тролль, оторвавшись от губ мумрика, смущённо оглянулся через плечо и увидел Шусселя, что не менее смущённо замер возле двери, смотря на них. Юксаре вдруг, усмехнувшись, погладив тролля по плечам и потянувшись, последний раз нежно целуя любимого в щеку, как ни в чем не бывало спросил, обращаясь к Шусселю: «Закончил инспекцию ванной?» И, отстраняя от себя тролля, занялся сервировкой стола. Шуссель все же, пройдя дальше, садясь за стол, наконец-то неуверенно кивнул, отвечая этим на вопрос, и Юксаре, хмыкнув, спокойно сказал: «Не стоило, не волнуйся, мы не трахались в ванной». Муми-тролль, уже стоявший за ним со стаканом воды, резко вспыхнул и, подавившись, начал кашлять. Мумрик с беспокойством похлопал его по спине, а Шуссель, покраснев, тихо сказал: «Оу, хорошо, но если будете, мойте все за собой, пожалуйста». Тролль, откашлявшись, теперь, открывая рот, словно рыба, выброшенная на берег, стал размахивать лапами, а Юксаре, фыркнув, гладя его по спине, успокаивающе шептал: «Ш-ш, carino, все в порядке, не нервничай так». И, взглянув на друга, все еще сидевшего за столом, ухмыльнувшись, ответил: «Конечно, Шу, но тогда я не желаю больше слышать жалобы на шум из моей комнаты». Шуссель, вздохнув, кивнул: «Ладно, хотя вы действительно слишком громкие, оба». Муми-тролль, не выдержав, плюхнулся на стул и, опустив голову на стол, пряча мордочку под лапами, громко простонав, стыдливо прошептал: «О боже, вы можете не говорить об этом, какой стыд». Юксаре, взглянув на него, склонившись, прижался к плечу тролля и, целуя его в висок, ласково ответил: «Прости, детка, мы больше не будем, не так ли, Шуссель?» И Мумрик пристально взглянул в сторону друга с хищно суженными зрачками. Шуссель, сглотнув, поспешно забормотал: «Да-да, конечно». Так их и обнаружил Фредриксон, зашедший в кухню. Осмотрев их всех по очереди, он, хмыкнув, снял свою капитанскую фуражку и, опустившись на стул с другой стороны стола, спросил: «Что за суета с утра пораньше?» Юксаре, улыбнувшись, покачал головой: «Ничего такого». И еще раз, ненадолго прижавшись губами к виску Муми-тролля, что все еще, не отрывая головы от стола, прятал мордочку, улыбнувшись, поправив халат, туже затягивая пояс на нем, спросил у мужчины: «Тебе сегодня кофе со сливками или без?» Фред, хмыкнув, покачал головой, но, решив не допытываться до причины столь странной сцены, ответил: «Пожалуй, со сливками, погодка сегодня так себе». Юксаре, согласно промычав, налил ему кофе и, поставив перед ним кружку, аккуратно влил в нее сливки, после опустив молочник с ними на стол, и разлил оставшийся кофе по остальным кружкам, ставя на стол и их. Шуссель, наконец расслабившись, шмыгнув носом, с интересом спросил: «Ты говорил про яичницу?» Мумрик кивнул: «М-м-да, яичница с беконом и тосты». После чего поставил сковороду на доске в центр стола. Фредриксон, открыв крышку, одобрительно хмыкнув, взглянул на мумрика, что уже, вновь отвернувшись, складывал готовые тосты на большое блюдо, и, проследив за тем, как с плеча мужчины сползает рукав халата, с усмешкой спросил: «Где ты его прятал? Я давно не видел, чтобы ты его надевал». Юксаре, издав тихий смешок, поставил блюдо и масленку на стол, наконец тоже сел и с улыбкой ответил: «О, ни где, просто он висел в шкафу, и я про него забыл». Муми-тролль, наконец поборов стыд, поднял голову и, взглянув на любовника и то, как он поправляет рукав халата, поднимая его обратно на плечо, сглотнув, молча покачал головой, пытаясь избавиться от неуместных мыслей. Юксаре, видя это, улыбнувшись ещё шире, намазал тост маслом и положил его на тарелку возлюбленного, мягко говоря: «Хватит дуться, ешь». Тролль возмущённо открыл рот, но, поймав взгляд мужчины, полный нежности, промолчал и, взяв тост, принялся за еду. Фред, сдержав смех, покачал головой и, положив себе на тарелку яйца с беконом, сказал: «Юкс, я взглянул на твои расчеты, ты уверен, что нам понадобится именно столько топлива?» Мумрик, жуя, склонив голову вбок, немного задумавшись, все же ответил: «Определенно, да, я покажу тебе свои первоначальные расчеты позже, мой блокнот в пальто в спальне». Фредриксон, кивнув, задумчиво погладил свою бородку и, взглянув на племянника, что жевал еду, громко чавкая, сказал: «Шуссель, нам все же придется заняться балансировкой трюма, я думаю, мы как раз уложимся за то время, пока мы стоим у причала». Шуссель, поспешно дожевав и проглотив еду, ответил: «Если ты так думаешь, но у нас разве хватит смолы для герметизации?» Фред, задумавшись, отпивая кофе, покачал головой: «Я не уверен, скорее всего, придется потратиться и закупить ещё». Муми-тролль, подняв голову, с интересом спросил: «А что за смола?» Юксаре, взглянув на партнёра, хмыкнув, ответил: «Корабельная смола, ей промазывают швы и стыки досок, чтобы герметизировать их и избежать протечек». Фредриксон, согласно кивнув, добавил: «Поскольку наш корабль почти полностью из древесины и построен по образцу классических кораблей, это обязательный этап, особенно для трюма, ведь любая, даже маленькая протечка в нем может потопить нас». Муми-тролль немного встревожено сказал: «Звучит не очень надёжно». И Фред, усмехнувшись, потянувшись, похлопывая его по спине, ответил: «Не волнуйся, парень, я тебя уверяю, наш корабль будет надёжнее многих суден современного образца, ведь строил и проектировал его я, уж в себе я сомневаться не собираюсь». Юксаре, фыркнув и поймав все ещё обеспокоенный взгляд любовника, все же согласился: «Муми, не волнуйся, поверь мне, в данном случае это чистая правда, так что нам не о чем волноваться». Тролль, кивнув, вернулся к еде, и Мумрик, улыбнувшись, намазав любимому ещё несколько тостов, тоже приступил к еде, довольно улыбаясь, иногда игриво задевая ноги тролля под столом своими. Позавтракав, Фред и Шуссель, поблагодарив мумрика, отправились проверять трюм. Юксаре же, собрав посуду, вновь наполнив свою трубку и прикурив ее, занялся мытьём посуды. Муми-тролль, все ещё пивший свой кофе, украдкой наблюдал за ним, не в силах сопротивляться этому желанию, ведь мужчина выглядел прекрасно: как и раньше худой, но теперь не болезненно, а изящно, его тёмный короткий мех лоснился, мягко блестя на свету, показывая его гладкость, хвост сейчас как никогда пушистый, медленно двигался из стороны в сторону, показывая хорошее настроение мумрика, а тёмные упругие кудри цвета шоколада беспорядочно рассыпались по его спине и плечам, пряча собой шею и уши мужчины. Проследив один из особенно изящных завитков, тролль вгляделся в узор халата мужчины: ярко-красный шёлк красиво блестел, идеально обтягивая талию мужчины, затянутую чёрным поясом. Под ним виднелось начало узора из изящных веточек и иероглифов. С интересом рассматривая их, тролль невольно опустил взгляд ниже, прямо на ягодицы любовника, и, недолго рассматривая их, смутился, но, вспомнив слова мужчины, сказанные ему до этого, допив кофе, встал и подошёл к нему, вставая прямо за его спиной, глядя на макушку мумрика. Юксаре, даже не шелохнувшись, выдыхая дым, моя тарелки, спокойно, с мягкой улыбкой спросил: «Ты что-то хочешь?» Муми-тролль, замявшись, неуверенно потоптавшись за спиной любовника, всё же решившись, неуверенно обнял мужчину, прижимаясь к его спине, пряча нос в его волосах. Юксаре, выдохнув, отложил трубку в сторону и чуть откинул голову назад, прижимаясь затылком к носу тролля, и, улыбнувшись, моя последнюю тарелку, тихо спросил: «Уже соскучился?» Тролль промолчал, но с нежностью погладил его бока. Мумрик, мурлыкнув, убрав последнюю тарелку, выключил воду и, поспешно вытирая лапы, развернулся в кольце лап любовника, заглядывая ему в глаза снизу. Муми-тролль смущённый улыбнулся ему и, вновь чуть замявшись, всё же опустил лапы вниз, сжимая уже бёдра мужчины, и вдруг, крепко обхватив их, поднял его вверх, удерживая. Юксаре, удивлённо охнув, сжал его плечо и, обнимая тролля ногами, ухмыльнувшись, спросил: «О-о, кто-то решил немного поиграть, да?» Муми-тролль, отведя взгляд, тихо ответил: «Ты сказал, что тебе было приятно, когда я так делал». Мумрик, согласно промычав, погладил его плечо с мягкой улыбкой и тихо сказал: «Так и есть, это очень приятно». Вдруг прижавшись мордочкой к шее тролля, принюхиваясь, он ещё тише добавил: «Так я чувствую себя в безопасности». Тролль, вздохнув, ласково потираясь носом об его волосы пару мгновений и вновь отстранившись, смущённо ворчливо спросил: «Ты когда-нибудь будешь носить бельё?» Юксаре, фыркнув, поцеловав его в шею, отстранился, обнимая его за шею уже глядя прямо в глаза, сейчас находясь с любовником почти на одном уровне, и с улыбкой ответил: «Зачем? Я уже говорил, я делаю это по настроению, и сейчас у меня нет настроения надевать лишнюю ткань на себя». Муми-тролль, шумно выдохнув, смущённо опустил взгляд вниз, туда, где халат мужчины, собравшись складками, небрежно прикрывал его пах, каким-то чудом не оголяя его чужому взору, но всё это не отменяло того, что тролль своим животом чувствовал находящийся в покое член любовника, зажатый между их животами. Юксаре, видя, как партнёр смущённо явно пытается переварить и смириться с его очередной причудой, нежно улыбнувшись, потянувшись, поцеловал тролля в губы. Муми-тролль, вздохнув, всё ещё крепко держа его на весу, ответил на поцелуй, чувствуя тепло и нежность в прикосновении губ мумрика. Недолго побыв так, по очереди сминая губы друг друга, чуть покусывая и облизывая их, они разорвали поцелуй, тихо, глубоко дыша. Юксаре, томно взглянув на любимого из-под ресниц, с нежностью поглаживая его шею, перебирая мягкий белоснежный мех, с теплотой сказал: «Ты такой милый, так и хочется поцеловать тебя ещё». Муми-тролль, вздохнув, рассматривая голубые спокойные и уверенные сейчас глаза мумрика, робко улыбнувшись, прижимая его к себе крепче, тихо смущённо ответил: «А ты очень красивый, особенно сейчас». Мумрик, улыбнувшись ещё шире, обнажая свои клыки, прижавшись своим носом к его, довольно мурлыча, ответил: «О-о, детка, ты так быстро учишься, недавно ты бы не стал говорить что-то подобное». Тролль, фыркнув и немного закатив глаза, с лёгким сарказмом ответил: «О, ну тогда, пожалуй, ты сможешь обойтись и без этого». Юксаре, усмехнувшись, подняв лапы выше, сжимая его мордочку, вынуждая взглянуть на него, с улыбкой сказал: «О, carino, ну не будь букой, мне очень приятно, что ты говоришь мне об этом». Мумрик явно собирался сказать что-то ещё, но, словно передумав, закрыл рот и отвёл взгляд. Муми-тролль, хмыкнув, не заметив этого, взглянув на мордочку мужчины, вновь потянувшись, поцеловал его и, недолго насладившись лаской, вздохнув, тихо сказал: «Ладно, мне надо идти, я хотел успеть до обеда закончить сшивать книгу». Юксаре, выдохнув, кивнул, и тролль опустил его обратно на пол, отпуская его и отстраняясь. Мумрик, погладив любимого по плечам, улыбнувшись, сказал: «Потом покажешь мне, что ты там написал». Тролль фыркнул, но всё же, кивнув, отстранился окончательно и молча вышел из кухни. Юксаре, с сожалением вздохнув из-за потери такого приятного ощущения невесомости и крепкой хватки возлюбленного, всё же, улыбнувшись, поправил халат и, взяв чашку тролля, вымыв ее, решил сразу заняться заготовками к обеду, зная, что уже через несколько часов друзья вновь соберутся на кухне в ожидании трапезы, и, думая об этом, стал с улыбкой напевать себе под нос. Обед прошел очень спокойно. Фредриксон и Шуссель, сообщив о результатах своего осмотра трюма, отправились в город, чтобы купить нужные им материалы, в том числе смолу. Муми-тролль же, пообедав, вновь молча удалился. Юксаре, расстроенный тем, что любовник даже не поцеловал его на прощание, взглянув на часы, решил немного выпить, поэтому, достав бутылку хорошего красного вина и сделав сырную нарезку, включив радио на частоту с музыкой, устроился в комнате отдыха, расслабленно растянувшись на диване, медленно смакуя вино, вскользь обдумывая все произошедшее за последнее время. Вспомнив приятное начало дня со всеми этими страстными и ласковыми ответными прикосновениями Муми-тролля, мужчина немного тоскливо вздохнул, взяв свою трубку, поджигая её, он сделал первую медленную затяжку, удерживая дым в лёгких и выдохнув его, следя за тем, как он, образуя абстрактные завитки, поднимается к потолку. Хмыкнул, думая о своей собственной глупости. Юксаре чувствовал себя по-настоящему глупо, ведь он так отчаянно, так сильно полюбил Муми-тролля, что теперь, вкусив сладость близости с ним, это лишь сильнее разжигало в нем пламя желания, порождая все больше и больше мыслей о чужом теле и душе. Прикрыв глаза, делая новую затяжку, мумрик вспомнил теплую улыбку любимого тролля. Тот выглядел так чудесно и трогательно, улыбаясь и смеясь, что мужчина каждый раз с трудом боролся с желанием осыпать мордочку любимого друга нежными поцелуями. Выдохнув дым, Юксаре, взболтав вино в бокале, сделал глоток, уже ощущая приятное хмельное расслабление, и, закинув одну ногу на другую, вытянув их на подлокотник дивана, вновь вздохнул, борясь с желанием пойти найти тролля и подразнить его в попытке получить немного ласки, но все же помня о том, что партнёр не любит, когда ему мешают работать. Мужчина, затянувшись, прислушивался к радио, улавливая строчки песни: «Я хочу, чтобы во рту оставался честный вкус сигарет, мне очень дорог твой взгляд, мне крайне важен твой цвет». Хмыкнув, он сделал новый глоток вина и тихо подпел: «С замороженными пальцами, в отсутствии горячей воды, с заторможенными мыслями, в отсутствии, конечно, тебя». Тихая усмешка, вырвавшись, наполнила комнату тягучим, как патока, желанием. Юксаре, затянувшись, разглядывая потолок, тихо протянул: «Тебя... Да?». И вновь вспомнив очаровательное смущённое выражение мордочки Муми-тролля, громко вздохнув, заглянул в свой бокал, взбалтывая вино, с лёгкой тоской размышляя: «Как бы хорошо было, если бы Муми-тролль сейчас пришел и хотя бы просто побыл рядом, но, увы, тролль был слишком занят своими рукописями, чтобы уделить ему внимание». Допив вино и налив себе ещё, замечая, что он даже не заметил, как почти выпил всю бутылку, мумрик прикрыл глаза, чувствуя небольшую усталость и размышляя о том, стоит ли уйти в спальню, чтобы немного вздремнуть и заодно этим сократить муки ожидания возлюбленного. Его мысли были прерваны скрипом двери. Взглянув на нее и обнаружив Шусселя, он немного разочарованно вздохнул. Мужчина, взглянув на него, нахмурившись, подошёл ближе и тихо спросил: «Что делаешь?». Юксаре, фыркнув, откладывая свою трубку на журнальный столик, ответил: «Как видишь, пью». Шуссель, взглянув на часы, уточнил: «В четыре часа? Не слишком ли рано для этого?». Мумрик пожал плечами: «Кто знает, мне кажется, в самый раз». Шуссель, нахмурившись ещё больше, помялся, топчась у двери, и мумрик, фыркнув, подвинув свои ноги, сказал: «Хватит стоять там, как неприкаянный, либо делай, что ты там хотел, либо сядь уже». Мужчина, вздохнув, пройдя к нему, опустился на самый край дивана, украдкой рассматривая друга, и Юксаре, усмехнувшись, отпив вино, игриво толкнул его в бок ногой, шутливо говоря: «Хватит стесняться, можно подумать, ты не видел меня в таком виде раньше». Шуссель, вздохнув, пожал плечами: «Да, но я думал, сейчас ты больше сосредоточен на Муми-тролле, с тех пор как он с нами, ты вёл себя намного спокойнее». Мумрик, усмехнувшись, нагло закинул ноги другу на колени и ответил: «Пожалуй, но ты же знаешь, правила не для меня». Потом, отведя взгляд, смотря на вино на просвет, тихо добавил: «Сегодня день халата, я думаю, я заслужил отдых». Шуссель, сжав его ноги, хмыкнув, спросил: «А на самом деле в чём дело?». Юксаре, вздохнув, поняв, что ему не удалось обмануть друга, сделав крупный глоток вина и откинувшись назад, глядя в потолок, ответил: «Не хочу терять запах Муми-тролля на себе, кто знает, когда он снова позволит коснуться себя». Шуссель, наклонив голову, чуть погладив его ноги, спокойно спросил: «И почему ты думаешь, что он эээ не позволит тебе это? Утром мне показалось, что он сам был очень даже за, я знаешь ли подумал, что, если бы я не вошёл, мы бы застали вас двоих уже за использованием кухни не по назначению». Юксаре, хмыкнув, покачал головой: «Секс это чудесно, но Муми-тролль стыдится этого, поэтому он с трудом соглашается на что-либо. Я не против, я всё понимаю, у меня слишком высокое либидо, я привык сдерживать себя, но я был хотел хотя бы просто быть рядом с ним, но он с утра как заперся у себя в комнате, так и сидит там, даже пообедал поспешно и улизнул, и мне запрещает заходить к себе, а я хочу просто быть рядом, мне даже не обязательно, чтобы он со мной говорил или трогал». Шуссель, нахмурившись, смущённо уточнил: «Тебе это так важно? Я думал, тебе просто нравится спать с ним». Юксаре, удивительно взглянув на друга и поняв, что тот серьёзно спрашивает об этом, тоже нахмурившись, ответил, качая головой: «Шуссель, я не думал, что ты настолько плохого обо мне мнения, если бы я хотел просто заняться с ним сексом, я бы никогда к нему не прикоснулся, это бы просто испортило наши отношения, если бы мне нужен был просто секс, я бы, как и раньше, заводил интрижки на одну ночь, ты же знаешь, для меня не проблема найти кого-нибудь для этого». Юксаре, выдохнув, смотря на друга, что внимательно слышал его, вновь глотнув вина, фыркнув, с горькой усмешкой продолжил: «Муми-тролль это нечто особенное, самое прекрасное, что могло случиться в моей жизни, мой милый сладкий мальчик, мой яркий лучик света в пасмурный день, моя полярная звезда, amore mio». Шуссель, удивлённо выдохнув, сжимая его ноги, тихо сказал: «Боже, да ты же в стельку пьяный». И, взглянув на слегка затуманенный от алкоголя взгляд мумрика, качая головой, с усмешкой спросил: «Ты действительно так одержим Муми-троллем?» Юксаре, махнув хвостом, спокойно ответил со скрытой нежностью и трепетом: «Шуссель, я люблю его». Шуссель тихо выдохнул: «О-о-о-у», но мумрик, не обращая на это внимание, продолжил: «Я очень сильно люблю Муми-тролля и готов сделать для него что-угодно, лишь бы он продолжал так же ярко улыбаться и смеяться, освещая собой всё вокруг». Шуссель, смутившись, взглянув на мечтательный взгляд друга, тихо уточнил: «Если ты не пристаёшь к нему с целью затащить в постель, то почему он не пускает тебя к себе в комнату?» Мумрик, пожав плечами, с грустью ответил: «Он говорит, что я его отвлекаю, но я либо сплю в его гамаке, либо на полу около его ног». Друг, нахмурившись, с сомнением уточнил: «На полу?» Юксаре, согласно промычав, с улыбкой ответил: «Да, мне нравится сидеть у него под столом, обнимая его ноги, там тепло и пахнет им, и иногда, когда у него хорошее настроение, он гладит меня по голове и даёт мне целовать его колени». Шуссель, осознав всё сказанное, смутившись, отвёл взгляд и тихо сказал: «Ты действительно ужасно пьян, Юкс, может, ты пойдёшь поспишь до ужина?» Мумрик отрицательно покачал головой и, взболтав бутылку вина на столе, поняв, что она пуста, достал ещё одну из-под стола. Шуссель, проследив за этим с небольшим беспокойством, аккуратно сняв с себя ноги друга, вставая, тихо сказал: «Ладно, как скажешь, я, пожалуй, пойду к себе». Юксаре, согласно промычав, наконец открыв бутылку, налил себе новый бокал с вином и, вновь растянувшись на диване, закусывая вино сыром, задумавшись, стал неосознанно сверлить стену взглядом. Шуссель, покачав головой, тихо вышел, оставляя друга одного. Мумрик все ещё глядя в стену, даже не заметив это, продолжал пить, как-то потеряно перескакивая с мысли на мысль. Вырвал его из этого хаотичного потока мягкий, полный беспокойства оклик Муми-тролля: «Юкс, Юкс! Юксаре?». Юксаре, дёрнувшись, наконец повернулся и, обнаружив любовника стоявшим рядом, расплылся в широкой пьяной улыбке и с нежностью прошептал: «Муми-и, детка, ты ко мне?». Тролль, вздохнув, нахмурился и тихо проворчал: «Боже, Шуссель был прав, ты в говно пьяный!». Юксаре вдруг перестав улыбаться, отвернулся и как-то холодно спросил: «Ты из-за него пришел?». Тролль кивнул: «Конечно, он пришел и сказал, что не знает, что с тобой делать». Мумрик резко поник, опустив уши и пряча мордочку за волосами, кивнул, и тролль, заметив это, нахмурился сильнее. Мягко спросил: «В чем дело? Ты же обычно пьешь в меру». Юксаре, пожав плечами, все ещё не глядя на него, со смешком ответил: «Не в чем, просто решил расслабиться». Муми-тролль, не поверив тону мужчины, ни на йоту подняв ноги мумрика, сел на диван и, потянувшись к нему, находя его мордочку среди кудрей, аккуратно потянул его за подбородок, вынуждая взглянуть на себя. Поймав какой-то грустный, потерянный взгляд мужчины, тихо спросил: «Ну же, что случилось? Всё же было нормально ещё утром». Юксаре, вздохнув, прижавшись к его лапам, тихо неуверенно ответил: «Ты весь день не пускаешь меня к себе и даже не говорил со мной с утра». Тролль, наклонив голову, с лёгким непониманием спросил: «И?». Мумрик, вновь пытаясь отвернуться, обиженно выдал: «Мне одиноко без тебя, ты даже не поцеловал меня после обеда, а сразу ушел». Муми-тролль, моргнув, поднял брови: «Ты напился в стельку только потому, что я не поцеловал тебя после обеда?». Юксаре, фыркнув, выдернул свою мордочку из его лап, отвернулся и спокойно ответил: «Да, я понял, звучит глупо, прости». И вдруг тихо всхлипнул. Муми-тролль взволновано подвинулся ближе, обнимая его за плечо, и сказал: «Ш-ш, всё нормально, ну что ты?». Юксаре, пожав плечами, тихо ответил: «Я не знаю, я просто хотел провести день с тобой, не хотел оставаться один». Тролль, вздохнув, решившись, уже крепко обнимая его и гладя по спине, тихо сказал: «Ты мог сказать, и я бы пустил тебя к себе». Мужчина, фыркнув, резко ответил: «Да, и ты бы говорил, что я тебе снова мешаю». Муми-тролль, вздохнув громче, вновь обхватив мордочку любовника, смягчившись, ласково сказал: «Юксаре, конечно, ты меня отвлекаешь, когда трогаешь меня или начинаешь что-то бормотать, но если тебе не хочется оставаться одному, ты, конечно же, можешь прийти когда угодно». Мумрик неуверенно взглянул на тролля и очень тихо уточнил: «И ты не будешь кричать на меня? Не выгонишь меня из комнаты? Не скажешь мне, что я раздражаю и только мешаю?». Муми-тролль, вздохнув, гладя его по щекам, с нежностью ответил: «Конечно нет, Юксаре, ты можешь иногда перегибать со своей тактильностью, и ты явно не знаешь, что такое личное пространство, и я могу ворчать на это, но я никогда серьезно не смогу злиться на это, тебе ведь просто нравятся прикосновения, разве нет?». Мужчина, вновь прижимаясь к лапам любовника, тихо ответил: «Да, мне нравятся касания». Он отвёл взгляд и тихо пояснил: «Так я чувствую себя нужным, привлекательным, ведь если другие готовы принять мои прикосновения и хотят коснуться меня, значит, я достаточно желанный, значит, я хоть для чего-то нужен». Муми-тролль, громко удивлённо вздохнув этой пьяной откровенности мужчины, подвинулся уже, вжимая мумрика себе в грудь, целуя его в макушку, уверенно ответил: «Юксаре, ну конечно ты нужен, и твое тело тут не главное, и, конечно, ты желанный, ты ведь такой замечательный, очень умный, ловкий, у тебя множество интересных историй и целая тонна неожиданных навыков, ты кладезь знаний, и, конечно же, ты привлекательный, очень красивый, миниатюрный, но такой сильный, и у тебя самые чудесные глаза и кудри». Юксаре, подняв голову, заглядывая в глаза тролля и не увидев в них и доли лжи, потянулся ему навстречу. Муми-тролль, понимая его желания, выдохнув, двинулся навстречу, и они встретились в нежном поцелуе. Тролль, тихо простонав в губы мужчины, чувствуя яркий вкус вина и табака, сглотнув, обнимая партнёра ещё крепче, почти притягивая его себе на колени, углубил поцелуй и, чувствуя шарик пирсинга в языке партнёра, вновь простонав, ощутил ответную крепкую хватку мужчины. Так насладившись поцелуем несколько минут, тролль отстранился, тяжело дыша. Юксаре томно, совершенно пьяным, горящим, как пламя костра, и взбудораженным, словно океанские волны, взглядом взглянув ему в глаза, облизав губы, сказал: «Ты действительно быстро учишься, ты уже так мастерски целуешься, что у меня встал». Тролль, покраснев, опустил взгляд вниз и действительно увидел, как смятая ткань халата, небрежно прикрывая пах мужчины, не скрывает отчётливый силуэт чужой эрекции. Шумно сглотнув, он отвёл взгляд, но Юксаре, улыбнувшись, прижался к нему, пряча мордочку у тролля на плече, с удовольствием выдыхая запах любимого и мягко прижимаясь губами, оставляя короткие лёгкие поцелуи и, почувствовав, как Муми-тролль вновь обнимает его, улыбнувшись, тихо сказал: «Ты всегда так чудесно пахнешь». Тролль, вздрогнув, удивлённо взглянул на него, и мумрик тихо признался: «Мне очень хорошо, когда я чувствую, как твой запах окутывает меня, смешиваясь с моим, это так приятно знать, что ты рядом». Муми-тролль, выдохнув, поглаживая спину мужчины, покачал головой: «Ты действительно очень пьян». Мужчина, согласно промычав, закрыв глаза, продолжал вдыхать запах любовника, наслаждаясь не только им, но и теплом объятий, наконец чувствуя себя спокойно. Недолго побывав так, Юксаре всё же вновь взглянув на тролля, что немного смущённо смотрел на него, улыбнувшись, ласково спросил: «Поцелуешь меня ещё?». Муми-тролль, громко выдохнув, кивнул и, обнимая его крепче, наклонился, целуя его губы. Мумрик, довольно простонав, открыл рот, давая любовнику углубить поцелуй, и, получив желаемое, наслаждаясь ласками, стал медленно водить лапами по чужой груди, чуть подразнивая партнёра, иногда выпуская когти, чтобы слегка поцарапать нежную кожу сквозь мех. Тролль, иногда ответно постанывая, прижимал его всё крепче, пока в конце концов все же не усадил мужчину себе на колени, теперь чувствуя своим животом весь рельеф тела мумрика, в том числе твердое очертание эрекции, что из-за лёгкого трения между ними чуть сочилась влагой сквозь шелк халата, пачкая не только его, но и мех тролля. Оторвавшись от губ любовника, жадно глотая кислород, тролль, поймав новый томный взгляд, полный желания, чувствуя, как по позвоночнику бегут мурашки, с силой огладил поясницу мужчины, спускаясь на его ягодицы. Юксаре, громко выдохнув, чуть махнул хвостом, задевая его лапы, и, ухмыльнувшись, игриво зашептал: «Если ты хочешь продолжить, нам стоит переместиться ко мне, потому что я не был готов к такому раскладу, и у меня в карманах, увы, не завалялись лишние презервативы». Муми-тролль, громко сглотнув, кивнул и, поднявшись, подхватив его под зад, закинул мумрика себе на плечо, прикрывая его ягодицы халатом и лапами. Юксаре сначала удивлённо охнул, а потом, громко рассмеявшись, погладив спину тролля, кокетливо сказал: «О, ты решил показать мне, насколько ты сильный? М-м, мне нравится, детка». Муми-тролль, фыркнув, вдруг легко хлопнул его по ягодицам и, выходя из комнаты, торопливо шагая к спальне мумрика, ответил: «Сам раздразнил меня». К большой радости, не наткнувшись на друзей по пути, тролль наконец добрался до спальни любовника. И зайдя в нее, ногой захлопывая за собой дверь, шагнул к кровати и, опрокинув на нее мужчину со своего плеча, сразу же опустился на него сверху, прижимая собой к постели и крепко целуя. Юксаре, очень удивленный, громко простонав, сжал плечи тролля, не сопротивляясь, а лишь шире разводя ноги в стороны и открывая рот, с удовольствием принимая настойчивые ласки партнёра. Тролль, вылизывая его рот с громким хлюпаньем, облапал его грудь, ещё шире разводя полы халата в сторону, забираясь под них, чтобы приласкать соски мужчины. Юксаре, тихо простонав, выгибаясь ему навстречу, ощущая такое приятное давление тяжелого тела тролля, нависающего над ним, закинув ноги ему на бока, сжал их, притираясь своим членом сквозь халат к животу партнёра. Муми-тролль, разорвав поцелуй, пару секунд пристально смотря ему в глаза, опустил взгляд вниз, рассматривая его тело. Красный шелковый халат мумрика, словно изящная подарочная упаковка, прикрывал собой все интимные части мужчины, при этом не скрывал их рельефа, лишь усиливая желание скорее обнажить их. Взглянув на то, как его края обнажают плечи и грудь мужчины, держась лишь за счёт туго затянутого черного пояса, что подчеркивал тонкую талию мужчины, тролль, вздохнув, опустив лапы вниз, погладил бока мужчины и, спустив взгляд ещё ниже, уже с большим вниманием смущённо разглядывая бедра и пах мужчины. Халат, забравшись вверх, обнажал бедра по бокам, но плавно стекал к паху, закрывая его, образуя множество складок шелковой ткани вокруг возвышения рельефа чужой эрекции. Муми-тролль, громко сглотнув, вдруг тихо сказал: «Ты такой красивый». Юксаре, вздрогнув, удивлённо взглянул на любовника и, видя, что тролль говорит это искренне, вдруг покраснел, слегка смутившись, и, погладив тролля по плечам, с любовью ответил: «Ты тоже прекрасен, mon amour, как первый снег, la mia stella polare». Тролль вдруг, наклонившись, поцеловал мумрика в оголённое плечо и с нежностью тихо-тихо выдохнул: «Ты выглядишь как грех, настоящий демон-искуситель». Мужчина, тихо рассмеявшись в ответ, прикрыв глаза, томно смотря на любимого сквозь ресницы, кокетливо спросил: «О, я соблазнил тебя, да? Заставил поддаться искушению?». Тролль, шумно выдохнув, вдруг резко, вновь наклонившись к мордочке мумрика, втянул его в новый поцелуй, вызывая этим стон у партнёра, и, яростно лаская его губы и рот, опустил одну из лап вниз и, легко пройдясь ей по груди и животу, вскользь оглаживая, спустился к бедрам и, чуть сжав одно из них, недолго поглаживая его более отчётливо, наконец скользнул прямо к паху любовника и, не убирая шёлковую ткань халата, сжал и огладил член мужчины прямо через нее. Юксаре, громко простонав ему в рот, чуть выгнулся в спине, толкаясь бедрами навстречу лапе тролля, и Муми-тролль, шумно дыша через нос, всё ещё терзая его губы, повторил движение лапой, на этот раз более уверенно оглаживая член любовника. Мумрик, всхлипнув, вновь толкнулся вверх и, разорвав поцелуй, вынуждая тролля чуть отстраниться, тяжело дыша, хрипло сказал: «О, ты мое милое наказание, ты ведь даже не подозреваешь, что делаешь со мной». Тролль, фыркнув, замер, переставая двигать лапой, теперь просто сжимая член партнёра, рассматривая его расхлябанный развратный вид, и мумрик, разочарованно вздохнув, сжав его бока коленями сильнее, спросил: «Решил извести меня? Что же, у тебя выходит». Муми-тролль, снова прильнув к мужчине всем телом, поцеловал его в щеку и ответил: «Просто любуюсь тобой, ты действительно выглядишь прекрасно». Юксаре, тихо простонав, подняв одну из лап, сжал щеку любовника, поглаживая ее, с нежностью заглядывая в честные карие глаза любимого. Тролль, глядя на него в ответ, замечая нежный блеск в голубых глазах мужчины, видный даже сквозь марево алкоголя и страсти, трепетно вздохнув, потянувшись, стал не спеша осыпать поцелуями челюсть и шею мумрика. Юксаре, вздохнув, зарылся лапами в мех на затылке и задней стороне шеи тролля, чуть царапая их, медленно перебирая мягкий белоснежный мех любимого. Муми-тролль, выдохнув, чуть втягивая нежную кожу мумрика, покрытую короткой шерсткой, в рот, оставляя яркие пятна меток, возобновил движение лапой, на этот раз очень медленно и не спеша водя лапой по члену партнёра. Юксаре, тяжело дыша, иногда громко всхлипывал, когда ткань халата особенно приятно скользила по головке его члена, вызывая сильный импульс удовольствия и множества мурашек. Чувствуя себя уже максимально заведённым, мужчина, чуть дёрнув тролля назад, сказал: «Подожди». Муми-тролль, оторвавшись от его шеи, замер и, громко дыша, взбудоражено, с явным вопросом посмотрел на мумрика, и Юксаре, улыбнувшись, вновь нежно поглаживая его шею, сказал: «Ты помнишь, зачем мы пришли в спальню?». Тролль, секундно обдумав его слова, кивнул и, поцеловав его в щеку, с сожалением отстранился, отползая в сторону, чтобы открыть ящик в основании кровати, и, достав из него все необходимое, вернулся, вновь устраиваясь между ног партнёра, и теперь, немного отойдя от пелены страсти, смущённо замер, вновь рассматривая любовника. Халат мужчины окончательно сполз вниз, оголяя его грудь и плечи, множеством складок собираясь у локтей и пояса. Его шёрстка влажно блестела испариной, а соски затвердели, привлекая к себе внимание своей яркостью. Сглотнув, тролль опустил взгляд вниз, туда, где, собравшись хаотичными складками на бёдрах мужчины, халат обтягивал его член потемневшим, мокрым от эякулянта шёлком. Юксаре, вздохнув, задевая колени любовника хвостом, тихо спросил: «Передумал?». Муми-тролль, покачав головой, наконец, вновь робко дотронувшись до бёдер любовника, приласкав их, бережно поглаживая, решившись, взялся за полы халата и потянул их в стороны, медленно до конца оголяя бёдра, а следом и пах мужчины. Юксаре, усмехнувшись, помог ему, потянув шёлковую ткань выше, собирая её около пояса, и вновь широко развёл ноги, без стыда демонстрируя себя во всей красе возлюбленному. Тролль, тихо простонав, поглаживая его бёдра выше, чуть заходя на ягодицы, тихо сказал: «Ты такой развратный». Юксаре, тихо рассмеявшись, погладив его бок стопой, с ухмылкой спросил: «О, ну тебе ведь нравится это, разве нет?». Муми-тролль, смутившись, ненадолго отвёл взгляд, словно обдумывая это, но так и не ответив, вернул свой взгляд на тело любовника, с каким-то трепетом заново оглядывая его от макушки до кончика хвоста и, погладив хвост, вдруг улыбнувшись, сказал: «У тебя такой пушистый хвост, это очаровательно». Мужчина, хмыкнув, лениво смотря на тролля в ответ сквозь ресницы, игриво повёл им в сторону, чуть обвивая лапу возлюбленного, и тролль, фыркнув, ещё немного погладив его, перебирая длинный тёмный мех на нём, наконец достал презервативы и, беря один из упаковки, небрежно открыв его, взглянув на покрытый скользкой влагой член любовника, нежно сжав его, аккуратно раскатал презерватив на нём. Юксаре, очень чувствительный к чужим прикосновениям, громко всхлипнул, но, взглянув вниз, рассматривая свой член, обтянутый латексом, одобрительно хмыкнув, похвалил любовника: «Молодец, идеально натянул его на меня». Тролль, вновь смутившись, неуверенно кивнул и отвёл взгляд, уже открывая бутылку со смазкой, громко щелкнув крышкой и выливая её себе на лапы, помня про то, что её лучше разогреть, чуть растёр её между пальцев и, убедившись, что она не холодная, удобнее устраиваясь между ног мужчины, осторожно обхватил его член, размазывая по нему смазку. Юксаре, простонав, вернул свои ноги на бока партнёра, крепко сжимая их коленями. Муми-тролль, нависнув над ним, опираясь на один из локтей, придержав его за щёку, нежно поцеловал, не спеша углубляя поцелуй, и, поймав вздох мужчины, двинул лапой, начиная медленно ласкать член партнёра. Юксаре, всхлипнув, подняв лапы, обхватил мордочку тролля, с удовольствием отвечая на поцелуй, чувствуя, как от медленных движений лапы любовника внизу живота приятно теплеет, а по позвоночнику бегут яркие искры удовольствия, поднимая шерсть на холке дыбом. Спустя несколько томительных минут, полных ласковых касаний, Юксаре почувствовал, как внизу живота стягивается тугой узел, обещая скорую разрядку. Оторвавшись от губ любовника, тяжело дыша, тихо сообщил: «Муми, детка, я скоро кончу, если ты не хочешь этого, тебе стоит остановиться сейчас». Тролль покачал головой и хрипло ответил: «Нет, я хочу, чтобы ты это сделал» и стал нежно целовать его мордочку и шею, продолжая ласкать его член. Юксаре всё больше и чаще всхлипывая, чуть двигал бёдрами навстречу, прогибаясь в спине, невольно желая усилить контакт с любовником. Муми-тролль, чувствуя, как член мужчины в его лапе начинает подрагивать, немного ускорил движения, чуть более сильно оглаживая член мумрика у основания, помня, что тому очень нравилось это движение, и, получив громкий стон, полный одобрения, прикусил нежную кожу на стыке плеча и шеи мужчины. Юксаре, вскрикнув, выгнувшись ещё сильнее, подрагивая всем телом, кончил. Муми-тролль, чуть отстранившись, медленно и осторожно поглаживая его крупно вздрагивающий член, внимательно всматривался в мордочку мужчины, запечатлевая в своей памяти выражение удовольствия на ней, и, убедившись, что член партнёра перестал дрожать, выплёскивая семя, осторожно стянул с него презерватив, завязывая его и отбрасывая в сторону, и вновь взглянув на любовника, смотря на его опавший член, что склонился вниз, прикрывая собой яички, погладил его по бёдрам, поднимая взгляд выше, и, поймав ответный томный взгляд мужчины, смутившись, покраснел. Юксаре, нежно улыбнувшись ему, отмечая, что сам тролль уже крайне возбуждён, по видневшейся среди меха в паху выглядывающей из складки головки члена, протянув лапу, ласково поглаживая его плечо, тихо спросил: «Что ты хочешь? Я могу сделать то же самое или миньет, или, если хочешь, я всё ещё достаточно растянут с утра, ты можешь немного растянуть меня, и тогда я приму твой член в себя». Тролль, ярко залившись румянцем, недолго рассматривая мумрика, полностью покрытого влагой, и уже отчётливо видные на его шее и плече следы от своего собственного рта, сглотнув, опустил взгляд, рассматривая маленькие, но такие приятные на ощупь и вид ягодицы мужчины, робко ответил: «Последние». Юксаре спокойно кивнул и, взяв подушку, лежавшую позади него, кидая ее троллю, сказал: «Хорошо, тогда подложи мне ее под поясницу». И, подумав, добавил: «И не мог бы ты помочь мне развязать халат, пояс жмёт». Муми-тролль, кивнув, решил сначала разобраться с халатом и, наклонившись, обнимая мужчину за талию, ощупывая пояс, нашарив его узел, потянул его за концы, развязывая бант и стягивая его, отложил в сторону. Полы халата тут же скользнули вниз, раскрываясь, и мумрик облегчённо выдохнул. Тролль, нахмурившись, заметив красный след под шерстью, погладил его, и Юксаре, улыбнувшись, тихо сказал: «Не волнуйся, просто слишком туго завязал его до этого, и от трения остался след». Тролль, вздохнув, покачал головой, но промолчал, просто ещё раз ласково погладив его по животу и приподняв его бедра, наконец положил подушку ему под поясницу. Мумрик одобрительно промычал, чуть поёрзав, удобнее устраиваясь на постели, и Муми-тролль, взглянув на него, доставая перчатки, тихо спросил: «Всё нормально?» Юксаре, хмыкнув, ответил: «Ты про то, что я не возбуждён?» И, увидев кивок, продолжил: «Всё в порядке, у меня снова встанет во время подготовки». Тролль смущённо кивнул и, чуть поёрзав, ища удобное положение, сжав ноги любовника, потянул их в стороны и на себя. Юксаре послушно раздвинул ноги шире, вытягивая их по бокам тролля. Тот, вновь поёрзав, опустил их себе на бёдра и, недолго нежно погладив их от коленей до стоп, наконец взглянул вниз, рассматривая раскрытого перед ним любовника. Мягкий член мумрика спокойно лежал на его животе среди кучерявой густой шёрстки, аккуратные яички расслаблено покоились в его основании, и от них кудрявая дорожка меха спускалась ниже, уходя в ложбинку между ягодиц, где призывно и влажно блестело слегка приоткрытое колечко мышц. Муми-тролль громко сглотнул. Юксаре, прикрывая глаза предплечьем, спокойно и томно глядя на него из-под него, улыбнувшись, вильнул тазом и игриво спросил: «Нравится? Это всё для тебя. Видишь, как оно жаждет твой член в себе?» Он чуть напрягся, от чего его анус, дрогнув, пару раз сократился. Тролль, громко простонав, ужасно смутившись, легко хлопнул любовника по бедру, но мумрик, лишь рассмеявшись, игриво пощекотал его живот хвостом, и тролль, выдохнув, придержал его хвост, отодвигая его, чтобы тот не мешал ему растягивать партнёра, и, наконец собравшись с духом, выливая себе на лапы смазку, разогревая ее, вздохнув, опустил лапу вниз, аккуратно дотрагиваясь ей до промежности мужчины, смазывая пространство между его ягодицами. Юксаре шумно выдохнул, всё ещё не отрывая взгляда от возлюбленного, тихо сказал: «Не усердствуй, я сейчас максимально податлив». Тролль, фыркнув, покачал головой и медленно надавил одним из пальцев на его анус, тот, покрытый смазкой, легко скользнул внутрь мужчины, подтверждая слова мумрика о податливости, но тролль, не торопясь, бережно ощупал стенки мумрика и, добавив ещё смазки, немного волнуясь, стал аккуратно проталкивать второй палец внутрь мужчины. Юксаре, выдохнув, спокойно принял его, прекрасно контролируя свои мышцы, максимально расслабляя их, он толкнулся пальцам любовника навстречу и, шумно выдохнув, следя за троллем, что смущённо, но с интересом наблюдал за тем, как его пальцы плавно исчезают внутри партнёра, улыбнувшись очередному любопытству возлюбленного. Юксаре, толкнувшись ещё раз, насаживаясь на пальцы тролля глубже, громко вздохнув, сказал: «Не бойся, carino, давай, вставь ещё один палец, я хочу большего». Муми-тролль, сглотнув, поймав его горящий, потемневший взгляд, робко кивнул и вновь, глядя вниз, стал проталкивать третий палец, на этот раз чувствуя небольшое сопротивление стенок, что начали слегка сокращаться, выталкивая пальцы наружу. Мумрик, простонав, поджав пальцы ног, преодолевая сопротивление собственных мышц, толкнулся его пальцам навстречу, насаживаясь на них до упора, и, простонав, шумно дыша, сказал: «Давай, детка, разводи пальцы в стороны, немного массируя стенки, так они быстрее ослабят давление». Тролль, послушно следуя инструкции, сосредоточился на том, чтобы вновь почувствовать, как стенки нежного нутра любовника расслабляются, и вскоре, наконец добившись этого, шумно выдохнув, посмотрел на мордочку мумрика, что, прикрыв глаза, плавно толкался бедрами, с тихими стонами, и наслаждением принимая в себя пальцы тролля. Чувствуя, что Муми-тролль замер, Юксаре, взглянув на него, тихо сказал: «Ну же, детка, давай последний палец, и я наконец приму в себя твой прекрасный член, мой большой мальчик». Муми-тролль, громко сглотнув, кивнул и, обновив смазку, уже более уверенно стал проталкивать внутрь партнёра четвертый палец. Мумрик, закусив губу, тихо всхлипнув, чуть прогнулся в спине, немного меняя положение, и, наконец насадившись на все четыре пальца тролля максимально глубоко, до костяшек, громко простонав, обрывисто выдохнул: «Давай, сладкий мой, растяни меня максимально широко, чтобы я мог получить твой член внутри полностью». Тролль, вновь стыдливо простонав, уже и так до предела заведенный, мечтающий скорее оказаться внутри столь желанного тела, помня то невероятно приятное ощущение горячего нутра любовника, что крепко сжималось на его члене при каждом движении, мощно толкнувшись пальцами в анус любовника, стал раскрывать пальцы внутри него, разводя их в стороны, всё сильнее и сильнее растягивая нежные стенки, и, взглянув вниз, видя, как колечко мышц, удерживаемое его пальцами, сжимая их, широко раскрывается, чуть подрагивая, блестя от вытекающей из него смазки, нетерпеливо рыкнул, и Юксаре, отчаянно простонав, взбудораженный этим гортанным звуком издаваемым партнёром , уже тоже давно вновь возбуждённый, чуть погладив свой член, всхлипнув, ловя горящий взгляд тролля, сказал: «Я готов, давай, я ужасно хочу почувствовать тебя внутри». Муми-тролль, громко выдохнув, аккуратно вытащил пальцы из тела мужчины, слыша новый всхлип, взглянув на то, как колечко мышц мужчины, раскрытое, словно требующее вернуть потерянное, яростно сокращается, выплескивая наружу дорожку смазки. Вновь рыкнув от нетерпения, тролль, скинув перчатки, помня о словах любовника, надел презервативы на них обоих и стал устраиваться между ног мужчины, потянув его за бедра, но Юксаре вдруг, выдернув свою ногу, тихо сказал: «Подожди, детка», и, поймав непонимающий и взволнованный взгляд тролля, размерено дыша, пояснил: «Хочу в другой позе, хочу принять тебя боком». Муми-тролль, нахмурившись, с непониманием вопросил: «Боком?» Мужчина, кивнув, подняв ноги с его бедер, перевернулся на бок, поднимая одну ногу вверх, сказал: «Давай, вставай над моей ногой, а другую держи у себя на плече, так угол проникновения будет очень глубоким, и ты сможешь контролировать весь процесс». Тролль, смущённо взглянув на него, всё же послушавшись, перекинул ногу через ногу любовника, вставая на колени так, что бедро мужчины оказалось зажато между его коленей, и, закинув вторую ногу мумрика себе на плечо, взглянув вниз, видя, как широко раскрылся перед ним любовник, сглотнул, взяв смазку, смазывая ей себя, замер, нервничая, неуверенный, как лучше пристроиться к анусу любовника, чтобы проникнуть внутрь него без боли. Юксаре, вздохнув, оттопырив хвост назад, чтобы не загораживать партнёру обзор, ласково сказал: «Муми-тролль, не бойся, мне не будет больно, давай», и, придержав свою ногу лапой, закинул ее ещё выше, раскрываясь максимально сильно, замер в ожидании. Тролль, громко сглотнув, наконец приставил головку своего члена к входу мумрика и, надавливая ей на него, стал медленно проникать внутрь него. Мужчина, шумно, размеренно дыша, спокойно принимая в себя член любовника миллиметр за миллиметром, наконец приняв в себя половину, сжал простыни под собой когтями, глухо простонав, попросил: «Малыш, давай, толкнись до конца». Тролль, ответно простонав, кивнув, двинул бедрами, заходя внутрь любовника до конца, и, всхлипнув, мысленно сравнивая разницу ощущений проникновения в этой позе от предыдущих, вдруг тихо выдохнул: «Вроде одно и то же, а ощущения каждый раз разные». Юксаре, опираясь на одно из предплечий, взглянув на него, тихо рассмеявшись, весь мокрый от напряжения, с теплом ответил: «О, carino, ты даже не представляешь, сколько поз для секса существует, я ещё покажу тебе их все, особенно мои любимые, если захочешь, в следующий раз ты сам попробуешь принять меня в такой позе, это невероятное ощущение». Муми-тролль, вспыхнув от его слов как факел, тихо простонал и, удерживая одной лапой его ногу на своем плече, другой сжав его бок, чуть наклонившись вперёд, сделал первое пробное движение. Мумрик, громко всхлипнув, откинув голову назад на плечо, всё ещё опираясь на локоть, вытянул ноги сильнее, поджимая пальцы на них, и с придыханием сказал: «О, мора, Муми-тролль, я обожаю твой член, клянусь тебе, он просто идеален». Тролль смущённый этим вновь двинулся, толкаясь внутрь мужчины сильнее, но тот, всхлипывая, всё равно продолжил: «О-он такой большой, так сильно растягивает меня, но не слишком, не причиняет боль, а лишь дарит удовольствие, так идеально давя на меня изнутри». Тролль, рыкнув, стал последовательно толкаться, совершая мощные фрикции, безжалостно проникая внутрь любовника через раз, хаотично попадая по его простате. Юксаре вдруг, двинувшись корпусом, грудью лег на постель, вцепляясь в простыни когтями, но всё ещё держа таз на боку, всхлипывая при каждом движении партнёра, забормотал: «Я так мечтаю уже получить тебя без защиты, хочу снова чувствовать твой вкус во время оральных ласк, хочу почувствовать всю нежность твоего нутра, хочу, чтобы ты излился прямо внутрь меня, почувствовать, какое горячее твоё семя, как оно растекается внутри меня, ещё больше заполняя меня, делая меня тяжёлым, помеченным тобой изнутри». Муми-тролль, громко простонав, отчаянно толкаясь внутрь мужчины, ещё сильнее наваливаясь на него, фактически раскладывая его на шпагат, тихо ответил: «Перестань, ты слишком много болтаешь». Мумрик, усмехнувшись, не прекращая всхлипывать и стонать, взглянул на него через плечо своими заплаканными от удовольствия глазами, ухмыльнувшись, отозвался: «Н-не за что-о, не обманывай меня, я знаю, как сильно это заводит тебя», и, закатив глаза, громко вскрикнув, когда тролль точным движением ударил своим членом по его простате, вновь забормотал: «Ты только посмотри, какой ты хороший мальчик, так быстро научился делать мне хорошо, так прекрасно трахаешь меня, так замечательно таранишь мою задницу, я о таком и мечтать не мог, не парень, а настоящая мечта». Муми-тролль, рыча, стал целенаправленно попадать по простате любовника, и тот, сгорая от усиливающего жар страсти плача, зашептал: «О, духи, я люблю твой член, как же мне хорошо, ты не представляешь, как мне хорошо». Всё же разорвав простыни под собой когтями, Юксаре, вскрикнув от очередного мощного толчка, двинул тазом навстречу, максимально глубоко принимая в себя член возлюбленного, и уже полноценно рыдая от этой невероятно сильной стимуляции, задыхаясь, упорно продолжил бормотать: «М-мой большой мальчик, т-только мой, клянусь своей-й шляпой, ты и твой член будто с-созданы для меня и моей задницы, я-я-я уже не представляю, как бы жил без этого-о ощущения». Тролль, рыкнув, обвивая его стопу под собой хвостом, почти садясь на нее, насаживая партнёра на себя с громким хлопком промежности мумрика об свои бёдра, прорычал: «Я скоро всё». Мужчина, согласно промычав, вновь зашептал: «Д-да, mon amour, я-я тоже, просто не о-о-останавливайся, умоляю тебя, просто продолжай-й». Муми-тролль, рыкнув, двигался не сбавляя темп, слушая громкие вскрики любовника, чувствуя, как нутро мужчины дрожит, сжимаясь при каждом движении, а у него самого ярко бегут искры удовольствия, собираясь внизу живота, обещая скорую разрядку, ускорился, смазка внутри Юксаре громко хлюпала, плоть встречаясь с плотью, громко хлопала, а кровать под ними жалостно заскрипела, моля мужчин о пощаде, но те, поглощённые страстью и друг другом, не внимали её просьбам. Юксаре, уже охрипнув от криков, чувствуя себя на самой грани оргазма, но всё никак не переступая её, вдруг тихо, спило попросил: «Муми-тролль, назови меня по имени». Тролль, осознавая просьбу, моргнув, удивлённо взглянул на профиль любовника, видя лишь его красный нос и мокрую от слёз щёку, поскольку всё остальное закрывали влажные от пота кудри мужчины, вздохнув, вновь толкаясь внутрь любовника, попадая по его простате, он тихо сказал: «Юксаре». Мумрик, всхлипнув, кивая, зашептал: «Ещё, пожалуйста, ещё», и тролль, сжимая его бедро, вдруг нежно поцеловав его ногу на своем плече, всё так же мощно двигая бёдрами, стал вперемешку со стонами и гортанным рычанием произносить его имя: «Юксаре», громкий стон удовольствия, «Юксаре», очередной глубокий рык и ответный всхлип, сопровождаемый громким хлопком, «Ю-Юксаре». Мумрик, выгнувшись назад до хруста позвонков, поджав пальцы на ногах, сжимаясь изнутри, громко прокричав: «Ах-х, Му-Муми-тролль!» кончил, задрожал всем телом, его мышцы мощно сокрошались, а он громко скулил, и слёзы нещадно текли по его мордочке, капая на постель. Муми-тролль, глядя на него, чувствуя каждый мощный спазм мышц мумрика на себе, последний раз громко прорычав: «Нгх-Юкс», тоже кончил и, замерев, отклонившись назад, буквально садясь на ногу любовника, тоже дрожа всем телом, тяжело дыша, ответно всхлипывал, ощущая спазмы мышц мумрика и получая от этого дополнительную стимуляцию. Юксаре, тяжело дыша, ловя кислород ртом, не двигался, просто наслаждаясь ощущением заполненности и тем, как приятно член партнёра давил на сокращающиеся стенки ануса, наконец почувствовав, как спазмы сходят на нет, мужчина, вздохнув, спило сказал: «Муми, mon amour, мне очень нравится чувствовать тебя в себе, но, если честно, у меня ужасно затекли ноги, и я бы хотел вновь почувствовать их». Муми-тролль, выдохнув, засуетился, аккуратно вышел из любовника и, бережно опустив его ногу со своего плеча, напоследок мимолётно благодарно прижавшись к ней губами, привстал, поднимаясь с другой ноги мумрика, и устало опустился на кровать рядом с ним, тоже всё ещё тяжело дыша. Юксаре, улыбнувшись ему, чуть поморщился, вытягивая ноги, чувствуя, как к ним вновь приливает кровь, откинул волосы с мордочки, вытирая пот и слезы, взглянув на любимого, что смущённо разглядывал его, улыбнувшись, спокойно снял с себя презерватив, завязывая его и кидая к другому мусору, и, чуть подвинувшись, сделал то же самое с партнёром. Тролль смутился, но молча позволил ему это сделать. Мумрик, кинув его всё туда же, перевернулся, свешиваясь с края кровати, открыл ящик тумбочки и, достав оттуда пепельницу, спички и пачку сигарет, вновь вернулся в центр кровати, вытягиваясь рядом с любовником, ставя пепельницу между ним и зажав в зубах сигарету, раскусывая капсулу в фильтре, поджёг её и сделал глубокую затяжку, с удовольствием прикрыв глаза. Муми-тролль, фыркнув, поморщился и ворчливо заметил: «Не понимаю, как ты эту дрянь куришь». Юксаре, усмехнувшись, выдыхая дым кольцами, игриво прищурившись, повернув лапу к троллю, протягивая ему сигарету, ответил: «Обычно, мы оставили мою трубку в комнате отдыха, а я очень хочу курить. Ты же не заставишь меня прямо сейчас идти за ней после того, как хорошенько трахнул меня? У меня ноги всё ещё дрожат». Тролль, смутившись, невольно взглянул на ноги мужчины и действительно заметил, как его мышцы всё ещё подрагивают. Протянув лапу, он ласково погладил его по бедру. Мумрик, улыбнувшись, тихо сказал: «Не волнуйся, это нормально, мне просто было очень хорошо». И, всё ещё держа сигарету между ними, спросил: «Ну, попробуешь или нет?». Муми-тролль, фыркнув, чуть закатив глаза, но всё же, полный любопытства, принюхиваясь, пытаясь распознать аромат, обхватил сигарету, удерживаемую партнёром, губами и медленно затянулся, вдыхая дым и пробуя его на вкус, и, отстранившись, чуть задержав его и так же медленно выдыхая, поморщившись, сказал: «Не так плохо, как могло быть, но этот отвратительный привкус бумаги меня раздражает, и, как по мне, слишком сладко, это что, вишня?». Юксаре, усмехнувшись, делая новую затяжку и стряхивая пепел в пепельницу, опираясь на локоть, ответил: «Да, я люблю вишню». Потом, хмыкнув, с любопытством спросил: «Так вот почему ты не куришь сигареты?». Тролль, согласно промычав, откинулся на подушки, ответил: «Да, ненавижу этот привкус горелой бумаги, он отвратительный, что в дешёвых сигаретах, что в сигарах Фреда, одинаково мерзко». Хмыкнув, с интересом принимая новую информацию о возлюбленном, мужчина сказал: «А мне нравится запах бумаги, знаешь, от тебя тоже пахнет ею». Муми-тролль, удивлённо взглянув на него, подняв брови, спросил: «Пахнет?». И, наклонив голову к своему плечу, принюхался, но явно ничего не почувствовав, нахмурился. Юксаре, усмехнувшись, выдохнув дым и подвинувшись, прижимаясь мордочкой к его плечу, ответил: «М-м, у мумриков очень хорошее обоняние, ты не чувствуешь, но это часть твоего личного запаха. У каждого существа он индивидуальный, он может немного меняться в течение жизни при взрослении или смене места обитания, но обычно основные ноты остаются прежними». И глубоко вздохнул, с наслаждением вдыхая аромат тролля, чувствуя, как тот идеально смешивается с его собственным ароматом, а также с запахом секса, ярко крича о их близости, будто соединяя их в одно целое. Муми-тролль, взглянув на него, смутившись, тихо спросил: «И чем я пахну, не только же бумагой?». Юксаре, улыбнувшись, ещё раз вздохнув запах партнёра, отстранился и, скинув пепел с сигареты, затягиваясь, ответил: «Ну, прямо сейчас ты пахнешь бумагой, чернилами, морской солью, мной и сексом». Тролль, покраснев, тихо уточнил: «Тобой?». Мужчина, кивнув, куря, протянув свободную лапу, поглаживая его грудь, перебирая мех, ответил: «При близком контакте с другими или вещами запахи существ всегда остаются на них, а секс это максимально близкий контакт телами, и ароматы смешиваются взаимно, оседая явным шлейфом на партнёре, поэтому сейчас ты пахнешь мной, а я тобой, и это очень приятно, мне нравится, как твой аромат, напоминающий старую карту сокровищ, смешивается с моим запахом травяного костра и табака». Муми-тролль, смущённо задумавшись, недолго смотря в потолок, моргнул и, взглянув на то, как мумрик тушит сигарету и убирает пепельницу на тумбочку, спросил: «Ты сказал «сейчас», значит, раньше я пах не так?». Юксаре, хмыкнув, наливая себе воду из бутылки, стоявшей в специальном углублении между тумбочкой и кроватью, и сделав большой глоток, протягивая стакан троллю, ответил: «Да, раньше ты пах не солью, а хвоей, наверное, из-за места обитания, сейчас ты периодически немного пахнешь ей и кофе с утра, потому что твой шампунь с ее запахом, возможно, ты выбрал его, потому что он напоминает о родине». Тролль, хмыкнув, отпил воду и, задумавшись, покачал головой: «Нет, нас почти не пускали к лесам, возможно, я пах ею потому, что тролли перед зимней спячкой едят еловые иголки, а в этом году я не собираюсь спать, поэтому не готовил их для этого». Мумрик, удивлённо подняв одну бровь, склонив голову на плечо, уточнил: «Иголки?». Муми-тролль, немного смутившись, кашлянул и, взглянув на стакан в своих лапах, ответил: «Да, еловые иголки помогают нам уснуть и замедляют все процессы в организме, благодаря чему нам почти не нужна пища во время спячки». Хмыкнув, Юксаре сказал: «Очень необычно, я думал, вы, как и другие сезонные виды, просто засыпаете». Тролль покачал головой: «Другие тоже иногда используют их или другие растения, я точно знаю, что снорки также едят еловые иголки, что не удивительно, по анатомии они ближе всего к нам из других видов, хотя тролли, конечно, всё равно самые лучшие из всех». Мумрик, тихо прыснув, сдерживая смех и поймав хмурый взгляд любовника, сказал: «О, Муми-тролль, я не знаю, как насчёт других троллей, но уж ты точно самый лучший». И, получив одобрительный кивок, тихо добавил: «А ещё ужасно горделивый и самолюбивый». Муми-тролль, якобы максимально оскорблённый, хлопнул мужчину по боку хвостом, но тот, поймав его хвост, аккуратно сжав его, с нежностью погладил почти по всей длине, и тролль, покраснев, шумно выдохнув, отвёл взгляд. Юксаре, улыбнувшись, подвинулся ближе, обнимая любовника, уткнулся носом ему в грудь. Муми-тролль, вздохнув, обнял его в ответ и, зарываясь лапой в влажные волосы мужчины, бережно перебирая упругие завитки вдруг, тихо спросил: «Ты сказал, что сейчас пахнешь травами и костром с табаком, а как ты пах раньше?». Юксаре, удивлённо взглянув на него снизу, задумался и тихо ответил: «Я плохо помню, но в основном цветами и травами, потому что мама занималась травничеством, и я точно помню, что совсем ребенком я пах мамой, как и все котята и дети в принципе». Тролль, поглаживая его по волосам, мягко спросил: «И как пахла твоя мама?». Мужчина, прикрыв глаза, погрузившись в воспоминания, грустно улыбнувшись, ответил: «Как и все мамы, она долгое время пахла грудным молоком и теплом, но в основном её запах состоял из лютиков, цитрусов и кошачьей мяты». Тролль, прижав мужчину к себе, уткнувшись носом ему в макушку, тихо сказал: «Наверное, это был очень приятный запах». Юксаре, согласно промычав, потираясь носом об его грудь, ответил: «Да, иногда, когда я курю травы, я думаю, что пахну очень похоже». Муми-тролль, чувствуя тоску в словах мумрика, ласково поглаживая его, тихо спросил, немного меняя тему: «А Фредриксон и Шуссель чем пахнут?» Хмыкнув, мумрик, махнув хвостом, закидывая ногу на партнёра, обвивая его всеми лапами, задумавшись, ответил: «Ну, Фред пахнет машинным маслом, морем и своими сигарами. А Шуссель немного пылью, как сервиз, долго стоявший в шкафу, кофе и шоколадом». Тролль, хмыкнув с улыбкой, ответил: «Пожалуй, ожидаемо». Юксаре согласно промычав посмотрел на него и, улыбнувшись, тихо с любовью сказал: «Но ты все равно пахнешь лучше всего». И, потянувшись, нежно целуя его плечо и грудь, он зашептал: «Мой милый-милый Муми-тролль, il mio dolce ragazzo, la mia ambrosia, la mia stella guida, il mio caro amico, la mia anima, Ti amo così tanto». Тролль, вздохнув, проворчал: «Опять ты за свое, ты же знаешь, что я тебя не понимаю». Юксаре, лишь сильнее улыбнувшись, потянулся, целуя любимого тролля в щеку и с трепетом прижимаясь носом к его шее. Смотря в любимые, уже такие родные карие глаза любовника, прошептал: «Sei il mio porto tranquillo, il tuo odore mi avvolge promettendomi sicurezza e felicità, ti amo così tanto, sento che sei la mia casa, quello a cui sono pronto a tornare ovunque il destino mi porti». И хоть он знал, что Муми-тролль не понимает его, он очень хотел сказать это и надеялся, что, может, тот и не поймет смысл его слов, но хотя бы почувствует все те чувства, что мумрик вкладывал в них, и подарит хотя бы тольку взаимности. Муми-тролль, вздохнув, смутившись от глубины взгляда мужчины, отведя взгляд, тихо пробубнил: «Ты все ещё ужасно пьян и пахнешь вином». Юксаре, почувствовав небольшой укол в душе, тоже отведя взгляд, прижавшись к груди тролля ухом, слушая его сердцебиение, пытаясь отвлечься от тревожных мыслей, ответил: «Если бы я был действительно пьян, у меня бы не встал». Услышав и почувствовав шумный вздох любовника, он спокойно продолжил: «Когда я действительно в стельку пьян, я не могу возбудиться, так что сейчас я просто немного пьян и слишком расслаблен». Тролль снова вздохнул. И мумрик сказал: «Я пил вино, логично, что от меня пахнет им. Тебе не нравится это? В прошлый раз, когда я пил его, ты не дал себя поцеловать и ушёл». Тролль, выдохнув, смущенно ответил: «Нет, я не знаю, о чем ты говоришь». Юксаре, все ещё не глядя на него, спокойно ответил: «Тот раз, когда я долго искал тебя и нашел в комнате отдыха». Муми-тролль, явно наконец поняв, о чем он говорит, выдохнув громче, перестав гладить его по голове, тихо ответил: «Ты просто был слишком настойчив и пьян». Мумрик, фыркнув, с сарказмом ответил: «О, ну конечно, сначала избегает меня не один день, а потом говорит про мою настойчивость. Я просто скучал по тебе. Ты хоть представляешь, как мне холодно без тебя в кровати?». Он, поняв, что это прозвучало слишком резко, замолчал, но Муми-тролль, взглянув на него, вздохнув, возобновив ласковые поглаживания, неуверенно сказал: «Мне нравится спать с тобой, так кошмары не такие насыщенные, но я все ещё иногда хочу побыть один у себя в комнате». Юксаре, вздохнув, кивнул и, не желая продолжать сложную для обоих тему, стал молча рассматривать свои лапы и то, как пальцы и когти легко тонут в белоснежном мехе любовника. Муми-тролль тоже, проследив за этим, вдруг спросил: «Тебе когти не мешают?». Мумрик, фыркнув, покачал головой: «Нет, конечно, они ведь у меня всю жизнь, и к тому же ты же знаешь, я могу их прятать при необходимости». Тролль, промолчав, неожиданно сжав его лапу, переворачивая ее ладонью вверх, внимательно рассматривая и погладив подушечку на ней, хмыкнув, спросил: «Зачем они вообще нужны?». Юксаре, чуть согнув пальцы, сжимая его пальцы, с улыбкой уточнил: «Ты про подушечки?». И когда тролль кивнул, ответил: «Ну, много для чего. Они очень чувствительны к изменению среды, помогают ориентироваться в пространстве на ощупь, регулировать температуру тела, и, конечно, позволяют бесшумно перемещаться, это помогает при охоте». Муми-тролль, кивнув, вдруг потянув его лапу вверх, прижав ее к своей мордочке, нежно поцеловал ее и, улыбнувшись на легкое замешательство друга, отведя взгляд, смотря на часы, спросил: «Ты будешь сегодня готовить ужин или мне лучше сходить и предупредить Шусселя о том, что сегодня его очередь?». Юксаре, усмехнувшись, подняв голову, потираясь своим носом об нос Муми-тролля, спокойно ответил: «Не надо, все в порядке, я сам приготовлю ужин, но сначала, если ты будешь так любезен, я бы хотел, чтобы ты отнес меня в ванную, потому что у меня болят ноги». Тролль, закатив глаза, громко фыркнул, но все равно ответно прижавшись к носу мужчины, приглушённо ответил: «Ладно, но только если ты испечешь мне то вкусное печенье». Юксаре, улыбнувшись, смотря ему в глаза, игриво спросил: «С клубникой?». Тролль кивнул, и мумрик, нежно поцеловав его в губы, ответил: «Конечно, mon cher». Муми-тролль улыбнулся, и мужчина, отстранившись, взглянув на себя и свой сползший, полностью мокрый халат, что каким-то чудом до сих пор держался на его локтях, хмыкнув, поправляя рукава, натягивая его обратно на плечи, сказал: «Придется стирать, какая морока, это натуральный шелк, поэтому стирка нужна очень деликатная». Тролль, спрятав свой член обратно в паховую складку, фыркнув, кинул в любовника его пояс от халата и тихо проворчал: «И хорошо, я надеюсь, в этот раз ты нормально оденешься». Юксаре, запахивая халат, усмехнувшись, завязывая пояс, с ухмылкой ответил: «Может быть, посмотрим». И, развернувшись, зарылся в свой шкаф и, недолго порывшись в нем, перебирая одежду и затылком чувствуя пристальный взгляд любовника, извлёк из него простые белые брюки в голубую полоску и кремовую рубашку и, продемонстрировав их троллю, вдруг, усмехнувшись, вновь заглядывая в шкаф и доставая оттуда еще и синие трусы, сказал: «Так и быть, я сжалюсь над тобой в качестве награды за хороший секс и даже надену трусы». Тролль, громко простонав, закатывая глаза, вставая, ответил: «Боже, Юкс, ну какой же ты придурок». Юксаре, тихо рассмеявшись, ответил: «О, ну еще скажи, что тебе это не нравится, потому что моя задница и все эти следы на шее говорят об обратном». Он демонстративно огладил одно из ярких пятен на своей шее, и Муми-тролль, громко рыкнув, вдруг подхватив его на лапы, поднимая на манер принцесс в сказках, ответил: «Перестань, иначе я выйду и кину тебя за борт, там и искупаешь, и протрезвеешь заодно». Мумрик, издав игривый смешок, обняв его за шею, улыбнувшись, с теплом смотря ему в глаза, потянувшись, ласково целуя его, сказал: «О, carino, не будь букой, мне очень понравилось все, что ты сделал со мной сегодня». Тролль вновь фыркнул, но на поцелуй ответил, недолго прижимаясь к мужчине в ответной ласке, и, разорвав поцелуй, вскользь взглянув на часы, вздохнув, подняв вещи мумрика, что тот выронил, когда он его поднимал, и так же взяв новые полотенца, сказал: «Хватит шуток, уже почти шесть часов, если мы хотим успеть приготовить ужин вовремя, нам лучше уже выйти отсюда». Юксаре, улыбнувшись, прищурившись, спросил: «Мы? Ты поможешь мне с ужином?». Тролль, чуть подкинув его вверх, крепче сжимая мужчину в своих лапах, ответил: «Конечно, ты явно не в том состоянии, чтобы оставлять тебя без присмотра». Юксаре тихо рассмеялся, и тролль, привычно закатив глаза, наконец покинул спальню, захлопывая дверь за ними ногой, и спальня, оставленная в беспорядке, сообщала каждому заглянувшему в нее о произошедшем в ней акте страстной любви разбросанным мусором и рваными смятыми простынями на постели. Уже покинув ванну и оказавшись на кухне, всё это время крепко удерживаемый в лапах тролля, Юксаре, улыбнувшись, целуя Муми-тролля в щеку, тихо сказал: «Ты уже можешь отпустить меня, я не растаю». Тролль, фыркнув, смущенно отведя взгляд, последний раз нежно погладив его бедра, опустил мужчину, ставя его на пол, и, убедившись, что тот действительно спокойно стоит сам, отошёл в сторону. Юксаре, улыбнувшись шире, полный внутреннего довольства от такой заботы со стороны любовника, получив массу удовольствия от столь необычного и приятного чувства крепкой хватки больших лап тролля и мысленно сравнив это ощущение с теми далекими воспоминаниями того, как мама, держа его навесу, мягко укачивала его перед сном, мумрик стал тихо насвистывать мелодию, попутно доставая все нужные ему ингредиенты и утварь. Муми-тролль, неуверенно мявшись за его спиной, с интересом наблюдал за действиями мужчины, не зная, чем он может ему помочь. Юксаре, взглянув на него через плечо, мягко улыбнувшись, с нежностью мурлыкнул: «Не волнуйся, мне будет нужна твоя помощь с тестом». Тролль кивнул, а мужчина, достав всё нужное, мысленно перепроверяя, всё ли необходимое нашлось на кухне, и, хмыкнув, повернувшись к любовнику, попросил: «Муми Carino, не мог бы ты принести мне пару луковиц и картошку штук шесть-семь?» Муми-тролль, вздрогнув, осознавая вопрос, кивнул и удалился в кладовку. Юксаре же, взяв большую алюминиевую миску и смешав в ней немного сахара и воду с дрожжами, подготавливая опару, и присыпав ее мукой, накрыв миску полотенцем, оставил опару подходить рядом с плитой, чтобы от ее тепла процесс ускорился, и занялся нарезкой мяса на мелкие кусочки. Муми-тролль, вернувшись, встал рядом с ним, держа в лапах пару луковиц и картофель. Оценив количество, Юксаре, кивнув, моя нож и доску от мясного сока, сказал: «Почистишь их для меня? Только сначала лук». Тролль, согласно кивнув, взяв маленький ножик для овощей, отошёл в сторону мусорки, занявшись их отчисткой. Мумрик же, достав приправы, стал посыпать ими нарезанное мясо, сложенное в миску. Определив по запаху количество, он отмерил черный перец из мельницы, а так же соль и немного паприки, распределяя приправы по мясу, перемешивая его. Услышав громкое шмыганье носом, оглянувшись через плечо на тролля, он тихо усмехнулся, обнаружив, что тролль со слезами на глазах чистит лук. Тот, обижено взглянув на мужчину, вновь шмыгнув носом, надувшись, спросил: «Мне его порезать?» Юксаре, улыбнувшись, кивнул: «Если тебе не сложно, только помельче». Муми-тролль, вновь шмыгнув носом, кивнул и, взяв доску, стал нарезать лук. Мумрик, вновь отвернувшись, оценив мясо и принюхиваясь, добавил ещё немного соли, после чего зажег плиту и поставил на нее сковороду. Дождавшись, когда она нагреется, он налил на нее немного масла, и тут Муми-тролль, встав рядом, опустил на столешницу сбоку от плиты доску с луком. Юксаре, взглянув на него, оценивая размер шинковки, кивнув, тихо сказал: «Спасибо, детка, очень хорошо вышло, как раз то, что нужно». Тролль, смутившись, отмахнувшись, вновь отошёл, теперь занимаясь чисткой картошки. Мумрик же, убедившись, что масло нагрелось, аккуратно скинул в сковороду лук с доски ножом и, взяв лопатку, принялся помешивать его и, ожидая, пока он поджарится до золотистого полупрозрачного цвета, зажигая ещё одну конфорку, поставил на нее кастрюлю с водой. Наконец, когда лук почти был готов, он аккуратно вытряхнул в сковороду мясо из миски и, убрав ее в раковину, стал помешивать мясо, равномерно обжаривая маленькие кусочки. Муми-тролль, вновь встав рядом с ним с миской почищенной картошки и глядя на то, как мужчина перемешивает содержимое сковороды, спросил: «Что дальше?» Юксаре, промычав, кивнул на кастрюлю, отвечая: «Промой картофель от лишнего крахмала и грязи и запусти его в кастрюлю, вода почти закипела». Тролль, кивнув, занялся этим. Мужчина же, видя, что мясо почти было готово, вновь помешав его, помыл миску и, вытерев ее, вывалил все содержимое сковороды в нее, как только мясо достаточно обжарилось, и, посмотрев на то, как тролль опускает картофель в воду, взглянув на часы, отмечая время, убрав сковороду, вернулся к оставленной до этого опаре, заглядывая под полотенце и убедившись, что она достаточно подошла, взяв еще одну миску, на этот раз поменьше, разбив туда яйцо, размешав его вылив пару ложек масла, тщательно смешав их, вылил их в опару и, вновь перемешав, взяв муку, стал постепенно вводить в нее муку, вымешивая тесто, и, взглянув на него, громко вздохнув, оглянувшись на любовника, что мыл уже скопившуюся в процессе готовки посуду, мягко попросил: «Briciolo, ты не мог бы вымесить тесто? У тебя более сильные лапы». Муми-тролль, взглянув на него, кивнул и, домыв ножи, закрыв воду, вытерев лапы, подошёл к мужчине и, встав рядом, неуверенно сказал: «Я никогда раньше этого не делал, поэтому я не уверен, что у меня получится». Юксаре, на мгновение уткнувшись мордочкой ему в плечо ласковым поцелуем, не трогая его лапами, испачканными в муке, с улыбкой ответил: «Не волнуйся, детка, тебе просто надо вымешивать его, пока оно не станет гладким и однородным, а потом просто оставь его в миске под полотенцем, чтобы оно подошло, а я пока займусь тестом для печенья». Тролль, слегка смутившись, мимолётно погладил его по спине, сминая рубашку мумрика, и, поменявшись с ним местами, так же слегка припорошив лапы мукой, чтобы тесто не прилипало к ним, стал с усилием мять тесто, вымешивая его до однородной массы. Юксаре, моя лапы, поймав его взгляд, одобрительно кивнув с улыбкой, сказал: «Да, всё правильно, молодец». И, вытерев лапы полотенцем, вновь достав миску, занялся приготовлением песочного теста для печенья, кладя в миску мягкое сливочное масло, отмеряя его количество на глаз, и добавив сахар, стал смешивать их до полного растворения сахара, после чего, отдельно взбив яйцо, влил в масло, вновь смешивая все ингредиенты до однородной текстуры, и, краем глаза взглянув на часы, сказал: «Муми, милый, выключи, пожалуйста, картошку». Тролль, уже закончивший с тестом и накрывший его полотенцем, кивнув, выключил плиту и, моя лапы, стал с большим интересом смотреть на мумрика, что уже, добавив муку и разрыхлитель, вымешивал плотное песочное тесто, взглянув на тролля, он, улыбнувшись, сказал: «Обычно его стоит убрать в холодильник хотя бы на полчаса, но так как у нас мало времени, мы не будем этого делать». Потом, скатывая тесто в длинную колбаску прямо на доске, он попросил: «Принеси мне банку клубничного джема из кладовки, я совсем забыл про него до этого». Муми-тролль, кивнув, вновь удалился, исчезая в кладовой, а мумрик, достав противень, застелив его пергаментом и смазав его маслом, стал нарезать тесто на равные кусочки, сначала скатывая маленькие шарики, а потом аккуратно расплющивая их на противни, делая в центре каждой заготовки выемку. Муми-тролль, вернувшись с банкой варенья, проследил за этим, и мумрик, улыбнувшись ему, сказал: «Если тебе не сложно, открой банку и клади в углубление в тесте по ложке джема». Тролль, кивнув, легко открыв банку, взяв ложку, приступил к делу. Вскоре они, закончив с печеньем, оглядели результат, и мумрик, кивнув, уже заранее разогрев духовку, поместил противень туда, говоря: «Пятнадцать минут, и оно будет готово». Тролль, взглянув на часы, кивнул, а мумрик, проверив оставленное тесто и видя, что оно поднялось, сказал: «Можешь, пожалуйста, разделить его на две части и раскатать, а я пока подготовлю форму и порежу картошку». Муми-тролль, кивнув, забрав тесто, отошёл в сторону, и мумрик, достав форму для запекания, добавил: «Скалка в верхнем ящике». И, убедившись, что тролль нашел ее, быстро смазав форму маслом, занялся нарезкой вареного не до конца картофеля на равные кубики. Вскоре прозвенел таймер, и Юксаре, поспешно вытерев лапы, надев прихватки, достал противень с печеньем, ставя его на плиту, чтобы оно остыло, и оглянулся, видя, что тролль, раскатав тесто, тоже обернулся, кивнув, сняв рукавицы, взяв форму, подошёл к нему, вставая плечом к плечу с троллем, и, аккуратно кладя раскатанный пласт теста в форму, сказал: «Смотри, я оставляю края, чтобы у пирога были стенки, и сейчас выложу сюда начинку: сначала мясо, потом полу готовый картофель». Муми-тролль, кивая, спросил: «А почему полу готовый?» Мужчина, уже выкладывая обжаренное с луком мясо на тесто, ответил: «Потому что, если не сварить его заранее, он не успеет приготовиться за время, пока тесто пропечется, но если сварить его до конца, он разварится в пюре в духовке и лишится текстуры». Тролль вновь кивнул, проследив за тем, как мумрик также выкладывает картофель и накрывает начинку вторым пластом теста, спросил: «А теперь надо проделать отверстия, да?» Юксаре кивнул: «Да, это чтобы лишняя влага вышла наружу и тесто не потонуло в жидкости, но не слишком большие отверстия, иначе пирог будет сухим». Он, сделав несколько аккуратных маленьких разрезов, поднимая форму, сказал, смотря на часы: «Ну всё, полчаса-сорок минут, и он будет готов, как раз успеем к ужину». Тролль тоже взглянув на часы, видя, что они показывают половину седьмого, кивнув, обернулся и, видя, что мумрик, поставив пирог в духовку, выставив таймер, морщится, потирая поясницу, со смущённым беспокойством приблизившись, тихо спросил: «Сильно болит?» Юксаре, вздрогнув, улыбнувшись, прикрыв глаза, прислонился к его плечу головой и тихо ответил: «Не волнуйся, mon cher, я просто немного устал» И вдруг, усмехнувшись, чуть подняв брови, проведя по его запястью пальцами, игриво добавил: «Давненько не был так активен, если ты понимаешь, о чем я, теряю форму». Муми-тролль, покраснев, отвёл взгляд, шумно выдохнув, но, поборов стыд, вновь взглянув на любовника, вдруг мягко обняв его, прижимая к себе, целуя в макушку, ответил: «Тогда отдохни, я сам помою посуду и вытащу пирог». Юксаре, мурлыкнув в ответ на ласку, подаренную партнёром, прижавшись губами к его плечу в нежном ответном касании, тихо согласился: «Хорошо, спасибо, mon amour» И, с лёгким сожалением отстранившись, выбираясь из объятий тролля, сказал: «Я тогда пойду в гостиную, очень хочу покурить». Тролль, уже встав у раковины, включая воду, кивнул, и мужчина, последний раз взглянув на него с ласковой улыбкой, удалился, уходя в соседнюю комнату. Оказавшись в комнате отдыха, он к большому удивлению обнаружил Фредриксона, что, сидя в кресле с карандашом в лапах, решал кроссворд. Хмыкнув, Юксаре плюхнулся на свое любимое место на диване, оказываясь напротив мужчины, и, подняв свою забытую трубку, по новой заполняя ее табачной смесью, с улыбкой сказал: «Не ожидал увидеть тебя здесь». Фред, фыркнув, опустив журнал с кроссвордами, покачав головой, ответил: «Я просто решил отдохнуть». Потом, оглядев его, он добавил: «А ты, я вижу, уже вновь весел, я так и думал, что Шуссель опять зря панику наводит». Мумрик, усмехнувшись, зажигая трубку, раскуривая ее, с ухмылкой ответил: «О, ну мне было грустно, но, как говорится, секс и ласки положительно сказываются на общем настроении и самочувствии». Фред, закатив глаза, покачав головой, вновь поднимая кроссворд, пробубнил: «Иногда ты все же невыносим». И, проигнорировав новую волну смеха, вдруг спросил: «Блюдо кухни, представляющее собой остро приправленные квашеные (ферментированные) овощи, в первую очередь пекинскую капусту?» Юксаре, фыркнув, выдыхая дым, ответил: «Кимчхи». Фредриксон, кивнув, вписал ответ в кроссворд и, ненадолго задумавшись, смотря в него, вновь спросил: «Так, а это? Этот соус подают к отварной рыбе». Фыркнув, мумрик сказал: «Что у тебя там за кроссворд, иди сюда и покажи». Фред хмыкнул, но встал и переместился на диван, садясь рядом с ним. Юксаре, зажав трубку в зубах, прислонившись к нему, заглянул в журнал и, увидев, что первая буква в слове была «ш», выдыхая дым, ответил: «Это шантильи». Мужчина, кивнув, вписал его в ответ. Мумрик же, хмыкнув, смотря на кроссворд в целом, спросил: «Зачем ты вообще решаешь кроссворд на тему еды и готовки, ты ведь в этом не разберёшься». Фредриксон, вздохнув, кивнул: «Пожалуй, но все кроссворды на тему механики и науки я уже решил, а те, что связаны с историей, Шуссель просил оставить ему». Юксаре, задумчиво затянувшись, все же кивнул и, выдохнув кольца дыма, вдруг сказал: «Четырнадцатое это тапас». Фред, взглянув на вопрос, тихо зачитывая его вслух: «В Испании любая закуска, подаваемая в баре к пиву или вину». Кивнув ему, вписал ответ, потом, взглянув на мумрика, чуть задержав взгляд на его шее, вдруг с усмешкой сказал: «Никогда бы не подумал, что Муми-тролль будет на том же уровне заинтересованности, что и ты, но, как говорится, в тихом омуте черти водятся». И вновь отвёл взгляд, смотря в журнал. Юксаре, фыркнув, ухмыльнувшись, ответил: «О, ну у него очень большой потенциал, хотя иногда он слишком много думает там, где это вовсе не нужно». Фредриксон, хмыкнув, тихо согласился: «Пожалуй, но, как по мне, вы оба этим страдаете во всех смыслах». Мумрик, усмехнувшись, потушив трубку окончательно, облокотившись об плечо друга, прикрыл глаза и тихо замурчал, чувствуя сонливость. Фредриксон, взглянув на него, хмыкнув, мимолётно погладил его по голове и тихо сказал: «Иногда ты как ребенок». Юксаре, согласно промычав, тихо ответил: «Может быть, но, по сути, в душе мы все дети так или иначе». Мужчина, фыркнув, ещё раз проведя по его волосам, тихо спросил: «Ты здесь, ты успеешь приготовить ужин?» Юксаре, хмыкнув, не открывая глаза, всё ещё мурлыкая, ответил: «Пирог в духовке, таймер включен, и Муми-тролль сказал, что сам его достанет и позовёт нас, когда он будет готов, стал бы я отказываться от возможности отдохнуть, тем более что у меня все же болит спина». Фред, усмехнувшись, покачав головой, тихо со смешком сказал: «Вызываешь у бедного мальчика чувство вины? Но, зная тебя, наверняка же сам и переборщил с вашими 'упражнениями'». Юксаре, хмыкнув, прижимая к себе колени, полусонно ответил: «Мм, он сам так захотел, а мне без разницы, я люблю давать другим то, чего они хотят, тем более я люблю его и сделаю что угодно, что принесет ему радость». Фред пристально взглянул на него, но, видя, что мужчина почти уснул, промолчал и лишь покачал головой, думая о том, что мумрик иногда слишком уходит в крайности, и вернулся к кроссворду, вновь с усилием пытаясь отгадать очередное слово. Юксаре, проснувшись от мягкого прикосновения к плечу, открыл глаза и обнаружил два мягких и весёлых взгляда. Фредриксон и Муми-тролль, переглянувшись, улыбнулись, и тролль, выпрямившись, сказал: «Ужин готов». Мумрик, кивнув, зевнул, отстранился от плеча Фреда, на котором проспал всё это время, и, сонно взглянув на то, как мужчина закрывает журнал, кладя его в кофейный столик, спросил: «Ты решил свой кроссворд?» Мужчина, кивнув, встал и направился на выход, говоря: «Пойду вытащу Шусселя из его кучи хлама». Муми-тролль, фыркнув, кивнул и, вновь взглянув на мумрика, смотря, как тот встаёт, потягиваясь, мягко спросил: «Отдохнул?» Юксаре, кивнув, вдруг прислонился к нему, потерся носом об его плечо, вдыхая его запах, и ответил: «Немного, но с тобой в кровати, конечно, было бы лучше». И, видя, как тролль смутился, ухмыльнулся, обнажая клыки, махнул хвостом и направился к выходу, тихо напевая под нос. Крайне довольный реакцией любовника, считаю его смущение очаровательным.