Pears

- Боже, Тэхен! Чонгук отодвинулся от него на кровати и упал, как в прошлый раз омега. Сам Тэ был удивлён не меньше. «Следовало отказаться от барбитуратов раньше», - подумал он, глядя на растрепанного бледного альфу. Широкая улыбка не сходила с лица кудрявого парня, его как будто охватила судорога счастья. Сколько безуспешных попыток и дурацких теорий, сколько унижения он пережил за это две недели, сколько сомнений. И вот он снова здесь - слышит желанный и возмущённый голос Чон Чонгука, валяющегося на полу. - Не ори на меня. Я тут две недели не мог до тебя добраться, а ты так друга встречаешь? – возмутился Тэ в шутку, пока альфа поднимался с пола. Лучше бы он там и оставался, так как стоило Тэхену на него взглянуть, сердце из стайера превратилось в спринтера, готовясь к забегу на очень короткую и очень увлекательную дистанцию. Чон смотрел на него долго и неотрывно, с нечитаемой эмоцией. Это было что-то на границе признательности, недоверия и искреннего счастья. Потом он наклонился к Тэхену, который сидел на кровати, скрестив ноги. Омега, испугавшись опасной близости, отклонился назад, пока не почувствовал спиной мягкие подушки в изголовье кровати. Тем временем дистанция ничуть не сократилась, Чонгук не собирался отдаляться, и вот он уже нависал над Тэхеном, все также пристально глядя на него. Омега смущенно опустил взгляд вниз, осознав тот неутешительный факт, что снова одет в красный халат. Столько нарядов понапридумывал, а появляется здесь в одном и том же вульгарном… Тэхен поднял взгляд выше и запнулся. Оказывается, его проблема с одеждой не была такой страшной. Рубашка Чона была застегнута не на все пуговицы, ткань оттянулась, отчего ему открылся вид на рельеф груди и пресса альфы. Он тяжело вздохнул, чуть ли не со стоном. Ему никогда не приходилось видеть обнаженных альф, тем более таких. Он почувствовал, как горячие пальцы нежно очертили его подбородок, заставляя поднять взгляд. Сам Чонгук в глаза Тэхену не смотрел, он обследовал каждый миллиметр его кожи, но прямого взгляда избегал. Тэхену от этого стало не по себе, его бросило в жар, кровь зашумела в ушах. Эти пронзительные чёрные глаз в считанных сантиметрах от его лица завораживали. «Поговорить с ним» - эта абстрактная, но вроде понятная инструкция стала казаться более абстрактной и трудновыполнимый. Если бы Тэхен ещё смог что-то сказать. Но, стоит признать, Джин был прав на все сто процентов. О чем бы не думал Чон до его прихода, это его не отпускало, а, судя по его взгляду и тяжелому дыханию, держало даже крепче, чем Тэ свою девственность. Омега тяжело вздохнул, нервно облизывая губу. - Тэхен, - голос Чонгука упал на октаву вниз, он поморщился, словно от боли, и чуть отодвинутся. Тэхен почувствовал на своём лице чужое горячее дыхание. - Ты мне друг? Тэхен вообще не понял вопроса. Этот вопрос казался тем более неуместным, чем больше пульсировало в паху от близости с «другом». Таким голосом такие вещи не говорят, тем более, когда на этот вопрос хочется ответить «нет». - Да… - выдохнул Тэхен, прикрыв глаза. В его голове шумели волны. - Тогда подожди за дверью пару минут. В противном случае я точно встречу тебя неподобающе для друга. Тэхену дважды повторять не нужно, ведь он способный ученик. Он выскользнул из-под Чона и выбежал из комнаты бесшумно захлопнув дверь и даже не обернувшись. Тэхен начал бродить по темным коридорам, пытаясь успокоить дыхание. Это совсем не входило в его планы, он не на шутку завёлся. Он чувствовал, что стал мокрым от одного дыхания альфы, а это ведь только сон, при этом сознательный! Что же будет, когда Чонгук проснётся (когда, а не если). Что будет, когда Тэхен почувствует его запах? А Чонгук - его… Нет, этого не должно произойти. Тэхен остановился, уперевшись головой об стену и приводя мысли в порядок. Чонгук подобрался к нему так близко только потому, что это сон. Тэхен всегда держал альф на расстоянии вытянутой руки. Исключение - Хосок. Но он не считается, он ему как брат. Когда Чон проснётся, он станет обычным альфой с гоном, самоуверенностью и желанием всунуть каждому встречному омеге. Это не для Тэхена. Может, его друзья и считают, что он влюбился, но жизнь все расставит на свои места. Он ещё в двенадцать лет зарекся, что не станет связываться с альфами, даже такими, как Чонгук. Пусть он и сдерживает себя. Пусть и заботится. Пусть и готов исполнить любое его желание. Пусть он и самый красивый альфа из всех, что Тэхен встречал. Пусть Тэхен и думает о нем 24/7 без перерыва на обед. Пусть и стремится увидеть, как только расстался. Омега выдохнул с отчаянием, решив, что в ожидании Чона лучше занять голову чем-то кроме своих сложных чувств. Тэхен спустился на кухню, зажег свет, поменял на себе одежду на домашний свитер с растянутым воротом, который он всегда носил дома, и штаны, которые он нафантазировал сам на основе воспоминаний одной из модных коллекций. Затем принялся придумывать продукты и собирать рецепт: готовка, как и рисование, помогала ему сосредоточится. Разрисовывать стены замка в отсутствие Чона казалось вандализмом, поэтому он выбрал первый вариант. Все, что его сейчас вдохновляло было связано с громкими звуками, поэтому он решил сделать салат из битых огурцов. Если не поможет - отбивные. - Что делаешь? Тэхен вздрогнул, услышав голос Чона за спиной. Он не знал, как себя вести. Как вообще разговаривают друзья после того, как один из них подрочил на другого во сне. Они вообще после этого разговаривают? Вообще друзья? - Пытаюсь не думать о том, чем ты занимался двадцать минут. - честно ответил Тэхен, продолжая бить огурец. Чонгук подошёл к столу, посмотрев на занятие Тэ, после каждого удара молотком он морщился, при этом с его лица не сходила улыбка. - Это хорошо. - подытожил он, глядя на тот непоправимый ущерб, который омега нанес овощу. – Кстати, отвечая на твой незаданный вопрос, во сне у меня все прекрасно. С завидной нерегулярностью ко мне заглядывает потрясающе красивый кудрявый омега с очаровательной улыбкой и готовит мне ужин. Тэхен язвительно поморщился, поднимая молоток. - И кто же он? - Он думает, что друг. - улыбнулся Чон, облокачиваясь на стол. В его игры Тэ играть не собирался. - Ясно. Ты знаешь, у меня там в реальности все тоже прекрасно. Но во сне мне приходится нянчиться с одним черноглазым альфой, похожим на кролика. Представляешь, он дожил до двадцати четырех лет и не научился готовить. - Кошмар! - вскрикнул Чон, резко выпрямившись. - Сочувствую тебе, но не от всего сердца. Тэ ухмыльнулся. - А если серьезно, тебе стоит попробовать. Очень помогает отвлечься, вместо этого всего… - Тэхен загадочно очертил в воздухе область паха альфы, чем вызвал у него странную улыбку. - Отвлечься от чего, Тэхени? – спросил Чонгук, продолжая улыбаться. - Опустим. - отрезал Тэхен, вернувшись к своему занятию. Сколько бы он не пытался казаться беспристрастным самодостаточным омегой, одной такой вот улыбки хватало, чтобы сбить с него спесь.  Только избиение огурцов помогало ему сохранить остатки достоинства. - Сейчас вернусь. - перекрикивая звук молотка, сказал Чон, прежде чем скрыться. Тэхен подумал, что тот решил переодеть все еще застегнутую не на все пуговицы рубашку, а потому слегка успокоился. Молоток исчез из его рук, и он продолжил готовку, не опасаясь за свое ментальное здоровье. Спустя несколько минут раскрасневшийся Чон вбежал в кухню, проскользив на носках по мраморной плитке. Тэхен уже закончил с салатом и с разбором захламленных мыслей. - Это тебе. - Чонгук, поднял ладонь Тэхена и вложил туда что-то маленькое и холодное. Омега вздрогнул. - Надеюсь, это не таракан. - сказал он, раскрыв свою ладонь. На ней лежало крошечное зимнее яблоко, как из страны минипутов. - До конца жизни будешь мне припоминать? - ответил Чон, следя за реакцией, после чего все же решил пояснить. - Яблоня появилась в саду на днях. Всего одна, поэтому показалась мне особенной. - ответил он на незаданный вопрос омеги. - Может я был ботаником в реальной жизни? - улыбнулся он. Тэхен ответил ему улыбкой. Удивительно, как в одном человеке сочетается сексуальность и ребяческая наивность. - Такой милый. - ответил Тэхен, заглядывая в искрящиеся от счастья глаза альфы. - Что? - встрепенулся тот. - Что? - Тэхен отвёл взгляд, откусывая фрукт. Он был поразительно сладким и холодным, как лед. - Считаешь меня милым? - не унимался Чон, наклонившись к нему ближе. - Ты не был ботаником в прошлом жизни. - Тэхен протянул оставшейся от яблока кусочек Чону, который не задумываясь съел его, оставив хвостик в руке омеги. Тэхен быстро расправился с ним, заставив исчезнуть (не Гука). - Меняешь тему. - сказал Чонгук, жуя (а может, стоило и его). Тэхен лишь пожал плечами, подвигая ему салат. - Почему ты считаешь, что я не был ботаником? - Чонгук отодвинул салат назад. «Вот же упрямец», - подумал Тэхен, поджав губы. - Тебе не подходит. - отрезал Тэхен, вернув салат на место. - Что же мне подходит? - Чонгук снова отодвинул миску. Тэ обречённо вздохнул.  «Пообщаться бы ему с Хосоком. Наверное, все бы закончилось дракой». - Детский аниматор. - начал он загибать пальцы. - Клоун, менеджер. Шулер. - Сутенер. – продолжил Чонгук список, слегка нахмурившись. - Что? – брови Тэхена взлетели. Ему, наверное, показалось. В любом случае, сказанное у него оставило такое же неприятное впечатление, как у Чона. - Что? – будто тоже удивился он, пародируя Тэхена.  - Я что так похож на клоуна? - Уж точно не на сутенера, хотя с выбором одежды у тебя проблемы. - Тэхен улыбнулся, переводя все в шутку. Он очень надеялся, что Чон в его отсутствие не вспомнил подобных пикантных деталей своей настоящей жизни. - На самом деле, так сложно сказать. Нужно искать подсказки в твоём подсознании. - Я тут все это время, думаешь, чем занимался? – Чонгук придвинул салат, опустил взгляд и начал крутить миску пальцами. Выглядел он устало, почти отчаянно. Когда Чон вот так просто снимал с себя маску шута, становилось не по себе. Почему-то Тэхену хотелось, чтобы тот больше ему доверял, и снимал ее почаще. Но тон диалога на позволял обратиться к подобным темам. По крайней мере, Тэхену так казалось. Он изогнул бровь смотря куда-то в потолок, туда, где находилась спальня. - Даже не знаю… - Я серьезно. - Чонгук почесал нос, все также гипнотизируя стол. - Я искал подсказки, но все, в большинстве случаев, заканчивается провалом. Начинает дико болеть голова, возникает зуд в руке, тошнота и головокружение. Тэхен нахмурился, рассуждая о своём, пока Чонгук перечислял симптомы. Наконец, он тряхнул головой, сбрасывая ни к чему не приводящие мысли. Настало время последовать совету Джина. Не тому, который… В общем, нужно было начать загадочный психоанализ образов сна Чона. Нормально поговорить с ним все равно не получалось. - Пойдём прогуляемся. - предложил Тэхен. – Ты все равно не ешь. - Эй, - тарелка отодвинулась от Чонгука, оставив его с разочарованным видом. - Зачем ты тогда готовил? - Меня интересует сам процесс, а не результат. Собирайся. Устроим осознанное путешествие по твоему подсознанию. - Верни тарелку, я все съем. – настаивал он на своем. Видимо, перспектива прогулки его не радовала. Тэхен нахмурился, это показалось ему странным: Чонгуку предлагают память на блюдечке с голубой каемочкой, а он выбирает миску с битыми огурцами. - Чонгук? - Что? – отозвался тот, увлеченно жуя. –    Я должен что-то узнать? - Нет. – отчеканил он спустя пару секунд. «Долго», - подумал Тэхен, но допытываться не стал. Ложь Чона должна быть чем-то оправдана, и он обязательно узнает чем. Омега развернулся, испарив миску, и направился к выходу под разочарованный возглас Гука: «Чего тебе огурцы сделали такого, что ты их сначала избил, а потом уничтожил»? Тэхен ничего не ответил, надев на себя куртку и удалившись. Спустя секунду за ним вышел насупившийся кролик.