Стеклянный реверанс сомелье

      Две недели прошли.       Дверь лимузина открылась и из нее благородно задрав голову вышла дамочка с чемоданом. Синее пальто, воздушный шарф цвета молочной пенки, шляпка в тон пальто, туфельки трижды натёртые гуталином, сетчатые колготки, перчатки.       Миндалевидные глаза с лёгким слоем туши, губки оттенка пыльной розы. Вслед за шарфом тянулся шлейф дорогих духов. Дверь закрылась. Девушка наклонила голову, неторопливо подняла руку в знак прощания. Как будто это была не обычная пассажирка, а принцесса Англии. Как только машина скрылась за поворотом, она судорожно выдохнула.       Не на долго.       Из-за двери вокзала Кинг-Кросс показался знакомый силуэт. Бартемий Крауч.       Ледяное выражение лица, осанка, походка – всё вернулось к ней мгновенно.       Она – воплощение грации из льда и хрусталя , подобно лебедю в бушующем море, преодолела путь от дороги к главе Департамента международного магического сотрудничества. Отточенным движением она протянула руку.       – Мистер Крауч. Как дорога?       Вкрадчиво интересовалась дама. Мужчина улыбнулся, изогнув усы и протянул руку в ответ.       – Давно не виделись, мисс. Вы как всегда восхитительны.       Лёгкая улыбка. Лёгкое пожатие. Бартемий взял ее чемодан, подал руку и убедившись, что юная девушка держится за его локоть, повел ее на платформу 9¾. В ожидании поезда, девушка расспрашивала главу о нынешних делах минестерства.       Часы оповестили перрон о наступлении 11 часов и прибыл поезд. Распрощавшись и вывалив вче нужные фразы, дама зашла в поезд.       Слушать Крауча было мукой, но ехать восемь часов до Хогвартса в страхе, что кто-то начнет приставать – ещё хуже. Решение было – толстый и большой шарф. Обмотаться им, повернутся у окну и идеально.

***

      Проснулась она от резкой остановки. В купе сидели какие-то второкурсники. Проблем по идее нет, тех, кто был на четыре года старше они должны уважать.       В большом зале как всегда было шумно, но улизнуть от этого всего было можно. Башня встретила очередной загадкой. На Гриффиндоре было бы легче, но скучнее.       В родной комнате не было никого. Девушка скинула пальто. Школьная форма, как всегда выглажена и по стандартам. Скучно. Зеркало отражало приличную девушку с обложки журнала с каким-нибудь идиотским названием "Школьная пора". А она идиотка? Вскинутая бровь кричала "ни капли!". Длинная юбка натирала между коленями, галстук душил, рубашка давила на живот и горло. Пару взмахов и перед зеркалом стояла не англичанка с французскими корнями и папой на руководящей должности в другой стране, а она. Короткая юбка, слабо затянутый галстук, рубашка выбившаяся из пояса и неприлично растегнутая. Это была не привычная этика, это был комфорт. Она грохнулась на кровать и она радостно откликнулась скрипом.

***

      Утро не заставило себя ждать.       Однокурсница быстро разбудила, всунула расписание и умчалась за стайкой подружек.       Если дома она была прилежной аристократкой, то будучи в Хогвартсе, она давала себя расслабиться. Теперь ничто не выводило ее из мыслей, глаза постоянно были замылены, она не видела людей и постоянно в кого-то ударялась. Мысли от слов она не оставляла в случае контакта с кем-то. Засыпала в непонятных местах, теряла всякую защиту и бдительность. Особо наглые имели совесть трогать ее, но ей было не до этого. Что касается уроков, все тесты показывали высший уровень, на уроках же она предпочитала подпереть голову и смотреть в окно или рисовать узоры на пергаменте.