Liar

— Ты уверена, что это хорошее решение? Я могу попробовать отпроситься с работы и поехать с тобой. — Нет, всё в порядке. Не хочу тебя отвлекать. Чонгук шумно вздыхает. Нервничает, но старается этого не показывать. Они сидят напротив железнодорожного вокзала. Пальцы сжимают руль крепче, Чонгук ещё несколько минут раздумывает над ситуацией и всё-таки выбирает прислушаться к чужому мнению. Утром позвонил господин Чхве и сообщил, что состояние жены ухудшилось. Было принято решение немедленно ехать в Кванджу. Джиа выглядит уставшей: под глазами мешки из-за недосыпа, кожа бледная, на лице отсутствует какая-либо косметика. Видеть её такой безумно грустно, но Чонгук бессилен. Поезд трогается, отбывая от платформы. Чонгук смотрит вслед, поджимая губы. На душе тревожно. Он не знает, поступил ли правильно, отпустив девушку одну. Насколько затянется незапланированная поездка, пока непонятно, а работу никто не отменял. Чонгук добирается до офиса в тишине. С недавних пор у них появилась машина, он уже не представляет, как раньше обходился без неё. Ещё и погода именно сегодня унылая. Пасмурно. Небо серое, затянутое облаками, ближе к вечеру обещают дождь. Когда он перешагивает порог кабинета, часы показывают десять тридцать. Впервые, кажется, опоздал. В офисе спокойно, все заняты своей работой, слышно только клацанье клавиатуры и щёлканье компьютерной мыши. Чонгук ставит стаканчик кофе на стол и запрокидывает голову, сидя в кресле. Руки сцепляются на животе. Настроение совсем не рабочее — не может думать ни о чём другом, кроме как о состоянии госпожи Чхве. Смотря в потолок задумчивым взглядом, Чонгук буквально заставляет себя собраться. Хандрить толку ноль, от него всё равно ничего не зависит. Работа отвлекает. День тянется медленно, как жвачка, часы будто замедлили свой ход нарочно. Торопиться им некуда, как и Чонгуку. Он задерживается на час, чтобы скомпенсировать своё опоздание. Гасит свет в кабинете, выключает компьютер, забирает ключи от машины со стола и неспешно идёт к выходу. Джиа отправляет фото из родительского дома, говоря, что всё не так плохо. Она останется на пару дней, а после вернётся. Чонгук посылает в ответ смайлик поцелуя. По лобовому стекают капли дождя. Он провожает взглядом их путь, прежде чем включить дворники. Дома встречает кошка. — Привет, — Чонгук здоровается с ней, присаживаясь на корточки. Первым делом кормит Тирамису, затем вытягивает ноги на диване и заказывает доставку еды. Хочется чего-то горячего и острого. По телевизору крутят вечерние новости, в квартире темно и как-то одиноко. Становится неуютно. Плотно поужинав, Чонгук долго лежит, бесцельно листая короткие видео в телефоне. Приходится приложить немало усилий, чтобы принять душ. Засыпает раньше обычного. Даже кровать не стал расправлять — улёгся сверху и обнял подушку. Сквозь сон он слышит мелодию, не сразу понимая, в чём дело. Разлепив веки, Чонгук тянется за мобильником. Кошка, спящая рядом, подскочила с места и недовольно мяукнула из-за того, что её потревожили. Часы показывают половину второго ночи. — Алло? — сонно говорит Чонгук. Из трубки доносится шуршание. Чонгук убирает телефон от уха всего на секунду, чтобы прочитать имя звонившего. Спросонья тяжело соображать. — Тэхён, — зовёт тихо. — Что-то случилось? — Прости, что звоню так поздно… Ты можешь приехать? — в голосе отчётливо слышится испуг. — Сейчас? — Чонгук наконец просыпается и садится в постели. — Да. Требуется ровно десять секунд, чтобы принять решение. Чонгук трёт лицо ладонью и просит скинуть домашний адрес сообщением. Дождь не прекратился. На дорогах пусто и мокро, он доезжает до нужного места за двадцать минут. Чего ожидать, не знает, но почему-то волнуется. Вряд ли бы Тэхён позвонил ему без весомой причины. Пока он поднимается на десятый этаж, в голове проскакивают разные варианты развития событий. Может, Тэхён поранился, поскользнулся в ванной, подвернул ногу или что-то в этом духе. Ничего из этого не является правдой. Он стоит под дверью некоторое время — Тэхён открывает не сразу. Оглядывается, будто за Чонгуком мог кто-то увязаться, и только после этого тянет за руку. — Извини, пожалуйста. — В чём дело? Тэхён закрывает за ним дверь, выглядя крайне обеспокоенным. Чонгук настораживается. Вроде цел и невредим, ушибов и переломов не наблюдает, зачем тогда звонил? — Ты никого не видел? — Нет. Тэхён не сдерживает облегченного вздоха. Он проходит на кухню, ничего не объясняя, и наливает себе стакан воды. Руки трясутся, он напуган, — Чонгук впервые видит его в таком состоянии. Вопросов больше не задаёт, снимает с себя кожанку и усаживается на стул, терпеливо ожидая, пока Тэхён придёт в норму. Квартира небольшая, даже крошечная, рассчитанная на одного человека. Чонгук разглядывает интерьер, не находя в нём ничего примечательного. На кровати лежит включённый ноутбук — по всей видимости, Тэхён смотрел сериал, пока его не потревожили. Чонгук переводит взгляд на хозяина и хмурит брови. Его руки сцеплены между собой, сейчас он спокоен, чего не скажешь о Тэхёне. — Не знаю, стоит ли рассказывать тебе… — он вздыхает. — Зря я вытащил тебя из постели. Прости. Он извиняется уже в третий раз. Чонгук бы не приехал, не будь они в хороших отношениях. — Тэхён, — привлекает внимание осторожно. — Всё в порядке. Что у тебя произошло? Тэхён места себе не находит. Все губы искусал, сомневаясь, стоит ли доверять свой секрет. Когда его ладони накрывают чужие, он наконец перестаёт ёрзать на стуле. Чонгук смотрит в глаза внимательно, сообщая без слов, что готов выслушать. Тэхён не может отвести взгляда от их сцепленных рук. Действительно успокаивается, пускай и не сразу, и говорит тихим голосом: — Сначала я думал вызвать полицию, но потом испугался, что могу этим ещё больше разозлить. Я… я не знал, что делать, поэтому позвонил тебе. — Кого разозлить? — не понимает Чонгук. Тэхён поджимает губы. — Донхёка. Это… это мой бывший. Пальцы моментально расцепляются. Чонгук, будто кипятком ошпаренный, отстраняется. Нужно переварить полученную информацию. Он точно не спит? Тэхён ожидал такой реакции. У Чонгука всё на лице написано: и растерянность, и отрицание, и толика презрения. Конечно, он догадывался, что Тэхёну нравятся мужчины, но никогда не задумывался, что тот может состоять с кем-то в отношениях. Как минимум ему непривычно сталкиваться с такой ситуацией. — Это он приезжал? — спрашивает очевидное Чонгук, и Тэхён кивает. — Да. Угрожал выбить дверь, если я не открою. Чонгук отворачивается, прикрывая глаза. — Давай вызовем полицию. — И что я им скажу? Объявился мой бывший парень и хочет поговорить со мной? Да уж, не самый лучший расклад. Интересно, что бы произошло, если бы Чонгук столкнулся с этим Донхёком лбами? Хорошо, что избежал такой участи, иначе бы поднялся шум, и соседи, скорее всего, позвонили бы сотрудникам. Тэхёна становится жаль. Если его преследует неадекватный бывший, не понимающий, что за подобное можно оказаться за решёткой, то дело дрянь. — Он сидел под дверью несколько часов, я боялся, что не смогу выйти. — Это впервые? — спрашивает Чонгук, надеясь услышать «да». Чужое молчание говорит само за себя. Тэхёну становится неловко. — Я не знаю, как он узнал мой адрес… Может, проследил за мной. — Место работы видел? — Сомневаюсь. Чонгук прикладывает пальцы к губам. Выход один — переезжать в другой район, мало ли, что у того происходит в голове. Тэхён на такое предложение согласно качает головой. Теперь становится понятно, почему он позвонил именно Чонгуку. Он единственный, кто знает о его секрете. На Тэхёне растянутая футболка и шорты. Волосы взъерошены, его до сих пор потряхивает от эмоций. Уезжать и оставлять его одного в таком состоянии не кажется хорошей идеей. Чонгук говорит, что побудет с ним немного — надо убедиться, что Донхёк не вернётся. — Хочешь сделаю чай? Я обычно пью травяной перед сном, если мне тревожно. — Нет, спасибо, — Тэхён ложится на кровать. — И за то, что приехал, тоже спасибо. Чонгук ничего не отвечает. Ни за что бы не подумал, что окажется в гостях у Тэхёна. Ещё и будет лежать с ним на одной кровати посреди ночи и разговаривать о чём-то отвлечённом. Он вдруг улыбается в темноту. Странная штука эта жизнь. — Ты никому не рассказывал о своей… ориентации? Тэхён даже не раздумывает — отвечает сразу. — Здесь, в Сеуле, никто не знает. — Почему переехал? — давно хотел спросить об этом, всё никак не находилось подходящего момента. — Пытался сбежать от прошлой жизни, — Тэхён смотрит куда-то в потолок. — И от людей — тоже. В этом признании кроется столько обиды и горечи… Тэхён пытается улыбнуться, но его голос, тихий и чрезвычайно грустный, не вселяет ничего хорошего. Чонгук сглатывает. — И что же в ней было такого ужасного, что потребовалось уехать в незнакомый город? Сам не ожидал, что будет задавать столько вопросов. Раз уж так сложились обстоятельства, то притворяться незачем. Ему интересно узнать настоящего Ким Тэхёна, а не дружелюбного парня, готового всегда выручить. Свет нигде не горит. Между ними совсем немного расстояния — кровать не рассчитана на двоих. В любой другой день Чонгук бы испытывал неловкость, но не сейчас. Совсем не думает о последствиях и рисках. — Меня ничего не держало. Родители живут в Штатах последние шесть лет, я перебрался поближе к бабушке, чтобы навещать её чаще. А потом её не стало. Чонгук не знает, что сказать. Выражать соболезнования уже поздно, да и вряд ли Тэхёну станет легче после его слов. — Мне жаль, — он поворачивается лицом. Тэхён мотает головой. — А твоя девушка… — Она в отъезде, — не даёт договорить Чонгук. Становится не по себе. Пока Джиа проживает не самые лучшие времена, он проводит время с другим человеком. Упоминать данную историю, конечно же, не станет, несмотря на то, что Джиа в курсе их взаимоотношений. Чонгуку всё равно стыдно. Но ведь он не сделал ничего плохого, всего лишь хотел помочь. — Вы классно смотритесь вместе. — Тэхён, — он прикрывает глаза, — не надо, ладно? — Как скажешь. Квартира погружается в тишину. Время приближается к трём, утром нужно на работу, выспаться точно не получится. Чонгук, не открывая глаз, вспоминает их поездку в Пусан. С того момента между ними что-то изменилось, но что именно — он не понимал. Даже не позволял себе раскручивать мысль дальше, потому что боялся, что придёт к пугающим выводам. Он не хочет отказываться от привычной жизни. У Тэхёна подрагивают кончики пальцев, он не замечает этого, потому что не сморит на него. Это Тэхён не сводит глаз. — Можно вопрос? — Чонгук тихо угукает. — Ты никогда не пробовал с мужчиной? От неожиданности вопроса он теряется. Сначала думает возмутиться, сказать что-то грубое, но сдержать порыв колкости удаётся. Раздумывает над ответом долго. Сказать правду означает сблизиться — они окажутся в одной лодке. — Один раз. Тэхён настолько удивлён, что прикрывает рот рукой и нервно усмехается. Окей, он и не надеялся услышать ничего подобного. — Охренеть. Чонгук улыбается с закрытыми глазами. От признания сердце забилось чаще. Либо он крупно пожалеет потом, либо на душе наконец станет легче, потому что никто из его окружения не знает такую часть его личности. Он хранил секрет много лет, в какой-то момент даже убедил себя в том, что совершил ошибку, поэтому вычеркнул ненужное воспоминание из памяти раз и навсегда. О таком не рассказывают, даже близким. Чонгуку банально стыдно за своё прошлое. Наверное, во всём виновато время суток. И атмосфера, располагающая к откровенным разговорам. Не верится, что он открылся, ещё и человеку, с кем не особо был близок. — Я умираю от любопытства, хочется завалить тебя вопросами. Настроение Тэхёна меняется по щелчку пальцев. Он приподнимается на локте, поворачиваясь всем корпусом. Чонгук медленно открывает глаза. — О нет, подробностей точно не будет. — Я приятно удивлён, если тебе интересно знать. Чонгуку хочется провалиться под зёмлю, честное слово. — Если кто-то узнает… — Не переживай, эта тайна умрёт вместе со мной. Спасибо, что поделился. Чонгук находит его глаза в темноте и просто смотрит. С Тэхёном легко. Кто бы мог подумать, что они дойдут до этой точки. Минутная пауза наводит беспорядок в груди. Чонгук не может понять, что чувствует в этот самый момент. Ему комфортно в его компании, но в то же время он слишком напряжён, чтобы расслабиться и ни о чём не думать. — Я поеду, — единственное правильное решение. — Хочешь остаться? Теряется всего на мгновение. Это становится слишком опасным. Он задумался, хотя не должен был. Всё то, что выстраивал годами, рушится прямо на глазах. Чонгук с ужасом осознаёт, что его тянет согласиться. Остаться с Тэхёном, проболтав с ним всю ночь, а после сразу поехать на работу и ни о чём не жалеть. Когда в последний раз он жертвовал сном ради другого человека? Будто прошла целая вечность. Но ведь так не должно быть. Нет, нет, нет. Чонгук подскакивает с кровати как заведённый. Глазами ищет свою кожанку и хочет поскорее не уйти — убежать как можно дальше. Он совершил ошибку, самую глупую и подлую. В груди раскалываются части монументального, святого, непоколебимого. Внезапно пришедшие мысли нагоняют панику. Чонгук ещё не разобрался с внутренним хаосом, но ему определённо не нравится, что он вообще допустил подобное. Тэхён не успевает ничего сказать — Чонгук вылетает из квартиры, не прощаясь. Доходит до машины быстрым шагом, заводит двигатель и замирает, встретившись взглядом со своим отражением в зеркале. Мерзко. От самого себя. — Блядство. Ничего страшного не произошло, успокаивает себя Чонгук, вжимая затылок в кожаное сидение. Он всё ещё контролирует ситуацию. Переспит с мыслями и вернётся к своей привычной жизни. Верно? Сейчас главное успокоиться. Вдох-выдох. Пустая дорога, колотящееся сердце, злость на себя. И приятный, обволакивающий голос Тэхёна в голове.

***

На утро действительно забывается многое. Чонгук лежит в постели, впервые за долгое время думая о том, что хочет прогулять работу. Снова избегать Тэхёна будет глупо, да и тем более они редко пересекаются. Голова раскалывается на две части. Приехав домой, он долго не мог заснуть. Поспать удалось всего три часа. День обещает быть тяжёлым. Катастрофы не случилось, всё по-прежнему находится на своих местах. Или же он себя в этом убеждает. И почему так запаниковал? Он всё ещё Чон Чонгук, имеющий обязанности перед компанией, в которой работает, и перед партнёром, состоящим с ним в отношениях. За одну ночь жизнь не перевернулась с ног на голову. Холодный душ и кофе немного спасают. Чонгук подавляет зевки, поднимаясь в лифте, и умоляет Вселенную, чтобы день закончился как можно скорее. Когда он слышит короткий стук в дверь, невольно напрягается. — Занят? Ох, Чимин. Он забыл, что сегодня четверг. Чонгук потирает переносицу и даже улыбается, называя себя дураком. Ну не будет же Тэхён преследовать его после вчерашнего? Ведёт себя как подросток, зачем-то паникует и представляет десятки ситуаций, в которые теоретически он может попасть. Как же глупо. Возможно, так организм реагирует на стресс. Чонгук мысленно просит немедленно взять себя в руки. Короткий разговор с Чимином возвращает в реальность. Его зовут вечером выпить пиво, но он отказывается, ссылаясь на усталость. — Не поверишь, Тэхён сказал мне то же самое, — усмехается Чимин, не имея в виду ничего плохого. Чонгук растерянно улыбается в ответ. Им надо меньше проводить времени вместе. Но сначала он узнает, не появлялся ли Донхёк сегодня утром. Дождавшись, когда большая часть отдела уйдёт домой, Чонгук ловит Тэхёна в коридоре и просит зайти к нему ненадолго. Тэхён выглядит вымотанным. — Как дела? — спрашивает как бы невзначай, пока собирает вещи. Ким прислоняется затылком к двери и молча смотрит на него. Чонгуку приходится взглянуть в ответ. — Что? — Почему мне кажется, что ты нервничаешь? — ровным тоном. — Тебе показалось. Чонгук застёгивает сумку и наконец выпрямляется. Занять руки больше нечем. Предпочёл бы не смотреть на Тэхёна, потому что выглядит совершенно по-дурацки. Вздыхает. Садится в кресло и скрещивает руки. Тэхён медленно подходит ближе. — Я не кусаюсь, — беззлобно улыбается. — И ни о чём не прошу… Пока что. О, этого ещё не хватало. — Знаю, — хрипит Чонгук. — Тогда что происходит? — Тэхён действительно не понимает. Они, вроде как, носят статус друзей. В офисе Чонгук его руководитель, он — его подчинённый. Они ни разу не пересекали черту допустимого, Тэхён держал дистанцию, хотя иногда это давалось крайне тяжело. Даже сейчас. Если бы Чонгук только знал о его желаниях, о мыслях, которые терзают его изо дня в день, то давно бы запретил подходить к себе. Тэхён проводит пальцами по столу, едва сдерживаясь, чтобы не наговорить лишнего. Симпатия никуда не исчезла, к Чонгуку тянет, но остатки здравомыслия и совести просят не нарываться. Чонгук в отношениях, и это единственное, что его останавливает. Грубость не пугает. Он уверен, что достаточно надавить, а после дать время, и Чонгук позволит себе быть настоящим рядом с ним. Будь он бессовестным, давно бы испробовал все доступные методы. Он жаждет его внимания, прикосновений, заинтересованного взгляда в ответ. Взамен позволил бы делать всё что угодно, но Чонгук не нуждается в нём, и это, пожалуй, ранит сильнее, чем длительное одиночество. От внезапных представлений пересыхает во рту. Тэхён переводит взгляд со стола на Чонгука и несдержанно улыбается. Всё ещё ждёт объяснений. Проявить настойчивость? Отступить, подняв белый флаг? Тэхён борется с самим собой. С одной стороны, с радостью бы проверил свои догадки, спровоцировав Чонгука на действие, с другой — ему безумно стыдно даже думать о подобном. Джиа не заслужила быть обманутой, а он не герой-любовник, способный разбить чужое сердце. Сейчас Чонгук должен сказать что-то банальное, наподобие: «Между нами ничего не может быть». Тэхён, честное слово, не ожидает услышать ничего другого. Это логично. Но Чонгук, оказывается, умеет удивлять. — Завтра в девять на парковке возле твоего дома, — говорит нерешительно. — Что? — Тэхён хмурит брови. — Пожалуйста, ничего не говори, иначе я передумаю, — просит Чонгук, приложив пальцы к губам. Что он задумал? Предположений ноль. Тэхён полагал, что первый шаг будет за ним. Видимо, ошибался. Чонгук всего лишь хочет кое в чём убедиться.