Уроки жизни (Life lessons)

Урок первый: Мечты меняются       С момента окончания Четвертой великой войны ниндзя прошло три месяца. Коноха оплакивала погибших и восстанавливала разрушенные дома. Пока одни семьи воссоединялись, а другие навещали Камень Памяти, в деревне, по заверениям Ино Яманака, вовсю расцветала любовь.       — Мне пришлось сократить часы в госпитале, чтобы заниматься цветочной лавкой, — призналась Ино. Она сидела напротив Сакуры во время обеденного перерыва. После обеда, Сакура должна была вернуться к работе, а Ино — уйти в магазин своей семьи.       — Дела идут в гору! К счастью, Сай начал работать со мной, он просто спаситель! Спасибо огромное, что предложила его кандидатуру. Его талант не ограничивается рисунками: его цветочные композиции — лучшие из всех, что я видела!       Сакура улыбнулась подруге, радуясь, что та больше не выглядит такой подавленной и печальной, как два месяца назад, когда горечь от потери отца была еще слишком острой. В то время как график Ино в госпитале заметно сократился, нагрузка Сакуры возросла втрое. Все хотели, чтобы именно Героиня Конохи лечила их раны и недуги. Она даже подозревала, что некоторые молодые люди калечили себя специально в надежде на встречу с ней.       Но они её не интересовали. Был лишь один человек, занимавший её мысли, и теперь, когда он доказал своё "хорошее поведение", его домашний арест наконец подошел к концу. Вскоре после финальной битвы Саске предложил Сакуре выйти за него замуж. Она вежливо отказалась, ответив, что хотя он ей очень дорог, им нужно начать встречаться и заново узнать друг друга. Саске согласился, и последние несколько недель они устраивали множестве свиданий в его доме.       — Кстати о романтике: вы с Саске наконец-то пойдете на нормальное свидание вне его дома? — спросила Ино. Ее голубые глаза так и светились от любопытства. Сакура усмехнулась.       — Да! У меня даже не было времени понервничать. Я слишком занята, пытаясь справиться с наплывом пациентов.       — Есть еще новости, которыми хочешь поделиться? — прощупала почву Ино. Сакура рассмеялась.       — Ты и так всё знаешь! Я уверена, ты подслушивала, когда госпожа Цунаде вызывала меня к себе утром!       — И всё равно хочу это услышать! — с усмешкой запротестовала Ино.       — Меня повысили до джонина, — призналась Сакура. «Сакура Харуно, ваша помощь требуется в четыреста пятнадцатой палате», — объявила громкая связь.       — Закончим этот разговор позже, — пообещала Ино. — Мне всё равно пора бежать. Сай прислал одну из своих чернильных птиц предупредить о крупном заказе на сегодня. Увидимся, Лобастая!       — Пока, Свинина, — покачала головой Сакура. Она оставила поднос и направилась на четвертый этаж, решив побежать по лестнице, чтобы сэкономить время.       Она заскочила в кабинет за медицинским халатом и тщательно вымыла руки. Перед входом в палату 415, она обработала их повторно и толкнула дверь. Ей не стоило удивляться личности пациента: он был на миссии S-ранга и как раз должен был вернуться.       — Сенсей, что вы с собой сотворили? — спросила она. Какаши, развалившийся на больничной койке, небрежно помахал ей рукой.       — О, моя любимая ученица! — поприветствовал он её, прищурив темный глаз в улыбке. — Я слышал, тебя повышают до джонина, так что пришлось поторопиться домой.       Его живот был обмотан старыми бинтами, пропитанными свежей и уже засохшей кровью.       — И ради этого ты поймал животом пару кунаев? — уточнила Сакура. На столике рядом с кроватью уже стоял набор для обработки ран. — И я полагаю, ты не позволил Мегуми очистить рану?       — Я сам всё почистил два дня назад, — запротестовал Какаши. — Использовал кипяченую воду и ту противную зеленую мазь, которую ты собрала мне перед последней миссией.       Сакура покачала головой, понимая, что не добьется от бывшего учителя прямого ответа.       — Я дала тебе эту «противную зеленую мазь», потому что знала, что ты выкинешь какую-нибудь глупость — например, будешь ждать встречи со мной, прежде чем нормально залечить раны.       Она размотала старые бинты и поморщилась при виде воспаленной кожи вокруг порезов.       — Если бы не мазь, у тебя бы уже начался сепсис, — отчитала она его. Сакура натянула перчатки и бросила марлю в миску с антисептическим раствором. Она применила технику стихии воды, чтобы промыть рану, действуя так же, как при выведении яда из крови. Удалив основную часть инфекции, она взяла губку и осторожно очистила рану.       — Когда это делаешь ты, не так больно, — тихо произнес Какаши.       Сакура на мгновение задумалась, не стоит ли потереть рану посильнее, чем нужно, но вовремя вспомнила: именно этот человек когда-то поверил в неё — девочку, помешанную на мальчике — и начал её обучение. Она сняла перчатки и бросила их в мусорную корзину. Её ладони засветились зеленым, когда она начала вливать лечебную чакру в Какаши, заставляя его тело создавать новые клетки и стягивать края ран. У Какаши было отличное, поджарое тело, которое Сакура не могла не оценить. Конечно, он был её бывшим учителем, но это не значило, что она была слепа к его привлекательности и впечатляющему мышечному тонусу. В глубине души она чувствовала себя особенной из-за того, что он просил лечить его именно её. Он жаловался, что другие медики слишком заняты тем, что пялятся на него, вместо должного лечения. Видимо, она просто лучше скрывала свое влечение.       — Нет успехов в изучении трюка Наруто по выращиванию глаз? — спросил Какаши. Сакура весело улыбнулась.       — Ты же знаете, как «хорошо» он умеет всё объяснять.       Во время последней битвы у Какаши вырвали Шаринган. Наруто в режиме Мудреца приложил ладонь к его лицу и исцелил, вырастив полностью функциональный глаз цвета оникса, под стать второму.       — Так какие планы на празднование повышения до джонина? — спросил Какаши. — Если захочешь заглянуть сегодня в «Лаундж для Шиноби», я оплачу твой первый заказ. Сакура рассмеялась.       — Госпожа Цунаде уже подарила мне сегодня огромный кувшин саке. Может, стоит пригласить седьмую команду к себе на небольшое празднование. Но не сегодня. Сегодня я обещала Саске пойти с ним на свидание. С него наконец-то сняли домашний арест.       — А, так вы двое начали встречаться? — спросил Какаши, его взгляд обеспокоенно сузился.       — Будь осторожна, Сакура. Я знаю, что у тебя доброе сердце, но этот парень всё еще проблемный.       — Я знаю, что делаю, но всё равно буду начеку, — пообещала Сакура. Она закончила залечивать раны Какаши. — Ты едва не лишился селезенки, да и печени прилично досталось. Задержись ты на день, и тебе бы так не повезло. Пожалуйста, береги себя.       Какаши посмотрел на свой идеально заживший живот — ни следа от травм.       — Теперь, когда ты джонин, может, я узнаю, не хочешь ли ты отправиться со мной на следующую миссию. Чтобы я не слишком сильно калечился.       — Госпожа Цунаде была очень мудра, когда решила, что в каждой команде должен быть медик, — ответила Сакура. — Приятно отдохнуть в «Лаундже Шиноби»! Какаши схватил футболку, перекинул длинные ноги через край кровати и опередил Сакуру у двери. Он открыл её перед ней и натянул черную безрукавку.       — Поздравляю, Сакура.       Он протянул руку и взъерошил её волосы. Сакура со смехом взвизгнула, уворачиваясь от него. OoO       В конце смены в госпитале Сакуру вызвали в кабинет госпожи Цунаде. Её отправили в принудительный отпуск — на целых две недели! Предполагалось, что это не наказание, а награда за повышение. Впрочем, Шизуне заметила: учитывая все сверхурочные, которые Сакура брала, чтобы справиться с наплывом пациентов, ей жизненно необходимо время на восстановление.       Сакура поспешила домой, чтобы оставить подаренное Цунаде саке и переодеться к свиданию с Саске. Они договорились встретиться в суши-ресторане через дорогу от «Ичираку Рамен». На пороге её ждала ваза с яркими лилиями. Она наклонилась, чтобы прочитать записку, лишь слегка разочаровавшись тем, что цветы были не от Саске.       «Поздравляю с повышением, Лобастая! С любовью, Ино».       Сакура улыбнулась заботе подруги. Она отперла дверь, поставила цветы на обеденный стол, а рядом пристроила кувшин саке. Быстро приняв душ и переодевшись в милое бледно-лавандовое платье, купленное во время похода по магазинам с Хинатой две недели назад, она была готова идти на свидание.       Она не могла не нервничать. Он сделал ей предложение, а она попросила дать ей время и предложила сначала повстречаться. Так они и поступили. Время, проведенное вместе, показало ей, что он стал тихим и рассудительным молодым человеком. Он всё еще был склонен к хандре, но Сакура была уверена, что сможет помочь ему побороть его призраков. Многие их разговоры касались биологии и генетики. Его интересовало, передастся ли его кеккей генкай детям. Она заверила его, что да, но затем он заговорил о браках между собственными детьми, и Сакура, оправившись от шока, объяснила ему последствия инбридинга.       Потребовалось несколько дискуссий, чтобы он понял: хотя в его клане и было принято жениться на кузенах, это никогда не касалось родных братьев и сестер или двоюродных родственников. Необходима определенная степень генетического разнообразия. Она старалась не судить его за эту одержимость — в конце концов, его второй целью в жизни было возрождение клана, и если она выйдет за него замуж, то сыграет в этом важнейшую роль.       Спустя некоторое время Сакура с легким сердцем вошла в суши-ресторан. Саске ждал её на скамье у входа. Увидев её, он встал и заключил в теплые объятия. Сакура расслабилась в его крепких руках, наслаждаясь теплым ароматом корицы от его лосьона после бритья. Она подняла голову, встречаясь с его темными глазами.       — Скучал по мне?       — Всегда, — ответил Саске. Он наклонился и мягко прижался своими губами к её губам. Затем взял её за руку. — Пойдем, остальные уже ждут.       Он повел её вглубь ресторана.       — Погоди. Что значит «остальные»? Я думала, это свидание только для нас двоих, — произнесла Сакура.       Саске крепко сжал её руку.       — Сама увидишь, — ответил он с мягкой улыбкой.       Сакура последовала за парнем, которого любила с самого детства. Заметив за столом две светлые макушки, она заулыбалась. Значит, он пригласил Наруто и Ино — её лучших друзей. Затем она увидела Хинату и Сая. Что ж, тройное свидание. Она была не против; она и сама подумывала предложить такой формат для их первого выхода, чтобы Саске не чувствовал себя неловко.       Но последний человек, которого она заметила, заставил её замереть. За столом сидела Карин, бывшая напарница Саске по команде «Така», и выглядела она весьма довольной.       — Что происходит, Саске? — спросила Сакура.       Он не ответил, продолжая тянуть её к столу. Саске выдвинул для Сакуры стул рядом с Наруто, а когда она села, сам занял место между ней и Карин. Беглый осмотр присутствующих показал: щеки Хинаты были пунцовыми, Сай выглядел крайне растерянным, Наруто пребывал в панике, а Ино была в ярости.       — Всем привет, — поздоровалась Сакура.       Ино потянулась через стол и сжала руку Сакуры.       — Мне так жаль, позвони мне позже, Сакура. Но я не могу здесь оставаться ни секунды.       Она пулей вылетела из-за стола, а Сай, виновато улыбнувшись Сакуре, бросился следом за ней.       — Ладно, — произнесла Сакура, глядя на Наруто. — Что случилось? Наруто побледнел и тяжело сглотнул.       — Сакура, — заговорил Саске, беря её ладонь в свои. — Я хотел, чтобы все были здесь, когда я спрошу тебя во второй раз.       — Саске, я же говорила, что нам важно не торопиться. Нам нужно было повстречаться, прежде чем я дам ответ, — прошептала Сакура.       — Я много думал о наших разговорах и посоветовался с советом старейшин. Они дали мне разрешение. Я хочу попросить тебя стать моей первой женой, Сакура, — произнес Саске. — Я хочу, чтобы ты стала матриархом клана Учиха.       — Что значит «первой женой»? — подозрительно спросила Сакура. Гневная реакция Ино заставила в её голове вспыхнуть предупреждающий сигнал.       — Я понял, что ты имела в виду насчет инцеста и врожденных дефектов. Совет согласен, что сохранение Шарингана — первостепенная задача. Поэтому они одобрили многоженство: так у моих детей — как у сводных братьев и сестер — будет меньше риска получить те генетические отклонения, о которых ты говорила, — объяснил Саске.       Сакура обвела взглядом стол: самодовольное лицо Карин, шокированную Хинату и обеспокоенного Наруто.       — Ты предлагаешь мне стать частью полигамного брака? — тихо спросила Сакура, из последних сил сдерживая гнев.       — Да. В награду за твою преданность я хочу, чтобы ты была моей первой женой. Карин уже согласилась стать второй. Её гены Узумаки станут отличным вкладом в родословную. Также я предложил Ино стать третьей женой. Ты же понимаешь, я обязан жениться на всех женщинах, которые родят мне детей. Я не могу допустить появления бастардов, — пояснил Саске.       Сакура резко вырвала руку из хватки Саске. Радость от новости о повышении до джонина и предвкушение их первого официального свидания были растоптаны. Неужели этот человек настолько не в себе, что искренне не понимает, какое чудовищное оскорбление он ей нанес?       — Прошу меня извинить, — бросила Сакура, отодвигаясь от стола.       Она выбежала из ресторана и замерла лишь у дверей, когда Наруто схватил её за плечи.       — Сакура-чан, мне так жаль! Я не знаю, что на него нашло. Я понятия не имел, что он это затеет. Он попросил нас с Хинатой прийти, потому что это ваше первое официальное свидание, и он собирался снова сделать тебе предложение, — взволнованно объяснял Наруто. — Мы тоже в шоке. Я поговорю с ним, ладно?       Сакура покачала головой, на её глазах выступили слезы. Она сердито смахнула их кулаком.       — Не трудись, Наруто. Я хотела поделиться хорошими новостями — меня только что повысили до джонина. Если вы с Хинатой захотите зайти ко мне завтра вечером, мы могли бы отпраздновать. Я позову Ино и Сая. И Какаши-сенсея, если он еще будет в деревне.       — Пожалуйста, просто дай мне с ним поговорить, — умолял Наруто. — Я знаю, что смогу всё исправить. Саске просто тяжело даются некоторые вещи. — Его глаза округлились. — Стой, джонин! Поздравляю!       Он подхватил Сакуру на руки и закружил её на месте.       — А я даже чунином не стану до экзаменов в следующем месяце!       — Спасибо, — ответила Сакура, и сквозь слезы у неё вырвался невольный смешок.       Дверь ресторана распахнулась. На пороге стоял Саске, с мрачным видом наблюдая за тем, как Наруто и Сакура обнимаются. Наруто поставил её на землю.       — Почему ты убежала? — потребовал ответа Саске.       — Я не могу сейчас с ним разговаривать, — сказала Сакура, обращаясь к Наруто. — Если он сейчас не оставит меня в покое, я ему голову оторву.       Её кулаки сжались; потребовалась вся сила воли, чтобы не заехать Саске прямо по его красивому лицу.       — Сакуру срочно вызвали в госпиталь, — соврал Наруто. — Давай-ка вернемся внутрь и обсудим это решение совета.       — Ты уверена, что всё в порядке? — спросил Саске, пытаясь протиснуться мимо Наруто к Сакуре. — Ты будто плакала. Кто тебя обидел? Я убью его, — поклялся он, и в его темных глазах вспыхнул Шаринган.       — Аллергия, — бросила Сакура, пренебрежительно махнув рукой. — Мне правда пора в госпиталь. Пока.       Она развернулась и поспешила прочь по улице. Она не могла поверить, что Наруто только что солгал из-за нее. Это казалось почти таким же невероятным, как и предложение Саске.       Она вытерла тыльной стороной ладони щеку, когда еще одна слеза невольно скатилась вниз. Сакура уже собиралась свернуть к дому Ино, как вдруг увидела вывеску бара на противоположной стороне. «Лаундж для Шиноби» был прямо здесь. Она вспомнила приглашение Какаши и, решительно сжав челюсти, зашагала внутрь.       В баре было тусклое освещение, но она сразу заметила знакомую копну белых волос — её бывший учитель сидел в кабинке в самом конце зала и потягивал что-то из бутылки. Он был во всем черном, маска плотно закрывала лицо. Он поднял на неё взгляд с легким удивлением, когда Сакура опустилась на сиденье напротив.       — Я пришла за той выпивкой, которую ты обещал, — вместо приветствия сказала она. Какаши подал знак официантке и заказал для Сакуры бутылку саке.       — Ты уже ела? — спросил он.       Сакура покачала головой, не доверяя своему голосу — боялась, что снова расплачется.       — И порцию кальмаров, — добавил он официантке.       Сакура барабанила короткими ногтями по столу и разглядывала капли конденсата на горлышке бутылки виски, которую держал Какаши. Он приподнял бутылку и протянул ей:       — Импортное. Довольно крепкое, но тебе может понравиться.       Сакура выхватила бутылку из его рук и осушила её наполовину — обжигающая жидкость огнем прокатилась по горлу. Только после этого она поставила её на стол и встретилась с широко раскрытыми глазами Какаши.       — С этим вообще-то стоит не торопиться, — заметил он.       — Я могу нейтрализовать действие алкоголя, как только мне станет от него плохо, — объяснила Сакура.       — Полезный трюк. Может, и меня научишь? — пошутил Какаши.       — Не уверена, что твоего контроля чакры хватит, — ответила Сакура, впервые за вечер улыбнувшись.       Они сидели в тишине, пока не принесли кальмаров, а вскоре и саке. Какаши разлил напиток по чашкам и протянул свою ей.       — За мою любимую бывшую ученицу, ставшую джонином, — сказал он, чокнувшись с ней.       — Салют, — отозвалась Сакура и осушила чашку. Саке было крепким, но не шло ни в какое сравнение с любимой маркой Цунаде.       — А теперь расскажешь мне, что произошло? — спросил Какаши. Ему как-то удавалось и пить, и есть, не открывая при этом лицо из-под маски. К их столику начала было приближаться пышнотелая брюнетка, но Какаши отослал её взмахом руки. — Не ожидал, что ты присоединишься ко мне сегодня.       Сакура начала смеяться — смех вышел горьким и надрывным. По её щекам снова покатились слезы, но на этот раз она не стала их вытирать.       — Что ж, госпожа Цунаде отправила меня в принудительный отпуск, сказала, что я слишком много работаю. Но теперь это значит, что мне даже негде спрятаться, — объяснила она, качая гововой.       — Так ты расстроена из-за отпуска? — Какаши изогнул бровь. — Сильно сомневаюсь, что проблема в этом.       Он потянулся через стол и мозолистым пальцем смахнул слезы с её щек.       — Кто довел мою храбрую вишню до слез?       — Саске сделал предложение, — прошептала Сакура.       Какаши отнял руку и откинулся на спинку дивана.       — И это заставило тебя плакать?       — Он предложил мне стать его первой женой. Он намерен завести как минимум троих. Видите ли, старейшины из совета дали ему особое разрешение. Он хочет возродить клан Учиха, и когда я объяснила ему про врожденные дефекты при инбридинге, он решил, что многоженство       — это логичный выход, — объяснила Сакура. Какаши застонал.       — Ну и идиот, — проговорил он, качая головой. — Сакура, я уже давно не твой учитель, но я твой друг. И как твой друг я говорю тебе: ты заслуживаешь того, кто будет тебя ценить. Ты — самая завидная невеста во всей Конохе.       Он взял свою бутылку виски и осушил её до дна, напрочь забыв о собственном предупреждении, которое давал Сакуре пару минут назад. — Черт возьми, на миссии я даже сосчитать не мог, сколько раз меня спрашивали, знаком ли я с «прекрасной Сакурой Харуно».       Сакура расхохоталась.       — Ну да, конечно, — пробормотала она, наливая себе еще чашку саке.       — Понимаешь, Сакура, штука в том, что мечты меняются. Ты уже давно не та надоедливая двенадцатилетняя девчонка, одержимая Саске Учихой. Ты выросла в прекрасную женщину — Героиню Конохи. Куренай рассказывала мне, что видела в академии нескольких девчонок, которые красят волосы в розовый цвет.       — Правда? — спросила Сакура. Эта мысль её позабавила. — Как поживает Куренай? Как малыш?       — У них всё хорошо, — ответил Какаши. — Честно говоря, мне кажется, она втайне встречается с Генмой Ширануи. Он был в одной команде с Гаем, когда мы были детьми. Ему всегда нравилась Куренай, но она видела только Асуму.       Сакура вспомнила Генму — он был одним из элитных телохранителей Хокаге. Он казался славным парнем, и она была рада, что Куренай не будет оплакивать утрату вечно. Тут до Сакуры дошло, почему Какаши так внезапно сменил тему. Если Куренай смогла найти любовь после Асумы, возможно, и Сакура сможет найти её после Саске.       — Думаю, на сегодня нам обоим хватит, — сказал Какаши. — Позволь мне проводить тебя до дома. OoO       — Стоило внимательнее смотреть прогноз погоды, — заметил Какаши.       Они с Сакурой стояли у самого выхода из «Лаунджа для Шиноби». За те часы, что они провели внутри, над Конохой разразился настоящий шторм. Сакура, стоявшая рядом в своем легком фиолетовом платье, задрожала от порыва холодного ветра. Он приобнял её за плечи, притягивая ближе к себе.       Он мельком глянул на её туфли на шпильках. Они чертовски выгодно подчеркивали её ноги, но для бега совершенно не годились.       — Ты всё еще в той же квартире? — спросил Какаши.       Сакура кивнула, постукивая зубами от холода:       — Я не переезжала.       — Хорошо, — сказал Какаши.       Он подхватил Сакуру на руки и прижал к груди так, что её голова оказалась прямо у него под подбородком. Одна рука под коленями, другая крепко держит за спину. Прежде чем она успела возразить, он сорвался с места, используя скорость, усиленную чакрой. Он мчался по залитым дождем улицам, едва уворачиваясь от прохожих, спешащих в укрытие.       К тому времени, как он добрался до её дома, оба промокли до нитки. Его взгляд задержался на том, как платье облегает её изгибы, прежде чем он поставил её на ноги. Она определенно выросла. Вспышка молнии осветила небо, за ней тут же последовал раскат грома, и ливень опустился с новой силой. Какаши уже собрался уходить, но Сакура схватила его за запястье.       — Зайди, пережди внутри, хотя бы пока шторм не утихнет, — предложила она.       Какаши понимал, что это не самое мудрое решение, но спорить не хотелось. Он позволил Сакуре провести его в квартиру. Он никогда не был у нее дома и в глубине души ожидал увидеть горы розовых рюшей, но интерьер его приятно удивил. Он скинул обувь у порога и подождал, пока Сакура сходит в ванную за полотенцами.       Квартира была небольшой, оформленной в теплых земляных тонах. Коричневый диван в центре гостиной, перед ним — кофейный столик из вишневого дерева. Телевизора не было, зато всю стену напротив дивана занимали книжные полки. В углу располагался камин, а над каминной полкой висели три фотографии: первая команда №7 в день основания, Сакура с родителями и фото с Ино после сдачи экзамена на чунина.       Сакура вернулась в плотном пушистом халате цвета нефрита. В руках она держала два больших темно-серых полотенца. Какаши, стоя у запертой двери, стянул рубашку и брюки, оставшись в одних влажных темно-синих боксерах. Одно полотенце он обернул вокруг талии, вторым принялся вытираться. Он ухмыльнулся, заметив, как Сакура засмотрелась на его тело, прежде чем поспешно отвернуться.       Она положила несколько поленьев в камин, подержала в руках зажигалку, но затем отложила её в сторону.       — Не хочешь разжечь огонь?       — Конечно, — ответил Какаши. Он забрался рукой под полотенце на талии и стянул мокрые боксеры. Свалив всю мокрую одежду во второе полотенце, он протянул сверток Сакуре.       — Я... я просто закину это в сушилку, — пробормотала она и быстро скрылась в ванной. Какаши опустился перед камином.       — Техника Огненного Шара, — произнес он, сложив печати, и поджег поленья. Он протянул ладони к пламени, наслаждаясь теплом, и самодовольно усмехнулся, довольный тем, что заставил Сакуру так поспешно ретироваться.       Она сама пригласила его подняться, и это не могло пройти бесследно. Со времен битвы с Мадарой — а если быть честным, то и немного раньше — он поймал себя на том, что смотрит на Сакуру иначе. Давно в прошлом осталась та назойливая двенадцатилетняя девчонка, чьим главным талантом было сидеть в позе лотоса у него на спине, пока он отжимался. Контроль чакры и упорство позволили ей стать ученицей Хокаге. Его уважение к ней возросло многократно, когда она взяла на себя смелость попытаться убить Саске. Тогда он перехватил смертельный удар, а позже то же самое сделал Наруто. До появления Наруто Какаши едва не хватил удар от страха, что его драгоценная Сакура погибнет от рук его же погрузившегося во тьму ученика. Она спасала ему жизнь уже несколько раз, а он — ей. Они больше не были учителем и ученицей; они были напарниками, союзниками и друзьями.       Она была сильной, и для него было честью, что его имя ставят рядом с её. Она была рядом, когда он окончательно потерял Обито. Она понимала всю глубину его боли, а он — её. Ему не нужно было объяснять, почему он прячется за маской или постоянно опаздывает — она и так знала. Его чувства были обнажены, и он скрывал их под тканью. Он опаздывал, потому что часами пропадал у Камня Памяти. Лишь когда она и Наруто вернулись в его жизнь после тренировок с Саннинами, он снова почувствовал, что у него есть друзья… нет, не друзья — семья.       — Я приготовлю нам чай, — крикнула Сакура из кухни.       Какаши уперся ладонями в бедра и встал, при этом его колени ощутимо хрустнули. Он прошелся босиком по мягкому темно-зеленому ковру, устилавшему деревянный пол. Его внимание привлек яркий букет маргариток на обеденном столе.       — Разве они не прелестны? — спросила Сакура. Она поставила на стол фарфоровый чайник и две чашки, украшенные рисунком цветущей сливы. — Ино прислала их, когда узнала о моем повышении.       Какаши не хотел признаваться себе в том облегчении, которое испытал, узнав, что цветы от Ино, а не от Саске. Он принял чашку и сделал глоток горячего травяного чая.       — Лаванда и ромашка?       — Успокаивает, — ответила Сакура. — Я подумала, нам обоим это не помешает. Я рада, что ты вернулся, Какаши.       Его взгляд переместился к окну; рамы задрожали от очередного раската грома. Свет в квартире мигнул и погас. Единственным источником освещения остался камин. Он поднялся из-за стола и выглянул в окно. Во всем квартале было темно.       — Похоже, во всем секторе вырубило электричество, — констатировал он.             — Тогда мне лучше развесить твою одежду, чтобы она сохла, — сказала Сакура. Она провела рукой по стене, нащупывая путь к ванной. — Я повешу всё там, — крикнула она. Какаши бесшумно встал в дверном проеме позади неё.       — Хорошо, — тихо произнес он. Сакура вздрогнула от его неожиданной близости.       — Я не видела тебя здесь.       — Ну еще бы, свет ведь погас, — насмешливо заметил Какаши. — Наверное, мне пора уходить. Если он не уйдет сейчас, то всё может выйти из-под контроля.       — Нет, пожалуйста, не надо, — взмолилась Сакура. Она потянулась к его плечу, но тут же отдернула руку, вспомнив, что он без рубашки. — Прости за это.       — Всё в порядке, — успокоил её Какаши, пожав плечами. — Ты касалась меня сотни раз.       — Когда лечила, — возразила Сакура, нахмурившись.       — Так ты хочешь, чтобы я остался? — спросил Какаши.       — Да, — ответила Сакура, снова потянувшись к его плечу и на этот раз нежно коснувшись пальцами кожи.       — Хорошо, Сакура, — сказал Какаши, делая шаг к ней. Он просунул пальцы под её халат там, где тот разошелся на груди, обнаружив, что под ним лишь белье. Он слегка коснулся изгиба её бедра. — Я останусь.