Кровь вместо пепперони

      Ужасно. Мерзко. Всё вокруг выглядело тусклым. Глаза опухли от слёз, а сегодня ещё и на работу идти.       Встав с кровати, Эллиот пошёл в сторону ванной. Посмотрел на себя в зеркало. Отвратительно. Он чувствует себя мерзким. «Я до сих пор чувствую это внутри себя». Он умылся. Во рту всё ещё ощущается та ужасная вязкая жидкость.       Перед лицом пронеслись воспоминания со вчерашнего: Эллиот выплюнул противную жидкость на пол. Шанс разозлился. Вот Эллиот уже не сидит на коленях, а лежит в позе собачки, в то время как Шанс тыкает его лицом в лужицу, которую тот выплюнул ранее. Пришлось слизывать с пола.       Стало мерзко. Мерзко. Мерзко. Мерзко. Болит голова. Может, не идти на работу? Босс накричит, нужно идти.       Одевшись в форму, которую он несколько дней назад планировал постирать ещё вчера, Эллиот вышел из дома. Он даже волосы забыл завязать.       Опоздал. Босс будет ругать. День проходит ужасно. Каждый клиент казался злом. Каждый человек. Даже товарищи.       — Эй, Эллиот. Как дела? Всё хорошо? — спросил один коллега с явным беспокойством и положил руку на плечо Эллиоту.       — Всё хорошо… А ты как? Всё хорошо? — он выдавил из себя улыбку, стараясь сделать это как можно более правдоподобно.       — Нет, ничего не хорошо, я вижу по тебе…       — Правда, всё хорошо… просто не выспался.       — Ладно… но если что-то случится — не унывай, расскажи нам.       — Хорошо…       Смена уже давно началась. Все работали как нужно, в то время как Эллиот работал вяло и устало. Хотелось просто лечь и ничего не делать. В этот раз из клиентов все были нормальные, кто-то даже оставил чаевые.       Начался вечер. Все приходят с работы уставшие. Час пик. Эллиот уже хочет домой. Больше он не хочет работать. Он хочет перестать чувствовать отвращение к себе. «Здравствуйте, мне пепперони…» «С вами всё нормально?» «Сколько с меня?» Все эти фразы уже заели у него в голове.       Пальцы жмут кнопки словно сами собой. Он устал. Первый день такого состояния, а он уже устал. «Почему я такой? Что я сделал не так Почему он сделал это со мной? Почему я не сопротивлялся сильнее? Я сам спровоцировал его».       Эти мысли поедали его изнутри. Хотелось избавиться от них. Эллиот чувствует ком в горле. Очередной клиент.       — Здравствуйте! Мне одну мясную, пожалуйста, — с улыбкой попросил клиент.       — Здравствуйте, конечно. С вас $5,88. Картой или наличными? — спросил доставщик уставшим голосом.       — По карте.       — Хорошо, прикладывайте… Клиент уже хотел прислонить карту к терминалу, но увидел ошибку: там стоит $5, а не $5,88.       — Извините, у вас тут ошибка… Эллиот посмотрел и сразу же поспешил исправить ошибку с извинением:       — Да, извините… Теперь всё правильно, прикладывайте. Был услышан писк от терминала, прежде чем клиент поблагодарил и ушёл:       — Спасибо! Я буду есть здесь, хорошего вечера!       — Хорошо, спасибо, что выбрали нас.       Эллиот натянуто улыбнулся. Бросив взгляд на своих смеявшихся и говоривших о чём-то коллег, он думал: «Как они могут смеяться, когда со мной такое произошло?»       Эллиот чувствует себя ненужным этому миру.       Эта смена казалась вечной, пока не прозвенел будильник на телефоне Эллиота — сигнал: смена наконец закончилась. Он выдохнул, собрал все свои вещи и быстро ушёл, пока никто не видит. Пришлось добираться до дома одному. Ноги болят, голова раскалывается. Хочется уйти куда-нибудь от этой боли. Не только от физической. Снова чувство слежки, но Эллиот к этому уже привык.       Когда он оказался дома, сразу плюхнулся в постель. Его взгляд на время застыл на фотографии с Шансом на тумбочке. Воспоминания нахлынули. Слёзы потекли по щекам. Желая избежать мыслей, он зарылся лицом в подушку в попытках уснуть. «Почему я не сделал что-нибудь в тот момент?» «Я же мог сопротивляться сильнее…» «У меня тогда были свободны ноги, почему я не пытался пнуть его?»       У Пицца Гая       Глор ждал Шанса. Ждал его. Он стоит в тёмном пустом переулке — здесь уже очень давно никто не шляется. Он следил за Шансом весь день. Вместо Эллиота у него Шанс.       Пицца Гай смотрел в телефон, в переписку:       «Привет, Шанс! Давай встретимся? Возле пиццерии, в которой я работаю. Я хочу поговорить с тобой».       «Да, конечно, я приду, Элли! Надеюсь, ты не держишь на меня зла, верно? Мне кажется, тебе понравилось».       «Нет, я не держу на тебя зла! Просто приходи побыстрее, я жду тебя!» «Это для него. Он будет благодарен, когда поймёт».       Глор написал Шансу от лица Эллиота, чтобы тот приходил.       В темноте показалась знакомая фигура… Этот ублюдок пришёл. Наконец-то. Когда тот подошёл чуть ближе, Глор рванул на него, приставив пистолет к голове и закрыв другой рукой ему рот.       — Ну что… Вот ты и попался, любимый мой. Не напомнишь мне, что ты делал с Эллиотом? С моим любимым? Он только МОЙ. Я не позволю тебе оставаться в живых после того, как ты сделал ЭТО с ним…       Пока Шанс мычал, пытаясь что-то сказать, бывший доставщик кинул его на землю и сел на него сверху, уже завязывая ему руки и засовывая кляп в рот. Менее чем через минуту Шанс оказался связанным. Он старался кричать, но выходили только мычания. Попытки вырваться были бесполезны. «Так будет лучше для моего любимого».       Глор взял нож из своего кармана и на мгновение прислушался к звуку капающей воды где-то поблизости. После этого он схватил руку Шанса и стал царапать на ней имя Эллиота, а вокруг — много сердечек. Шансу это казалось больным. Слёзы потекли по щекам — хотя это только начало. Разорвав одежду, он начал вырезать имя Эллиота на груди, стараясь заполнить порезами как можно больше пространства.       — Больше ты никому не причинишь вреда… — ласковым тоном сказал Глор.       Он начал вырезать кучу сердечек и даже постарался вырезать его портрет — но увы, рисовать это не его сильная сторона. С каждым разом порезы становились всё глубже. Также он вырезал имя Эллиота на лбу — в знак шутки: мол «ты ещё его имя на лбу вырежь». Менее чем через минуту у Шанса стали дырявыми обе щёки; а ещё менее — на ноге почти до жира появилось сердечко.       Шанс кое-как это выдерживал — а точнее уже терял сознание. Увидев это, Глор взял фотографию Эллиота с зачёркнутым его лицом в руки. Он взял пистолет. Его рука дрогнула: вспомнил, как до этого кошмара Эллиот улыбался при виде Шанса и упоминании о нём. «Он будет в безопасности…» — с такими мыслями Глор застрелил Шанса в висок и аккуратно положил эту фотографию ему в руку; а в другую — пистолет и возле ноги нож.       Глор немного запачкался… Но ничего страшного. «Теперь ты в безопасности, мой любимый… Никто тебя не заберёт у меня».       Труп нашли гниющим спустя три дня.