Где заканчивается музыка

Я не сразу поняла, что вышла из кафе. Дверь закрылась за спиной, кто-то прошёл мимо, задел плечом — а я просто стояла. Как будто меня выключили. Сердце билось слишком громко. Слишком резко. Я медленно вдохнула. Воздух был прохладным, но не помогал. Вообще ничего не помогало. Перед глазами всё ещё был этот момент. Слишком близко. Слишком реально. Её лицо. Её дыхание. Её взгляд. И — “This is… not right.” Я резко зажмурилась. — Тогда зачем?.. — почти беззвучно. Горло сжалось. Слова застряли где-то внутри. Я сделала шаг. Потом ещё один. Не зная куда. — Зачем было подходить?.. — тише. — Зачем смотреть так… Я остановилась посреди тротуара. Люди обходили меня, кто-то недовольно посмотрел, но мне было всё равно. — …если ты всё равно уходишь. Внутри что-то болезненно сжалось. Я сжала руки в кулаки. Ногти впились в кожу. — Это было глупо, Злата. Голос в голове звучал холодно. Рационально. — Ты фанатка. Она — нет. — Конечно это «неправильно». Я резко выдохнула. Но тогда почему это так больно? Я обняла себя руками. Сильно. Почти до дискомфорта. — Потому что ты позволила себе поверить. Вот и всё. Билли вышла из кафе почти резко. Слишком резко. Как будто убегала. Дверь захлопнулась за спиной, и шум улицы сразу ударил по ушам. Она остановилась. Сделала шаг. И ещё один. Потом резко провела рукой по волосам. — Чёрт… Сердце не успокаивалось. Вообще. Она закрыла глаза. И это было ошибкой. Потому что сразу — ты. Так близко. Слишком. Твоё дыхание. Твои губы. Тот момент, когда ты подалась вперёд. Она резко вдохнула. — Нет… Она покачала головой, будто могла этим остановить мысли. — Нельзя. Но внутри уже было другое. Сильнее. Тише. И опаснее. хочется. Она сжала челюсть. — Это было плохой идеей… Но почему тогда она не жалеет? Я шла, не разбирая дороги. Город двигался вокруг меня. Жил. Дышал. А я как будто выпала из этого. Перед глазами всё время всплывал один и тот же момент. Как она смотрела. Как приблизилась. Как не оттолкнула. Я резко остановилась. — Ты же тоже этого хотела… — прошептала я. Слова прозвучали тихо. Но слишком честно. Сердце сжалось. — Тогда почему?.. Почему она остановилась? Почему сделала вид, что это ошибка? Я сжала губы. — Или я просто… — я замолчала. Пауза. — …никто для неё. Это ударило сильнее всего. Билли уже сидела в машине. Дверь была закрыта. Но она не ехала. — You coming? — спросил её личный водитель спереди. Она не ответила сразу. Смотрела в окно. Но не видела город. Она видела Злату. Как она стояла. Как смотрела на неё. Без страха. Без игры. Честно. Она сжала пальцы. — Я не должна была подходить… — тихо. Русский сорвался сам: — Не должна… — Но я хотела. Слова повисли в тишине. Она резко закрыла глаза. — Это проблема. Потому что она знала — если бы осталась ещё на секунду… она бы не остановилась. Я вернулась домой позже, чем нужно. Намного. Хотя дорога была короткой. Я просто тянула время. Не хотела оставаться наедине с мыслями. Но всё равно оказалась здесь. Тишина. Пустота. Я закрыла дверь и сразу опустилась на пол. Снова. Как тогда. После концерта. Но сейчас всё было хуже. Я провела пальцами по губам. Медленно. И замерла. Тело помнило. Это расстояние. Это напряжение. И то, что могло случиться. Я резко убрала руку. — Даже не было поцелуя… — тихо. Но это не помогло. Потому что внутри всё равно было ощущение, будто он почти был. И это сводило с ума. — Зачем было так смотреть?.. — тише. Горло сжалось. — Зачем подходить… Я опустила голову. Волосы закрыли лицо. — …если ты всё равно уходишь. Что-то внутри треснуло. Тихо. Но окончательно. Я попыталась вдохнуть глубже. Сдержаться. — Ты же знала… — шёпотом. — Знала, что я… Я не договорила. Глаза защипало. Резко. Я зажмурилась. Сильно. — Не надо… — почти беззвучно. Но было поздно. Слёзы выступили сами. Горячие. Резкие. Я резко отвернулась, будто это могло помочь. Провела рукой по глазам. Стерла. Но они только усилились. — Чёрт… Голос сорвался. Я сжала зубы. Пытаясь остановиться. Собраться. Но внутри уже не держалось. — Ненавижу… — тихо. Слёзы скатились по щекам. — Ненавижу, что ты так смотришь… Дыхание сбилось. — …и потом просто уходишь. Голос дрогнул сильнее. Я наклонилась вперёд, упираясь лбом в колени. Плечи слегка затряслись. Сначала тихо. Почти незаметно. А потом сильнее. Я закрыла лицо руками. И больше не пыталась остановиться. Я заплакала как маленький ребёнок, у которого отобрали игрушку. Слёзы текли свободно. Сбивчивое дыхание. Сжатое горло. — Почему это так важно?.. — сквозь слёзы. Я сама не понимала. Это же просто встреча. Просто человек. Но внутри это ощущалось — как что-то намного большее. И от этого становилось ещё больнее. Я сжала ткань своей футболки в кулаке. Сильно. — Я же для тебя никто… — почти неслышно. И именно это было самым тяжёлым. Я опустила голову ниже. Плечи всё ещё дрожали. И в этот момент стало ясно: это уже не просто интерес. Это что-то, что будет сложно пережить. Машина ехала. Город за окном двигался, свет менялся, люди проходили мимо — всё было как обычно. Но внутри — нет. Билли сидела у окна, уткнувшись взглядом в стекло. Отражение было размытым. Почти чужим. Команда что-то обсуждала. Кто-то смеялся. Она не слышала. Перед глазами снова и снова — ты. Как ты стояла. Как смотрела на неё. Не отводя взгляда. Как приблизилась. И как не отступила. Она резко втянула воздух. — Чёрт… Голос был тихим. Слишком тихим. Она закрыла глаза. И сразу пожалела. Потому что теперь это было не воспоминание. Это было ощущение. Твоё дыхание. Слишком близко. Твоё лицо. Слишком настоящее. — Я бы поцеловала тебя… — прошептала она. Слова повисли в тишине. Она открыла глаза. Быстро. Резко. — Это неправильно. Русский прозвучал жёстче. Почти как приказ самой себе. Она сжала пальцы. — Ты даже не знаешь её… Она не знает тебя. Логично. Правильно. Но внутри не становилось легче. Наоборот. Она провела рукой по лицу. Сильнее, чем нужно. — Тогда почему… — тихо. Почему это не отпускает? Она отвернулась к окну. Сильнее. Будто могла спрятаться. И вдруг почувствовала — что в груди становится слишком тяжело. Слишком. Она резко вдохнула. Ещё раз. Не помогло. Горло сжалось. — Нет… Она нахмурилась, пытаясь удержаться. Но в голове снова — ты. Как ты смотришь. Как остаёшься. Как не убегаешь. И вдруг мысль — резкая. болезненная. я сделала ей больно. Она замерла. — Чёрт… Голос сорвался. Она опустила голову, упираясь лбом в ладонь. — Я же видела… — почти шёпотом. Видела твоё лицо. В тот момент, когда она отступила. Как всё изменилось. Как ты замерла. Сердце сжалось. Сильно. — Я не хотела… — тихо. Но это не меняло ничего. Она сжала глаза. Сильно. И в этот момент что-то внутри не выдержало. Слёзы появились резко. Без предупреждения. Она быстро провела рукой по глазам. Стерла. — Серьёзно?.. — с нервной усмешкой. Но голос уже дрожал. Она отвернулась сильнее. Пытаясь скрыться. Даже от себя. Но слёзы только усилились. Тихие. Почти незаметные. Но настоящие. Она закрыла лицо рукой. Дыхание сбилось. — Это глупо… — сквозь сжатое горло. Слёзы скатывались по щекам. Она уже не пыталась их остановить. — Это просто… человек… — тише. Но внутри всё протестовало. не просто. Она сжала ткань своей кофты в кулаке. — Почему это так важно?.. — почти неслышно. Ответа не было. Только ощущение — что она уже перешла какую-то границу. И назад не получится. Она медленно опустила руку. Слёзы всё ещё текли. И тихо, почти беззвучно сказала: — Я не должна была уходить… Пауза. — Но я испугалась. Это прозвучало честнее всего. Она закрыла глаза. И позволила себе просто сидеть так. С этим чувством. С этой болью. Потому что убежать уже не получалось. В этот день мы больше не виделись. И, возможно, должны были забыть друг друга. Но проблема была в другом. Мы обе уже знали — что не сможем.