Чужое отражение

Тойя лежал на узкой кровати, закинув руки за голову, и просто смотрел вверх. Его только что распределили в этот блок на шестом этаже. После короткого инструктажа от куратора, который больше походил на зачитку прав при аресте, Тойя наконец остался один. Но тишина длилась недолго. Дверь распахнулась с резким ударом о стену. — О, новый сосед! Привет! Тойя даже не успел подняться. Пространство комнаты мгновенно заполнилось чем-то алым и шумным. Его сожитель — парень с огромными птичьими крыльями — влетел внутрь и начал метаться по помещению, раскладывая свои вещи. Крылья были такими огромными, что Тойе пришлось вжаться в стену, чтобы его не задело перьями. — Я Кейго. Или Ястреб, если по позывному, — парень остановился прямо перед койкой Тойи, бесцеремонно рассматривая его лицо. — А ты, значит, тот самый проблемный сын Старателя? Тойя лишь глухо рыкнул и отвернулся. Этот Кейго со своей энергией раздражал, заставляя мысли снова возвращаться к тому, как он здесь оказался. Прошел год после случая на горе Сэкото. Тойя до сих пор помнил тихий рассказ Фуюми о том, что произошло дома, пока он лежал в больнице. Мама облила Шото кипятком из чайника, а потом в панике заморозила ему лицо. И из-за этого её сразу отправили в лечебницу. Тойя сжал кулаки. Из-за одной травмы «идеального шедевра» они все лишились матери. Шото снова стал центром вселенной, вокруг которого бегали врачи и отец, а на Тойю, который чуть не сгорел заживо, всем было плевать. Энджи просто избавился от жены, как от ненужного инкубатора, который перестал выдавать качественный продукт. А через год пришел черед и старшего сына. — Это спецшкола при КОБ, — сказал тогда отец, глядя куда-то в сторону. — Они ищут учеников, которые переходят в старшую школу. Там из тебя сделают что-то полезное. На деле это означало, что Старатель просто сбагрил его с глаз долой. Подальше от дома, чтобы Тойя не мозолил глаза своим видом и не мешал тренировкам Шото. Отец бежал на помощь младшему по первому писку, а старшего просто вычеркнул из жизни, сдав в этот интернат. — Эй, ты чего завис? — Кейго задел его крайним перышком. — Пошли в столовую. Кормят тут так себе, зато там всё расписание на завтра вывесили. Тойя медленно сел на кровати. Кожа на челюсти привычно тянула, напоминая о том, что он теперь навсегда «бракованный». — Отвали, — Тойя раздраженно спрятался под одеяло, предварительно шуганув пламенем навязчивого соседа. Тот отпрянул, резко взмахнув крыльями, из-за чего в комнате поднялся сильный поток ветра. — Совсем, что ли?! Ну и сиди голодный... — буркнул себе под нос теперь уже знакомый сосед и вышел из комнаты. Хлопок деревянной двери эхом отозвался в пустой комнате, заставляя Тойю вздрогнуть. Он медленно выбрался из-под одеяла, прислушиваясь к тому, как за дверью затихают торопливые шаги соседа. Мальчик сел на край кровати, опустив ноги на холодный линолеум, и принялся рассматривать чужую половину комнаты. На кровати Кейго царил хаос. Пара ярко-алых перьев, случайно оброненных при взлете, сиротливо валялись на полу, а из приоткрытой сумки торчал край какого-то дурацко - яркого журнала, с огненным героем. Тойя невольно провел пальцами по своим предплечьям, ощущая под подушечками пальцев бугристую, неровную ткань шрамов. Чувство голода, до этого притупленное злостью, теперь дало о себе знать тянущей пустотой в желудке. Тойя поднялся и подошел к узкому зеркалу, висевшему над раковиной. Из заляпанного стекла на него смотрел подросток с колючим взглядом, в котором не осталось и следа от той детской надежды, что он грел в себе на горе Сэкото. Энджи хотел, чтобы из него сделали что-то полезное? Что ж, он получит результат, но вряд ли тот, о котором мечтал, затирая про «лучшее будущее». Выйдя в коридор, Тойя направился в сторону столовой, ориентируясь на глухой гул голосов, доносившийся с конца этажа. Бежевые стены интерната давили своей однообразностью, лишая малейшего ощущения уюта. Возле раздачи он снова заметил Кейго — тот уже успел вклиниться в какую-то компанию и что-то оживленно рассказывал, активно размахивая руками. Заметив Тойю, парень на мгновение замер, по-птичьи наклонил голову и ободряюще кивнул на свободный стул рядом с собой, словно их недавней стычки и вовсе не было. Тойя лишь плотнее сжал челюсти, проигнорировав приглашение. Ему не нужны были ни друзья, ни сочувствующие взгляды в этом бетонном мешке. Пока Шото дома наверняка наслаждался вниманием лучших врачей и опекой отца, Тойя собирался использовать каждый час в этой спецшколе с одной целью. Он станет настолько сильным, что однажды, когда они снова встретятся, в глазах Энджи отразится не разочарование от «бракованного товара», а настоящий, ледяной ужас. И тогда уже никто не посмеет назвать его бесполезной ошибкой.