Закон Мёрфи

— Билли?! — кричу я во весь голос, но она меня всё равно не слышит. Из колонок в доме слишком громко играет группа Спенсера Дэвиса. Я стону, прижимая платье к груди, и выхожу из ванной, прохожу через спальню и иду по коридору. — Бил?! — снова кричу я. На этот раз Акула подбегает ко мне, пока я осматриваю гостиную и иду на кухню. — Где, чёрт возьми, твоя мама? — спрашиваю я его, фыркнув. Он следует за мной, пока я пробираюсь по дому, а песня "Gimme Some Lovin" всё ещё гремит. Я сдаюсь и направляюсь обратно в спальню, когда меня останавливает слегка приоткрытая дверь гостевой комнаты. И вот, Билли стоит в углу и фотографируется в зеркале. — Билли, — вздыхаю я и обхожу кровать, подходя к ней. — Я тебя везде искала. — Извини, — улыбается она, продолжая фотографировать. — Это лучшее зеркало в доме. — Ты можешь застегнуть молнию на м... Меня прерывает Билли, которая, схватив за талию, силой вставляет в свою фотографию. — Билли! — визжу я и крепче сжимаю платье. Я улыбаюсь ей, а она улыбается, глядя в свой телефон и делая снимок за снимком. — Тебе нужно застегнуть мне платье, — смеюсь я. Наконец она убирает телефон и поворачивает меня, чтобы застегнуть молнию. Я любуюсь ею в зеркале. На ней всё чёрное, платок в волосах и милые маленькие очки, высоко сидящие на носу. — Вот и всё, — улыбается она, и я поворачиваюсь, поправляя переднюю часть. — Ты почти готова? Я киваю, любуясь в зеркале жёлтым шелковистым платьем. Сегодня у меня была фотосессия для Прада, и я сразу после этого поспешила сюда, чтобы подготовиться и пойти на ужин с Билли, поэтому причёска и макияж у меня уже готовы. Я поворачиваюсь к музыкантке и быстро целую её, после чего направляюсь обратно к двери. — У тебя есть куртка? Тебе будет холодно, — кричит она мне вслед. Я поворачиваюсь, качаю головой, а затем вытягиваю руки и слегка покачиваю ими. — Ты так думаешь? — я явно иронизирую, учитывая, что платье из очень лёгкого материала, а вырез такой глубокий. Билли смеётся и следует за мной в спальню, и теперь по дому разносится песня "American Idiot". — Я забыла взять, — объясняю я, останавливаясь у стула в углу её комнаты, чтобы надеть каблуки. — Я тебе кое-что найду, — усмехнулась она, словно для неё это забавное задание, и направилась в гардероб. Она вышла как раз в тот момент, когда я встала, держа в руках винтажную чёрную кожаную куртку и удивлённо подняв брови. Я забираю у неё куртку и суетливо бегу по комнате, чтобы собрать свою сумочку. — Расслабься, мы доберёмся, — смеётся Билли, брызгаясь духами. Она всё ещё пользуется своим новым, безымянным ароматом из маленького флакончика, который я нашла в первый раз, когда была здесь. — Я не хочу опоздать, — я лихорадочно ищу блеск для губ. Громкие звуки Green Day нисколько не помогают успокоить мои нервы. — Это просто праздничный ужин, — говорит Билли. Она направляет на меня флакон духов, молча спрашивая, и я останавливаюсь, чтобы она тоже брызнула немного на меня, закатывая глаза от чудесного запаха, который навсегда стал для меня синонимом Билли. — Ты же говорила Клаудии на днях, что очень рада. Я наконец застёгиваю сумочку и натягиваю её на куртку, и мы идём обратно по коридору к входной двери. — Да. Но я впервые встречаюсь с твоими родителями, — фыркаю я. Билли выключает музыку, а я беру ключи от её Порше и прощаюсь с Акулой. Билли наклоняется и целует его, прежде чем мы выходим за дверь. — Всё в порядке, обещаю, — говорит она, забирая у меня ключи, и мы направляемся к своим местам в машине. — Боже, как мы хорошо выглядим, — вздыхает Билли, когда мы обе закрываем двери. Я смеюсь, а она улыбается мне и заводит машину. Мне кажется, мы, возможно, одержимы друг другом до клинической степени. Прошло пять дней с тех пор, как они закончили альбом, и я провела у неё почти все ночи, кроме одной. Единственная причина, по которой я не спала у неё той ночью, – я уснула, занимаясь монтажом в своей кровати. Мы договорились не торопиться, но ни у кого из нас нет никакого желания расставаться. Как будто мы навёрстываем упущенное за тот месяц, когда не разговаривали и не прикасались друг к другу, постоянными разговорами и прикосновениями. Как и предложила Клаудия, мы идём ужинать с семьёй и менеджером Билли, чтобы отпраздновать завершение работы над её альбомом в милом местечке в Мелроуз. На самом деле я чертовски нервничаю, но стараюсь этого не показывать. Я просто надеюсь, что семья Билли не слишком много знает о нашей ситуации. Они, наверное, сразу бы меня возненавидели, если бы узнали, что я так долго была против отношений с их дочерью. Ой-ой. — Как думаешь, не слишком ли рано знакомиться с родителями? — я продолжила рассуждать вслух. Мы сейчас у ресторана, Билли паркует машину. — Ну, я не знаю. Ты же не можешь познакомиться с моими родителями. Понимаешь, они же меня бросили, — я говорю с невозмутимым видом. — И я почти уверена, что один из них умер. — Ты почти уверена? — Долгая история, — отмахиваюсь я. — Но если серьёзно. — Ну, я и не собиралась представлять тебя как свою девушку или что-то в этом роде, — небрежно говорит она, когда мы направляемся к заднему входу в заведение. Мы до сих пор не используем никаких ярлыков. Мы просто вместе. Мне это нравится. Так не страшно. — И я не думаю, что ещё слишком рано. — Просто мы договорились не торопиться, — я поглаживаю её пальцами, давая понять, что я всего лишь обсуждаю это, а не спорю. — Если хочешь, можем не торопиться, — усмехнулась Билли в ответ, когда мы шли по узкому коридору. Я рассмеялась, услышав её грязные мысли. Мы видим её семью, Клаудию и её менеджера, уже сидящих за уединённым столиком в стороне. Никто в зале не оборачивается, когда Билли Айлиш проходит мимо. Замечают они это или им просто всё равно – для меня загадка. — Вообще-то, — я догоняю Билли и иду рядом с ней. — Я подумала, что сегодня вечером мне хочется чего-то быстрого и грубого. Когда мы подходим к столу, взгляд Билли мгновенно переключается на меня, брови приподняты. — Привет, ребята! — первой нас поприветствовала Клаудия. Я улыбаюсь всем, незаметно толкая Билли локтём в бок, чтобы она пришла в себя. Она откашливается и наконец переключает внимание на остальных за столом. — Ладно, эй, — выдыхает она, явно отвлечённая моими словами. Мы садимся напротив её родителей и менеджера. Финнеас и Клаудия сидят слева от нас. — Надеюсь, мы не опоздали. Пока мы снимаем куртки и устраиваемся, все уверяют нас, что это не так. — Э-э, это Мёрфи, — продолжает она, и на её губах появляется улыбка. — Мёрфи, это моя мама, Мэгги, мой папа, Патрик, и мой менеджер, Дэнни. Я киваю и улыбаюсь им всем, нервно теребя руки на коленях. Билли замечает это и, сжимая мою руку, переплетает наши пальцы под столом. — Мы решили заказать шампанское, — улыбается Дэнни своей звезде. Как по команде, появляется официант с шикарной бутылкой и начинает наполнять наши бокалы. Билли держит меня только за одну руку, а я другой рукой тереблю свой пирсинг в носу. И в то же время я поглаживаю маленькую татуировку на руке. Логически я понимаю, что родителям Билли всё равно на пирсинг и татуировки, учитывая, что у неё и то, и другое, но я всё равно слишком много думаю. — Мёрфи, какой у тебя красивый рисунок на руке, — говорит Мэгги. Похоже, я, рассеянно потянув себя за кожу, всё-таки привлекла их внимание к татуировкам. — Не возражаешь, если я спрошу, что это? — О, эмм, — я смотрю на маленькую тонкую татуировку на предплечье. — Это стрекоза, — я улыбаюсь ей. — В детстве у меня во дворе всегда было много стрекоз. Мне казалось, что они мои друзья, и когда я завела свой канал на Ютуб, это был первый логотип, который я использовала. — Мило, — говорит Билли. Мы никогда раньше не обсуждали значение моих татуировок. Она, наверное, думала, что они просто для красоты. — А как насчёт этой? — она кивает на ту, что на внутренней стороне моего противоположного локтя. — "Amore mio", — объясняю я, теперь уже взглянув на эту. — Это значит «моя любовь» по-итальянски. Моя бабушка всегда так меня называла. На самом деле, я получила это от неё. Все они кивают и улыбаются. Я смотрю на Билли и вижу, что её взгляд уже прикован к моему лицу. Слишком много внимания. Сегодня не я звезда вечера. — В общем, — я беру бокал с шампанским. — Мои татуировки – не причина нашего приезда. Поздравляю вас с альбомом, ребята. Как же это чертовски круто! — я морщусь. Конечно, пытаясь произвести хорошее впечатление на родителей Билли, я невольно произношу слово «чертовски». Впрочем, им это, похоже, не мешает, все смеются и тоже поднимают бокалы, поддерживая тост.