Моя последняя любовь

До блеска натирая пустой стакан, я тупо пялилась в одну точку, не обращая внимания на периодические взрывы хохота из-за дальнего столика. Время близилось к трём часам ночи, а значит совсем скоро я закрою бар и наконец-то отправлюсь домой спать. Это была моя третья ночная смена подряд, впереди два выходных. Надеюсь, никого не принесёт нелёгкая за полчаса до закрытия, как это часто бывает. Только эта мысль проскользнула в моей голове, входная дверь открылась с противным лязгом. Я повернулась, увидела её и на мгновение застыла, едва не выронив бокал из рук. Она была, словно ангел, спустившийся с небес в наше бренное питейное заведение. В белой полупрозрачной блузке, в светло-голубых джинсах, в сапожках цвета слоновой кости на тонкой шпильке. С золотистыми волосами, аккуратными кудрями спадающими на хрупкие плечи, и с большими синими глазами, словно небо перед грозой. Её искусанные губы цвета мякоти вишни что-то произнесли, но я не сразу разобрала фразу — настолько её образ был непривычен для подвального бара. Принцесса заблудилась? — Кружку пива, пожалуйста, — я наконец оторвала свой взгляд от её лица и смогла услышать то, что она сказала. Но тут же вернула свои глаза на место, с сомнением подняв левую бровь. — Кружка — это 500 миллилитров, вы уверены? Всё-таки я не могла поверить в то, что такой ангелок, ещё и, с виду, возрастом едва оперившийся, мог запросто опрокинуть пол-литра пенного. Однако девушка в ответ недовольно сморщила свой маленький носик и уверенно кивнула. Но я всё же попросила её документы на всякий случай. Бывали тут такие девочки, за которыми потом приходили родители и устраивали скандал. Но, слава богу, не в мою смену. Она протянула паспорт, я быстро глянула на дату рождения, прикинула, что это было вчера. — Так вам только исполнилось девятнадцать? Девушка кивнула. — Тогда одна кружка будет за счёт заведения, у нас есть такая акция, — обрадовала я её. Она слегка улыбнулась уголками губ. Однако её глаза остались грустными. Я принялась делать её заказ. Краники с пивом стояли около барной стойки, поэтому можно было втихую понаблюдать за ней. Всё-таки было в этой девушке что-то странное. Она вроде бы выглядела очень торжественно, аккуратно, но вот взгляд... Будто неживой. Да и, несмотря на макияж, видно слегка покрасневшие веки. Она нервно теребила край блузки, но когда я приблизилась, тут же оставила его в покое. — Ваше пиво. Я вернулась к своим стаканам. Отсутствие сна давало о себе знать, и мне очень хотелось вообще закрыться раньше времени. Но с другой стороны, смотреть на то, как эта малышка выпьет столько пива — то ещё развлечение. Хотя кто знает, сейчас такие подростки, что только кажутся паиньками, а на деле уже давно бухают, курят и ещё чего похуже. И всё же она не выглядела оторвой. Скорее, как домашняя девочка, которая только-только вылетела из родительского гнезда. Интересно, что привело её в бар в три часа ночи? Как и ожидалось, она слегка поморщилась после первого глотка. Затем явно собралась с духом и всё же выпила залпом треть кружки. Удивительно, но мужики с крайнего столика и не подумали к ней подкатить. Это очень радовало. А иначе пришлось бы вмешаться. Обычно у нас не доходило до драк. Но и такие куколки редко заглядывали, чаще с ворохом подружек, которые отобьют желание у любого парня подойти ближе, чем на пять метров. Захотелось поговорить с ней, узнать, что же такое произошло. Однако совсем не было сил, да и она вряд ли настроена на душевные разговоры. Поняв, что явно просчиталась, заказав такой большой стакан, девушка вздохнула. Я усмехнулась. Чего и следовало ожидать. А ведь я предупреждала. Не первый день работаю. Она встала, смущённо улыбнулась мне, будто извиняясь, что не послушала, и проследовала в уборную вполне ровной походкой. Я глянула на часы, было без пятнадцати три. Компания у дальнего угла наконец-то встала и, шатаясь, вышла с пьяным гоготом. Дверь за ними закрылась и наступила благоговейная тишина. Взяв тряпку, я пошла протирать столики, собрала пустые бокалы, тарелки, быстро вымыла их и принялась считать кассу. Когда всё было посчитано, я вновь посмотрела на циферблат, подошла к двери, перевернула табличку и погасила свет над входом. Странно, почему она ещё не вернулась? Прошло уже двадцать минут. Раньше бывало, что мы задерживались и на час. Но сейчас я была одна, повара и официанты отпросились пораньше, и мне хотелось уже поскорее уйти на отдых. Я прошла в раздевалку, стянула чёрный фартук, сняла фирменную футболку, надела чёрную водолазку, кожаные штаны и завязала на голени шнурки тяжёлых берцев. Вновь вернувшись в зал, я не обнаружила её. Чёрт, может ей стало плохо? Только этого не хватало. В свой последний рабочий день отмывать блевотину от пола. Я нахмурилась, намереваясь высказать этому ангелочку, что пить в три часа ночи – очень плохая идея. К тому же, не умея этого делать. Засучив рукава и придав себе грозный вид, я зашла в женский туалет, но заготовленная гневная тирада так и осталась стоять комом в горле. Мой рот сам собой открылся от шока. Она лежала на белой кафельной плитке. Лицо было бледным, светлые волосы беспорядочно разметались в стороны. А рядом с её телом разлилась небольшая лужа крови, сочившаяся из пореза на запястье.