Мы познакомились на пробах

      Дэрил нахмурился, глядя на звонящий телефон. Он взял трубку и ответил несколько суховато: — Алло? — Дэрил, — раздался надломленный голос сестры-двойняшки. Что-то явно случилось. — Мама... Она умерла. Сегодня, — еле выдавила из себя девушка.       Услышанное стало ударом под дых. Диксон вскинул голову, ошеломленный известием. — Что?.. — переспросил он хрипло, даже не сразу осознавая слова Мии. — Завтра похороны. Приезжай. Прошу, попрощайся с ней напоследок. Больше она на тебя не злится, — буквально умоляла Мия. Всхлипы с ее стороны не прекращались.       Шатен тихо сглотнул, пытаясь взять себя в руки. Ему казалось, что воздух куда-то внезапно пропал и трудно было просто вдохнуть. — Я приеду, — смог выдавить он из себя. Ему будто бы наступили на горло. — Спасибо, — только и сказала сестра, прежде чем бросить трубку.       Как раз после окончания телефонного звонка в комнате появился Рик, от которого буквально пар исходил. Сам он был красный от горячей воды. — Душу готов отдать за теплые объятия и мягкую постель, — проговорил он, проходя вглубь спальни, вытаскивая чистые пижамные штаны и надевая их поверх боксеров.       Ему не ответили. Дэрил смотрел в стену стеклянным взглядом. Он чувствовал себя словно в тумане, едва осознавая свои действия. Лишь когда Линкольн подошел близко, Диксон осознал, что у него трясутся руки. — Рик... — почти неслышно прошептал он одними губами.       Брюнет опешил от такого тона и вида возлюбленного. Он стремительно присел рядом, оглянул того обеспокоенным взглядом и осторожно коснулся чужой руки, сжимая ее. — Дэрил, что стряслось?       Стиснув челюсть, шатен прикрыл глаза. Ему потребовалась секунда, чтобы взять эмоции под контроль и совладать с голосом. Голова кружилась, и ему казалось, что сердце колотится на пределе. — Моя мама умерла, — наконец пробормотал он.       Рик опешил, услышав такое заявление. По правде говоря, Диксон не особо распространялся о своей семье. Точнее, брюнет знал информацию о прошлом Дэрила лишь в общих чертах. Тот не вдавался в подробности, а он и не расспрашивал. — Мне жаль, милый, — только и выдавил из себя Граймс. Он не понимал, чем смог бы помочь, поэтому аккуратно погладил по руке шатена, давая понять, что тот не один.       Тот молча кивнул, опуская голову. Ему было неловко за свою слабость, но он понимал, что Рик не осуждает его за это. Вдруг он почувствовал, как брюнет притягивает его ближе, обнимая за плечи. — Я должен поехать на похороны... — проговорил шатен, пытаясь выровнять тон.       Он не хотел ехать. Не хотел снова видеть ее. Но это было последнее, что он мог сделать для матери. — Хочешь, я съезжу с тобой? Буду рядом, — говорил Граймс в самую макушку любимому. — Ты уверен? — голос Дэрила звучал нерешительно. — Там будет нелегко. И... люди. Не знаю, кто там будет, но все они меня ненавидят. — Дэрил, это твой близкий человек, — возможно, формулировка была неправильной; Рик почувствовал, как после последних трех слов шатен передернул плечами, словно отмахивался от этого. — Я не представляю, насколько это тяжело. Не сомневаюсь, что ты справишься, но поддержка ведь лишней не бывает? — скорее спросил, нежели утвердил брюнет, не уверенный в правильности своей фразы. — Я просто не знаю, как отреагирует моя семья, если увидит тебя. — Я понимаю, тебе тяжело говорить об этом, но, может, ты расскажешь побольше? Я боюсь, что мой приезд тебе может навредить.       Рик стал осторожно поглаживать чужую напряженную спину.       Дэрил на мгновение прикрыл глаза, пытаясь собраться с мыслями и подавить поднимающийся ком в горле. Он не рассказывал о своей семье давно и старался забыть все плохое. Но Граймсу он не мог врать — слишком много уже между ними было. — Они... они никогда меня не принимали. Они не приняли меня с самого начала, а потом... Черт, это сложнее, чем я думал, — обреченно хмыкнул шатен. Он боялся увидеть в глазах Рика презрение после последующей реплики. — Я из-за этого принимал наркотики. Недолго. Мать била меня, отец вечно гулял от нее, тоже порой мог ударить, но реже. Мия тоже подвергалась насилию, меньше меня, — он едва удержал дрожь в голосе. К горлу подступил комок. — Однажды я ударил мать. Влепил пощечину, наговорил ей кучу всего. Вплоть до ненависти к своему рождению... — Диксон почувствовал, как слезы самопроизвольно полились из глаз. Он даже не заметил этого. — Я ушел, оборвал все связи с семьей, переехал подальше. Сестра звонила, пыталась наладить контакт, а я не хотел. Она давно не звонила, а сегодня сообщила о... маме.       Весь рассказ брюнет сидел молча, боясь лишний раз вдохнуть. Ему вдруг стало стыдно за все сразу: за его любящую семью, за этот неудобный вопрос, за причинение боли Дэрилу ранее. — Я уверен, она простила тебя, — только и проронил Рик, не шевелясь.       Шатен лукаво усмехнулся, утыкаясь подбородком возлюбленному в грудь. Слезы не прекращали течь, но он старался держать себя в руках. Не позволял себе полностью расплакаться, сжимая руки в кулаки до побеления костяшек. Дэрил покачал головой, не отвечая на слова Граймса. Мать не простила его, и он прекрасно это знал. — Тебе нужно поспать, — не желая больше тормошить прошлое, сказал Рик. Тот вдоволь натерпелся сегодня. Завтра предстоит трудный день. — Ложись рядом, пожалуйста. — Конечно, милый.       Не отпуская друг друга, они еле перебрались ближе к подушкам. Граймс крепче обнял шатена, утыкаясь губами ему в макушку.

***

      С утра Дэрил был темнее тучи. Им пришлось подбирать полностью черную одежду, что довольно-таки трудно. Рик пытался поймать взгляд Диксона, но тот упорно уводил его в сторону. Он не напирал и не осуждал. Не ему сейчас сложно.       Поехали на такси до пункта назначения, перед этим купили цветы.       Покинув машину, Граймс осмотрелся вокруг, задерживаясь взглядом на здании перед собой: обычный ничем не примечательный домик. Ему неловко от того, что он в курсе происходящего внутри этих стен, хоть и в общих чертах.       Они безмолвно прошли внутрь и наткнулись на нескольких людей. В том числе была девушка, непохожая на Дэрила. Под ее глазами остались темные круги, явно после бессонной ночи. Рядом с ней стоял совсем маленький мальчишка, он держал ее за руку.       После скрипа двери они обернулись на вошедших людей. Там был еще народ, оглядывающий их с отвращением. В частности, эти взоры были направлены именно на Дэрила. — Дэрил... — тихо промолвила девушка, сдерживая слезы. Она и забыла, как выглядит ее брат.       Шатен застыл на месте, увидев сестру. Он не ожидал, что там будет ее сын — он даже не знал, что Мия успела завести ребенка. Это сбило его с толку еще больше. Он медленно сделал шаг вперед, затем еще один, будто боялся подойти ближе двух метров. — Мия... — его голос дрогнул. Он не знал, что сказать. Его взгляд скользнул по маленькому мальчику, и сердце сжалось.       Диксон почувствовал, как Рик незаметно сжимает его руку, словно напоминая, что он здесь, рядом. Шатен глубоко вдохнул и, наконец, нашел в себе силы сказать хоть что-то: — Я пришел попрощаться. — Она в спальне, — произнесла Мия, стирая слезы с щек. Так она изменилась за время, когда они виделись в последний раз. Прошло семь лет с их расставания. С тех пор они не виделись.       Мальчик, в свою очередь, тщательно рассматривал обоих. На его лице было некое недопонимание. Сам он выглядел грустным, но, видимо, не понимал сути всей произошедшей ситуации в силу возраста. На вид ему лет шесть.       Шатен медленно направился к спальне, остановившись на пороге. Он бросил взгляд на Граймса, будто прося поддержки, затем глубоко вдохнул и вошел.       Комната была тихой. В гробу лежала его мать — бледная, бездыханная, почему-то теперь уже не такая страшная, как в его воспоминаниях.       Дэрил подошел ближе, чувствуя, как слезы снова подступают. Он не знал, что чувствовать — боль, вину, горечь? Он опустился на колени рядом с гробом и тихо прошептал: — Прости...        Это было все, что он мог сказать. Все, что она уже никогда не услышит.       Рик не стал следовать за Дэрилом. Ему нужно было поговорить наедине с матерью, высказать все то, что он чувствует. Он остался стоять в коридоре. — Он изменился, — с ностальгией в голосе сказала Мия, явно обращаясь к Граймсу.       Брюнет словно очухался и кивнул. Понятия не имел, зачем. Нужно было дать знак, что он слушал. Хотя прежнего Дэрила он не знал.       Рик посмотрел на маленького мальчика, прижавшегося к матери.  — Это ваш сын? — спросил он, переводя тему, чтобы хоть как-то отвлечься. Он указал взглядом на мальчишку.       Мия впервые за все это время коротко улыбнулась и пригладила непослушные волосы ребенка, делая это с заботой. — Да, он родился спустя год после того, как Дэр ушел, — теперь в ее голосе слышалась горечь. — Сэм сегодня в первый раз увидел его вживую. До этого лишь слышал о моем несносном братце.       Граймс подмигнул мальчику в попытке хоть как-то отвлечь, приободрить.       Лицо мальчика тут же озарила искренняя детская улыбка. Он робко помахал старшему, пряча лицо у матери. Видно было, что он еще не понимал, кто перед ним. Он явно ждал от незнакомца каких-то действий, ждал каких-то интересных выходок. Но брюнет лишь успокаивающе положил руку малышу на голову и чуть потрепал по волосам. — Он милый, — пробормотал он.       Вскоре в дверях появился измученный и заплаканный Диксон. Рик тут же повернулся к нему и с досадой прикусил губу. Когда шатен подошел к нему, он мазнул пальцами по тыльной стороне его ладони.       Все четверо вышли на задний двор, где располагались детские качели, которые тут же занял маленький Сэмми. Он попросил Рика, чтобы тот его раскачал, да посильнее. Парень не колеблясь согласился, но не перебарщивал, размеренно толкал качели, слыша детский заливистый смех.       Мия наблюдала за этим с улыбкой, затем перевела внимание на брата. — Он хотел бы с тобой познакомиться, — присела на лавочку девушка, складывая руки в замок.       Дэрил сел рядом с сестрой, вцепляясь пальцами в края лавочки. Он смотрел, как Граймс, кажется, прекрасно ладит с его племянником. — Ладно, — неуверенно протянул в ответ шатен. — Вы вместе? — любопытство всегда было ее вторым именем. Она пыталась вывести любую тему, избегая самой главной. Скоро они поедут на кладбище. Самое тяжелое испытание на сегодня.       Диксон замялся, бросив быстрый взгляд на возлюбленного. В груди защемило. — Да, — тихо пролепетал себе под нос он. — Мы вместе. — Рада за тебя, — чувственно проговорила Мия, а затем положила голову брату на плечо. — Надеюсь, в этот раз ты не уйдешь от нас? — надежда теплилась в ее груди. Этот вопрос мучил больше всего.       Дэрил сглотнул ком в горле и медленно обнял сестру за плечи, прижимая ее ближе.  — Не уйду, — прошептал он, будто давая клятву не только ей, но и себе. — Больше не оставлю тебя одну.       Девица тихо поблагодарила Диксона, после услышала, как кричит сын: — Мам, смотри! — он уже сидел на плечах Рика, свесив ноги и держась за его шею, чтобы ненароком не упасть. Хорошо, что дети в его возрасте не так сильно восприимчивы к горю. — Похоже, они быстро сошлись, — заметил Дэрил, который и сам не удержал улыбки. Легкой, но ощутимой. — Не то слово. Тебе бы тоже стоило. В другой раз.       Брюнет все так же катал Сэма, то на руки его подхватывая, раскачивая, то подкидывая. Контролировал все, чтобы не уронить. Этого ему явно не простят. — Устал? — спросил он мальчика, когда уже у самого силы иссякли. — Нет! Еще! — заливался смехом Сэм, хватаясь за плечи мужчины.       Рик покачал головой, улыбаясь. Он уже порядком выдохся, но не мог отказать этому маленькому сорванцу. Потирая затекшую спину, он все же присел на корточки и помог мальчишке спуститься. — Договорились — в следующий раз ты меня качаешь. А теперь иди к маме, передохни немного.       Сэм засмеялся и побежал к Мии, что-то быстро лопоча про «покатушки» и «летать как птица».       Дэрил подошел ближе к Граймсу и провел пальцами по его потному виску. — Спасибо... За все. — Я ничего не сделал, — улыбка спала с лица брюнета. Сам он первое время колебался, после обхватил чужую ладонь. Едва сдержался, чтобы не поцеловать в костяшки. — Сделал. Просто будь рядом. Этого уже больше, чем достаточно.

***

      Похороны прошли быстро. Атмосфера на кладбище была гнетущей. Все плакали, срывались в рыдания или что-то шептали себе под нос. Люди не могли принять произошедшее горе.       Рик стоял около Диксона, готовый в любой момент его подхватить, если потребуется. Тот был невероятно бледный и словно неживой. Складывалось впечатление, что умерли оба, но перестала дышать только мать. Шатен винил себя в том, что не успел извиниться. Знал бы он раньше, может, такого чувства вины не ощущал.       Когда церемония закончилась и люди начали расходиться, Дэрил остался стоять у свежей могилы. Его руки сжимались в кулаки, но он больше не плакал — слезы закончились еще накануне. Он ощущал пустоту и холод внутри, как будто кто-то вырвал часть его души.       Брюнет молча ждал рядом, давая ему время. Он понимал, что сейчас любые слова будут лишними. Вместо этого он просто стоял близко, готовый поддержать в любой момент.       Спустя несколько минут шатен глубоко вздохнул и повернулся к спутнику.  — Пойдем... — проговорил он хрипло, звучал почти безжизненно.       Они медленно пошли к выходу, и перед этим шатен в последний раз обернулся на могилу. Теперь он точно знал — прошлое не исправить. Можно попытаться изменить будущее.       В дом возвращаться никто не стал, решили распрощаться на улице.       Лицо маленького Сэмми было таким же заплаканным, как и у его матери. Он понимал, что случилось, просто не осознавал этого в полной мере. — Встретимся через неделю? — ненавязчиво спросила Мия, немного отойдя от похорон. Пыталась держаться на плаву, чтобы не сойти с ума окончательно.       Дэрил кивнул, глядя на сестру и племянника. Впервые за долгое время он чувствовал хоть какую-то связь с семьей — пусть хрупкую, зато важную. — Да. Встретимся. Я буду на связи, — заговорил он тверже. Он даже неловко потянулся к племяннику, желая погладить его по голове, но остановился, будто боясь напугать.       Сэм, однако, сам потянулся к нему, обхватив его руку маленькими ладошками. Диксон едва сдержал дрожь в пальцах. — Приезжайте к нам, когда будете готовы, — тихо добавил Рик, осторожно касаясь плеча Мии. Попрощавшись, они медленно пошли прочь, оставляя прошлое позади. Теперь предстояло жить дальше.

***

      Первое время было очень трудно. Шатен ходил сам не свой, дезориентированный и поникший. Не улыбался больше и не шутил, как прежде. Все его эмоции пропали как по щелчку пальцев, испарились, словно их и нет вовсе.       Граймс помогал всеми возможными способами. Терпеливо ждал, когда ответят на его вопросы о самочувствии, но каждый раз встречал сухой ответ: «В норме». Больше никаких разговоров между ними не возникало. Диксон не делал попыток заговорить первым.       Также Рик выпросил номер его сестры и ежедневно писал ей, спрашивал, как обстоят дела, интересовался о Сэмом и, безусловно, рассказывал о Дэриле.       Этот период выжал все силы из них, буквально выдавил душу из груди, не позволяя вернуть ее обратно.       Съемки отложили вновь на неопределенный срок, продлевая контракт. Не время. Дэрил вовсе хотел покинуть проект, не имея никакого желания продолжать данную деятельность. — Дэрил, может, фильм посмотрим? Тебе отвлечься нужно, — сделал очередную попытку брюнет, надеясь на положительный ответ.       Самое нестерпимое из всей ситуации стало то, что они перестали поддерживать тактильный контакт. Диксон отдергивал руку, если его касались. Граймс с досадой смотрел на свою ладонь, словно от него ускользнуло что-то важное, хотя так и было. — Ты не можешь вечно сидеть на месте и игнорировать мое присутствие. Тебе тяжело, но я не пустое место. Мне тоже сложно из-за твоего поведения, — у Рика самого широко распахнулись глаза от своей же наглости. Он не хотел говорить именно это, накипело просто, выплеснулось наружу.       Дэрил вздрогнул, когда слова брюнета все же до него долетели. Он медленно оторвал взгляд от окна и посмотрел на парня исподлобья. Шатен заметно похудел, под глазами залегли тени, а губы буквально посинели. — Вот теперь ты понимаешь, каково мне было, когда ты вздумал мне изменять и отдалился? — прошептал он.       Из-за тишины в комнате Рик все прекрасно услышал. Он застыл на месте и не мог обернуться. — Мы вроде закрыли эту тему, — раздражение наступало на вину за совершенные действия. — Речь идет не об этом, и ты это знаешь. Не переводи стрелки на меня и не обвиняй в том, что я терплю твое поведение, — выпалил в приступе гнева брюнет.       Диксон сузил глаза, чувствуя, как внутри него растет гнев. Он сжимал пальцы в кулаки, чтобы не сорвать на Рика всю накопленную за последний месяц обиду. — Ах, то есть тебе можно было отдалиться, а теперь тебе же и не нравится, что я делаю то же самое? — процедил он зло. — Ты хотя бы представляешь, как я себя чувствую в последнее время? — Я пытался! Я все делаю: угождаю, молчу в тряпочку, стараюсь помочь, чтобы ты почувствовал себя полноценно. И ты еще сейчас мне припоминаешь ошибки, которые я исправлял? Ради тебя! Не снимаю с себя ответственность, потому что поступил действительно по-скотски, я признаю это. Мы вроде забыли уже этот инцидент. А ты сейчас мне говоришь такой бред. Для тебя ничего не значит, что я пытаюсь наладить и без того хрупкую связь между нами? — к концу фразы брюнет опустил плечи и закрыл глаза. Не хватало разреветься прямо на месте. — Да плевать я хотел, что ты стараешься! — возмущенно воскликнул шатен, делая шаг вперед. — Ты даже не понимаешь, сколько мне нужно сил, чтобы просто встать утром с постели!       Первые слова выбили весь дух из Граймса. Он глупо моргал, глядя на собеседника, и не верил своим ушам. — Раз тебе все равно на мои попытки вернуть тебя к нормальной жизни, для чего ты меня держишь рядом с собой? — выровненный тон вернулся к Рику, хотя сам он был в шаге от непрошеных слез.       Дэрил почувствовал укол совести, но слишком надрывался в эмоциях, чтобы остановиться. Он сделал очередной шаг и уже стоял настолько близко, что их лица разделяло несколько сантиметров. — Может, потому что я хочу, чтобы ты рядом был? — прошептал он, чувствуя, как в горле зарождается комок. — Может, потому что я нуждаюсь в тебе, идиот? — Почему ты тогда мне говоришь подобное? Я тоже имею чувства, в конце концов я человек. Неужели тебе абсолютно плевать? Разве я виноват во всем этом? Ты придурок, Дэрил, в курсе? — облизнув губы, Граймс увел взгляд в сторону и даже отвернулся. Обида прочно засела в нем. — Рик… — весь порыв рассеялся, и взгляд Диксона стал проясняться. Он резко потянулся к брюнету, схватив его за руку. — Я не хотел... Я просто... Блядь, я ненавижу себя за это. Прости, — это было первое за долгое время настоящее признание. Он не мог больше врать и вымещать свою боль на том, кто оставался рядом. — Я боюсь когда-то потерять и тебя. Я не справлюсь, ты понимаешь? Не смогу пережить и этого. Я понятия не имею, как мне жить дальше. Я не хочу уже этого, пойми меня, прошу.       Рик упорно молчал. Ему не хотелось сейчас ничего говорить. Он повернул голову обратно и обхватил чужую ладонь в ответ. — Не отвергай меня больше. Позволь быть рядом. Утешение тебе не помешает. Мы не можем просто так разрушить все, что у нас есть. — Я не хочу разрушать... — пробубнел Дэрил, прижимаясь лбом к плечу любимого. — Я просто не знаю, как жить с этим.        Возможно, вместе они справятся. — Тебе нужно отпустить. Да, сложно, кажется, будто и вовсе невозможно. Но обвинять только себя не надо. Ты незаметно для себя роешь могилу. Такой жизнью не сделаешь себе лучше, — одной рукой брюнет гладил Дэрила по волосам, успокаивая.       Шатен закрыл глаза, чувствуя чужое тепло и пальцы в своих волосах. Это было первое прикосновение за долгое время, которое он не оттолкнул. — Я попробую, — тихо ответил он. — Но мне будет нужна твоя помощь. — Ты всегда можешь ее попросить у меня, — легкая улыбка легла на губах Граймса. Наигранная, но такая требуемая. — Дай мне слово. Обещай, что не оставишь меня, — попросил надломленно Диксон.       Без раздумий Рик кинул короткое: «Обещаю», и этого Дэрилу хватило с головой.

***

      Прошла неделя, все наконец-то наладилось. Дэрил перестал напоминать ходячий труп. Начал разговаривать, хоть и не как обычно, но уже приемлемо, разрешал касаться себя. Вливался потихоньку в обыденную жизнь. Вполне вероятно, что это способ искупиться перед Риком.       Они вышли на работу. И вот момент истины: самая последняя сцена с их поцелуем. Казалось бы, совсем недавно начали работать вместе, дружить, а теперь складывалось ощущение, что они прожили всю жизнь бок о бок. Странное чувство.       Когда шатен подошел к Граймсу в реквизитной одежде, второй затаил дыхание. Они оба пропускали этот момент сквозь себя, теплили мысль о том, что шоу никогда не закончится. А теперь они стоят друг перед другом, заглядывают в глаза напротив, в которых пересекается неимоверная любовь.       Их губы нашли точку соприкосновения, плотно прижимаясь и не желая отступать.       Ладонь Дэрила плавно переместилась в кудрявые волосы, слегка их оттягивая, сжимая и сразу же разжимая. От этого у брюнета закружилась голова.       Когда они отстранились, Рик, не разрывая зрительного контакта, проговорил заготовленную в сценарии реплику: — Я так долго ждал тебя, — голос был спокойным, хотя внутри все будоражило.       Диксон посмотрел на возлюбленного в ответ и едва заметно улыбнулся, чувствуя, как у него дрожат пальцы. Он знал, что это всего лишь текст из сценария, но в данный момент слова словно были адресованы лично ему. — Теперь я здесь. С тобой, — согласился тот, наклонив голову вбок. — Я тебя люблю, — прошептал Рик, говоря это по-настоящему. — Я тоже люблю тебя, — последовало трепетно.