ап

Прошло около месяца после нашего с Северусом примирения. Он по‑прежнему оставался нежным и нетребовательным — и я была этому искренне рада, потому что больше не боялась его. Я перестала бояться спать с ним в одной комнате: без моего явного согласия он не прикасался ко мне. Через три месяца мне предстояло выпуститься из Хогвартса. Мы с Северусом уже обсудили этот вопрос с Дамблдором — директор не возражал против того, чтобы я осталась в школе. Благодаря этому я стала проводить с Северусом ещё больше времени. Подруги радовались, что у меня всё наладилось, — даже Драко, который по‑прежнему недолюбливал Северуса из‑за того, что я выбрала его, искренне радовался моему счастью. Сегодня был обычный день. Последним уроком у меня стояло зельеварение. Я заранее предупредила Северуса, что останусь помочь ему проверить тесты второкурсников. Когда урок закончился, попрощавшись с подругами и Драко, я подошла к профессору. — Я смотрю, Драко стал к тебе относиться лучше, — заметил Северус. — Да, он стал ко мне лучше относиться. Только ты не ревнуй, — улыбнулась я. — Ладно. Может, только в душе, — усмехнулся он. — Эх, можно… Я пришла помочь с тестами, ты не против? — И когда я был против? — Северус отделил половину стопки. — К слову, тест был на знание рябинового отвара. — Хорошо, я поняла. Я помню — я ведь люблю тебя слушать, — призналась я. Он поднял на меня игривый взгляд: — Я знаю это, мисс Поттер. От тембра его голоса я мгновенно покраснела — так сексуально это прозвучало. Ничего не ответив — да я бы и не смогла под его пристальным взглядом, — я взяла листы и красную ручку и принялась за проверку. Час спустя все работы были проверены. Я подняла глаза на Северуса: он как раз заканчивал проверять последнюю. Засмотревшись на его сосредоточенное лицо, на то, как он хмурит брови, как переворачивает страницу, я не заметила, что он уже давно смотрит на меня. Осознав это, я резко встала, подошла и отдала ему проверенные тесты. Он бегло просмотрел их. — Отлично, всё правильно, — одобрил он. — А тебе домашнее задание нужно делать? — Ой, точно! Ты же сегодня задал сделать конспект по теме «Напиток живой смерти». Я совсем забыла. Можно я у тебя сделаю домашнее задание? — Не можно, а нужно. Можешь сесть за мой стол — мне нужно отойти, разобрать склянки на складе. — Хорошо. Он ушёл, а я достала учебник по зельеварению, села за его стол и принялась за работу. Закончив конспект, я отложила книгу и, откинувшись на спинку стула, стала осматривать кабинет. Вдруг я почувствовала чьи‑то руки на своих плечах и услышала голос, обжёгший ухо: — Ты уже доделала домашнее задание? — Это был Северус. Кого ещё я могла ожидать увидеть в его кабинете в такой час? — Ты будешь у меня ночевать или пойдёшь в комнату? — спросил он. — В комнату. А то подруги будут переживать — я ведь их не предупредила. — Хорошо, можешь идти. Только перед тем, как уйдёшь, можно один поцелуй? Я ведь заслужил, — Северус сейчас выглядел как влюблённый школьник. — Можно, — улыбнулась я. Он аккуратно подхватил меня и усадил на стол. Провёл рукой по щеке, по волосам, большим пальцем скользнул по губе. Затем завёл руку к затылку, притянул к себе и поцеловал — нежно и трепетно, будто ждал этого целую вечность. Возможно, так оно и было. Обвив руками его шею, я почувствовала, как он улыбнулся сквозь поцелуй. Его руки легли на мою талию. Поцелуй оставался нежным, но постепенно становился всё более напористым — он проник языком в мой рот. Воздуха стало катастрофически не хватать, и он отстранился, но рук не убрал. Я поддалась порыву и обняла его, положив голову на плечо. Он ответил объятием, зарылся носом в мои волосы, вдохнул их аромат, поцеловал одну прядь. Немного погодя мы отстранились, и я отправилась в свою комнату.

На следующий день первым уроком снова было зельеварение. И тут я вспомнила: вчера я забыла свой учебник у Северуса! «Блин, что же мне делать? — пронеслось в голове. — Но он должен увидеть учебник у себя… Видимо, у меня до сих пор осталась травма из‑за его прежних действий — и я его всё ещё немного побаиваюсь. Да что он мне может сделать? Всё, я пошла, а то опоздаю!» Я вошла в класс. Подруги уже сидели парами, и только одно место оставалось свободным. Я подошла к нему. — Привет, можно подсесть? — спросила я. — Да, конечно, — парень указал на соседний стул. Я села. — И да, можешь, пожалуйста, дать учебник? Я свой одолжила подруге с другого факультета. — Конечно, бери. — Можно задать тебе вопрос? — Какой? — Ты ведь Лора Поттер? — Да. А вот тебя я никогда здесь не видела. — Я немного „поздний вариант“, — улыбнулся он. — Меня, кстати, Гарри Поттер зовут. — Вот это совпадение! У нас с тобой одинаковые фамилии, — удивилась я. Но меня смутило кое‑что ещё: он был очень похож на моего отца, а глаза — точь‑в‑точь как у меня, доставшиеся от мамы. Я пожала плечами и мысленно успокоила себя: «Это всего лишь простое совпадение». После урока я попрощалась с Гарри и подошла к Северусу. — Я знаю, ты оставила у меня свой учебник, — сказал он. — А кто это был, с кем ты села сегодня? — Он сказал, что он „поздний вариант“. — Поздний вариант? — Да, ему поздно пришло письмо сюда. — Странно. Такое случается достаточно редко. А как его зовут? — Гарри Поттер. — Вот это совпадение. — И не говори. — Северус? — Ммм? — Можно я снова сделаю у тебя домашнее задание? — Конечно. Можешь даже сесть ко мне на коленки, — он похлопал по своим коленям. — Нет, я, пожалуй, лучше за парту, — отказалась я. «Опять это чувство… Да что со мной? И почему у меня такое ощущение, будто за мной сегодня кто‑то следит?» — подумала я, усаживаясь за стол. Я принялась за работу, но вдруг поняла, что не могу справиться с мини‑тестом по ЗОТИ. — Сева? — А? — Можно тебя спросить? — Спрашивай. — Ты можешь помочь мне с тестом по ЗОТИ? Тема — «Отбивающее заклинание Круцио». — Знаю. Иди сюда, — он снова похлопал по коленям. Вздохнув, я подошла и села к нему на одно колено. Северус начал объяснять материал, но в какой‑то момент я снова ощутила странное чувство — и резкую боль в груди. — Ай! Почему так больно? — вырвалось у меня. — Что случилось, Лора? — встревоженно спросил Северус, но я его уже не слышала. Всё вокруг потемнело. Перед глазами возникли образы моих родителей и того самого мальчика, которого я встретила сегодня. А затем наступила полная темнота — и ощущение, будто кто‑то несёт меня на руках…