ап

После смерти любви всей моей жизни — Лили Поттер — во мне поселилась глубокая, всепоглощающая ненависть к её дочери. Почему именно Лили, а не это дитя, в котором смешались гены Джеймса Поттера? Я так ненавидел Лору, что, когда мне сообщили: она будет учиться в Хогвартсе, где я — декан Слизерина, — я пришёл в ярость. Мне не хотелось её видеть: она была живым напоминанием о том, что моя Лили мертва.

Когда Лора прибыла в Хогвартс и стояла возле Распределяющей шляпы, я молился, чтобы она не попала на мой факультет. Но каково было моё разочарование, когда Шляпа провозгласила: Лора будет учиться на Слизерине. Я был настолько зол, что готов был, не скрываясь, прямо здесь прикончить это маленькое отродье Поттера. Но я сдержался, как мог, не подал вида — лишь равнодушно похлопал в ладоши. Лора села за стол и повернула голову в мою сторону. Я встретился с ней взглядом — и тут же отвернулся. Потом заметил, что она тоже отвела глаза.

После распределения и завтрака у меня был первый урок с классом, в котором училась Лора. Я не упустил возможности уколоть её и спросил про ингредиенты — разумеется, она их не знала. Я хотел унизить её. Она обратилась за помощью к зазнайке Гермионе — как ей хватало наглости шептаться с ней прямо передо мной? «Яблоко от яблони недалеко падает», — пронеслось у меня в голове. Немного выждав, я перебил их: — Хватит шептаться! На моём уроке не будет никаких глупых взмахов палочкой и идиотских заклинаний. Вы меня поняли? Я перевёл взгляд на Лору и добавил: — Мисс Поттер, наша новая знаменитость. Знаете ли вы, что будет, если смешать корень асфоделя с настойкой полыни? Зазнайка Гермиона тут же подняла руку, а Лора покачала головой. Внутренне улыбнувшись, я задал следующий вопрос: — Не знаете? Тогда скажите, в чём разница между волчьей отравой и клобуком монаха? Гермиона по‑прежнему тянула руку, а Лора снова покачала головой. Я почти злорадствовал над её позором и, решив добить её, произнёс: — Печально. Кажется, известность не даёт вам ума, не так ли, мисс Поттер? Моё внутреннее эго торжествовало. Но тут Лора, осмелев, ответила: — Ну, как бы… Гермиона лучше знает. Спросите лучше её. Злость переполняла меня. Мне так хотелось схватить её за шкирку и стереть улыбку с этого лица! Но вместо этого мои ноги сами понесли меня к ней. Я даже не понял, что произошло: будто что‑то глубоко внутри взяло надо мной контроль. Я взял стул, сел напротив неё и заговорил: — К вашему сведению, мисс Поттер, из корня асфоделя и настойки полыни приготавливают усыпляющее зелье, поэтому его называют напитком смерти. Безоар — это камень, который извлекают из желудка козы; он является противоядием от большинства ядов. А волчья отрава и клобук монаха — это одно и то же растение, известное под названием волчий аконит. Мне одному интересно, почему никто не записывает это в тетрадь? — закончил я злым голосом, хотя на самом деле не хотел этого говорить — будто кто‑то заставил меня.

Шли годы. Лоре исполнилось 17 лет. Все эти годы я издевался над ней: снижал оценки, оставлял на отработки без причины — просто чтобы внутренне посмеяться над ней. Но в последнее время я стал замечать, что проявляю к ней всё более тёплое отношение. Может, я влюбился в дочь своей любви всей жизни — Лили? Или уже не любви? Потому что те чувства, что я испытывал к Лили, больше не согревали меня — теперь всё это было направлено на Лору Поттер. Но как я мог влюбиться в неё? Во‑первых, я намного старше: мне 37, ей — 17. Разница огромная. Во‑вторых, она моя ученица. В‑третьих, она мне почти в дочери годится. «Ох, что же с тобой происходит, Северус?» — спрашивал я себя.

Я заметил, что Лора стала ближе общаться с Драко Малфоем. Даже на Святочном балу он танцевал с ней. Как я тогда сгорал от ревности! Почему не я стою рядом с ней, а он? В тот момент я резко прижал её к стене. Еле сдерживался, чтобы не поцеловать её. В конце концов отпустил.

Потом она без моего ведома пошла гулять с подругами по Дремучему лесу. Я очень беспокоился — её не было в комнате. Когда я нашёл их, мне так хотелось обнять Лору и сказать, как сильно я волновался. Но я сдержал порыв, просто проводил их в школу и объявил, что завтра они пойдут к директору. Они разошлись по комнатам, и я тоже отправился к себе.

На следующий день они пришли в кабинет директора — я уже был там. Я хотел, чтобы наказание для Лоры не было слишком жёстким, но и не хотел проявлять к ней излишнее снисхождение. Поэтому предложил исключить их из школы — зная, что Дамблдор на это не пойдёт. Так и случилось: он не исключил их, а назначил отработки у меня на две недели. На самом деле я был рад: теперь я смогу видеть её каждый вечер. Чтобы не выдать себя, я немного поворчал.

Все уроки прошли. Лора с подругами пришли ко мне на отработку. Я показал, какие котлы нужно мыть, и краем глаза наблюдал за ней. Подруги Лоры закончили работу, а ей оставалось домыть последний котёл. Они хотели помочь, но я отправил их по комнатам. Когда они ушли, я всё чаще ловил себя на том, что смотрю на Лору. Мне так хотелось подойти и обнять её… Внутренний голос шептал: «Иди, не сдерживай себя». Будто загипнотизированный, я подошёл к ней и обнял. Хотел оставить поцелуй на её шее. Но Лора резко повернулась, похлопала ресницами и спросила: — Профессор, что вы делаете? Меня словно ошпарило. Я тут же отпустил её и произнёс: — Вы можете идти к себе в комнату. Оставшись один, я мысленно ругал себя: «Что же я наделал? Вдруг она меня ненавидит — ведь я столько боли ей принёс? А вдруг она тоже меня любит?.. Я дождусь, когда она в меня влюбится».

Два урока прошли, и наступил урок с классом Лоры. Почти все уже пришли. Я заметил позади остальных Лору и Драко — они о чём‑то разговаривали. Во мне снова вспыхнула ревность, но я не подал вида. Я услышал, как Драко предлагает Лоре сесть с ним. В этот раз я едва не сорвался с места, чтобы закричать, но сдержался. Прозвенел звонок. Вздохнув, я начал урок. Окинул взглядом класс и остановился на парте Драко и Лоры. На Драко я посмотрел со злостью, но тут же перевёл взгляд на Лору — и моё лицо смягчилось. В голову закрались мысли — немного пошлые. Кое‑как я оторвал взгляд от её красивого лица, особенно от глаз — ярко‑зелёных, в которых я тонул. Повернувшись к классу, я наконец начал урок: — Сегодня мы будем говорить об Амортенции. На этом занятии — теория, на следующем — практика. Я с нетерпением ждал практического урока: очень хотел узнать, какой запах Амортенции будет у Лоры. Урок подошёл к концу. Ученики собрали вещи и вышли. Прежде чем Лора покинула класс, я окликнул её: — Мисс Поттер, сегодня вы можете не приходить на отработку. На самом деле я боялся, что вчерашнее повторится. Я хотел, чтобы она сама этого захотела. «Я буду ждать, Лора Поттер, — думал я. — Ждать, пока ты меня полюбишь».