Карты, Судьбы и Иллюзии

      Следующий день тянулся медленно, как жевательная резинка, прилипшая к подошве. Я не могла сосредоточиться ни на чём. Перебирала карты — трюки не получались, пальцы дрожали. Пыталась играть на скрипке — смычок скользил по струнам, извлекая фальшивые ноты. Полученная карта лежала на столике у кровати и, казалось, смотрела на меня. К восьми вечера я уже была одета — те же синие джинсы, то же пальто, под которым простая чёрная водолазка. Я провела расчёской по светлым волосам, падающим на плечи, и посмотрела в маленькое зеркало над раковиной. Из отражения на меня смотрела девушка с решительным взглядом зелёных глаз и с лёгкой тенью страха, которую я старалась не замечать. — Ты не обязана туда идти, — сказала я своему отражению. — Это может быть опасно. Но я уже выходила за дверь. Станция метро на 14-й улице была переполнена в этот час. Люди спешили домой, растворяясь в подземных коридорах, как призраки в подземном царстве. Я стояла у входа, сжимая в руке карту, и ждала. 8:46. 8:47. 8:48. Ничего не происходило. Только я хотела развернуться, как открылась дверь, за которой находилась полная тьма. Отец всегда говорил, что у меня нет чувства самосохранения. Может быть. Но зато у меня было чувство предназначения, и сейчас оно звенело в висках, как натянутая струна. Поэтому я достала из кармана телефон, включила фонарик и решила сделать первый шаг. Я выдохнула и начала идти, но всё так же неуверенно. Зайдя внутрь, я осмотрелась, но, пройдя дальше, совсем не заметила столик и ударилась об него. На столике стояла небольшая шкатулка. Дотронувшись до её серединки, я случайно нажала на кнопку, и из шкатулки вылетели карты. — Не ожидал, что ты всё-таки придёшь? — обернувшись на голос, я увидела его — Дилана Шрайка, бывшего агента ФБР, который был связан со Всадниками. Сейчас он был невысоким, с широкими плечами и усталым лицом человека, который, казалось, слишком мало спал. Тёмные волосы с проседью, проницательные глаза, внимательно изучающие меня. На нём был синий пиджак, из-под которого выглядывал воротник рубашки. — Почему? — спросила я. — Ну, ты так сомневалась, всё время смотрела на карту, хотела её выкинуть, но всё-таки пришла. — Вы следили за мной? — Немного. Но это всё для того, чтобы предложить тебе кое-что. И это намного больше, чем ты можешь заработать за вечер на улице. — Звучит как заманчивое предложение вступить в секту. Нет, спасибо. — Не в секту, — покачал головой Дилан. — В команду. «Всадников». Слышала о них? — А кто-то не слышал, — усмехнулась я, хотя внутри всё сжалось. — Тогда мне не зачем тратить время на рассказы. Ну что ты согласна? Я не двинулась с места, готовая в любой момент раствориться в толпе. Я научилась быть осторожной за эти полгода. Но, раздумывая о том, что если я заработаю больше, мне не придётся думать о том, чем платить за квартиру… — Я согласна. — Тогда иди домой, собери самые важные вещи. Через полчаса я приеду за тобой. Я развернулась и быстрым шагом направилась домой. Дома я стала собирать чемодан. Он был небольшой, да и вещей особо немного. А после я стала ждать. И ждать долго не пришлось. Казалось, Дилан и сейчас следил за мной. Как только я закончила со сборами, в дверь постучали, и там стоял он. Мужчина взял мой чемодан, и мы сели в машину. — Дилан, а почему именно я? — спросила я самый главный вопрос, который меня больше всего тревожил. — Мы ищем новых людей. Талантливых. Нестандартно мыслящих. Таких, как ты. — То есть вы смотрели мои выступления? — удивилась я. — Я наблюдал за тобой три дня. — Дилан говорил без тени смущения. — Твой рифл — один из лучших, что я видел. А фальш-сдача? Этому нельзя научиться, это либо есть от природы, либо нет. У тебя есть. Я не знала, что сказать. Часть меня кричала, что это ловушка, что нужно бежать. Но другая часть — та, что каждую ночь мечтала о сцене, об аплодисментах, о признании, — шептала: «А что, если это правда? Что, если это мой шанс?» — И что, вы просто приведёте меня к ним? И они скажут: «О, какая прелестная девочка с картами, давайте возьмём её в команду»? Дилан усмехнулся, и в его усталых глазах мелькнуло что-то похожее на иронию. — Не совсем. Сначала тебе нужно пройти проверку. Это не клуб по интересам, Морри. Это серьёзная работа. Иногда опасная. Но если ты справишься… — он сделал паузу, — твоя жизнь изменится. — Что за проверка? — спросила я, удивляя саму себя. — На самом деле это не совсем проверка. Это будут жёсткие тренировки, и нужно убедиться, выдержишь ли ты. Я смотрела в окно. — Почему? То есть зачем вам я? — я повернулась к нему. Дилан на секунду задумался. — Потому что я видел много иллюзионистов. Людей, которые просто делают трюки. Но есть те, для кого магия — это не набор приёмов, а способ видеть мир. Таких — единицы. Ты — одна из них. А ещё… — он бросил на меня быстрый взгляд, — у нас скоро будет операция. Нужен новый человек. Свежий взгляд. И навыки, которых нет у остальных. — Какая операция? — Потом. Сначала — знакомство. Мы остановились перед неприметным зданием, которое больше напоминало склад, чем что-то другое. Дилан нажал на домофон, ввёл код, и тяжёлая металлическая дверь со щелчком открылась. Внутри было… неожиданно. Промышленное помещение оказалось превращено в нечто среднее между театральной мастерской и научной лабораторией. Огромные зеркала во всю стену, стеллажи с реквизитом, тренажёры для отработки ловкости рук, несколько манекенов в странных костюмах. В воздухе пахло деревом, краской и чем-то электрическим. — Дилан! — раздался громкий голос, и из-за ширмы вышла девушка с тёмными волосами. — А это, значит, та самая Морри? — Так давайте сядем за стол, и я представлю Морри всем и расскажу о миссии. Зал был круглым, с высоким купольным потолком, расписанным звёздным небом. В центре стоял стол — не круглый, но и не прямоугольный, какой-то причудливой формы. А вокруг стола уже сидели четверо. Я почувствовала, как мои ладони мгновенно вспотели. — Команда, — Дилан встал в изголовье стола, — это Морри. Новичок. Я пригласил её присоединиться к нам. Четверо повернулись ко мне. Я узнала их всех. Дэниел Атлас сидел слева. Именно он был лицом «Четвёрки» — харизматичный, дерзкий, с вечной полуулыбкой на губах и взглядом человека, который привык быть самым умным в комнате. Его кудри были взлохмачены, будто он только что встал, но одежда — чёрная рубашка, идеально сидящие брюки — выдавала человека, который следит за каждой деталью своего образа. Он рассматривал меня с ленивым любопытством, и в его взгляде уже читалась насмешка. — Это и есть твоя протеже, Дилан? — спросил Дэниел, беря со стола яблоко и откусывая хрустящий кусок. — Она похожа на студентку, которая сбежала с лекции по философии. Сколько же лет ты практикуешь? Две недели? Месяц? Я сжала челюсти. — Достаточно, чтобы показать тебе пару трюков, которые ты не сможешь повторить, — ответила я ровным голосом. Тишина повисла в зале. Лула, сидевшая рядом с Дэниелом, хихикнула. Джек, сидевший напротив, удивлённо поднял бровь. Меррит, самый старший, просто усмехнулся. Дэниел медленно сел прямо. Его глаза сузились. — Ого, — сказал он с лёгкой угрозой в голосе. — У нашей уличной фокусницы есть зубки. Мило. — Дети, — вмешался Дилан, но в его голосе слышалась усмешка. — Познакомьтесь нормально. Лула первой встала и подошла ко мне. И сейчас она выглядела намного выше, чем мне показалось: волосы собраны в небрежный пучок, огромные карие глаза, в которых горел огонь. Её улыбка была искренней и тёплой. — Лула Мэй, — она протянула руку. — Не обращай внимания на Атласа. У него комплекс бога, потому что в детстве ему видимо не хватало внимания. — Я всё слышу, — лениво бросил Дэниел. — Я и хотела, чтобы ты слышал, — парировала Лула, не оборачиваясь. Я пожала её руку. Пальцы Лулы были тёплыми и сильными, с идеально ухоженными ногтями. — Джек, — следующий подошёл молодой парень. — Джек Уайлд. Добро пожаловать в сумасшедший дом. Я сразу почувствовала себя спокойнее. — Меррит, — последним поднялся высокий мужчина с седыми волосами и длинным лицом. Он не протянул руки, а просто кивнул, но в его взгляде было что-то изучающее, сканирующее. — Я слышал о тебе. — Откуда? — удивилась я. — Я много слышу, — загадочно ответил Меррит и улыбнулся. Дэниел остался сидеть. — А я, значит, представляться не буду, раз ты и так меня знаешь, — сказал он, и в его голосе снова проскользнула насмешка. — И раз уж ты такая талантливая, может, покажешь что-нибудь? Чтобы мы оценили, кого Дилан притащил. — Дэниел, — предостерегающе сказал Дилан. — Что? — Дэниел развёл руками. — Мы же команда. Мы должны знать, с кем работаем. Или ты хочешь, чтобы мы приняли её с распростёртыми объятиями только потому, что она мило жонглирует картами на улице? Я почувствовала, как внутри закипает злость. Я не была трусихой — четыре месяца на улицах Нью-Йорка научили меня отвечать на вызовы. — А ты выглядишь именно так, как я и думала, — парировала я, вскинув подбородок. — Как фокусник с днём рождения за 500 баксов, который слишком много о себе воображает. И если ты хочешь фокус от меня, — сказала я спокойно, — то я тебе его покажу. Тишина в комнате стала абсолютной. Джек поперхнулся воздухом, а Дилан устало прикрыл глаза. Дэниел медленно перевёл взгляд с яблока на моё лицо. Уголок его рта дёрнулся, но не в улыбке, а в предвкушении. — Ого. У неё есть язычок. Интересно, что ещё у неё есть, кроме стёртых джинсов и карт, которые она тасует, словно мешает салат? — Достаточно, чтобы оставить тебя без челюсти, когда я покажу тебе трюк, о котором ты даже не слышал. Я сняла пальто, бросила его на соседний стул и встала так, чтобы все видели мои руки. Пустые руки. Карты ещё были в кармане, но я вытащила их так быстро, что даже Лула, стоявшая рядом, не заметила движения. — Выбери карту, — сказала я Дэниелу, протягивая колоду. Дэниел усмехнулся, взял колоду, вытащил карту — пиковый туз — и, не глядя, сунул её обратно в середину. — Хороший выбор, — сказала я. — А теперь смотри. Я начала тасовать. Но не так, как тасуют обычно. Карты летали между моими пальцами, перетекали из одной руки в другую, складывались в веера и каскады. Я делала это быстро, почти агрессивно, как будто хотела показать, что карты подчиняются мне полностью. Потом я остановилась, развернула колоду веером и показала Дэниелу. — Твоя карта, — сказала я. Дэниел посмотрел на веер. Туз был на месте, в середине колоды, окружённый другими картами. — Ничего особенного, — сказал он. — Любой может… Он не договорил. Я щёлкнула пальцами, и все карты, кроме туза, исчезли. Пиковый туз остался висеть в воздухе, а потом плавно опустился мне в ладонь. — Это было… — начал Джек. — Подожди, — остановила его я. Я повернулась к Дэниелу, держа туз между указательным и средним пальцами. — Ты сказал, что любой может. Но любой ли может сделать это? Я провела рукой над колодой, и карты вернулись на место — все пятьдесят две, включая туз. В зале повисла тишина. Лула первой захлопала в ладоши. — Это было офигенно! — воскликнула она. Джек свистнул. Меррит кивнул с одобрением. Дэниел сидел, глядя на меня с выражением, которое я не могла прочитать. В его глазах мелькнуло что-то. Раздражение? — Неплохо, — сказал он наконец, и в его голосе всё ещё была насмешка. — Для уличной фокусницы. — Я восприму это как комплимент, — ответила я, убирая колоду в карман. — Дети, — снова вмешался Дилан, но на этот раз в его голосе была довольная усмешка. — Позже вы можете меряться… талантами. А сейчас — собрание. Мы все успокоились после моего маленького представления и стали слушать. Дилан долго не мог начать, но всё же, выдохнув, заговорил: — Скоро нам предстоит очень сложное задание по разоблачению ещё одного отмывателя денег. Я не буду пока вам рассказывать все подробности. Я расскажу вам всё через три дня, когда Морри освоится и полностью покажет свои навыки. И тогда я расскажу, с кем мы будем иметь дело. — Это не разумно — тратить дни на то, чтобы ждать, пока новая фанатка фокусов раскроет себя, — начал Дэниел, скрестив руки, за что получил злобный взгляд. — А что, мне кажется, я озвучил мысли всех здесь сидящих. — Я не хочу сейчас ни с кем ругаться, так что делайте, как я сказал, — Дилан собирался уйти, но остановился. — И кстати, Лула, покажи Морри её комнату. Дилан ушёл, оставив нас одних. Я не решалась встать, но всё же, решившись, поднялась вместе с Атласом, и мы стояли друг против друга. — Детка, если ты думаешь, что знаешь магию по фокусам в переулках… — Я не твоя детка, — отрезала я. — И если ты такой мастер, докажи. Или твой острый язык — единственный трюк, который у тебя получается? — Ты убежишь отсюда, не успев ещё даже вещи распаковать. А насчёт фокуса — поищи в интернете, я там везде, — после чего он ушёл. А я стояла как вкопанная, думая, что не так представляла знакомство. — Ставлю двадцать баксов, что они переспят через месяц, — прошептала Лула. — Принимаю, — шепнул Джек. — Две недели, не больше. Или убьют друг друга. — Ладно, ребятки, если никто не хочет показать Морри её комнату, то это сделаю я, — встал Меррит и взял мой чемодан. Мы вышли из круглого зала и двинулись по лестнице. Меррит шагал неторопливо, и мне удавалось рассмотреть дом. — Не обращай внимания на Атласа, — сказал он, не оборачиваясь. — Он проверяет новичков на прочность. Так что ты молодец. Пройдя несколько комнат, мы остановились. — Вот твоя комната. Внутри оказалось маленькое, но уютное помещение: небольшая кровать с серым покрывалом, письменный стол, настольная лампа, шкаф и большое зеркало во весь рост. — Здесь живут все, — пояснил Меррит, ставя чемодан у кровати. — Ванная общая, в конце коридора. Кухня на первом этаже. Если понадобится что-то — стучи в любую дверь, кроме комнаты Атласа. Шучу. Хотя лучше сначала стучи ко мне. Мужчина вышел и тихо притворил дверь. А я осталась одна. Села на кровать, обвела взглядом комнату. И затем упала на нее и заснула.