Ранние родители

Наступила та самая пятница. Райан, чьи глаза горели азартом похлеще, чем у Тобота в режиме ускорения, уже с самого утра вертелся вокруг Дилана. Тот, всё ещё непривычно ощущая прохладу майского ветерка на своих идеально гладких ногах, пытался спокойно допить кофе. — Дилан, милый, ты же знаешь, какой сегодня день? — Райан подошёл со спины и ласково положил руки на плечи Квона. Дилан напрягся. Этот тон не предвещал ничего хорошего для его психики или кошелька. — Пятница. Обычная пятница, Райан. — Не-а, — пропел Райан, протягивая руку ладонью вверх. — Сегодня Чёрная пятница. И мне... то есть нам с Ханом... срочно нужны кое-какие вещи. Дай карточку. Ну пожалуйста! Ты же у нас «отец», ты должен обеспечивать семью! Дилан тяжело вздохнул, понимая, что спорить бесполезно — Райан всё равно вынесет мозг. Он нехотя достал из кармана пластиковую карту и вложил её в ладонь Райана. — Только без фанатизма. Там бюджет на месяц, понял? — Обижаешь! — Райан чмокнул карту, подмигнул Дилану и вылетел из дома быстрее, чем успел бы трансформироваться X. Дилан остался на кухне в тишине. Прошло ровно десять минут. Он только потянулся за вторым печеньем, как его телефон на столе коротко вибрировал. Уведомление: Списание ₩150,000. Магазин профессиональной косметики. Дилан поперхнулся. — Сто пятьдесят тысяч вон? Он что, решил скупить все маски с улитками в Сеуле? — пробормотал он, вытирая губы. Не успел он положить телефон, как тот снова ожил. Уведомление: Списание ₩280,000. Бутик брендовой одежды. — Твою мать... — Дилан вскочил со стула. — Какие бренды?! Мы дома сидим с ветрянкой и спинами! Телефон начал вибрировать не переставая, превращаясь в маленький отбойный молоток на столе. Сообщения сыпались одно за другим, заставляя экран вспыхивать белым светом. Уведомление: Списание ₩95,000. Магазин товаров для дома (Ароматические свечи). Уведомление: Списание ₩120,000. Магазин обуви. Уведомление: Списание ₩60,000. Кондитерская (Набор премиальных макарун). — Да он там что, с ума сошёл?! — заорал Дилан на пустую кухню, хватаясь за голову. — Райан! Остановись! Телефон выдал длинную серию вибраций, от которой Дилан едва не выронил его из рук. Каждое «дзынь» отдавалось болью в его сердце. Уведомление: Списание ₩450,000. Салон электроники (Новый фен с ионизацией). Уведомление: Списание ₩210,000. Магазин детских игрушек (Хан ведь тоже хочет подарки). Дилан смотрел на экран, где цифры с шестью нулями мелькали перед глазами. Его баланс таял на глазах, превращаясь в пыль, пахнущую французским парфюмом и корейской косметикой. — Всё, это край, — прорычал Дилан, натягивая куртку. — Я иду его ловить, пока он не купил нам личный самолёт! В этот момент телефон выдал финальное, самое громкое уведомление. Уведомление: Списание ₩350,000. Магазин спортивных товаров. Дилан замер в дверях, глядя на экран. Через секунду пришло сообщение от Райана: «Милый, купил тебе классные тайтсы для бега! Чтобы твои новые лысые ножки не мерзли на ветру. Люблю тебя! Скоро буду с пакетами!» Дилан медленно опустился на пол в прихожей, прислонившись спиной к двери. Он посмотрел на свои гладкие голени, потом на пустой баланс в приложении банка. — Я его убью, — прошептал он, закрывая лицо руками. — Сначала я его побрею налысо, а потом убью. ₩2,000,000 за один час... Райан Чар, ты официально самая дорогая "мамочка" в Южной Корее! За окном светило яркое майское солнце, а в торговом центре где-то на другом конце города счастливый Райан, обвешанный пакетами, уже присматривал себе новую сумочку, напевая под нос мелодию из любимой дорамы. Чёрная пятница только начиналась. Дилан сидел на полу, в оцепенении глядя на экран телефона, когда в мозгу вдруг вспыхнула страшная мысль. Он медленно поднял голову, и его глаза расширились от ужаса. — Золотая карта... — прошептал он пересохшими губами. — Я же дал ему дополнительную золотую карту с безлимитным овердрафтом... В ту же секунду смартфон в его руке превратился в вибрирующее чудовище. Райан зашел в огромный гипермаркет мебели и товаров для дома. Уведомление: Списание ₩500,000. Отдел декора. Уведомление: Списание ₩850,000. Комплект постельного белья из египетского хлопка. Уведомление: Списание ₩1,200,000. Дизайнерский стеллаж для роботов. Сообщения посыпались с такой скоростью, что Дилан не успевал даже свайпать их вверх. Экран превратился в сплошную белую полосу из уведомлений. Смартфон начал ощутимо нагреваться в ладони, а звук входящих СМС слился в одну непрерывную, издевательскую трель. — Хватит... остановись... — Дилан листал ленту списаний, но та уходила в бесконечность. — Нам не нужен новый ковер! У нас уже есть ковер! Райан, зачем нам три торшера?! Но настоящий финал наступил через пятнадцать минут. Телефон издал короткий, торжественный «дзынь», который прозвучал для Дилана как похоронный звон. Уведомление: Списание ₩15,000,000. Бутик меховых изделий. Под уведомлением высветилось короткое сообщение от Райана: «Милый, я увидел ЕЁ. Натуральная шуба из эко-меха лимитированной коллекции! Теперь я буду самой шикарной мамочкой в этом районе. Не злись, это была последняя покупка, клянусь! Целую!» Дилан молча посмотрел на цифру с шестью нулями. Пятнадцать миллионов вон. За одну шубу. Мир вокруг него потемнел. Он медленно, словно во сне, поднялся с пола, дошел до шкафа и достал оттуда тяжелый, массивный плед темно-серого, почти угольного цвета — точь-в-точь как траурный окрас его теперь уже «мертвой» золотой карточки. Дилан забрался на диван, лег на бок и закутался в плед с головой, превратившись в неподвижный серый кокон. — Всё... — донеслось из-под одеяла глухое бормотание. — Я банкрот. Мы будем жить в картонной коробке, но зато Райан будет в шубе... Хан, если ты меня слышишь, начинай привыкать к диете из лапши быстрого приготовления на ближайшие пять лет. В этот момент на кухню зашел Хан, жуя яблоко. Он посмотрел на дрожащий серый кокон на диване, потом на телефон Дилана, который всё еще изредка вибрировал от мелких трат на такси (видимо, чтобы довезти все пакеты). — Пап, ты чего? — спросил Хан, толкая кокон пальцем. — Не трогай меня, — отозвался «кокон» прерывающимся голосом. — Я в трауре по своему финансовому благополучию. Твоя мать только что купила себе шубу по цене небольшого автомобиля. Оставь меня здесь умирать. Майское солнце продолжало светить в окно, птицы пели, а в торговом центре счастливый Райан Чар уже садился в грузовое такси, забитое коробками, чувствуя себя абсолютно защищенным от всех жизненных невзгод в своей новой, невероятно дорогой шубе. Спустя пару часов входная дверь распахнулась с таким грохотом, будто в дом пытался зайти не один подросток, а целый батальон. Райан ввалился в прихожую, едва видимый за горой разноцветных пакетов, коробок и огромным чехлом, в котором явно покоилась та самая злополучная шуба. Кокон на диване даже не шелохнулся. Дилан лишь плотнее прижал плед к ушам, надеясь, что если он не будет смотреть на масштаб катастрофы, то она исчезнет. — Ох, боже, я так устал! — Райан с облегчением сбросил пакеты на пол, и звук бьющихся друг о друга баночек с косметикой прозвучал для Дилана как выстрел. — Дил, ты спишь, что ли? Вставай, я тебе подарок принёс! — Уходи, чудовище в мехах... — донеслось глухое ворчание из-под пледа. — Я не хочу видеть ни тебя, ни твои покупки, ни мою пустую жизнь. Райан хмыкнул, подошёл к дивану и бесцеремонно стянул край пледа с лица Дилана. Тот выглядел так, будто провёл в этом коконе не полчаса, а несколько лет — глаза были полны скорби по потерянным миллионам. — Хватит драматизировать, — Райан выудил из кармана золотую карточку и небрежно бросил её на грудь Дилану. — На, подавись своей пластикой. И вообще, загляни в телефон. — Зачем? Чтобы увидеть уведомление о моей кончине? — простонал Дилан, но телефон всё-таки взял. Он открыл приложение банка, ожидая увидеть там ноль или огромный минус, но внезапно замер. Его глаза округлились, а брови взлетели вверх. Уведомление: Зачисление средств ₩18,500,000. Платёж за разработку и лицензирование игрового контента. Дилан несколько раз моргнул, не веря своим глазам. Сумма пришла буквально десять минут назад. — Это что... — он сел на диване, всё ещё обмотанный пледом как плащом. — Зарплата с игры? Которую я помогал кодить три месяца назад? — Ага, — Райан самодовольно сложил руки на груди и победно улыбнулся. — Мне как раз пришло уведомление на общую почту, пока я стоял в очереди за той шикарной шубой. Так что на, считай, что большая часть денег вернулась обратно. Даже с процентами. Дилан перевёл взгляд с экрана телефона на сияющего Райана, потом на гору пакетов и, наконец, на золотую карточку. Его сердце, которое уже было готово остановиться от финансового шока, снова забилось в нормальном ритме. — То есть... — Дилан медленно вылез из-под пледа. — Я не банкрот? — Ты — успешный отец семейства с очень красивой и модно одетой «мамочкой», — Райан подошёл ближе и легонько щёлкнул его по носу. — Так что хватит лежать в трауре. Пошли разбирать пакеты! Я купил Хану новый конструктор, а тебе — те самые беговые тайтсы, про которые говорил. Дилан вздохнул, чувствуя, как напряжение уходит, а на смену ему приходит привычное, хоть и немного ворчливое спокойствие. — Райан, ты невозможен, — Дилан встал, наконец сбросив «траурный» плед. — Но если ты ещё раз купишь что-то дороже десяти миллионов без предупреждения, я заблокирую карту и спрячу её в Тоботе X. Понял? — Понял-понял, — Райан уже вовсю шуршал пакетами, доставая оттуда коробки. — Кстати, смотри, какая шуба! Ну скажи же, что я в ней выгляжу на все сто миллионов? Дилан посмотрел на Райана, который уже накинул на себя пушистый мех и крутился перед зеркалом, и только махнул рукой. День был сумасшедшим, кошелёк едва выжил, но, глядя на счастливое лицо своей «семьи», он понял, что готов пережить ещё не одну Чёрную пятницу. — Выглядишь как дорогое недоразумение, — буркнул Дилан, но в уголках его губ всё-таки промелькнула улыбка. — Ладно, показывай свои тайтсы... Буду в них бегать, чтобы стресс снимать после твоих походов по магазинам.