Эффект Харуми

      Харуми       Дневной свет заливал просторную мужскую спальню, отделанную в нежный мятный цвет. Лучи скользили по идеально заправленной кровати, старому потрёпанному комоду и оружию, которое так не приметно висело на стене.       Я спряталась от пронзительного теплого света за скрипящей ширмой. Руки механически завязывали идеальный золотистый бант на талии, поправляя широкие ленты и разглаживая редкие складки на чёрном кимоно.       Яркий макияж с белилами и красными румянами полностью скрывал моё лицо, напоминая о рутинном макияже нефритовой принцессы. А тугая причёска на макушке ничуть не отличалась от той, что когда-то меня заставлял носить Хатчинс.       Правда тогда мне приходилось соблюдать кучу ограничений, касающихся внешнего вида. Вульгарность, пошлость и излишняя вычурность были недопустимыми ошибками для той, кто олицетворял собой целомудрие и девичью честь.       Но сейчас обстоятельства иные.       Без капли смущения и неловкости я нацепила на волосы самые дорогие золотистые шпильки, которые покачивались из стороны в сторону, стоило мне сделать шаг.       — Играй мелодию своими шагами, — слова одной из гувернанток неожиданно всплыли в памяти, вызывая на лице лёгкую улыбку.       Ты идеальная Юдзё, Харуми. Может даже потянешь на истинную Ойран.       Мою идиллию разрушили разговоры за стеной. С самого утра ребята не находили себе места, вея панику на всю округу. Их эмоциональность и излишняя нервозность сыграли бы мне на руку, будь я на противоположной стороне баррикад. Однако сейчас мы плывём в одной лодке и пришло время напомнить ниндзя, что они работают с профессионалом в сфере лжи и перевоплощений.       Я отворила дверь спальни Ллойда и тихими шагами зашла в гостиную, заставляя всех немедленно позакрывать рты и окинуть меня взглядом.       — И на что вы уставились? — с недовольством буркнула я, присаживаясь на пыльный синий диван.       Взглядом мне сразу же удалось найти Ллойда. Парень мерил комнату шагами, не желая поднять своих глаз ни на меня, ни на другого члена команды. Будто бы сейчас мысли Ллойда были где-то далеко, за гранью этой комнаты и даже реальности.       — Теперь вам ясно, почему я не согласна на это?! — ругалась Ния с нескрываемым раздражением в голосе, — Все эти реверансы, поклоны и игры в переодевания просто не для меня. Я воин, а не принцесса!       — Прошу заметить, что в квартале Драконов Любви нет принцесс. Самым высоким чином являются девушки-Ойран, которые…       — Ты понял, что я имела ввиду, Зейн! — нагло перебила его Ния, махнув рукой в мою сторону — Все они ведут себя в точности как Харуми. У меня нет шансов соперничать с такими, как она.       Сочту за комплимент. Наверное.       — Я правильно поняла, что ты только что сравнила проституток с преемницей императорской семьи? — саркастичная шутка вырвалась из моих уст, заставляя девушку неловко прикусить губу.       — Прости. Я…       — О нет. Всё в порядке. Отчасти ты даже права… У принцесс и Юдзё чаще всего один сценарий воспитания и схожие жизненные цели. И тем, и другим, всего лишь необходимо найти богатых мужей, чтобы наконец почувствовать мнимую свободу и сохранить личностную целостность.       — Хочешь сказать, что ты или Вания могли придерживаться подобных целей? — с нотками скептицизма спросил Коул.       Он всегда ставил любой факт или мнение под сомнение. И это частенько мне импонировало.       — Конечно же нет, — отвращение к подобной идее просто зашкаливало, — По мнению учителей, я была неисправимой глупой простолюдинкой, которую никто никогда не возьмёт в жёны.       — Что ж, они явно недооценили твой потенциал — с иронией ответил Кай, закатив глаза, — Если сам Лорд Гармадон нашёл себе вторую половинку, то ты уж точно сможешь.       Спасибо за поддержку. Хотя я в ней как-то и не нуждалась. Замужество занимает последнее место в списке моих ближайших целей и приоритетов.       — Так значит это странная привычка выбирать себе в пару злодеев досталась Ллойду от матери? — спросил Джей, заставляя всех пропустить смешок, — Это многое объясняет.       — Эй, я вас слышу вообще-то, — недовольный голос Ллойда лишь раззадорил ребят, провоцируя тех на безудержный смех.       Я же замялась, не до конца понимая, в чём, собственно, заключалась причина всеобщего веселья.       Не нужно быть гением, чтобы понять, кого Джей имел в виду, называя злодеем. Однако почему возможная проекция будущего, где мы с Ллойдом будем существовать в женатой паре, так смешила ребят? Меня подобный расклад дел пугал и навеивал на тревожные мысли.       Быть чей-то Ян — значит отказаться от свободы, личностных интересов и полностью посвятить себя другому человеку. Ян должна быть идеальной подушкой для выброса эмоций, кроткой и скромной тенью Инь, а также его уютным домом, в который он может возвращаться, когда захочет.       Представляет ли кто-то меня в подобной роли? И думал ли об этом Ллойд в тот вечер на крыше многоэтажки? Неужели ему не терпится заковать меня в новые кандалы для потехи собственного эго и соблюдения традиций?       Я не хочу в это верить.       Ллойд, которого я знаю, никогда бы и не подумал о подобном. И вероятно, он также и не подумал бы о моей личной интерпретации клятвы Инь Ян. Как правило, у мужчин и женщин разное представление об этом духовном союзе…       — Так может стоит поговорить с ним об этом? — вмешалось внутреннее я, — Начни издалека, чтобы он не начал строить ложных надежд.       Возможно, я так и сделаю.       — А что на счёт Вании? — не унимался Коул, заставляя меня отбросить размышления в сторону, — Во время нашей первой встречи, она дала нам чётко понять, что больше всего в этой жизни желает попасть в настоящие приключения.       — Бойся своих желаний, как говорится, — устало вздохнула Ния.       — Я знала Вангелиса. И он был намного мягче моих приёмных родителей, — с завистливой улыбкой начала я, — Поэтому Вания росла в атмосфере вседозволенности, хотя определённые правила этикета она была вынуждена соблюдать.       — Вангелис был мягким отцом?! — изумился Коул, — Он отрёкся от Вании, когда та бросилась спасать меня и Мастера Ву.       — Поэтому я и пригласила его в Хрустальный Совет. Наш с ним договор оказался ему важнее собственной дочери, как бы ужасно это не звучало. Однако в детстве, я помнила Вангелиса как ласкового и доброго правителя. Не удивительно, что Шинтаро при таких условиях жил достаточно скудно и бедно.       — По-твоему доброта является причиной бедности? — спросил с привычной серьёзностью Зейн.       — Ну а как ещё ты объяснишь тот факт, что у меня или Ронина спрятано в кладовой около миллиона золотых монет? У хороших людей таких денег не водится, — ухмыльнулась я, обводя взглядом скромное жилище ниндзя, — В прочем Юдзё живут по тому же принципу.       — Откуда тебе столько известно об их обычаях? — встрял Джей, разряжая напряжённую атмосферу вокруг.       — Императорский дворец был заполнен ими. И я с детства видела, как они прислуживают моему приёмному отцу.       — Так значит, император пользовался услугами элитных проституток, отказавшись держать верность своей Ян? — тихо пробубнил себе под нос Кай, — Разве суть вашей династии не в том, чтобы соблюдать древнейшие традиции и служить образцом нравственности для народа?       — Как видишь, никто из нас не справился с этой задачей, — равнодушно ответила я, — Всё, что вы видели, было лишь игрой. Настоящей семьи никогда не было.       В гостиной повисла задумчивая тишина. Новость о том, что наша семья оказалась полной фальшивкой наверняка выбила почву из-под ног ниндзя. Однако Ллойд знал об этом. И когда все наконец соизволили замолчать, он вышел в центр комнаты и окинул команду строгим оценивающим взглядом.       — Нам надо решить, кто сможет отправится в квартал, пока след окончательно не простыл, — на одном выпалил Ллойд.       — Мы с Нией пас, — сразу же ответил Джей, ласково обхватывая ладонь своей девушки, — Если есть возможность, то мне бы не хотелось нарушать клятву ради миссии.       Очередной минус в колонку клятвы Инь Ян. И очередной плюс в колонку свободы без обязательств.       — Вот и хорошо. Оставим сопливых парочек дома, а сами отменно проведём время. Так ведь? — Коул дружески толкнул Кая в плечо, но не получил заветного одобрения.       — Я бы тоже предпочёл пропустить это задание, — смущённо пролепетал Кай, словно признавался в чём-то ужасно стыдном.       Благо, я уже знала, в чем дело.       — Что? Ты не заболел приятель? — удивлённо вскинув бровь спрашивал Коул.       — Нет, просто Скайлор попросила меня помочь ей с поставками. Я уже пообещал ей, — у него врать получается намного лучше, чем у Ллойда.       Не могу сдержать эту предательскую улыбку.       — Ну если вариантов больше нет, то остаёмся только мы с Коулом и Ллойд с Харуми, — Зейн что-то анализировал в своей голове, — Я объясню Пиксал в чём дело. Она поймёт.       — Славно. Но больше двух клиентов на одну Юдзё будет выглядеть слишком подозрительно, — ответила я, — Одному из вас стоит замаскироваться.       Без лишних слов Зейн перевоплотился в прекрасную Юдзё с идеальной укладкой и правильно подобранной одеждой. Меня слегка обижал тот факт, что ему хватило одной секунды для наведения «марафета». В то время, как мне потребовалось потратить на это около часа своей жизни.       — Я собрал несколько десятков фильмов и книг о работе Юдзё и Ойран, так что с лёгкостью смогу замаскироваться по одну из них, — изменённым голосом пролепетал Зейн, кокетливо раскрывая веер.       — Отлично. Значит мы с розочкой поможем Ллойду и Харуми прочесать квартал в поисках… А кого мы, собственно, ищем?       — Эту девушку, — я протянула Коулу фотографию улыбающейся Юдзё, держащей в правой руке зонтик от солнца, — Как только стемнеет, они выйдут на вечерние прогулки. Шанс встретить её в переходе довольно велик.       Я врала. Нагло и бесстыдно врала им прямо в глаза.       Эту девушку я не раз видела во дворце ещё совсем юной служанкой. Она выполняла поручения вполне одной конкретной Ойран, которой я знатно подпортила жизнь, убив самого богатого клиента за всю историю квартала.       Да, вы в курсе о ком, я говорю.       Но ниндзя не стоит знать об этом. Я открыла Ллойду достаточно правды, которая повергла того в шок. Более о моих связях с этими женщинами ему знать не нужно.       — Тебе и Коулу тоже стоит привести себя в порядок, — обратилась я к Ллойду, который вновь задумчиво расхаживал по комнате из стороны в сторону, — Чтобы не привлекать внимание, вам нужно слиться с местным контингентом.       Они не стали со мной спорить, а лишь нацепили на себя тот немногий пафос, который позволяла их скромность. А позволяла она им не много.       Старые потёртые пиджаки, выцветшие брюки и дешевые наполированные туфли выдавали в них обычных простаков, а не ценителей тонкого искусства соблазнения. Кажется, геройство не так хорошо оплачивается, иначе объяснить столь скудный вид я не могу.       Но делать было нечего. У них нет того склада с шелковыми кимоно и дорогими украшениями, как у меня. А даже если бы он и был, то они превратили бы его в очередную базу, когда их монастырь вновь сожгут, разбомбят или разрушат.       Чертовски предсказуемо.       Уже вечером, когда последние закатные лучи солнца скрылись за горизонтом, мы вчетвером стояли у входа в запретный квартал, кратко повторяя про себя план дальнейших действий.       Конечно, ребятам я выдала другой, совершенно размытый и простой план — ходить по улочкам квартала и искать нужное лицо с фотографии. У меня же не было времени заниматься подобными неэффективными глупостями.       Я чётко знала, зачем я здесь и кого, мне нужно найти в первую очередь.       — Здесь красиво, — с легким восторгом пролепетал Коул, оглядывая квартал нежно-розовых огней за моей спиной, — И почему днём я никогда не замечал этого места?       — Потому что он загорается подобным светом лишь по ночам. Днём это обычная деревня с кучей чайных и милых семейных кафе — хмыкнула я, ведя парней за собой.       И как бы равнодушно я не показывала себя со стороны, Квартал Драконов Любви всё же вызывал в моём сердце некое эстетическое наслаждение.       Усаженные вечноцветущей розовой вишней улицы походили на фотографию с дорогой открытки. А бумажные фонари в тон лишь усиливали этот сказочный эффект, погружая улицу в бесконечную романтическую идиллию.       Уже на входе слышался шум толпы и звук музыкальных инструментов, на которых профессионально музицировали девушки. Вместе с песней фонтанов и наигранным фальшивым смехом, квартал создавал свою особенную мелодию, затягивая прохожих внутрь, подобно самому соблазнительному фрукту.       Но днём карета превращается в тыкву, и ты осознаешь, что всё происходящее в этом месте — сплошная иллюзия. А все сладостные воспоминания — спектакль, где профессиональные актрисы позволили тебе почувствовать себя в главной роли.       Такое мерзкое и падшее место.       — Всё ещё не могу понять, как Пиксал разрешила тебе участвовать в нашей авантюре, — не унимался Коул, разглядывая женское кимоно друга.       — Мы с ней одно целое, — нежно ответил Зейн, кладя руку на своё энергетическое сердце, — А это значит, что мы оба безоговорочно доверяем друг другу. Да и если ты не забыл, то в прошлый раз, когда мы были здесь, никто кроме Джея и Кая не был заинтересован в услугах Юдзё.       — В прошлый раз? — я невольно покосилась на Ллойда, который вмиг стыдливо отвёл взгляд, — Я думала вы чтите всю эту чушь связанную с клятвой Инь и Ян.       Я невольно усмехнулась, понимая, что чистая невинная репутация Ллойда вот-вот разрушиться на моих глазах.       Не то, чтобы я сомневалась в этом.       — Так и есть. Но в юности мы были достаточно непоседливы и любопытны, — начал Зейн, сохраняя серьёзность в голосе.       — Да, а в особенности Кай, — ворчал Коул, оттягивая воротник своей рубашки, — Он привёл нас сюда, надеясь произвести впечатление, но на деле же ничего кроме скуки мы не испытали.       — Правда? — с легким удивлением спросила я, не веря своим ушам.       — Да, мы троем покинули квартал практически сразу, как только поняли, что к чему. В прочем это не помешало нам получить суровый выговор от Ву и часовую лекцию о том, как важна клятва Инь Ян.       Я вновь окинула Ллойда холодным взглядом, пытаясь понять, что он чувствует после сказанного. Но парень не отвечал мне взаимностью, скрывая своё лицо от меня.       Ему было стыдно, но я более не испытывала удовольствия от этого.       — Хватит на сегодня историй. Пора приниматься за работу, — Ллойд деловито взял меня под руку, — Мы с Харуми пойдём первыми. Вы зайдёте через несколько минут.       Резко потянув меня за собой, мы двинулись ко входу. Напряжение парня было таким сильным, что я могла ощутить его всем своим телом. Это настораживало и будоражило одновременно.       Неужели его вывела из себя та маленькая история из юности?       — Если ты будешь себя так вести, то нас мгновенно раскроют, — с мнимым равнодушием прошептала я, сахарно улыбаясь охранникам, — Не стоит стыдится своего прошлого, Ллойд. Да и твоя безупречная репутация в моих глазах была разрушена ещё в детстве, когда я узнала, что ты стал виновником освобождения серпентинов.       — Я не стыжусь. Мне просто не нравится эта история. Вот и всё, — его строгий тон и манера общения заставили двух охранников с подозрением покоситься на нас.       Нужно срочно что-то придумать, Харуми, иначе вас выставят как блохастых щенков!       — Прошу прощения, мой клиент переборщил с вином, — невинно пролепетала я, щипая Ллойда за руку.       Мужчины сначала нахмурили брови сильнее, но после быстрой переглядки их лица заметно смягчились и на губах заиграла понимающая, соблазнительная улыбка.       — Не удивительно. С такой красавицей трудно оставаться трезвым, — низким голосом пробубнил один из них, заставляя меня через силу улыбнуться.       Мерзость. Надо увести Ллойда подальше, пока он не вспомнил о вежливости, справедливости и прочей доброй ерунде, которая может сорвать нам план.       В этом мире его жизненные взгляды смешны и не логичны.       Мягко потянув парня за руку, мы двинулись внутрь по широким улочкам квартала, любуясь местными развлечениями и притягательной красотой цветущей вишни.       Множество пар прогуливались вдоль аллей, болтая без умолку о самых разных вещах. Кто-то смеялся с явной фальшью, кто-то соблазнительно шептался, а кто-то танцевал перед клиентами, попутно разливая вино и сакэ.       Это завораживающее мастерство гипнотизировало меня.       — Почему ты ничего не ответила тем двоим? — тихо спросил у меня Ллойд с явным возмущением и отторжением, — Ты рассказывала, как отрезала язык всем тем, кто смел не так посмотреть в твою сторону. Что изменилось сейчас?       О, а вот и его обострённое чувство справедливости и праведности.       — Я Юдзё. И никому не должно быть дела до моей чести. Тебе в том числе. Сосредоточься на задании, — отрывисто произнесла я, чувствуя неприятное покалывание в сердце.       Мне не хотелось так жестоко обращаться с Ллойдом, но если того требовала миссия, то я готова.       Мелкими легкими шагами мы двинулись вперёд и наконец свернули с главной улицы квартала в более тихие узкие переулки, наполненные Юдзё в ещё большей степени.        Я шла на полшага впереди, показывая всем, в том числе и себе, что ситуация находится полностью под моим контролем.       Статная осанка, легкая уверенная походка и идеальный наряд делали меня настоящей Ойран, которая, как ни в чём не бывало, вышла на прогулку со своим очередным богатеньким клиентом.       На губах заиграла лёгкая усмешка: в моменте подобная сюрреалистичная ситуация показалась мне до ужаса комичной. Я в костюме Юдзё играю вместе с Ллойдом проститутку и её клиента.       Что вообще не так с моей жизнью?       Обернувшись назад, я увидела, как парень совсем не разделяет радости от происходящего, что очень сильно выбивается из атмосферы общего праздника и привлекает излишние внимание.       Ллойд смотрел только вперёд, будто его шея затекла, и он не мог вертеть ей в разные стороны. Всё его тело было напряжено как струна, а в глазах читался страх, жалость и брезгливость, выдающие его наигранный пафос с головой.       — Ты уверена, что мы не ходим кругами? Все эти улочки выглядят одинаково? — неуверенно спросил он, краем глаза оглядывая красивых Юдзё, что сидели в ветринах чайных, как какой-то товар.       В прочем так оно и было.       — Перестань пялится на них, как ошалевший щенок, — я мягко подтолкнула его вперёд, дабы не вызывать подозрений у прохожих, — Ты мой состоятельный поклонник, а не зевака, заблудившийся в лабиринте ужасов.       — Легко тебе говорить, — тихо пробубнил Ллойд, по-прежнему пряча глаза в каменном узоре мостовой, — У тебя есть веер, чтобы спрятаться. А мне постоянно приходится держать лицо.       Я лишь мысленно закатила глаза, ухмыляясь наивности своего спутника. Ллойд всегда был слишком эмоциональным и чаще всего это приводило его к проигрышу.       Но сейчас мы в одной лодке, и я не позволю ему проиграть. Уж точно не со мной.       Тем временем мимо нас, хихикая, проплыла группа совсем юных, наверняка неопытных Юдзё, облачённых в ярко-розовые кимоно. Кто-то из них держал в руках декоративный зонтик, кто-то букет цветов, а кто-то замысловатый расписной веер.       Им вслед смотрели практически все мужчины квартала. Такие юные и неискушённые работницы были востребованы у местного контингента. Однако девушки делали вид, что не замечают этого.       Их равнодушие является главной приманкой для самых требовательных толстосумов.       В прочем, как оказалось, составить им конкуренцию сможет и вполне взрослая девушка. Как только эта сладко-пахнущая феерия прошла мимо нас, взгляды многих мужчин были направлены исключительно на меня. Словно я стала главной мишенью их интереса на несколько минут.       Некоторые Юдзё с недовольством и завистью окинули меня взглядом, закатывая глаза и цокая себе под нос.       Странно, но это ситуация меня так рассмешила, что я не смогла сдержаться от очередной маленькой колкости в адрес Ллойда. Может немного разрядив обстановку шуткой, он наконец перестанет так волноваться?       — И чего ты так нервничаешь? Неужели боишься, что этим милым дамам под силу затащить тебя в ближайшую чайную против воли? — прошептала я, указывая глазами на отдаляющуюся толпу юных красавиц.       — Я боюсь, что рано или поздно моя дорогая «Ойран» наживёт себе проблем подобным поведением, — его голос сквозил легким раздражением, однако лицо старалось выражать спокойствие, — А мне же в очередной раз придётся вытаскивать её из неприятностей.       Неприятностей? Он это всерьёз?       — С чего такие выводы? — с наигранным удивлением спросила я, подрагивая веером.       — Не поверю, что ты настолько слепа или глупа, чтобы не заметить всех этих страстных, желающих тебя взглядов, — я слышала неприкрытую обиду в его тоне, — А тебе как будто приятно от всего этого.       — Ревнуешь? — с колючей улыбкой спросила я, намерено пряча веер в рукав.       — Нет, прошу тебя не переигрывать и не забывать о нашей истинной цели, — строго произнёс он, подобно старику, который вздумал меня учить очередной мудрости.       О Ллойд, ты себя переоцениваешь.       — Можешь не притворяться, — забвенно улыбнулась, окидывая собеседника снисходительным взглядом, — Но всё же, я советую тебе не волноваться. Ты ведь заплатил за эксклюзивное внимание. По крайней мере, именно так гласит наша легенда.       Я вновь вырывалась чуть вперёд, оставляя ошеломлённого парня позади. Однако в этот раз Ллойд не пожелал мириться со своим положением и мгновенно нагнал меня, уже с любопытством оглядывая окрестности.       — Ты говорила, что принцессы практически ничем не отличаются от Юдзё. Как ты это поняла? — волнение в голосе Ллойда выдавало его истинную цель — покопаться в моём прошлом.       Я не любила, когда он этим занимался. Но от его настойчивости и упрямости не скрыться, поэтому я приняла решение сдаться.       — Довольно легко. Когда я была маленькой, меня и Юдзё обучали базовым правилам высшего этикета одни и те же учителя. Мы вместе ходили на занятия и вместе проводили свой досуг в пределах дворцовых стен.       — Вы были друзьями? — с надеждой спросил Ллойд, переплетая пальцы наших рук.       Я невольно зажмурилась, вспоминая, как однажды застукала двух таких «подруг» на выходе из спальни императора. Обе выглядели уставшими, потрёпанными, но до ужаса довольными. Будто только что сорвали куш и теперь планируют, куда его потратить.       При виде меня улыбки пропали с лиц девушек и их щеки залило розоватой краской. Они впали в ступор, пока по моему лицу катилась одинокая слеза предательства.       — Нет, — грубо отрезала я, сжимая руку Ллойда сильнее, чем требовалось, — Друзья не лгут тебе годами о своём истинном предназначении. Друзья не спят с тем, кого ты ненавидела всем сердцем.       — Они не сказали тебе о том, что они Юдзё? — он сочувствующие оглаживал костяшки пальцев, не забывая при этом понимающе улыбаться.       Ллойд, не смотря на свою веру в клятву Инь Ян не осуждал девушек, которые зарабатывали на иллюзии этой самой клятвы. Да, он испытывал отвращение и непонимание к подобной работе, но он не считал Юдзё отбросами общества и пошлым мусором.       Меня радовала его толерантность вопреки его принципиальному характеру. Хотя сама я не обладаю подобным умением.       — Да, я узнала об этом по факту, когда император развлекался с парочкой из них.       — И что было потом? — тихим голосом спросил Ллойд.       — Ничего. Нас расселили по разным крылам и более я никогда их не видела и не желала видеть.       — Руми, я…       Он замялся, не зная, что сказать. Но мне не требовались утешения. Я привыкла справляться со всем сама, так что предательство каких-то проституток мне уж точно удастся пережить.       — Давай не сейчас, Ллойд. Ты прав, нам нужно сосредоточится на общей цели, — я мягко осадила его, не желая продолжать столь болезненный разговор и он с понимание отступил, дав мне возможность вновь вырваться вперёд.       Мы шли в полном молчании: он оглядывал прохожих, ища лицо похожее на то, что смотрело на нас с фотографии, а я искала чайную, которая должна нас вывести на ту, кого ниндзя так отчаянно пытаются найти.       Со временем переулки становились всё темнее, и людей на улице появлялось всё меньше и меньше. Я наконец с облегчением выдохнула, позволяя себе чуть расслабиться. Однако непривычно тихий Ллойд заставлял меня периодически поглядывать назад. Что-то было не так.       — Можно ещё один вопрос? — спустя пару минут наконец спросил он, разрушая ощутимое напряжение.       — Да, конечно, — не раздумывая ответила я, ища знакомую вывеску.       — А ваш тренер по этикету… Он точно учил тебя вот так вот… вилять бедрами?       Слова доносились из его уст обрывисто и со смущёнными паузами, заставляя меня лишь устало вздохнуть.       — Это утива-кадзура. Полёт ириски, — без тени смущения ответила я, заставляя своего напарника потупить взгляд, — Особая соблазнительная походка. Здесь все так ходят, если ты не заметил.       — Хорошо, хорошо. Полёт ириски… Заметил. Очень красиво.       — Ты слишком мил для этого места, — устало усмехнулась я, любуясь розовым светом бумажных фонарей.       — Зато ты здесь, как в своей тарелке, — с напыщенной обидой прошептал он, — Я не понимаю, откуда в тебе столько уверенности?       — Я просто хорошо играю свою роль. Вот и всё.       — В таком случае, не хочешь поделиться своим сценарием? У меня складывается ощущение, что ты что-то скрыла от всех нас.       Я напряжённо вытянула шею и расправила плечи, придавая своей фигуре важный вид. Нервозный ком скопился в горле, а глаза вмиг устремились вдаль, игнорируя существование Ллойда под боком.       — Так значит я был прав? — с лёгкой полуулыбкой спросил он, — О Харуми, я бы удивился, если бы ты поступила иначе.       — Это не твоего ума дело, — строго прошипела я, стараясь сохранить спокойное дыхание.       Однако его проницательность раздражала куда сильнее, чем мои попытки обуздать собственный гнев.       — Теперь уже нет. Если ты и впутываешь нас в очередную авантюру, то я бы предпочёл знать, что меня ждёт.       Я заглянула в его глаза, которые не смотря на всю внешнюю строгость по-прежнему излучали ту самую искреннюю теплоту и заботу. Ллойд был слишком светлым и правильным для этого места, чего не скажешь обо мне.       Тем не менее я легко сломалась под его настойчивым взглядом и нежным поглаживанием костяшек пальцев. Это странное воздействие парня на моё эмоциональное состояние начинает слегка настораживать и пугать, однако я бы не хотела, чтобы оно исчезло.       — Ты прав, мой план намного эффективнее вашего, — съязвила я, пряча досаду от поражения в колкой шутке, — Пока вы, как идиоты, пытаетесь найти Юдзё с фотографии в лицах прохожих, я ищу вполне конкретную чайную, где может работать эта девушка.       — Откуда тебе знать, где она может работать? — скептично выгнув бровь, спросил Ллойд.       — Я не раз видела её лицо во дворце в окружении одной из старших Ойран. Тогда девчонка была обычной прислугой, но под наставлением своей учительницы смогла выбиться и стать настоящей Юдзё.       — Учительницы?       — Та старшая Ойран мечтала вырастить себе достойную замену и вкладывалась в девочку по полной, — с нотками безнадёжной грусти ответила я, — Как видишь ей это удалось и теперь она, вероятнее всего, служит её Чайному дому.       — Как ты узнала, если после их предательства вас расселили по разным крылам дворца? — с нескрываемым любопытством продолжал спрашивать Ллойд.       Ну раз ему так хочется узнать правды, то пусть он получит её всю без остатка.       — У Дворца Тайн было много ушей…       Я до сих пор помню ту холодную зимнюю ночь. Солнце скрылось за горизонтом слишком быстро, поэтому передвигаться по дворцу без фонарика и тёплых вещей было довольно затруднительно.       Я проснулась посреди ночи от сильного сквозняка, который пустили по всему дворцу в целях закаливания императорской семьи и её свиты. Укутавшись в тёплую накидку, я вновь попыталась уснуть, но сон всё не приходил, оставляя в сердце тревожное щемящее чувство.       Дабы успокоить нервы, я решила пробраться в библиотеку и поработать над своим планом по воскрешению Гармадона. Эта идея грела меня всю зиму, позволяя не терять рассудок от бесконечных разговоров о моей чести и будущем замужестве.       Однако, как только я выскользнула из комнаты, по коридору прокатился знакомый раздражающий слух смех. Я сразу поняла, что он принадлежал императрице. Но я и не могла догадываться, что её могло так рассмешить поздней ночью.       Движимая любопытством, я нырнула в тени холодных стен и приблизилась к источнику ночного шума — главный зал. Похоже, что императрица принимала кого-то важного, раз решила пожертвовать своим драгоценным сном.       Я припала к стене и через щель между петлями смогла разглядеть две женские фигуры. Одна из них, устало раскинулась на троне в ночном пеньюаре и шёлковом халате. А другая услужливо стояла напротив, внимая всё то, что говорила императрица.       — Рада, что ты нашла для меня время, Джун. Как ты знаешь, я вызвала тебя не просто так.       Меня перекосило при упоминании имени той, кого я когда-то принимала за старшую сестру.       Джун была одной из самых востребованных Юдзё. Она была настоящей Ойран и вполне гордилась этим статусом, раз оборвала со мной все связи после их переселения в южное крыло.       А ведь я до последнего надеялась, что она будет другой…       — Конечно. Я знаю, что вы хотите меня выслать, так как я уже слишком стара для работы, но всё же хочу, чтобы вы меня выслушали.       Я прикинула в голове цифры и поняла, что девушке только недавно исполнилось тридцать три. Время пролетело слишком быстро.       — О постой. Мы высылаем тебя не из-за возраста, — императрица сделала брезгливую паузу, недовольно морщась, — Нашей приёмной дочери Харуми в этом году исполняется шестнадцать. А это значит, что её замужество совсем не за горами. Мы не хотим, вы помешали нам правильно пристроить сиротку.       — Простите? Я не совсем понимаю, что вы имеете ввиду, — Джун опешила, невольно отшатнувшись от императрицы, — Харуми прекрасная принцесса. Её учебные показатели на высоте.       Я невольно сжалась от отвращения. Раньше её комплименты разжигали во мне приятный огонь уверенности и азарта, но сейчас я бы отдала всё, чтобы меня прекратили считать прекрасной, послушной и всем угодной принцессой.       Я мечтала, чтобы меня признали, как бойца, как правителя и как достойного власти человека.       — Да, но ты знаешь, она так молчалива, бледна и невзрачна, что мы с мужем боимся, что ты и твои яркие экстравагантные подруги быстро затмите её, — о я об этом и мечтала, «мама», — Поэтому мы просим вас временно выехать из дворца.       — Выехать?!       Я ужаснулась вместе с Джун, понимая, что приёмные родители решили всерьёз заняться моей личной жизнью, раз отсылают свои любимые игрушки из дома.       — Ну да. Пару годиков поживёте в квартале Драконов Любви, как обычные проститутки, — голос императрицы сквозил пренебрежением, — А потом, когда наконец пристроим Харуми, вам будет разрешено вернуться во дворец.       Помолвочный сезон, по родному календарю, начинался в Плач Лягушки. По общепринятому же, в мае, когда в саду расцветала унохана — цветок в свадебном венке.       Это значит, что времени на осуществление моего плана оставалось не так уж и много.       — И на что нам жить всё это время? — Джун выглядела довольно оскорблённой от подобного заявления и невозможности что-то с ним сделать.       — Мы обязуемся содержать вас и ваш чайный домик всё это время. А также вы по-прежнему будете обслуживать моего мужа и высшие чины по старой договорённости.       Так они продолжат своё дело, но не будут месить грязь во дворце? Очень предусмотрительно.       — Почему вы сообщаете это мне? Другие тоже достойны присутствовать на этом разговоре.       — О, милая, ты правда ещё не поняла? — императрица рассмеялась, ласково оглаживая щёки девушки, — Из всех, кто спит с моим мужем, ты больше всех похожа на меня. А если кому и можно доверять в этой жизни, так только себе.       — Ваше доверие — честь для меня, — Джун сделала лёгкий реверанс еле скрывая улыбку.       — Джун, не надо всех этих формальностей — строго осадила её женщина, — И придумай себе псевдоним. Я слышала, что в квартале мало тех, кто представляется своим именем.       — Псевдоним, — девушка задумчиво закусила губу, размышляя о словах собеседницы.       — Да, желательно такой, чтобы все сразу поняли, что перед ними стоит хозяйка борделя.       — Постойте… Вы хотите сделать меня хозяйкой чайного дома в квартале Драконов Любви?!       Ну надо же, какая радость.       — Не просто чайной, а самой спонсируемой чайной, — самодовольно ответила императрица, — Ты заслужила занять это место и теперь все королевские Юдзё полностью в твоём подчинении. Тебе всё ясно?       — Да, конечно, ваше величество, — Джун снова приклонилась, получая поцелуй в лоб от императрицы.       — Вот и славно. Пройдём обсудим детали и завтра на рассвете вы покинете дворец…       И, казалось бы, на этом моя история с императорскими Юдзё должна быть закончена. Однако, тем же ранним утром мне удалось в последний раз пересечься с Джун. Она не сказала ни слова, когда мы случайно столкнулись в одном из коридоров. Девушка лишь кротко поклонилась в ответ на мой реверанс и ушла прочь к тёмному тонированному автомобилю.       — Мадам Бланш, мы готовы ехать, — сообщил ей водитель, открывая дверь.       Я на мгновение увидела её холодный, суровый взгляд, которым она окидывала дворец-тюрьму. От вчерашнего восторга и показательной вежливости не осталось и следа.       — Едем, — решимость в голосе старой знакомой зашкаливала, делая её столь непохожей на ту, кого я запомнила в детстве.       В тот день Джун окончательно исчезла из моей жизни, оставляя за собой новый шлейф, уже ныне незнакомой Мадам Бланш.       — Мадам Бланш, — повторил Ллойд, словно пробуя имя незнакомки на вкус, — Джун звучит намного приятнее.       — Знаю, но подозреваю, что квартал уже давно стёр её настоящее имя, — болезненно отозвалась я, — Надеюсь, что и она стёрла все свои воспоминания обо мне и своём прошлом.       — Почему? Судя по твоему рассказу, Джун берегла тебя, — недоумевал Ллойд.       — А что на счёт меня? Я берегла её? — прошипела я, еле сдерживая слёзы, — Во время взрыва дворца несколько её девушек находились внутри. Я до сих пор не знаю, что с ними стало. Однако этого повода вполне достаточно, чтобы перечеркнуть всё хорошее, между нами, и заставить Джун окончательно возненавидеть меня.       Я сделала очередной вдох и дрожащими руками принялась поправлять одежду. Эта привычка всегда спасала меня в приступы неконтролируемой паники и стресса, помогая справится с проблемой без посторонней помощи. Однако я забыла, что сегодня я была не одна.       — Харуми, — Ллойд взял меня за руки, заглядывая прямо в глаза, — Я не хочу тебе врать, но вероятно они будут злы на тебя за прошлое. Но я не зол.       — Правда? Ты всегда повторял мне, что взрыв дворца был ошибкой. Ужасной и жестокой ошибкой.       — Возможно, но теперь я понимаю, почему ты это сделала, — его голос звучал тихой умиротворенной мелодией, заставляя меня на мгновение позабыть о миссии, — Дворец оказался самым отвратительным местом, в которое ты попала по моей вине.       — Нет, царство Ушедших было в разы хуже, — грустно усмехнулась я, чувствуя, как глаза наполняются слезами, а голос предательски подрагивает.       Не выдержав напряжения, я уткнулась головой в дешёвый костюм Ллойда, сжимая в кулаках старую выцветшую ткань. Слёзы хлынули из глаз, сразу же исчезая в груди, пока я пыталась не содрогаться от нахлынувших на меня чувств.       Ещё никто и никогда ранее не заставлял меня чувствовать так много эмоций одновременно. Принятие, обида, страх и ненависть к самой себе смешались в одном флаконе, превращая меня в самое откровенное и ужасное порождение.       Я ненавидела себя. И теперь мне совсем не страшно это признать.       Ллойд, чуть опешив, обнял меня своими руками, скрывая от малочисленных прохожих в столь крепких и уютных объятиях. Я слышала его учащённый пульс и дыхание, что дарило мне тепло в столь холодный вечер. Слышала тихие перешёптывания и возмущения прохожих. Слышала себя и свои чувства, которые наконец решили говорить громче холодной логики.       — Если бы я знал, что всё было именно так, то позволил бы убить себя ещё в той пещере, — прошептал он мне на ухо, — Прости, что допустил это.       — Нет. Это мне стоит извинится за то, что я мучаю тебя, отказываясь признать чужую правоту, — я слегка оттолкнула парня от себя, делая глубокий вдох, — Ты всегда так терпелив ко мне, честен и чист в намерениях, что я… Я просто завидую тебе. Завидую, что в результате ты всегда оказываешься прав.       — Не всегда, Харуми. Тебе стоит…       — Не перебивай меня, — сглотнув ком слёз, продолжила я, — Просто пойми, что мне бывает довольно сложно и больно признать чужую правоту. Как будто я предаю часть себя в такие моменты. Поэтому мне стыдно за свои бесконечные споры, попытки вообразить из себя что-то дельное и невозможность признать твою истину…       Впервые я позволила словам бесконтрольно литься из моего рта, подобно бесконечному водопаду из жалости и ненависти.       — Руми, ты слишком строга к себе — спокойно ответил Ллойд, убирая прядь волос с моей щеки. Он выглядел растерянным и встревоженным, — Твоё понимание ошибки чудесно, но оно не должно исходить из ненависти к себе и в попытках покарать себя за прошлое. Это лишь затянет тебя в новое болото, а я не желаю снова терять тебя. То, что ты уже понимаешь это, делает тебя лучше.       — Разве этого достаточно для извинений? — тихо спросила я.       — Да, — нежно отозвался Ллойд, — Твоя честность и искренность достойны стать извинениями.       — Так считаешь только ты. Мадам Бланш вряд ли придерживается взглядов праведных ниндзя.       Я поймала себя на мысли, что вновь начала с ним спорить.       — Уверен, что ты ошибаешься, — Ллойд шутливо усмехнулся, достав из кармана белую пудру, — Приведи себя в порядок и пойдём наведаемся к этой мадам. Ты попросишь у неё прощения, она расскажет нам правду об этой девушке с фотографии, и мы наконец покончим с этим безумием раз и навсегда.       — Ты слишком наивен, если веришь в свои радужные фантазии, — усмехнулась в ответ я, поправляя макияж.       — А ты опять споришь.       — Прости, я…       — Не нужно, — он лучезарно улыбнулся мне, заглядывая прямиком в глаза, — Твои возражения ничуть не обижают меня. Наоборот, мне нравится, когда ты входишь в азарт и начинаешь отстаивать своё мнение.       Я приоткрыла рот от столь откровенного признания. Увидев мою реакцию, Ллойд заметно покраснел.       — Ты пожалеешь об этом, — тихо шепнула ему я на ухо, утягивая в следующий переулок, где и висела заветная вывеска с именем Бланш.       — Ну думаю.       О это никогда не закончится. И если честно, то я бы и не хотела, чтобы наши споры вообще когда-нибудь заканчивались. Ллойд оказался прав. В этом всём есть свой определённый шарм.       Но я, конечно же, не признаюсь ему в этом. По крайней мере, пока не настанет подходящее время.       Ты предсказуема, Харуми. Ужасно предсказуема.