Со вкусом железа

1986 год.

Главная площадь, пионерский лагерь «Совёнок»

Время 15:00

Ольга Дмитриевна выбрала меня для подготовки к костровой поляне. И в помощь мне поставила Семёна. Находиться рядом с ним было волнительно. При нём моя голова просто отключается и я боюсь что-то ляпнуть. Она дала нам поручения, которые я прослушала из-за мыслей о нём. Ничего сложного в данной работёнке не было, просто возьми, собери и отнеси. Угли были уже на месте, после принесена была картошка и баклажки воды. Подготовлен хворост для розжига. Алиса и Маша принесли гитары. Всё это делалось почти в полной тишине. Лишь когда я взяла воду Семён сказал, что сам может её понести. Уже на площади начались общие сборы на костёр. Второе по уютности мероприятие после прощальной дискотеки. Вожатая, распределив нас по парам, крикнула «шагом марш» и мы потопали на поляну. Шла я уже с Машей, а Семён был прямо за мной. Костёр горел, все сидели, общались, Маша играла на гитаре всем известные песни. Сидела я чуть поодаль ото всех и ко мне подсел Семён, что было неожиданно. Спустя некоторое время мы разобщались и он предложил прогуляться к озеру. Пока никто не видел, мы вдвоём слиняли. Во время прогулки вдоль берега у меня полностью прошло моё волнение и я уже без каких-либо сложностей могла разговаривать. Через некоторое время мы вышли к пляжу за которым была пристань. Сев на краю мы свесили ноги к воде. Было время, когда уже чувствовался вечер, но оставалось по летнему светло. Я не заметила как, но во время разговора мы подсаживались всё ближе и ближе к друг другу, пока не были уже впритык. Тогда мы уже сняли все маски и поцеловались. Я провела его до своего домика в котором мы проведём этот вечер. Далее всё развивалось почти так, как я себе представляла. Семён явно давно положил на меня глаз, потому что у него были презервативы, по всей видимости, доставшиеся от Виолы. Мы оба были без рубашек, и я сняла лифчик. Выглядел он восторженным. И стоя вплотную ко мне, трогал их. Чувствовался внутри жар и начинало потряхивать. Я сняла юбку, оставшись в одних лишь носках с трусами, которые уже были влажными, хоть это и не было заметно в полутьме. Далее скинув и переступив через труселя, он тоже остался в одних лишь носках, которые и те сразу снял, а я осталась в них. Уже на кровати он продолжил меня везде целовать. Идя от губ устных, через шею, плечи, грудь и живот, дошёл до губ половых. Он, явно впервые будучи в таком положении, сразу захотел засунуть член, что я сразу же прервала, сказав, что стоило бы размять внутри, дабы не порвать меня. Лёжа на боку рядом со мной, он сначала двигал одним пальцем внутри, а потом двумя. И когда те уже легко двигались, пристроился между ног и вошёл. А сделал он это с трудом, как кажется, от волнения всё сжалось обратно. Чувствовалось это болезненно, но со временем прошло. В этих потёмках не было ничего, кроме хлюпанья и скрипов со вздохами. Меняя позы шло время. То на четвереньках выпячившись, то будучи сверху и снизу. То стоя, то сидя и лёжа. Перепробовав будто бы всё, что можно за раз, мы оба выбились из сил. Включив свет я увидела, что всё моё тело было в разных жидкостях. Лицо и живот в семени, ноги полностью липки до самых коленей, а между ног виднелись и пятна крови. От вида которой сразу почувствовался характерный запах железа. Оставшаяся ночь была как в тумане, мы вытерлись как смогли и разошлись по домам. На следующий день я встретилась с подругами.