Past Zero Hour // Прошлый нулевой час

Если только ему не понадобились руки для чего-то важного, Регулус решил, что будет безопаснее быть сорокой насколько возможно. Он был меньше и проворнее — так легче было держаться в стороне и не ввязываться в очередную драку в образе небольшой птицы. Он начал третий (ну, по сути, четвёртый — ведь третий он провёл, дремля на крыше) обход так же, как и первые два, больше или меньше: направился в задние сады и кладбище. На этот раз он облетел кладбище и обнаружил что-то новое — на заднем плане возвышалась насыпь, похожая на то, что когда-то было очень большой ямой. Он снова принял человеческий облик, чтобы изучить её с помощью кинжала (в этом месте, казалось, удобнее держать оружие под рукой, чем использовать настоящее зеркало), и увидел, что это, на самом деле, братская могила. В ней, почти наверняка, находились захватчики, плюс кое-кто ещё. Обрывки одежды и пара палочек указывали на то, что по крайней мере часть Ломателей Проклятий тоже оказалась там. А это значило, что некоторых из предшественников Регулуса хоронили поодиночке, а некоторых… возможно, свалили вместе с нападавшими. Если это так, значит, они могли не сражаться с захватчиками, а присоединиться к атаке и погибнуть. Но зачем? Регулус пока не видел ничего, что объясняло бы действия толпы. И всё же примерно половина его предшественников погибла именно так. Возможно. Предположения были опасны, но в данный момент это было всё, на что он мог опереться. Когда снова пробил один, он вновь стал сорокой. На этот раз он перелетел короткое расстояние и уселся на склеп на кладбище. Это место казалось ему целью — хотелось узнать, что там внутри. Захватчики бросились внутрь, начали грабить и убивать, а небольшая группа — один из которых выглядел как волшебник, в то время как остальные (большинство из них, по крайней мере — теперь Регулус, зная, на что обращать внимание, мог разглядеть, что несколько серых размытых фигур были в мантиях) были магглами — направилась к склепу. Они выбили дверь, и Регулус последовал за ними внутрь. Внутри, по лестнице вниз, находилась простая комната из выдолбленной земли, с обычным гробом на небольшом постаменте. Нападавшие с молотами разломали гроб и увидели тело — бледная кожа, золотисто-русые волосы, аккуратно одетое, совершенно не разложившееся. Волшебник из нападающих вынул из мантии кусок дерева и взял молот у одного из товарищей. – Гнусное создание тьмы! — взревел он. – Похититель! Монстр! С этим я вершу правосудие за всех твоих жертв! Он приставил заострённый кусок дерева к груди тела и вонзил его молотом, как раз в тот момент, когда глаза тела открылись, а рот распахнулся, чтобы… закричать? Что-то сказать?… обнажить клыки. Вампир. Ну, вот, возможно, поэтому некоторые из предшественников Регулуса присоединились к нападавшим и оказались в братской могиле вместе с ними. У вампиров, как правило, была плохая репутация: было непросто заслужить хорошее имя, будучи нежитью и кровососом. Присутствие вампира также объясняло, почему в особняке столько человеческих слуг, а не один-два домовых эльфа. Регулус никогда не слышал о том, чтобы у вампира был домовой эльф, зато вампиры были известны своими человеческими слугами — как магглами, так и магическими. Большинство источников утверждало, что вампиры магически подчиняли своих слуг, и главная причина, по которой их считали существами Тьмы (помимо того, что они нежить и хищники), заключалась в том, что они могли фактически наложить Заклятие Империус только взглядом. Да, имело смысл, что немало опытных Ломателей Проклятий могли просто встать на сторону, где не было вампира. И всё же… человеческие слуги этого особняка выглядели вполне счастливыми, здоровыми, и их было так много, что Регулус был уверен — их никак нельзя было всех подчинить одному вампиру одновременно. А кого же, собственно, он должен был похитить? Волшебник, который вонзил кол в вампира, вернул молот тому, у кого взял его. – Сожгите его! Отправьте это гнусное создание в ад. Я найду свою дочь! Товарищи — двое с молотами и один с топором — хором: – Да, господин Бернет. – Конечно, господин. – Удачи вам, сэр. Регулус решил не следовать за этим господином Бернетом из склепа, ощущая смутно, что кто-то должен засвидетельствовать происходящее дальше, хотя он и так знал, чем всё закончится. И, как и ожидалось, топор использовали, чтобы отрубить голову воткнутому колу вампиру, а затем все трое занялись поджиганием гроба. Когда дым заполнил комнату, Регулус вылетел на свежий воздух. Итак, волшебника звали Бернет, да? Он ищет свою дочь. А красивая девушка, которая бросилась с башни со стеклянной крышей, — это леди Браяр Бернет Гримм. Почти наверняка та самая дочь, но либо её вовсе не похищали, либо она передумала насчёт похитителя, потому что на эту атаку она ответила самоубийством и наложением проклятия на место. Колокольный звон пробил два, и Регулус снова оказался перед домом. Он подумывал, вместо того чтобы тратить оставшиеся припасы, охотиться на червяка или двух в облике сороки либо найти кладовую дома и устроить там налёт, но решил не делать этого. Он бы сделал, если бы пришлось, но слышал и читал слишком много историй о проклятой пище. Он уже был втянут в проклятие, и рисковать тем, чтобы прямо сейчас съесть его части, не стоило — пока что оставалось либо это, либо голодать. Он отошёл с дороги на небольшой участок травы, в стороне, и смирился с тем, что в этот повтор придётся просто думать и вырабатывать какой-то план. А затем следующий повтор — сон. Что он знал? «День» повторялся, но не перематывался назад. (Способы умереть: голод, естественная старость — хотя он и не собирался оставаться здесь так долго.) Ничего нельзя было изменить окончательно. Всё, что произошло, произошло и продолжит происходить. (Способы умереть: в основном драки. Износ и травмы. Прогресса не будет — всех, кого он убьёт, просто вернут обратно в следующем повторе, но судя по тому, как его головная боль от Предсказаний боя переносится из повторения в повторение, его собственные раны и проблемы тоже будут сохраняться.) Вероятный хозяин этого дома — вампир, скорее всего по фамилии Гримм, а лидер нападавших (господин Бернет) считал, что вампир похитил его дочь. Разузнать о вампире как можно больше казалось хорошей идеей. (Способы умереть: невнимательность. Ему нужно было знать, где идут бои, а где нет, чтобы избежать опасности.) Сама дочь, леди Браяр Бернет Гримм, покончила с собой и наложила проклятие. Регулусу нужно будет приблизиться к моменту её смерти, чтобы услышать, что она на самом деле сказала, какое именно проклятие было наложено. Если он умрёт, не разрушив проклятие, он станет его частью, как и его предшественники. А будущий Разрушитель Проклятий №55, скорее всего, пойдёт тем же путём. Вся информация, которую он хотел, или по крайней мере большая её часть, находилась внутри дома. Теперь насилие и хаос, которые он видел в своих гаданиях на Таро до прихода в дом, имели полный смысл. Насилие, хаос, страх, противоборствующие силы. Даже Рыцарь Кубков, всегда находящийся в центре, имел смысл. Романтическая карта — девушка вышла замуж за вампира (по-видимому, влюбившись в него), а её отец выразил категорическое «нет». Колокол пробил один, и Регулус впервые увидел, что происходит у переднего входа в дом. Всё новые тела хлынули через ворота, хватая факелы и вилы. Они выбили парадную дверь, убив слугу, который собирался её открыть при первой же сумасшедшей атаке. Во имя отслеживания того, куда идут бои, Регулус последовал за ними в дом. Не вмешиваться в убийство домашних слуг оказалось сложнее, чем он ожидал; они уже были мертвы, мертвы веками, и он это знал. Но они всё равно кричали, рыдали и умоляли, когда умирали, а кровь выглядела и пахла отвратительно реально. То, что его теория о том, что он останется незамеченным, если будет держаться в стороне, оказалась верной, казалось мелочью на фоне всего этого насилия, но другого у него просто не было. Господин Бернет снова присоединился к толпе, когда она поднялась на второй этаж, с палочкой в руке (значит, он был волшебником), кончик которой светился. «Он что-то выслеживает», — подумал Регулус, но понять что именно было невозможно — может быть, леди Браяр? Бернет кричал на пустую стену — в основном ругательства, ничего информативного — минуту или около того, затем сделал знак своим последователям. Они прибили основание стены к полу, а затем господин Бернет разрезал руку заклинанием «Диффиндо» и использовал свою кровь, чтобы нарисовать над гвоздями какую-то руническую конструкцию. Очевидно, в одном из повторов Регулусу придётся идти за господином Бернетом очень близко. Пока же он быстро набросал рисунок руны в один из своих блокнотов, добавил пометку «кровью — зачем?» и убрал блокнот. Толпа двинулась дальше, и Регулус следовал за ней, отстав на пару шагов, чтобы даже слегка не рисковать оказаться у них на пути. У лестницы на третий этаж господин Бернет столкнулся лицом к лицу со своей дочерью. Она была красива, когда не выглядела мёртвой — по крайней мере внешне. Она выглядела шокированной и в ужасе при виде отца, а когда он протянул к ней залитую кровью руку, она повернулась и убежала. Это, казалось, уничтожило последние остатки здравого смысла в мужчине, и он бросился за ней вверх по лестнице, крича о мерзкой порче и обещая «положить конец твоим страданиям, моя дорогая девочка». Регулус всё ещё следовал за ним, пассивно наблюдая, хотя теперь был почти уверен, что леди Браяр вовсе не страдала до того, как её отец пришёл разрушить её жизнь. Возможно, именно так некоторые (или многие?) его предшественники и погибли, пытаясь изменить уже произошедшее, заставить один из повторов закончиться иначе. В этой идее было что-то привлекательное, и она даже имела некоторый смысл — переписать историю с более счастливым концом и таким образом снять проклятие. Но если бы это было возможно, кто-то наверняка уже сделал бы это. И тот факт, что магия, похоже, действовала только на самого Регулуса, очень убедительно доказывал, что ничто, ни большое, ни маленькое, не может изменить повтор. Погоня закончилась в башне со стеклянной крышей, которая оказалась прекрасной смесью оранжереи и зимнего сада, буйством зелени и цветов, которые, казалось, не могли бы нормально сосуществовать. Создание этого пространства потребовало огромной работы — как строительной, так и магической — и поддержание его в порядке тоже требовало немалых усилий. Окружённая растениями, девушка обернулась лицом к отцу. Господин Бернет держал палочку на вытянутой руке и направил её на дочь. – Гнусная сообщница демонов! — зарычал он. – Ты, кто украла тело моей бедной дочери! Я уничтожил твоё мерзкое творение, и теперь уничтожу и тебя! Девушка бросила взгляд через плечо в сторону задних садов — по времени Регулус был почти уверен, что она видела дым, поднимающийся из склепа её мужа. Она сжала кулаки и уставилась на отца. – Потому что я была несчастлива так, как ты хотел, ты считаешь, что меня одержали? У меня была хорошая и достойная жизнь до того, как ты пришёл! Мой муж, мой… — она задыхалась, наполовину в горе, наполовину в гневе, и наконец потянулась к собственной палочке. Но направила её прямо вниз, а не на отца. – Да не уйдёшь ты никогда из этого момента! Так как ты уничтожил мою любовь, я разрушаю твоё будущее! Пока моё сердце не обретёт желаемое, я велю тебе испытывать только этот позор! – Палочка вспыхнула серебристым светом на кончике, повалив отца на землю, и леди Браяр развернулась и бросилась сквозь одно из стеклянных панно. Регулус видел это издалека и наблюдал последствия, но одного он не заметил — в воздухе, до того как она начала падать по-настоящему и пока её сильно кровоточили многочисленные порезы от стекла, леди Браяр повернулась к телу отца и сломала свою палочку пополам. Регулус превратился в сороку и вылетел через образовавшееся отверстие в стекле, чтобы усесться на крыше. Она жертвовала не только своей жизнью, чтобы наложить проклятие, но и своей магией! Неудивительно, что оно оставалось таким коварным и многослойным даже через триста лет! Ещё хуже то, что проклятие, похоже, было по-настоящему неразрушимым. Она сама это сказала: пока её сердечное желание не будет возвращено, возможны только эти последние мгновения. Если её сердечное желание — это её вампирский муж, и учитывая, что ничего нельзя изменить в уже произошедшем… он уже был возвращён к ней. Она была похоронена на кладбище тем единственным выжившим слугой, а он так и не покидал свой склеп и гроб. Более того, гроб был даже отремонтирован и запечатан в какой-то момент, фактически вновь его похоронив. Они оба были погребены, насколько это возможно, вместе. Либо Регулус что-то упускает, либо он мёртвец.