Мальчики не плачут.

Нико, докуривая третью сигарету, отчаянно пытался убедить себя в том, что он не гей. Но, к сожалению, у него это плохо получилось, ведь доводов против было более чем достаточно. Во-первых, его сердце предательски выскакивало из груди при виде одного белокуро парня из класса. Во-вторых, он с отвращением понял, что вообще не смотрит в сторону девушек — они его совершенно перестали привлекать. В-третьих, недавно ему приснился эротический сон с Соласом в главной роли. В-четвёртых, голова была забита только Уиллом. Он даже с друзьями в последнее время только о нём и говорил. Ну и, наконец, последняя капля: сегодня утром он с ужасом осознал, что его тело реагирует на мысли о том блондине моментальной и непроизвольной эрекцией. А такого с ним не случалось даже с самыми красивыми девушками! И это было уже не пять, а, лучше сказать, блядь! Ди Анжело осознал, что с появлением Уилла его привычная жизнь дала трещину, уступая место чему-то новому, пугающему и необъяснимому. И как только юноша не пытался с этим бороться... Унижая Соласа, Нико вёл борьбу не с ним, а с самим собой. Любое, даже самое глупое оскорбление было аргументом в попытке доказать себе, что Уилл ему глубоко противен. Избиение Уилла стало для брюнета ритуалом самоутверждения. Каждый удар доказывал его главенство, вселял уверенность в полном контроле и был отчаянной попыткой убедить себя, что этот парень для него — никто. Но всё было тщетно: образ юноши в глазах Ди Анжело не померк и не утратил своего идеального ореола. Тогда Нико прибег к крайней мере. Он решил полностью отстраниться от Соласа в надежде, что за несколько дней вдали от этого белокуро красавца наваждение пройдёт, а чувства растворятся, будто их и не было никогда. Не помогло. Семь дней в алкогольном угаре лишь разожгли тоску. Он пил, чтобы стереть себя и свои чувства в порошок. А просыпался — и всё начиналось снова: наяву и во сне его преследовал один и тот же навязчивый образ. И вот, устав от постоянных телефонных звонков от друзей (интересующихся тем, куда пропал их товарищ), и понимая, что, ведя подобный образ жизни, юноша в итоге доведёт себя до суицида, Нико принял решение возобновить посещение школы. Пошёл. Сначала всё было нормально, он вёл себя как обычно, кажется, даже смеялся впервые за столько дней, но тут появился Уилл... В РАДУЖНОМ, БЛЯДЬ, СВИТЕРЕ!!! Этот наряд подействовал на Нико, как алая тряпка на быка. Брюнет счёл это откровенной провокацией, насмешкой человека, который его раскусил. Задетая за живое гордость Ди Анжело взяла верх над рассудком, заставив его сделать то, за что сейчас юноша себя ненавидел. «Я же его чуть не убил…» — этот шёпот, солёный от слёз, застрял у него в горле. Он держал в руке свитер — пёстрый, мокрый, испачканный — как вещественное доказательство своего стыда. Брюнет не знал, зачем забрал его. Он сделал это через пару часов после происшествия, когда ни его друзей, ни Уилла там уже не было. Нико как раз думал над тем, вернуть ли Соласу эту вещь или оставить себе в качестве напоминания о своей трусости, как его кто-то окликнул. «Сэр!» — позвал его чей-то детский голосок. Так тонко и звонко могла звать только девочка. Брюнет оглянулся и замер от ужаса. К сожалению, он не ошибся, и к нему действительно на всех парах бежала белокурая девчушка, которую Нико узнал. Он не был знаком с ней лично, но связи в школе позволили парню быстро выяснить, кто она. Это была сестра Соласа — Кайла. Зачем Нико узнавал о ней? Парень и сам не знал ответа, просто однажды, увидев, как Уилл с ней сюсюкается, решил узнать, кто она такая. Чисто машинально. Ну или из ревности... «Докатился! Ревную парня к его же девятилетней сестре!» — Ди Анжело истерически усмехнулся, и тут к нему подскочила Кайла. «Вы одноклассник моего брата Уилла», — даже не спросила, а скорее подтвердила Солас. «Эм... да», — кивнул парень. — «А как ты это поняла?» «Я видела вас на школьных фотографиях Уилла», — пояснила девочка. — «Ну, те, которые в сентябре для выпускного альбома снимали». «А...» — выдохнул Ди Анжело. Парень не на шутку испугался, думая, что девочка узнала свитер брата в его руках и пришла выяснять, откуда он у Нико. — «Ты что-то хотела, милая?» «Хотела узнать, видели ли вы Уилла после уроков?» — слегка дрожащим голосом уточнила Кайла. — «Просто когда заканчиваются занятия в музыкалке, он меня забирает, но сегодня я жду уже полчаса, а его всё нет». «Нет, я его не заметил», — отчеканил юноша. Он был уверен в своём ответе, ведь за последние месяцы хорошо научился различать белокурую голову Соласа среди других. — «Но если хочешь, я могу тебя подвезти...» Парень произнёс это и тут же внутренне ахнул, поняв весь абсурд сказанного. Он думал: «Почему я это сказал? Из чувства вины? Чтобы быть ближе к… нет, стоп». Однако таймер на отмену уже истёк: Кайла чётко уловила фразу и в ответ энергично закивала. «Да, очень хочу! Спасибо, сэр». «Нико», — поправил брюнет. — «Просто Нико». «Спасибо, просто Нико», — исправилась Солас, открывая дверь новейшего, чёрного как ночь «Ламборгини». Брюнет кинул свитер Уилла на заднее сиденье и быстро нырнул за руль, надеясь, что девочка этого не заметила. «Диктуй адрес», — сказал он. «Сначала едь на Третью авеню в Бронксе», — парировала Кайла. — «А там я уже скажу, какой дом нам нужен...» Вбив название улицы в навигатор, Нико тронулся с места. Он прекрасно ориентировался в городе, однако этот нищий район был для него terra incognita, и электронный помощник оказался крайне кстати. За всё время пути никто не проронил ни единого слова. Изредка брюнет поглядывал на свою пассажирку, но беседу завести и не пытался, ведь юноша не знал, о чём говорить с девочкой, брата которой он чуть не убил сегодня... Сама же Кайла нервно перебирала пальцы, сердцем чувствуя, что с Уиллом что-то случилось. Но рассказать о своих переживаниях Нико боялась. «Вдруг он сочтёт меня сумасшедшей?» — думала про себя Солас, но вслух сказала совершенно другое: «Останови возле третьего подъезда». Юноша послушно выполнил просьбу и начал ждать, когда девочка выйдет из машины. Но даже открыв дверь, Кайла не могла уйти. Страх за брата оказался сильнее стыда. «Нико, не мог бы ты проводить меня?» — взмолилась она. — «У меня просто… очень плохое предчувствие». Хоть Ди Анжело и не хотел встречаться с Уиллом, молящим глазам девятилетней девочки он отказать не мог, а потому, собрав последние остатки мужества, юноша заблокировал машину и поспешил зайти в подъезд. «Нам на четвертый», — бросила Кайла, быстро начиная подъём по лестнице. Оказавшись на нужном этаже, Солас направилась к крайней двери. От её прикосновения ручка поддалась, и створка, скрипнув, открылась. «Уилл!» — позвала девочка брата. Когда ответа не последовало, Кайла прошла в гостиную, а затем... закричала что есть мочи. Нико влетел в гостиную, и его сердце упало в пятки при виде обездвиженного тела Уилла. Не теряя ни секунды, темноволосый юноша приказал Кайле вызвать скорую, а сам попытался привести одноклассника в сознание. Однако все усилия оказались тщетны. Уже почти отчаявшись, Ди Анжело приподнял голову товарища — и вмиг кровь Уилла, красная и тёплая, потекла по ладони Нико... «У... у н-него ещё кровь... из головы!!!» — с трудом сдерживая всхлипы, прикрикнула юная Солас, рукавом рубашки вытирая непрекращающиеся слёзы. — «Приезжайте скорее!» «Сказали, что скоро будут», — всё ещё дрожащим голосом известила юношу Кайла. «Хорошо», — кивнул он, положив голову Уилла на пол. Ждать пришлось действительно недолго, и буквально через пять минут врачи уже укладывали блондина на носилки и оказывали ему первую медицинскую помощь. «Поехали за ним!» — взмолилась Солас, подбегая к Нико. «Да-да, конечно, поехали», — согласился юноша, взяв девочку за руку. Ди Анжело уже собирался выходить из квартиры, но его остановили слова врача: «...И ещё вызовите полицию». «Зачем?» — недоумевала медсестра, к которой и обращался доктор. «Мальчик никак не мог получить подобную травму, упади он сам», — объяснял мужчина. — «Его явно кто-то сильно толкал». Услышав это, Кайла выдернула свою руку из хватки брюнета и побежала обыскивать квартиру. Находясь в недоумении, Нико не мог её остановить, но начал бегать за блондинкой, пытаясь понять ход её мыслей. И вскоре он всё понял. Солас открывала шкафы в поисках вещей, но почти все они оказались пустыми, что говорило только об одном — тот, кто жил тут раньше, сбежал. «Это Энди избил моего брата!» — заявила девочка так громко, насколько только могла. «Кем он вам приходится?» — полюбопытствовала медсестра. «Он...» — Кайла запнулась. — «Он наш с Уиллом отчим». «Ты уверена?» — переспросил Нико, с трудом осмысляя услышанное. — «Пойми, я не обвиняю тебя во лжи, но это очень серьёзное обвинение...» «Да, Нико, я уверена!» — настаивала на своём Солас. — «Энди часто замахивался на Уилла, но моему брату почти всегда везло, а сегодня видимо...» «Так, пусть в этом разбирается полиция. Как только мы доедем до больницы, то сразу же её вызовем», — принял решение врач, выслушавший весь рассказ от начала до конца. — «Но если это действительно сделал отчим, то я бы не рекомендовал тебе, милая, оставаться здесь...» «Кайла поживёт у меня», — решительно заявил Нико, но, вспомнив о том, что не он один тут принимает решения, поспешил добавить: — «Если она, конечно, не против». «Нет, я не против», — уверенно заявила девочка. «Тогда советую вам ехать домой», — заботливо произнесла медсестра. — «Всё равно сегодня навестить мальчика не получится». «Оу, ну раз так...» — пролепетал брюнет. — «Тогда, Кайла, возьми с собой всё самое необходимое и спускайся. Я буду ждать тебя в машине».