silence in chaos

Пустота.  Тикающие на стене часы. Тик-так, тик-так. Бесящий, выводящий на эмоции звук, к которому, тем не менее, Хосок успел привыкнуть.  Приподняв одну руку на уровень своих глаз, Чон с легким презрением осмотрел татуировки на своем запястье. Узоры. Какие-то символы и буквы. Безвкусица. Сущий кошмар эстета. В этом был весь Хосок. В импульсивности. В неадекватности. Релевантное ему понятие - хаос. При этом пустой внутри, как оболочка от конфеты, в которую саму конфету положить забыли. С самого детства он чувствовал - с ним что-то было не так.  Его эмоции и чувства были созданы на основе прочитанных книг, украдкой услышанных разговоров или песен, которые крутили по радио скучные до одури диджеи. Не такой, как остальные. Ломаный. Бесформенный. Бесхребетный. Тем не менее. Чон Хосок точно знал, что какие-то ощущения в его организме все же присутствовали.  Это то безразмерная скука, то безудержные вспышки гнева, то непонятно откуда взявшаяся меланхолия, накрывающая его с головой. Но этого было недостаточно. Поэтому окрещенный «фриком» Хосок просто существовал бок о бок со своей бандой и жил лучшую жизнь.  Только вот лучшую ли?  Быть собой - это не зависеть от мнения людей вокруг тебя, - Ким Намджун, психиатр Хосока, скрестил руки на груди и глубоко вздохнул.  Каждую неделю они обсуждали одну и ту же проблему: Чон Хосок не считал себя настоящим. Он не знал свою настоящую часть. Свое я. Он не существовал. Твои эмоции это следствие травмы. Твои чувства и восприятие происходящего - это отношение к тебе твоих близких. Недолюбили, да. Но ты уже взрослый. Ты можешь сам себе дать эту любовь.Да завались ты наконец уже, - Хосок отмахнулся, поднимаясь с вычурного, обитого какой-то слишком мягкой дорогой тканью кресла, - я сам разберусь. Нахуй я вообще хожу к тебе на сессии? Потому что ты не в состоянии себя понять. Просишь помощи, - Намджун достал сигару из фешенебельного кейса и закурил, выдыхая дым прямо в лицо Хосока. - Ты хочешь привлекать внимание людей вокруг себя, поэтому выглядишь, как клоун, которого из цирка за излишнюю экстравагантность выгнали. Хосок плюнул прямо на дорогущий ковер, скомкал свои заметки и бросил под ноги психиатра. Завали. Ебало. Он резко развернулся и открыл дверь настежь, чтобы выйти. Услышав от Намджуна спокойное «До следующей встречи, господин Чон», он фыркнул и вышел из кабинета, громко хлопнув дверью напоследок. *** Сигарета. Зажигалка. Разбитая автобусная остановка. Несколько поспешных шагов от дома своего «мучителя», и Хосок присел на край обшарпанной дощечки, оставшейся от лавочки. Он рвано выдохнул, выпуская сигаретный дым из легких. Нет сил. Ни на что. Надел маску - еще можно принять. Снял - и сразу же никому не нужен. Потому что внутри куча космической пыли, которая должна была сформироваться во что-то большее, а стала ничем. Чего грустим?  Хосок удивленно поднял голову. Его спокойное сидение прервал мальчишка с бирюзовыми волосами. Яркий. Притягательный.  Невоспитанный, блять. Не видит, что ли, что Хосок занят? Чон решил проигнорировать этого странного товарища и отвернулся, продолжив неспешно отравлять свой организм токсичным дымом. Неожиданно из его пальцев исчезла сигарета. Он приподнял брови и проследил за тем, как паренек вставил сигарету себе в рот и глубоко затянулся, похихикивая. Делись с ближним, епта. И лицо попроще сделай, а то от тебя погода еще сильнее портится. Чон замер. Что-то странное зашевелилось внутри. Что-то…живое? Ножиданно для себя он рассмеялся. Его голос больше был похож на скрежет ножа по стеклу, но это чего-то стоило. Возможно маска, которую он надевает, на секунду спала. Правда ведь?