Порождение зла

— Ты вообще понимаешь, что если я сейчас чихну, эти грибы превратятся в уголь? — я злобно щурилась на Се Ляня, который с невозмутимым видом подкидывал в костёр ветки, который отбрасывал длинные тени на корявые стволы деревьев вокруг нас. Это было не жутко, потому что самое страшное в этом лесу — мы. «Ох, ну и балбес же он. Вот бы научился хоть раз не сжигать всё подряд.» Он даже бровью не повёл, хотя слишком много кидал их туда. — Тогда чихай аккуратнее, — ответил, переворачивая палкой опята на импровизированном гриле из плоского камня. — Или ты, Непревзойдённый Демон, не умеешь контролировать собственное дыхание? — У кого-то вообще ни божественной силы, ни умения готовить, — процедила я, но запах жареных грибов предательски щекотал ноздри, перемешиваясь с влажным ароматом мха и сырой земли под ногами. «Серьёзно, кто подкидывает ветки так, будто пытается устроить фейерверк? Это же просто смешно.» Се Лянь аккуратно сдвинул самый румяный опёнок на лист лопуха и протянул его мне. — Попробуй прежде чем испепелить. Вдруг вкусно? Я чуть не фыркнула, но… Чёрт. Гриб и правда пах умопомрачительно. — Если я умру от отравления, — предупредила я, хватая лакомство. — Мой дух первым делом выжрёт твою душу. — Как же я напуган, — он притворно вздохнул, но в глазах мелькнуло что-то острое, почти… вызов. — Звучит даже интересно. Я замерла с полусъеденным грибом во рту. Он что, только что… пошутил? Или это был намёк? Костер треснул, выбросив сноп искр — и в этот момент я действительно чихнула. Ветер, играя с листьями, донёс до нас шёпот ночных существ, а тёмные силуэты деревьев казались живыми стражами леса. Пламя взметнулось вверх синим шквалом, на миг осветив его лицо — и я увидела, как его зрачки сузились, будто в ответ на всплеск моей силы. Но Се Лянь лишь лениво махнул рукой, будто отгоняя дым. — Ну вот, — сказал он, указывая на обугленные опята. — Теперь у нас ужин в стиле «диюево пекло». Поздравляю. — Зато… аутентично, — пробормотала я, отворачиваясь, чтобы скрыть довольную ухмылку. Вокруг нас ночной лес продолжал дышать своей древней жизнью: где-то вдалеке завыл волк, а над головой мерцали звёзды, словно далекие огоньки заблудших душ. Се Лянь вздохнул и потянулся за новой порцией опят, которые мы собрали у подножия проклятого холма (что, конечно, совершенно не предвещало ничего плохого). Первый же вот, хорошо очень даже испекся… Хотя, может и нет, между жаренными и сырыми грибами особо не чувствую. Да я и всё ядовитое спокойно съем и буду рада. Он аккуратно уложил грибы на камень, а огонь отражался в его глазах, словно в зеркале. — Ладно, второй раунд, — провозгласил он, выкладывая грибы на камень. — Только в этот раз, о Великая Пожирательница Углей, постарайся не превратить их в пепел раньше времени. — А ты постарайся не подкидывать в костёр ветки, как будто пытаешься сигнализировать затерянным племенам, — огрызнулась я, но он уже отвернулся, сосредоточенно размешивая угли, и в его движениях была какая-то странная грация, словно он танцует с огнём, а не просто готовит ужин. «Чёрт, как же забавно наблюдать, как он пытается быть серьёзным и не сжечь нас всех. Может ещё раз чихнуть?» Тишину леса нарушал только треск огня и далёкий вой ветра — такой тоскливый, будто сама земля стонала под тяжестью древних печатей. Вдруг один из грибов на гриле дёрнулся. Я моргнула. — Эй, они… шевелятся? — Не выдумывай, — ответил мне Се Лянь нахмурившись, его лицо вдруг стало серьёзным, и в глазах мелькнул холодный блеск. Но гриб дёрнулся снова — и вдруг лопнул, выпустив струю чёрного дыма прямо ему в лицо. — Что за?.. — он закашлялся, вытирая сажу со лба, а вокруг нас словно воцарилась зловещая тишина, будто лес задержал дыхание, наблюдая за происходящим. Он резко отпрянул, задев рукой костёр. Ветки рассыпались, и пламя рванулось вверх, охватывая грибы. Через секунду от них остались лишь чёрные комочки, дымящиеся с видом торжествующего злорадства. Наступила мёртвая тишина. Я медленно подняла глаза на Се Ляня. Он сидел, застыв с выражением крайней обиды, будто грибы лично оскорбили его предков. — Ну что, — сказала я сладким голосом. — Кто тут теперь Непревзойдённый Углежог? — Это были не обычные грибы. — О, значит, теперь они виноваты? — Они явно прокляты. — Или просто кто-то не умеет обращаться с огнём, — ответила я, прекрасно видя, что Се Лянь надо мной прикалываться. «Он такой неуклюжий, что я не могу сдержать смех. Прямо как ребёнок, который впервые играет с огнём.» Я глубоко вздохнула, чувствуя, как прохладный ночной воздух наполняет лёгкие, которые уже давным давно отвыкли дышать. — О, у нас тут кое-кто надышался ядовитых веществ. Зачем я только согласилась с тобой вместе по миру шататься? — впилась ногтями в голову себе. — За неделю сколько раз из канавы успела тебя достать? Се Лянь тихо рассмеялся, и его смех разлился по лесу, а костёр мягко потрескивал, согревая нас в эту холодную ночь, полную загадок и неожиданных приключений. — А если мы с тобой переспим и один из нас хочет ребенка, а второй нет, то как получится с твоей-то удачей? — спросила я, ухмыльнувшись. Принц сразу же перестал смеяться и подавился своей слюной. — Мне нельзя, — дернулся он от меня. — Да я тоже зачать не могу, демон же, — но стала ещё сильнее и более жутко улыбаться. — Перестань так делать, — дернулся он. — Я ничего такого не делаю, — ещё шире улыбнулась. — Неужели ты детей не хочешь? — Нет. — Захочешь. — Нет!