Американская мечта

      Первые его воспоминания тем взбалмошным утром, когда, едва-едва продрав глаза стоял в очереди к неврологу, это собственный надоедливый рингтон, а после радостный знакомый голос в трубке.       Барси явно в тот момент сам только проснулся, если вообще засыпал, мониторя первые рейтинги и отзывы. Санчез же рухнул в постель сразу после премьеры, даже не смыв легкий макияж, который непривычно ощущался второй кожей. После тех изнурительных месяцев сьемок, он наконец вздохнул со спокойствием, пусть то и было обеспечено недавно начатым курсом магния в противных белых капсулах, и забил, оставляя на подушке чуть заметные следы румян и какой-то другой фигни, чьего названия он ни в жизнь не вспомнит.       Сначала это была неразборчивая речь, смешанная с профессиональным сленгом и терминами, значения которых он так и не выучил. Затем Барси явно понял, что друг на звонок-то с трудом ответил в семь тридцать, так что нечего было говорить о его торопливых счастливых воплях. В трубке послышался глубокий вздох, и теперь это были более аккуратные выражения, даже если энтузиазма это не преуменьшало. Оценки. Отзывы. Зрители. Сборы.       Санчез растерянно моргал после каждого слова, словно пытаясь переварить всю эту информацию. Злым совпадением судьбы его позвали в кабинет с явным оттенком нетерпения в голосе. Он выловил еще несколько фраз. Тех, которые ему снились в спутанных снах. Слава. Растущие рейтинги. Обещающие охваты.       Буквально неделька, чтобы оценить успех и…       Его встряхнули за плечо, настойчивее прося зайти в кабинет и не заставлять других пациентов ждать. Плевать. Он дышать мог с трудом, какие тут доктора.       Лишь сильнее сжал старенький телефон с потертым экраном и быстрым шагом направился в сторону выхода. Ему что-то говорили в след, но в голове набатом звучал голос Барси, пока он сам по ту сторону телефонной связи сбивчиво пытался донести до него мысль.       Рано радоваться, но при таком старте он мог…       Санчез не слушал. Не слышал. Парень едва не танцевал на улице, пытаясь не упасть прямо тут в обмороке от этих всеобъемлющих эмоций. Видел, как пару мимо проходящих людей удивленно качали головами, осуждая его. Говорили быстро и на чистом, пусть и едва разборчиво, на английском.       Барси вновь повторял одно и тоже. Убеждая то ли его, то ли себя. Голос его дрожал и было неясно, выпитые за ночь кружки кофе это или нет. Если бы Санчез сказал сейчас хоть слово, его голос тоже бы дрожал. Это была бы неуверенная попытка связать буквы, похожая на речь ребенка. Самая желанная, счастливая попытка.       - Ты пока не думай об этом, я же знаю, какой ты там счастливый. И не…       - Стас?       - Что?       - Ты отоспись.       - Саш, тебе бы самому отдохнуть после всей суматохи.       - Отоспись. А потом выбьешь мне ещё роль? Как ты умеешь.       Секундная тишина, а после тяжелый вздох.       - Найду что-нибудь.

***

      - Это твоя первая крупная роль. У тебя… у нас нет права на ошибку. Точно не в первый день.       - Я знаю, Стас. Я не облажаюсь, ну же.       - Я верю в тебя и знаю твои способности, но это на голову выше прошлых сьемок.       Санчез поджимает губы, чувствуя вес этих слов. Трепет и радость от его ошеломительного, для такого неопытного актера, успеха в первом дебютном фильме не покидали беспечных мыслей и напряженных плеч уже пару недель. Частые сомнения возникали, точно всё происходящее – лишь сон и никаких высоких рейтингов и в помине не было.       Но Барси тряс его за плечи, сжимая их с легкой настойчивостью и вытряхивал все страхи. Ради выполнения своей задачи, а именно нахождения роли – он перерыл весь список контактов, знакомых с курсов, просто знакомых. После, конечно, перешел к более действенным мерам, скрывая волнение под уверенной улыбкой перед такими людьми, о которых он ещё пару месяцев читал статьи и мечтательно вздыхал.       Он чуть сбавил напор, вглядываясь в улицу за окном такси, прикинул сколько им осталось ехать и вынул телефон из кармана, по памяти набирая простенький пароль. Машинально заходит в твиттер, пролистывая ленту рекомендаций. Сейчас они состояли только из отзывов о том самом дебютном фильме, парой смешных мемов и стремительно растущим фан-клубом его друга.       Подсовывает ему телефон с парой твитов о хорошей актерской игре и явным негодованием, почему юное дарование в лице белобрысого парня не получило ролей раньше.       Санчез хмуриться сначала, а после мягко толкает его в плечо, чувствуя, как щеки теплеют. Ни за что не признается, что сам уже перечитал все посты с собственным именем, перелайкал всё, что можно и сам уже выделил себе любимчиков из новообразованного сообщества.       Пришлось даже создать отдельный аккаунт, более официальный и менее креативный, естественно, под строгим наблюдением Голда, который в тот момент висел на трубке с очередным важным звеном получения лакомой роли.       В целом, на волне его популярности, Барси допрашивать долго не стали, почти сразу вызвав Санчеза на прослушивание. Долго мурыжили, пытаясь разглядеть тот самый хваленный талант. Он и не возражал, разве что из последних сил сдерживал дрожь по всему телу, не готовый к такого маштаба проверке.       Может, друг его и предупреждал, но эти наставления явно были прослушаны из-за очередного приступа вопросов, навивающих на долгие размышления о жизни и вообще, как так вышло и почему.       В следующие пару минут к небольшой компании его жюри ввалился режиссёр, явно опаздывающий. Он взглянул на него, перелистнул страничку в своем потрепанном блокноте, где видимо был сценарий, иначе Санчез совершенно не понимает происходящего тогда, взглянул на него, прищурив глаза, и с довольным тоном выдал: «Подходит!», а после скрылся в неизвестном направлении.       Слушать недовольные разговоры его прошлых жюри юный актер не мог, слишком пораженный оборотом дела. Пропустил все самые главные моменты мимо ушей, забывая разбирать сбивчивую английскую речь и скрылся в закат с копией сценария.       В тот момент всё казалось до одури сюрреалистично, но после пары дней он отошел и теперь мчался со своим агентом на такси к месту проведения сьемок. Барси, в целом, не обязан был с ним ехать, но никаких возражений Санчез не имел. Прямо сейчас он, вон, показывает ему какой-то мем, даже если пару минут назад капал на мозги, пусть и вполне справедливо.       Не хотелось всё испортить. Не хотелось быть выдворенным с позором. Не хотелось…       - Приехали.       Таксист прервал его мысли громким окликом, останавливаясь у нужного здания. Барси рефлекторно протянул смятые купюры, без вопросов беря Санчеза за локоть и вытаскивая его за собой из машины.       - Вот она… новая жизнь.       - Это ужасно клишировано.       - Спасибо, я знаю.       - Идем.       - Ну а что ещё делать? Идем.